• Новости
  • Заметки
  • Картинки
  • Видео
  • Переводы
  • Опергеймер
  • Проекты
  • Магазин

Агентурная разведка в Афганистане

25.06.15 14:22 | Goblin | 17 комментариев

Война

Цитата:
Дело было под утро, что придавало случившемуся особую красочность. Снаряды и осколки летали над их блочными модулями, прошивали их насквозь, наводя на испытанных бойцов настоящий страх от непонимания происходящего. Полуголые спецназовцы выскакивали из жилых модулей и прыгали в арык с вонючей жижей. Через полчаса все стихло. К моему приезду на место происшествия испачканные в дерьме спецназовцы метались между самолетами, стремясь предотвратить новые подрывы. Комбриг, обладавший большим чувством юмора, с ног до головы в жиже из арыка, в цветах и красках описывал произошедшее, особенно собственный прыжок в арык и испытанные при этом ощущения. Открывшаяся панорама к веселью не располагала, так как совершенно непонятной была причина случившегося, и именно мне необходимо было разобраться, в чем дело, до приезда многочисленных военачальников. Мобилизовали с комбригом спецназовцев на тщательный осмотр места происшествия с целью найти следы ракетного обстрела.
Агентурная разведка в Афганистане

Вконтакте
Одноклассники
Google+

Комментарии


cтраницы: 1 всего: 17

Цитата
отправлено 25.06.15 14:25 # 1


КУПИТЬ ДУХА

Закиржон КАДЫРОВ

НЕИЗВЕСТНЫЕ ПОДРОБНОСТИ РАБОТЫ СОВЕТСКОЙ АГЕНТУРНОЙ РАЗВЕДКИ В АФГАНИСТАНЕ

Поводом для написания этого материала стало 25-летие вывода советских войск из Афганистана, которое страна отметила в феврале 2014 года. Так сложилось в моей судьбе, что я был очевидцем и непосредственным участником операций, как по вводу войск в Афганистан, так и по их выводу из этого государства. Тема Афганистана была и остается горячей в умах граждан нашей страны до сих пор, так как раны от потерь на этой войне зажить не успели и спустя четверть века.

О войне в Афганистане написано много книг и статей, сняты документальные и художественные фильмы. Казалось бы, о чем еще можно говорить?! Но, на мой взгляд, есть в этой эпопее тема, требующая дополнительного освещения. Речь пойдет о разведке, точнее, о деятельности разведывательных органов нашей страны по обеспечению боевых действий войск в Афганистане. Дело в том, что работа разведки за рубежом в мирное и военное время несопоставимы по своим задачам и интенсивности проводимых мероприятий. Необходимость обеспечения воюющей армии своевременной, то есть упреждающей и точной информацией в разы повышает ответственность разведывательных органов за ее достаточность и, главное, достоверность.

От качества работы разведки как одного из основных видов обеспечения боевых действий напрямую зависят успешность проводимых военных операций, а следовательно, и потери нашей воюющей армии. Исходя из этого, руководству разведывательных служб пришлось выстраивать и соответствующую этим условиям структуру своих разведывательных органов в Афганистане. Не претендуя на абсолютную точность и в надежде на дополнения коллег по разведывательному цеху, попытаюсь осветить практическую работу разведывательных органов в Афганистане того периода.

Сбором разведывательной информации о противнике в лице многочисленных бандитских формирований и подпольных организаций занимались в основном зарубежные разведывательные органы КГБ и Главного разведывательного управления Генерального штаба (ГРУ ГШ). Наряду с ними в эту работу были вовлечены многочисленные советские военные советники в афганской армии и советники по линии КГБ и МВД СССР в соответствующих афганских структурах. По линии КГБ действовала штатная резидентура ПГУ (Первое главное управление) и созданное на тот период Представительство КГБ, под эгидой которого находился многочисленный аппарат своих советников, приставленных к разветвленной структуре ХАД (Служба государственной безопасности) и военной контрразведке Афганистана. Не умаляя вклада других структур, следует сказать, что основная тяжесть за обеспечение 40-й армии (40А) конкретной разведывательной информацией лежала на структурах ГРУ ГШ. Для непосредственного обеспечения боевых действий 40А в Афганистане был создан Разведывательный Центр (РЦ) Управления оперативной агентурной разведки ГРУ. Именно на этот Центр и была возложена основная задача по разведывательному обеспечению всех операций, проводимых 40А в Афганистане.

Речь, конечно, идет об информации, добываемой агентурным путем. Действовали в Афганистане и другие виды разведки, как-то: воздушная, радиотехническая и тактическая. Наиболее тесное взаимодействие осуществлялось РЦ на местах с представителями тактической разведки (штатные разведывательные подразделения частей и соединений 40А). Ведение агентурной разведки в компетенцию тактической разведки не входило, хотя работа с осведомителями не возбранялась и даже приветствовалась.

Я же хочу остановиться на специфике агентурной работы с позиций Разведцентра при 40А в Афганистане. Именно Разведцентр (РЦ) нес прямую ответственность за обеспечение разведывательной информацией штаба 40А. ОПЕРАТИВНИКАМ ПРИХОДИЛОСЬ ПРОВОДИТЬ ПО 3–5 АГЕНТУРНЫХ ВСТРЕЧ В ДЕНЬ Территориально РЦ располагался поблизости от дворца Тадж-Бек, где находился штаб армии. Основой оперативной структуры Центра были оперативные агентурные группы (ОАГ), рассредоточенные по всей территории Афганистана в местах дислокации частей и соединений 40А. Руководство оперативной работой РЦ осуществлялось командиром Центра, его заместителями и начальниками отделов, в составе которых находились офицеры-направленцы, курировавшие работу ОАГ на местах. Они же и обрабатывали полученную из ОАГ информацию для ее последующей реализации. Под реализацией следует понимать реакцию руководства 40А на полученную информацию с применением имеющихся сил и средств, в зависимости от характера полученной информации.

Реализация могла осуществляться путем проведения войсковых операций, организацией засад и внезапных налетов, нанесением бомбоштурмовых и артиллерийских ударов, минированием и другими способами подавления и уничтожения противника. Главная особенность работы РЦ заключалась в том, что, повторюсь, подавляющая часть добываемой информации должна быть своевременной, достоверной и подлежащей незамедлительной реализации. Это чрезвычайно сложная задача, так как ее выполнение предполагает наличие обширной агентурной сети, способной держать под контролем все представляющие опасность для армии группировки противника, как на территории Афганистана, так и в приграничных районах Пакистана, где располагались многочисленные центры подготовки моджахедов. Особенно трудно было на этапе развертывания Центра и ОАГ на местах, так как предстояло с нуля создавать агентурную сеть, способную обеспечить необходимый уровень информационного потока.

Вербовочная работа является одним из сложнейших элементов работы любого разведчика, и не каждому она по плечу, так как требует преодоления психологического барьера в процессе перехода от дружеских отношений к агентурным. В этом моменте всегда присутствует опасность провала разведчика, если в процессе разработки кандидата были пробелы или были допущены ошибки с точки зрения его психологической готовности к принятию вербовочного предложения. Осознавая это, руководство ГРУ отнеслось с особой тщательностью к формированию оперативного состава РЦ и ОАГ. На эту работу были брошены опытнейшие кадры со всех подразделений Управления. Такой подход позволил в кратчайшие сроки создать ядро агентурной сети, которая впоследствии расширялась и качественно совершенствовалась.

Разработка и вербовка агентов в РЦ разительно отличалась от подобной работы в резидентурах под прикрытием, где разведчики могли месяцами, а то и годами разрабатывать кандидата на вербовку. В условиях РЦ требовалось чуть ли не с второй-третьей встречи выходить на вербовку. Иного пути просто не было, так как воюющая армия нуждалась в незамедлительном информационном обеспечении. Вести войну с противником, использующим партизанские методы войны, без агентурной разведки просто немыслимо.

Вербовочная работа велась на протяжении всего периода работы РЦ, она постоянно совершенствовалась, неуклонно росли требования к кандидатам на вербовку, это обуславливалось необходимостью повышения качества агентурной сети. Если в начальный период работы РЦ считалось удачей завербовать рядового члена какого-либо бандформирования или его родственника, то в последующем кандидатами на вербовку могли стать только люди из числа руководства бандформирований или приближенные к ним лица. Агент должен был иметь доступ к оперативным планам руководства противника, с тем чтобы наши войска могли наносить упреждающие удары или принимать другие меры противодействия замыслам противника.

Численность ОАГ определялась объемом решаемых группой задач и колебалась в пределах от 4–5 до 8–10 человек. В ее состав входили офицеры с профессиональной агентурной подготовкой, переводчики и водители. Иногда в состав удаленных ОАГ включались связисты. Удаленные ОАГ в интересах безопасности, как правило, базировались в военных городках. Были и ОАГ, базировавшиеся в специально арендованных для этого особняках (виллах) в жилых кварталах крупных городов. Одной из таких ОАГ довелось руководить мне. Вспоминается случай уже из третьей командировки в Афганистан, где я был директором представительства ОАО «НК «Роснефть», когда меня пригласил к себе в гости вице-президент и министр обороны Афганистана маршал Фахим. К моему немалому удивлению, местом проживания маршала оказалась именно та вилла, в которой размещалась моя ОАГ. Представляете, маршал со своим младшим братом знакомят меня с жилищем, в котором мне знаком каждый уголок!

Еще одним кардинальным отличием работы разведчиков РЦ от деятельности коллег в резидентурах является интенсивность проведения агентурных мероприятий. На руководстве каждого оперативного офицера РЦ находилось до 10 и более агентов, которых надо было обучать, направлять и снимать у них информацию. Затем полученную информацию предстояло обработать, подготовить информационную телеграмму, а к ней приложить заявку по наиболее целесообразному способу ее реализации. Нагрузка была колоссальной, в день каждым оперативником проводилось от 3 до 5 агентурных встреч. Места встреч были разбросаны по всему городу и за его пределами, чаще всего встречи проводились в темное время суток. Недосыпание было привычным явлением, так как к 8 утра вся полученная информация должна быть обработана и вместе с заявками по реализации доложена командиру Центра.

ЗА СЕРЬЕЗНЫЕ ПОТЕРИ СПРАШИВАЛИ В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ С РАЗВЕДКИ

В моем случае, ввиду особого статуса ОАГ, после доклада в РЦ мы вместе с командиром ехали на доклад к начальнику штаба Армии. Особый статус возглавляемой мной ОАГ заключался в том, что зоной моей оперативной ответственности являлись сама столица Афганистана и провинция Кабул. Здесь было сосредоточено все военно-политическое руководство советской миссии в Афганистане, которое дорожило своей жизнью и весьма болезненно относилось к ракетным обстрелам города. Если где-то что-то падало и взрывалось, все взоры обращались к командиру РЦ и ко мне. Я доставал соответствующую данному случаю телеграмму с предложениями по реализации и отводил таким образом ответственность за случившееся на тех, кто должен был ее реализовать.

Собственно, для этого меня командир Центра и брал с собой. Если такой телеграммы не оказывалось, армейские чины не без удовольствия всю ответственность переводили на РЦ, так как последствия ракетных атак моджахедов бывали разные, вплоть до одновременной гибели почти двадцати человек из летного состава вертолетного полка. Естественно, что нести персональную ответственность за случившееся никто не хотел. С учетом того, что телеграммы и заявки на реализацию считались действующими в течение 5 дней, работу ОАГ приходилось строить таким образом, чтобы наша информация перекрывала все возможные направления ракетных ударов противника. Такая, своего рода пятидневная цикличность информационного обеспечения стала обязательным условием работы моей ОАГ. Любой прокол мог оказаться роковым как для командира Центра, так и для меня. В случае с летчиками нами была представлена исчерпывающая упреждающая информация, и выкручиваться за случившееся пришлось не нам.


Немало шума наделал еще один случай, когда одним махом оказались выведены из строя около 15 боевых самолетов прямо на запасной стоянке в кабульском аэропорту. На этой стоянке находилось около двух десятков МиГов, там осуществлялась подготовка к полетам и загрузка боеприпасами перед боевыми вылетами. Напротив, через дорогу, в 150 метрах, была временно размещена бригада спецназа ГРУ, ранее базировавшаяся в г. Джелалабаде. При установке НУРС (неуправляемых реактивных снарядов) на пусковую установку одной из машин была допущена роковая ошибка, приведшая к самопроизвольному пуску снарядов. Начался настоящий фейерверк, реактивные снаряды летали, как разъяренные шмели, поражая боевые машины и детонируя подрывы находящихся в них боеприпасов. Свидетелями всего этого были бойцы спецназа и их комбриг. Многое им пришлось повидать за 2 года пребывания в Афганистане, но такого шоу, по словам комбрига, им видеть не приходилось.

Дело было под утро, что придавало случившемуся особую красочность. Снаряды и осколки летали над их блочными модулями, прошивали их насквозь, наводя на испытанных бойцов настоящий страх от непонимания происходящего. Полуголые спецназовцы выскакивали из жилых модулей и прыгали в арык с вонючей жижей. Через полчаса все стихло. К моему приезду на место происшествия испачканные в дерьме спецназовцы метались между самолетами, стремясь предотвратить новые подрывы. Комбриг, обладавший большим чувством юмора, с ног до головы в жиже из арыка, в цветах и красках описывал произошедшее, особенно собственный прыжок в арык и испытанные при этом ощущения. Открывшаяся панорама к веселью не располагала, так как совершенно непонятной была причина случившегося, и именно мне необходимо было разобраться, в чем дело, до приезда многочисленных военачальников. Мобилизовали с комбригом спецназовцев на тщательный осмотр места происшествия с целью найти следы ракетного обстрела.

Никаких следов обнаружить не удалось, зато нашли машину, с которой все началось, и картина прояснилась. К счастью, обошлось без человеческих жертв, оружейники успели вовремя унести ноги со стоянки и со стороны наблюдали, чем закончится разбирательство. По понятным причинам в объективности расследования они были меньше всего заинтересованы. В течение часа прибыли все, кто мог. Как и предполагалось, мой доклад их не вдохновил. Из него получалось, что отвечать за все надо им самим. Попытались «наехать», но, будучи уверенным в своей правоте, атаку отбил спокойно. Тогда они перешли к уговорам и в конечном итоге, не без помощи моего руководства, пришли к компромиссному решению. Суть договоренности заключалась в том, что РС (реактивные снаряды) все-таки были, Разведцентр об этом предупреждал, но полностью подавить противника на огневых позициях не удалось из-за сложного горного рельефа и плохой погоды. И такое бывало – на войне как на войне! Прибывшая из Москвы специальная комиссия согласилась с представленными им материалами, указала на недостатки (отсутствие земляного вала по периметру стоянки) и, неслабо отдохнув, отправилась в Москву за заслуженными наградами.

ЗА КАЖДОЕ ДОНЕСЕНИЕ АГЕНТ ПОЛУЧАЛ 50–100 ДОЛЛАРОВ

Но хотелось бы вернуться к вербовочной работе. Как упоминалось мною ранее, это была важнейшая составляющая часть работы оперативного состава РЦ. Велась она силами ОАГ на местах, а решение о зачислении кандидата в агенты принималось руководством РЦ. Это значительно сокращало вербовочный процесс, так как отпадала необходимость согласования всех действий с московским Центром. Основными критериями подбора потенциальных кандидатов на вербовку являлись их агентурные возможности и наличие вербовочных мотивов. Это как раз и предстояло выявить в процессе изучения и разработки кандидатов. В подавляющем большинстве случаев использовалась материальная заинтересованность кандидатов. Реже случалось использовать идейный мотив, так как просоветским афганцам попасть в отряды моджахедов было весьма сложно. Имели место случаи, когда на сотрудничество с нами шли из чувства мести за нанесенную моджахедами обиду или убийство близких людей.

Но и в этих случаях от оплаты за передаваемую информацию никто не отказывался, а мы, в свою очередь, стремились подкрепить другие мотивы материальной заинтересованностью. В моей практике был такой случай. Племянница одного из уважаемых в бандгруппе моджахедов была изнасилована и убита своими. Вот этот человек, руководствуясь мусульманскими законами о кровной мести, пошел на сотрудничество с нами. Работал он впоследствии очень эффективно и от денег тоже не отказывался. Разобраться с обидчиками мы ему тоже помогли.

По нашим меркам и с учетом общей бедности в Афганистане платили не много. Все зависело от жизненного уровня вербуемого, его положения в стане противника, а следовательно, и его агентурных возможностей. При постановке вербовочного предложения хватало суммы до 500 долларов, реже до одной тысячи долларов в пересчете на местную валюту (афгани). По результатам встреч за переданную информацию агент получал от 50 до 100 долларов. Зачастую приходилось покрывать и транспортные расходы, если агенты проживали в отдаленных районах. Накануне вывода войск (а моя ОАГ выходила последней из Кабула) денег на оплату уже не было и приходилось расплачиваться мукой, которую в тот период Советский Союз поставлял транспортными самолетами Ил-76. Принималось с удовольствием. Последним из таких бортов я вывел в Узбекистан и остатки своей ОАГ со всем оборудованием и вооружением.

Но, как я выше уже говорил, вопрос достоверности информации был одним из определяющих показателей ее качества. Добиться этого от агентов было делом непростым. Времени на воспитательную работу с агентами катастрофически не хватало из-за предельной интенсивности в проведении агентурных мероприятий, а жизнь требовала уделять этому особое внимание. На кону была жизнь бойцов воюющей армии. Поэтому в воспитательной работе с агентами зачастую использовались и острые методы воздействия, как-то: привлечение агентов к участию в операциях, проверка получаемых данных через других агентов, о чем им периодически напоминалось. Использовались также заранее подготовленные проверочные, а иногда и провокационные вопросы, то есть применялся весь арсенал методик проверки достоверности получаемой информации. Любопытно было наблюдать за поведением агентов со стажем.

Это уже были профессионалы своего дела. Информацию докладывали четко, по определенному ранее алгоритму, ничего лишнего, все по делу. Некоторые были способны работать с картами, а это было очень важно, так как люди из провинций особой грамотностью не отличались, а были и просто безграмотные. Их, конечно, пытались учить работать с картой, но зачастую это было занятием бесполезным. Они смотрели на карту как баран на новые ворота и переходили на описательное изложение мест, указанных в их информации о событиях. Тут уж самим разведчикам прямо на встрече приходилось попотеть, чтобы точно определить точку на карте, а следовательно, и ее координаты.

Что же касается взаимодействия с официальными афганскими структурами, то наша разведка на них особо не полагалась. В ВС Афганистана работала большая группа военных советников, которые получали от своих подшефных разнообразную информацию, и если она представляла для армейского руководства интерес, то они самостоятельно докладывали ее на ежедневных оперативных совещаниях в штабе армии. В любом случае, эта информация попадала к нам для перепроверки и уточнения деталей. Только после этого по ней принималось какое-либо решение. Аппарат военных советников был озабочен строительством и повышением боеспособности ВС Афганистана, а также их адекватным поведением при проведении самостоятельных и совместных с нами войсковых операций. Еще раз хочу подчеркнуть, что прямая ответственность за информационное обеспечение 40А лежала на Разведывательном центре ГРУ ГШ. Остальные структуры советской миссии в Афганистане участвовали в этой работе факультативно. У них и своих забот хватало по линии обеспечения безопасности, улаживания межпартийных противоречий между просоветскими партиями «Хальк» и «Парчам», предупреждения террористических актов, заговоров и переворотов, поддержания правопорядка и тому подобное.

С ПОЯВЛЕНИЕМ В АФГАНИСТАНЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ЦРУ И ФБР РАБОТА СОВЕТСКОЙ РАЗВЕДКИ ЗНАЧИТЕЛЬНО УСЛОЖНИЛАСЬ

Думаю, читателю будет интересно узнать, а было ли противодействие работе разведывательных органов в этот период и если было, то с кем приходилось бороться на этом фронте. Во-первых: это были службы безопасности и контрразведки при штабах антиправительственных партий, как-то: ИПА Гульбеддина Хекматьяра, ИОА Бахруддина Раббани, ИСОА А.Р. Сайяфа и ряда других партий.

В целом под контролем этих партий действовало около 3 тысяч отрядов моджахедов, общей численностью до 100 тысяч человек. Во-вторых: каждая из крупных группировок моджахедов располагала собственной службой безопасности и вела контрразведывательную деятельность. И наконец, в Афганистане активно действовали ЦРУ и ФБР, а также соответствующие органы стран западной коалиции, Египта и дугих мусульманских стран. Все эти структуры располагали собственной агентурой, тесно взаимодействовали между собой с целью оказания максимальных затруднений в работе наших разведорганов. Ими велась активная работа с нашими военнопленными, предпринимались попытки вербовки наших солдат и офицеров с целью агентурного проникновения в различные подразделения Ограниченного контингента войск в Афганистане. Но в наибольшей опасности находились наши агенты, работавшие в их среде. Именно против них была нацелена работа моджахедовских служб безопасности. Западные специалисты делились с ними опытом контрразведывательной борьбы, выступали в качестве советников в крупных группировках. Недооценивать такого противника было бы большой ошибкой.

Дело в том, что на начальной стадии работы РЦ наших разоблаченных агентов просто расстреливали как предателей, но с появлением западных советников возникла реальная опасность перевербовки нашей агентуры, а следовательно, и сплава через них дезинформации. К счастью, в период моей работы в РЦ таких прецедентов не отмечалось, возможно, потому, что к этому времени агентурная сеть переформатировалась, очистилась от случайных людей, повысились требования к кандидатам на вербовку и естественным образом отпала необходимость в спешке. Действующая сеть уже была и работала исправно. Сказался, безусловно, и приобретенный агентами опыт, как я уже отмечал, некоторые из них работали весьма профессионально. Их ведь постоянно учили мерам предосторожности и безопасности в этом нелегком деле…

P.S. Сложно в одной статье рассказать о нелегком, зачастую граничащем с подвигом, труде наших военных разведчиков в Афганистане. Не всех из них дождались родные и близкие. Около 30 человек потерял Разведцентр в афганской войне. Вечная им память. Их жизни и труд были отданы ради спасения сотен и тысяч жизней солдат и офицеров 40-й армии. В этом, наверное, главный итог работы разведчиков на афганской земле.

ОБ АВТОРЕ

Закиржон Кадыров, 66 лет, полковник запаса, с 1973 по 1990 год проходил службу в ГРУ ГШ ВС СССР. За этот период дважды, с 1977 по 1980 год и с 1987 по 1989 год, направлялся в длительные служебные командировки в Афганистан. Награжден тремя орденами Красной Звезды, орденом «За службу Родине в ВС СССР» III ст., а также орденом Боевого Красного Знамени Демократической Республики Афганистан. В 1970 году окончил Орджоникидзевское высшее общевойсковое командное училище, дальнейшую службу проходил в качестве командира учебно-мотострелкового взвода, роты и помощника начальника учебного отдела 42-й гвардейской учебной мотострелковой дивизии в г. Грозном. В 1973 году поступил в Военно-дипломатическую академию Советской Армии, которую окончил в 1976 году. В Академии прошел курс глубинного изучения персидского языка, что и предопределило страны оперативного предназначения (Иран, Афганистан). С 1980 по 1987 год выполнял оперативную работу в центральном аппарате ГРУ. В 1987 году вновь направлен в Афганистан в качестве командира ОАГ (оперативной агентурной группы) по Кабулу и провинции Кабул в РЦ (Разведывательный Центр) 40-й Армии, где проходил службу вплоть до вывода войск. В 1990 году уволился из рядов Вооруженных сил по собственному желанию. После службы работал в бизнесе, в том числе возглавлял афганское представительство ОАО «НК «Роснефть».


bobah.spb
отправлено 25.06.15 15:30 # 2


> В августе 1991 года был одним из руководителей штаба обороны Белого дома в борьбе с ГКЧП, где непосредственно руководил народным ополчением.

Интересно, что сейчас думает о тех событиях.


M. H. L.
отправлено 25.06.15 15:31 # 3


Эк боевой юностью повеяло!!! Срочную служил в 86-88 гг. в ДРА (Бадахшан). Так на точке Изван, частенько приходилось "ассистировать" разведчику в его беседах со стукачами из местных. Ну то есть ты (в смысле я), после ужина и просмотра программы "Время", такой весь расслабленный рулишь в землянку. В заслон идти в три часа, впереди 4 часа сна, а тут - разведчик - "Ко мне! Схватил мешок! На 5-й НП - рысью!". Тащишь мешок муки - что нормально - килограмм 60 - хуже если рис - это уже килограмм 80 - до колючки, и пока он (разведчик) там базарит с агентом, лежишь, прикрываешь. А с заслона, или там с НП тебя никто не снимет! Что интересно - орали они там иногда - как потерпевшие. Эх!!! Где мои 17 лет?!!


Ketalan
отправлено 25.06.15 15:45 # 4


Позновательно. С этой точки зрения на происходящие никогда не смотрел и ни от кого не слышал. Спасибо!


manush
отправлено 25.06.15 16:18 # 5


Кому: M. H. L., #3

Камрад, ты как ветеран скажи - читал ли ты Прокудина.Н.Н?

А если читал, расскажи про впечатления. Правда или худ.вымесел?


Japmonk
отправлено 25.06.15 17:02 # 6


Не раскрыта тема выкупа или обмена пленными, о договорённостях и негласных соглашениях командующих с лидерами бандгрупп тоже ни слова!
Конкретной информации в статье с гулькин нос.


M. H. L.
отправлено 25.06.15 17:18 # 7


Кому: manush, #5

> Камрад, ты как ветеран скажи - читал ли ты Прокудина.Н.Н?

Прокудина не читал. По поводу "правды" - она у всех сильно разная. Я с Глебом Бобровым (тот который "Эпоха Мертворожденных") служил примерно в одном месте, но позже на три года. Так, если половина того, что Глеб Леонидович описал - было с ним, то моя служба была - чистый пионерлагерь.
Что до Прокудина- цитирую по:http://artofwar.ru/p/prokudin_n_n/01-romantik.shtml
[...] Эта книга - об Афганской войне, такой, какой она была на самом деле [ну то есть автор - он обладает всеобъемлющим ЗНАНИЕМЪ - Как Оно Было На Самом Деле].
[...]Прошло уже много лет с тех пор, когда кончилась последняя война последней империи мира - никому не нужная война в Афганистане [IMHO - тут вообще про автора - всё понятно]. Опубликовано - в 2004-м. Лично мне в 2004-м было понятно - зачем нужно было наше присутствие в ДРА. Хотя бы затем, что при нас афганцы - героин не варили, а тихо дули шмаль по кишлакам.
И это так - первые 10-15 строк.
Бобров - тот хорош. Перечитываю - прям в юность возвращаюсь.


Kavasan
отправлено 25.06.15 17:55 # 8


Ну, блин, я еще про спецназ не дочитал.


Старик у моря
отправлено 25.06.15 18:09 # 9


А что, опубликованная информация уже перестала быть секретной? Как время летит...


manush
отправлено 25.06.15 18:33 # 10


Кому: M. H. L., #7

> Прокудина не читал. 

Спасибо за ответ и за мнение! Здоровьечка тебе камрад.


Buchhalter
отправлено 25.06.15 19:41 # 11


Хочется высказать глубокое уважение автору за все, за статью, и в первую очередь за службу


dvaa42
отправлено 25.06.15 20:19 # 12


Кому: bobah.spb, #2

> В августе 1991 года был одним из руководителей штаба обороны Белого дома в борьбе с ГКЧП, где непосредственно руководил народным ополчением.
>
> Интересно, что сейчас думает о тех событиях.
>

Согласен, камрад. Тот же вопрос посетил.


prOPELer
отправлено 25.06.15 20:19 # 13


Кому: manush, #5

Внесу свои 5 копеек. Если Прокудин Н.Н. Это тот самый который написал трилогию " постарайся вернутся живым", то посмотрите, что он пишет в дилогии "прощай Германия". Описывается как раз период распада СССР и отношение к этому автора. Многое станет ясно!


arpo
отправлено 25.06.15 22:33 # 14


Кому: Kavasan, #8

Читай быстрее)))


M. H. L.
отправлено 26.06.15 09:09 # 15


Кому: manush, #10

Спасибо, камрад!


manush
отправлено 26.06.15 14:38 # 16


Кому: prOPELer, #13

> Внесу свои 5 копеек.

Я недавно только прочитал *Конвеер смерти*. Человек был на войне, имеет 2 Звезды, 2 раза представлен к Герою.

Интересно было знать мнение ветерана о нем.

Как писатель понравился - все красочно, ярко!


prOPELer
отправлено 26.06.15 16:30 # 17


Кому: manush, #16

Не спорю, произведения прекрасные. Да и другие ветераны в своих произведениях откликаются положительно о нем. Но вот его взгляды немного ... настораживают. Хотя не мне судить, ведь человек верой и правдой служил, и служил на совесть.



cтраницы: 1 всего: 17


разделы

Главная страница

Tynu40k Goblina

Синий Фил

Опергеймер

Светосила

За бугром

English

Победа!

интересное

Новости

Заметки

Картинки

Видео

Переводы

Комментарии

Поисковые запросы

гоблин

Гоблин в Facebook

Гоблин в Twitter

Гоблин в Google+

Гоблин в Instagram

Гоблин на YouTube

Гоблин в ivi

Видео в iTunes Store

Аудио в iTunes Store

tynu40k

Новости в RSS

Новости в Facebook

Новости в Twitter

Новости в Google+

Новости в ЖЖ

Группа в Контакте

реклама

Разработка сайтов Megagroup.ru

Реклама на сайте


Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк