— Про «Хардкор» со всех сторон разговоры как про формальный эксперимент и редкий русский фильм с международным прокатом. Как будто это в первую очередь рыночный кейс, а не кино. Это то, чего ты хотел?
— Моя задача была сделать хорошее кино. А то, что все получилось с прокатной точки зрения, — отдельно круто, потому что теперь в России ни у кого больше нет отмазок. А то все снимали раньше … [плохое] кино и говорили: «Мы снимаем, а никому ничего не интересно». Нужно просто перестать снимать … [плохое] кино, и что-то может получиться. Здорово, что пинок под зад мы кому-то этим фильмом точно дали.