Как-то раз зашли мы в гости к товарищу — давно это было.
Товарищ жил с какой-то тварью малолетней.
Тварь была очень красивой, но тупая и наглая, как обезьяна.

Милая его любила шмотки, и он, добывая деньги преступным путём, приобретал ей без счёта.
Любил, наверно.

Вот и в тот раз приобрёл ей чудесную кожаную курточку.
Очень модную и дорогую.

Наш коллектив радовался жизни у товарища на дому (см. Неумеренное потребление алкоголя).
А милая устроила ему истерику — мол, шмотка не та.

Товарищ её авторитетно послал — дескать, будь скромнее, овца.
А озверевшая овца схватила нож и у товарища на глазах курточку располосовала.

По тем временам это было всё равно что сейчас в новый порш из РПГ засадить — многие даже пить перестали.
Товарищ такого не вынес, и немедленно пробил милой в рыло так, что милая успокоилась в углу — накрытая остатками курточки.

Коллектив подход одобрил и продолжил радоваться жизни.
Немного погодя милая очухалась, пощупала разбитую красоту и с воем побежала звать родителей товарища из соседней хаты.

Прибежали папа и мама.
Папа был здоровый, с порога начал орать.
А потом без затей пробил сыну прямой — так во многих семьях принято.

Сын немного полежал в коридоре, потом поднялся, и тоже пробил папе.
Сын умел бить значительно лучше.

Когда папа лёг замертво, сынок до кучи пробил и маме — так тоже во многих семьях принято.
Мама залегла поперёк папы, а коллектив пришёл к единому мнению, что маме досталось больше.

Перед уходом товарищ ещё разок пробил милой — чтобы знала: стучать — нехорошо.
В хате осталось лежать три тела, а коллектив убыл на улицу.

На улице товарищ набрал кирпичей и перебил в своей хате все окна.
Во время всего действия дома через видик орала песня группы The Clash — Rock the Casbah.

Хорошая была песня.
Да и сейчас хуже не стала.