Западная Европа после Первой мировой восстановилась значительно быстрее, но ведь там не было Гражданской, не было таких глобальных задач как проведение индустриализации с нуля. Там была могучая европейская промышленность и отлично подготовленные инженеры и рабочие. А у нас ничего не было. А на горизонте замаячила новая мировая война, еще более страшная. Чтобы выстоять, надо было срочно проводить индустриализацию. Строить танки, самолеты, корабли. Для этого были нужны заводы, фабрики, шахты, карьеры, электростанции, специалисты, школы, университеты и просто люди, необходимого количества которых в городах тоже не было – большая часть жила в деревнях. Кроме того, города и стройки было нужно кормить, а крестьяне не хотели продавать хлеб – таковы были последствия новой экономической политики. Провели коллективизацию, в результате которой два с половиной миллиона несогласных раскулачили и сослали, а оставшиеся в колхозах начали выдавать продовольствие в должных количествах и накормили города и стройки. По ходу коллективизации в города перебралось 18 миллионов человек, абсолютно законным порядком, по собственному желанию. Именно они обеспечили рывок индустриализации. Не уголовники и не раскулаченные, а именно крестьяне, переселившиеся в город.
А потом на нас напал Гитлер. И не один, а силами объединенной Европы, которая работала на Гитлера и обеспечивала экономический потенциал. Но мы сумели этому противостоять, потому что некий Лаврентий Берия успел спрятать за Уралом сырье для производств. Вы можете себе представить, когда, скажем, из Днепропетровска в Челябинск вывозят завод, вышвыривают оборудование на снег, а через пару недель он начинает давать фронту снаряды? Я, пролетарий, с трудом представляю, как это возможно, и что пережили люди, которые это делали. Но, тем не менее, и эту задачу выполнили.
Новости
VIP
