Грин в течение некоторого времени был вынужден жить в одном доме со всей этой звёздной литературной компанией. Жилище называлось без затей — Дом искусств, или, по революционной моде, Диск. Все литераторы равно страдали от произвола и воровства обслуживающего персонала, но с Грином получилась почти анекдотичная история.
Ему выдали графин. Неизвестно какая фантазия пришла в голову автору «Алых парусов», но этот самый графин он повадился использовать в качестве ночного горшка. Вышел конфуз. Женщина-завхоз, потрясая осквернённым сосудом, стала требовать компенсации и извинений. Грин же, разозлённый столь наглым вторжением в свою комнату, прилюдно покрыл её отборным трёхэтажным матом, что ему как бывшему каторжнику не составило труда. Писатели, жившие по соседству, были возмущены не столько нецелевым использованием графина, сколько оскорблениями в адрес женщины. Но, вместо того чтобы открыто заявить о своём недовольстве и принудить того к извинениям, предпочли трусливо наушничать и кляузничать. Например, Корней Чуковский нажаловался Горькому.
Это имело скверные последствия — кроме Горького, у Грина заступников не было. Теперь же от него отвернулись вообще все. Если раньше литераторы просто не допускали Грина в свой «элитарный» круг, то после этого ему было отказано в праве считаться крупным, даровитым, талантливым писателем. Иными словами, всячески подчёркивалось отлучение Грина от «большой литературы».
Говорили, что "стиль" Грина получился от чтения малограмотным Грином плохо переведённых английских романов.
А теперь оказывается, Александр хотел делать по-большому.
Новости
VIP
