Рассеянные по всему Дагестану салафитские джамааты в своём религиозном противостоянии с официальной властью и духовенством полагаются, по сути, на коллективную силу отдельных её участников или групп.
Ликвидация лидеров боевиков и, как следствие, частая их ротация, не приводит к желаемому результату. В подполье сформировываются устойчивые социальные лифты, когда на смену убитому гарантированно приходит нижестоящий в его иерархии. Учитывая немногочисленность таких групп, а также продолжительность жизни их лидеров (как правило, в среднем, в таком качестве, они не проживают и года) практически каждому рядовому её члену, предоставляется возможность проявить себя.
Тем самым происходит стимуляция активности рядовых членов джамаатов, с последующей «канонизацией» и героизацией убитых. Именно в таких нюансах кроится, по сути, бесперспективность исключительно силовых методов борьбы с салафитскими общинами. Попытаемся рассмотреть данный вопрос на примере лидеров салафитских общин Южного Дагестана. Но для начала постараемся разобраться в весьма условных терминах, фигурирующих в СМИ относительно джамаатов данного субрегиона.
Пока либеральные клоуны глумятся про "мочить в сортире", в сортирах продолжают мочить.
Новости
VIP
