Разведопрос: Алексей Лобин о восстаниях русских рабов на турецких галерах

Новые | Популярные | Goblin News | В цепких лапах | Властелин колёс | Вопросы и ответы | Гоблин и танки | Каба40к | Книги | Коротко про | Образование | Опергеймер | Под ковром | Путешествия | Разведопрос | Репортажи с мест | Семья Сопрано | Сериал Рим | Синий Фил | Смешное | Солженицынские чтения | Трейлеры | Хобот | Это ПЕАР | Персоналии - Клим Жуков | Каталог

27.04.17




Ждёшь новых лекций Клима Жукова? Поддержи проект!



Клим Жуков. Всем привет! Мы сегодня будем говорить про интересное, а именно. Нет, не буду говорить, про что, сейчас автор озвучит. У нас сегодня в студии очень хороший человек, автор книжки «Битва при Орше 1514 года», про которую как-то раз была речь – Алексей Лобин. Алексей, приветствую. С днём рождения, кстати.

Алексей Лобин. И тебя так же, Климушка.

Клим Жуков. Вот, спасибо.

Алексей Лобин. Давненько мы не виделись.

Клим Жуков. Мы некоторым образом учились на одном курсе, а теперь занимаемся культуртрегерством, каждый на своём фронте. Алексей – кандидат исторических наук, видный историк, специалист по, в том числе, России, и военной истории России 15-17 веков. Но когда я говорю «военной истории и ещё кое-чему», вот это «ещё кое-чему» - оно очень большое, потому что масса побочных занятий у каждого историка есть, которые иногда приносят результаты не меньшие, чем занятие основное. О чём сегодня говорить будем?

Алексей Лобин. Сегодня, я думаю, мы поговорим о такой теме, которая относится к военно-исторической антропологии. Это восстание русских рабов на турецких галерах в 17 веке. Почему эту тему я выбрал для первое беседы – дело в том, что об этих малоизвестных эпизодах известно, на самом деле, не так много. Но это подлинные сценарии для исторических фильмов. Можно брать документы и снимать по ним хорошие исторические, приключенческие фильмы. «Анжелика и султан» нервно будут курить в сторонке.

Клим Жуков. Тем более тематика-то какая правильная.

Алексей Лобин. Тематика правильная, и здесь тебе и драма, здесь тебе и патриотизм, здесь закрученные сюжеты, и, в принципе, я расскажу о нескольких восстаниях, которые потрясли в своё время даже Европу. Восстания на турецких галерах и, собственно, затрону такую тему, не совсем толерантную, которая касается рабства, и, собственно, всяких нехороших вещей.

Клим Жуков. Про рабство очень интересно, потому что ни для кого не секрет, что транзитный путь – сначала Волжский путь, потом путь «из варяг в греки» ещё в глухом, совсем раннем Средневековье, от которого, строго говоря, мы письменного ничего не имеем – он был во многом основан на торговле местными славянскими рабами. Не только пушниной, деревом, воском, мёдом, пенькой в одну сторону, серебром в другую, а ещё и славянскими рабами. Ну а, как известно, если есть рабы, обязательно должны быть восстания. Такого не бывает, чтобы были рабы, и не было восстаний. Мне всегда было интересно: рабов везли, везли много, это факт, даже специальная в Венеции есть пристань, которая называется «Славянская», а про восстания я ничего и не слышал, точно знал, что они должны быть.

Алексей Лобин. Конечно.

Клим Жуков. Откуда мы про них знаем? Какие источники? Что нам доносят?

Алексей Лобин. Давайте начнём немножко издали.

Клим Жуков. Давай.

Алексей Лобин. Дело в том, что мы с вами сейчас поговорим о тех рабах, которых брали в ходе набегов крымские татары, продавали туркам, а турки распределяли этих рабов на галеры.

Клим Жуков. Они потом не перепродавали в Европу? Итальянцам всяким?

Алексей Лобин. Были случаи, когда французы перекупали гребцов к себе на галеры, особенно это относится к 2 половине 17 века, но такие случаи были, скажем так, единичными. Основная масса рабов, конечно же, работала… сложно можно сказать, что она работала, они гребли.

Клим Жуков. Ну как, это работа. Нематериальный, непроизводительный труд по транспортировке материальных объектов – как у Карла Маркса.

Алексей Лобин. Ты как всегда диалектику привлёк.

Клим Жуков. Пока только политэкономию, да.

Алексей Лобин. Итак, что касается рабов. Вообще, за 17 век было несколько десятков восстаний, за весь 17 век, в ходе которых турки лишались по одному судну, потому что рабы захватывали галеры, уходили в Европу, и далее пешочком – из Европы, из Италии пешком через всю Европу шли обратно домой. Спрашивается, зачем?

Клим Жуков. В ЕС никто не оседал?

Алексей Лобин. Оседали по разным причинам, об этом я тоже расскажу, но основная масса шла в Россию. А знаешь, почему?

Клим Жуков. Нет.

Алексей Лобин. Потому что в сознании русских 17 века ещё не было такого, слово «патриотизм», да. Там было немножко другое. В сознании русского было, скажем так, своё представление о правильной и неправильной земле. Москва – третий Рим, четвёртому не бывать, и как писал Конрад Буссов, автор «Московской хроники» 1564-1613 годов, он писал о московитах следующее, цитирую.

«Они думают, что она – Россия – есть государство христианское, что в других странах обитают люди поганые, некрещёные, не верующие в истинного Бога, что их дети навсегда погубят свою душу, если умрут на чужбине вместе с неверными, и только тот идёт прямо в рай, кто скончает свою жизнь на родине».

Вот это просто красной строкой прослеживается в массовом движении освободившихся русских рабов через всю Европу в Россию.

Ну а начнём мы с того, что на турецких галерах основная масса рабов была, конечно же, из рода Рутенов, т.е русских, как Московского государства, так и Великого княжества Литовского. Я напомню, что в ходе многочисленных набегов крымские татары угоняли пленных, продавали их на рынках в Стамбул, ну и далее незавидная участь была у мужчин.

Клим Жуков. Я помню ещё Иван III ловко подпустил Менгли Гирея в киевскую Подолью во время войны с литовцами. Мы же иногда дружили с крымчаками, а иногда и наоборот.

Алексей Лобин. Ну тут надо отметить, что, на самом деле, рабы были практически по всей Восточной Европе. Напомню, что в ходе походов Ивана Грозного, Ливонский полон, его тоже могли продать на Восток, к примеру. Литовцы тоже могли продать полон крымчакам. Собственно, вопрос в масштабах, сколько было пленных там и сколько пленных было по другую сторону.

Клим Жуков. Слушай, а мы, например, когда воевали с литовцами, там же, всем понятно, что больше половины – это были русские по национальности, мы своих-то продавали, православных?

Алексей Лобин. Если только контрабандным способом некоторые отдельные…

Клим Жуков. Индивидуумы несознательные.

Алексей Лобин. Да, совершенно верно. Итак, основную массу гребцов ина турецких галерах в 17 веке занимали именно русские. Русские как Речи Посполитой, так и Российского государства. Стоили эти рабы, кстати говоря, подешевше, знаешь, почему?

Клим Жуков. Наверное, их много?

Алексей Лобин. Не только поэтому.

Клим Жуков. А почему?

Алексей Лобин. Потому что считалось, что рутены – народ лживый и хитрый, а лживость и хитрость рутенов заключается в том, что они постоянно хотят убежать.

Клим Жуков. Ах ты ж какие, просто негодяи, я бы сказал, несознательные личности.

Алексей Лобин. А русские девушки стоили, как и польские девушки, на турецких рынках очень-очень дорого.

Клим Жуков. Ну, понятно – экзотика же, они же белые.

Алексей Лобин. И не только на турецких. Кстати, рекорд такой, своеобразный рекорд принадлежит русской девушке по имени Катерина, которая в 1429 году, по-моему, во французском Русильоне, была продана за рекордную сумму в 2092 ливры при средней стоимости рабыни в 30 ливр.

Клим Жуков. Ни хрена себе. Так это же целый полк можно было снарядить. Рабский.

Алексей Лобин. Я же говорю, «Анжелика и султан», Анн и Серж Голон нервно курят в сторонке.

Клим Жуков. Как она доехала-то до Русильона?

Алексей Лобин. Перекупали.

Клим Жуков. Значит, многократная перепродажа, ну понятно, почему так дорого, потому что там через 5 посредника поди.

Алексей Лобин. Там также продавали и татарских рабынь, в Русильоне. Другие русские рабыни были подешевле, но стоили, к примеру, до 80 ливров, при средней цене, как я уже говорил.

Клим Жуков. Всё равно много.

Алексей Лобин. Много, дороже всех. Это рекорд 15 века. По 16 веку ситуация примерно такая же. По 17 веку у меня немножко разрозненные данные, но рекорды тоже, можно сказать, были. В дукатах – до 1000 дукатов доходило турекцих, колоссальная сумма.

Клим Жуков. 80 ливров – это же караул, это можно было купить 2 пехотных доспеха в конце 15 века на эти деньги.

Алексей Лобин. 2092, или 94 ливра, вот не могу точно сказать.

Клим Жуков. Порядок понял, серьёзно.

Алексей Лобин. Итак, вообще документов, на самом деле, о побегах рабов очень много. Документы как наши, отечественные, которые хранятся в Российском государственном архиве древних актов, так и в европейских архивах, в частности, в государственном архиве Венеции, в отделе рукописей библиотеки святого Марка, архив мальтийцев, куча документов. Эти документы, кстати говоря, некоторые из них настолько тесно коррелируют друг с другом, что можно по некоторым восстаниям проследить буквально шаги. Потому как восставшие, обретшие свободу, приходили в Италию, или, так сказать, приплывали.

Клим Жуков. Ну, приходили, кораблик всё-таки.

Алексей Лобин. Ходит, да, совершенно верно. Приходили в Италию, там с них снимались показания, на основании этих показаний выпускались реляции, освободившимся рабам давался путевой лист, скажем так, с которым они могли идти, пересекать кордоны, показывать этот лист, их пропускали, давали еды на корм в том числе, и пропускали так вплоть до России. Одни из первых документов, которые говорят нам о побегах русских невольников, датируются 16 веком, в частности, в 1543 году, 13 августа, есть такой документ – охранное свидетельство, которое выдано самим великим магистром Жаном де Хомедесом некоему Иоанне де Руссия – Ивану из России – за то, что ему удалось каким-то образом сбежать из турецкого плена в крепости Таджоре в Триполи к мальтийским рыцарям. Те его сразу приняли, дали охранное свидетельство, и говорят «ты молодец, ступай». И он пошёл в Россию.

В 1574 году есть ещё один документ, тоже выдача охранного свидетельства от великого магистра Жана Леллека де Лакассера 10 христианам из России. Эти христиане бежали с турецких галер, перебив охрану, а галеры стояли у мальтийской крепости Гран Кастелло острова Гозо. Ночью они пробрались к мальтийцам, и вот магистр оценил их мужество, и выдал это свидетельство, где просил правителей тех стран, через которые будут проходить освободившиеся рабы, оказывать всякую помощь во благо христианской веры. А ведь 74 год – время-то неспокойное, Ливонская война шла. И, к сожалению, мы не знаем, добрались они до дома или нет. Надо тут отметить ещё один случай, который прямо не относится к нашей теме, но, тем не менее. Были же восстания европейцев на галерах в Чёрном море, и, как ты, думаешь, куда они…?

Клим Жуков. Так в Россию. Там же ближе всего.

Алексей Лобин. Конечно, к Ивану Грозному. В 1580 году под Азовом рабы-христиане, главным образом, испанцы и итальянцы, подняли восстание, захватили несколько галер, и, уничтожив суда, пошли в Россию. Придя в Россию, Иван Грозный их отправил в Вологду, в свою отчину, и указал давать корм из государевых кладовых. И когда позже Антонио Поссевино, вот этот посредник в переговорах между Стефаном Баторием и Иваном Грозным, узнав об этом, обратился к царю с просьбой их вернуть в Европу, на что ему сказали, что да, такие люди есть, мы, помня любовь к Папе и ишпанскому королю, отпускаем этих бывших пленников с тобой. Кстати говоря, Антонио Поссевино это ставил себе в заслуги, что якобы он…

Клим Жуков. Освободил.

Алексей Лобин. Да, да, освободил.

Клим Жуков. У нас в это время Филипп II был в Испании, да?

Алексей Лобин. Да, да, конечно. Кстати говоря, надо заметить ещё один такой аспект. Как ты думаешь, что такое каторга?

Клим Жуков. Никогда не задумывался, честно говоря.

Алексей Лобин. Каторга происходит от турецкого слова «кадерга» - галера. Синоним скорби в русском языке, синоним неволи и угнетения, отсюда пошло.

Клим Жуков. Все социально близкие уголовники навострили уши, где же они отбывают, оказывается.

Алексей Лобин. Так вот, турецкая кадерга включала в себя 25 банок для гребцов.

Клим Жуков. Скамеечек.

Алексей Лобин. Скамеечек для гребцов, вооружений у него было от 3 до 5 орудий, самая большая могла быть до 40 метров в длину. Помимо этого были ещё такие гребные суда у турок, как баштарда – это большая галера, мавуна – это галеас, ну и небольшие типа калите – это такой гребной галиот. Иногда сложно по документам узнать, что за судно захватили гребцы, потому что описания весьма лаконичные, и вот, к большому сожалению, не было у нас среди гребцов своего Сервантеса, который бы описал это настолько подробно, настолько художественно, что можно было пронять чувства.

Клим Жуков. Да хотя бы Афанасий Никитин на галеру попал, хотя бы.

Алексей Лобин. Да, хотя бы. Но надо отдать должное европейцам, они достаточно подробно, насколько это было возможно, описывали такие восстания. Давайте посмотрим, что у нас за 17 век было. Иногда, в некоторых случаях сложно определить, где непосредственно русские где украинцы-запорожцы, как я уже говорил, их иногда всех именовали «рутены», русские.

Клим Жуков. Как и теперь, что киргиз, что москвич, вот где-то там за кордоном всех называют одним словом «русские».

Алексей Лобин. Вот, кстати, в украинском эпосе есть такая песня, называется «Дума о Кошке». Это как раз про восстание Самойло Кошки с гребцами, которые в конце 16 века, тоже на галере они подняли восстание, перебили своих угнетателей, и пришли домой. Кстати говоря, Самойло Кошка вполне реальный персонаж, т.е. это на реальных основах была песня. Он действительно был в плену, действительно освободился таким образом, но а сам Самойло Кошка известен тем, что в 1601 году водил походы в Молдавию, потом воевал в Ливонии, и, как говорят очевидцы, там его казаки ничего доброго не сделали. И великий вред даже учинили. А сам Самойло там же и погиб.

Клим Жуков. Для казаков это, в общем, характерно.

Алексей Лобин. Вспомним, что один из активных деятелей эпохи Смуты – Иван Болотников, был гребцом на турецкой галере. Его освободили венецианцы.

Клим Жуков. Как теперь говорят: «мужчина серьёзный, может быть, даже сидел». Так вот, Болотников был мужчина серьёзный, может быть, даже грёб.

Алексей Лобин. И что его подвигнуло в Россию-то идти? Ему предлагали службу, вполне, скорее всего. Но решил идти…

Клим Жуков. Ну, по религиозным соображениям.

Алексей Лобин. Скорее всего. Там-то он и узнал и о Лжедмитрии, о вестях с России, и стал одним из таких яростных бунтовщиков.

Клим Жуков. Ну, так это же перспективы нарисовались интересные, кроме религиозных соображений. Это же смута, тут можно неплохо заработать в это время.

Алексей Лобин. Давай устроим небольшой экскурсии в историю 17 века по восстаниям. Примерно около 1613 года около 400 христиан, среди которых большинство было из России.

Клим Жуков. Среди скольких христиан?

Алексей Лобин. 400. В Средиземном море подняли восстание на 2 галерах. Я напомню, некоторые галеры могли вмещать до 200-250 гребцов сразу, т.е. сразу батальон фактически.

Клим Жуков. Полбатальона, да, нормально.

Алексей Лобин. Подробностей боя, к сожалению, не известно, известно, что только дрались яростно, галеры всё-таки захватили, и известен итог – 2 галеры они сдали испанцам, продали, скорее всего, и разбрелись каждый в свою страну. Нам это известно из показаний 4 донских казаков, которые были среди этих пленных, и шли через Италию, Чехию, Польшу, Запорожье, а затем ушли к себе на Дон. Наиболее известными восстаниями, которые прогремели по всей Европе, было таких 2. В 1628 году и в 1643. В 1628 году в Риме появилась реляция, которая так и называлась – «Краткое описание захвата в порту Митилина крупной александрийской галеры, и освобождение 220 христианских невольников благодаря мужеству и отваге предводителя Марко Якимовського». Марко Якимовьский сам шляхтич из Подолья был, много лет опять таки был невольником на галерах, и среди его собратьев по несчастью, скажем так, было 3 грека, 2 англичанина, 1 итальянец, 22 мусульманских каторжанина, которых по каким-то там уголовным статьям определили гребцами.

Клим Жуков. Подонки, в общем, местные.

Алексей Лобин. Да. Все остальные были рутены, т.е. русские из Речи Посполитой и России. Так вот, когда большой адмиральский этот корабль эскадры Мехмеда стоял в порту, а сам Мехмед с 60 турками отдыхал на берегу, естественно, что на некоторое время рабов расковывали, они могли немножко отдохнуть, принять пищу, особенно, если в турецком порту стояла, можно было их расковать, какая беспечность.

Клим Жуков. Во-первых, это вынужденно, потому что нельзя человека держать в кандалах всё время, там же будут пролежни, заражение крови, и безвременная утрата ценного инструмента, т.е. раба.

Алексей Лобин. Они сравнительно дёшево стоили.

Клим Жуков. Тем не менее, деньги на дороге не валяются.

Алексей Лобин. Так вот, этот шляхтич из Подолья, вооружившись поленом, пришёл на камбуз, и недолго думая грохнул кока, завладел тесаком, а это подробно в реляции расписано, захватил холодное оружие, грохнул ещё одного попавшего под руку турка, освободил своих товарищей, те других, и, таким образом, более 200 разъярённых, приобретших свободу невольника, пошли крушить оставшихся турок, которые остались на галере, не тех, которые отдыхали. Быстренько с ними управились. Я напомню, что обычно гребцами были мужчины, как правило, люди военные, захваченные во время набегов, и мы там среди русских можем встречать казаков, стрельцов, детей боярских, так же, как и среди подданных Речи Посполитой шляхтичей, воинов, много кого. И представляешь, несколько лет человек был на галерах…

Клим Жуков. Устал от всего этого.

Алексей Лобин. Я не о том. Я говорю о том, какой силы был человек, который столько грёб.

Клим Жуков. Ну, это специфическая сила, прямо скажем, потому что очень сильно развивается плечевой пояс и спина, а подвижность, т.е. ноги…

Алексей Лобин. Но, помимо того, они в портах играли роль грузчиков, они ещё грузили, об этом я тоже немножко скажу, тоже есть интересный момент – восстания на суше.

Клим Жуков. Интересно.

Алексей Лобин. Так вот, добили турок, взялись за вёсла и поплыли. Турки увидели это, подняли тревогу, 3 галеры бросились в погоню, и, как ты думаешь, как гребли бывшие гребцы, которые обрели свободу?

Клим Жуков. Серьёзно гребли, я уверен, никому же не хочется обратно.

Алексей Лобин. И даже 3 пущенные в погоню галеры за ними не угнались. А наши освободившиеся пленные приплыли в Неаполь, там сдали корабль, а сами пешком пошли до Рима, где их ждала аудиенция у кого?

Клим Жуков. У Папы, понятно.

Алексей Лобин. Папа Римский их принимал, как просто героев, и надо отметить, что после того, как их отпустили уже на родину (я напомню, из Италии идти через всю Европу, кто-то в Польшу, а кто-то в Литву, а кто-то в Россию).

Клим Жуков. А кто-то ещё и в Англию.

Алексей Лобин. Кстати говоря, иногда могли быть на одной галере бывшие враги – московиты и ляхи.

Клим Жуков. Ну естественно, кто же там будет разбираться?

Алексей Лобин. И в память об этом в часовне святой Розалии были выбиты 2 доски, которые рассказывали об этом сражении, это помимо реляции. Реляция, кстати говоря, у меня есть, она написана на итальянском, которая подробна расписывала это восстание. Были и неудачные восстания, и тут я упомяну о восстаниях на суше. Один француз, который побывал в Стамбуле в 17 веке, такие восстания описывает. Так вот, в итальянском Неаполе, это куда приплыли в своё время Марко Якимовський…

Клим Жуков. С братвой.

Алексей Лобин. Через 2 года, в 1630 году, турки зашли в этот порт, ну, очевидно, имели право, чтобы запастись провизией, купить провизию, и в качестве носильщиков использовали галерных рабов, конечно же. И вот француз этот пишет, цитирую:

«У Первиса - бея Андроса и Сиры было немало рабов, а его галера стояла в римском Неаполе. Там несчастные русские почувствовали всю жестокость и неумолимость, с которой турки относились ко всем христианам, попавшим к ним в руки. Подобное плохое обращение довело русских до отчаяния, которое подтолкнуло их к тому, чтобы восстать против тирании бея и храбро положить конец как своим несчастьям, так и жизням. Бей повез их в лавку, чтобы запастись провизией и затем отвезти ее на галеру. Они бросились на него и убили. Когда к ним явились, чтобы их схватить и казнить за кровопролитие». Ну, понятно – кровопролитие в центре города, вы кто такие вообще.

Клим Жуков. Безобразие.

Алексей Лобин. Кошмар.

«Они стали драться, убили многих людей из числа тех, кто пришел за ними, и сами погибли с оружием в руках». Очевидно, так допекли, что уже… Кстати говоря, неоднократно путешественники писали о таком свойстве рабов – драться до последнего. Им терять было нечего, собственно, уже всё вот тут уже.

Клим Жуков. Всё, что можно потерять, потеряли.

Алексей Лобин. Да. Описан случай, как просто с голыми руками кидались на вооружённых людей, там уже ничего не останавливало.

Второй случай произошёл на Чёрном море, в Негрепонте. «Русские рабы, - это опять тот же француз пишет, - русские рабы, находившиеся в Негрепонте, завладели оружием и попытались захватить город, встретили неожиданно ожесточенное сопротивление и сражались до последней капли крови. На месте сражения осталось порядка восьмисот убитых – как русских, так и турок». Восставших было с 2 галер, т.е. порядка 400, ну и 400 с собой унесли сражавшиеся до последнего.

Клим Жуков. Достойно.

Алексей Лобин. Да. Ну и, в общем, я повторюсь. Для турок славянские невольники были самыми проблемными рабами. Как писал уже упомянутый мной французский путешественник: «Поэтому русские и наслаждаясь свободой, и попав в рабство, так или иначе не переставали быть для турков постоянной причиной для беспокойства». Я напомню, самая дешёвая рабочая сила.

Клим Жуков. Поэтому их и загоняли на галеры, что дёшево. Там же должна быть очень серьёзная смертность, на галерах.

Алексей Лобин. Серьёзная смертность, и заковывали их в кандалы, и охрану приставляли, но по статистике, забегая вперёд, я скажу – примерно каждые 4-5 лет в течение всего 17 века турецкий флот терял по одной галере именно из-за восстаний рабов.

Клим Жуков. То есть 20 галер приблизительно?

Алексей Лобин. Даже больше. Это то, что мы знаем, это то, что ещё удалось узнать, подняв документы. Наверняка что-то упустили.

Клим Жуков. Наверняка, галеры, там могли быть какие-то корабли поменьше, частные суда, про которые просто не писал никто.

Алексей Лобин. Есть ещё неудачные восстания помимо тех, которые я описал. Так, например, в начале октября 1644 года корабль Иоаннитов, Иоанниты?

Клим Жуков. Мальтийцы, понятно. Они же Госпитальеры.

Алексей Лобин. Они же Госпитальеры, да. Этот корабль наткнулся на плавающие обломки турецкого корабля. Удалось вытащить 2 оставшихся в живых турок, и расспросить, что это такое, что было? Турки сказали, что утром 4 октября взбунтовались рабы, но части удалось освободиться, а часть осталась закованных, их тут же перекололи, мало ли что.

Клим Жуков. На всякий случай.

Алексей Лобин. На всякий случай. А эта небольшая часть из неудачного бунта была оттеснена в кормовую часть, после чего эта кадерга затонула. Скорее всего, взорвался порох, или от возникшего пожара, там какие-то неясности есть, но, как правдоподобно предполагается в этом документе венецианского архива, христиане взорвали, скорее всего, себя, так как они видели, что их положение безнадёжно.

Клим Жуков. Вообще, это стандартное расположение крюйт-камеры в корме, как-то их неумно погнали туда.

Алексей Лобин. Может быть, так просто получилось.

Клим Жуков. Ну да, это же бывает.

Алексей Лобин. И далее, после 1628 года, появляется реляция 1631 года о том, как 8 христианских рабов захватили галеру с турецким капитаном, и освободили 89 христианских невольников, большинство из которых было из Польши. В 1633 году появляется ещё одна реляция о том, как 215 невольников-христиан во время восстания на галере убили 96 турок, и 32 взяли в плен. Ещё одно такое массовое восстание произошло в 1638 году. В своё время казаки Стенька Самсонов и Евко Иванов с товарищами ходили за море «для языков».

Клим Жуков. Тоже грабили.

Алексей Лобин. Тоже да, немножечко пограбить, их поймали турки, а дальше традиционно – кандалы, галеры, и было их на кадерге разных земель полоняников 140 человек. Их сугнетателей, назовём их так толерантно, было всего 70 вооружённых янычар.

Клим Жуков. Прямо точно янычар? Их же было вообще не так много, неужели их на каждую галеру сажали?

Алексей Лобин. Иногда янычарами звали наёмников, которых нанимали в качестве охраны той же. Мы ещё с янычарами встретимся. Ну и, собственно, утратив бдительность по какой-то причине, турки утратили бдительность над лихими людьми. Постоянно глаз да глаз нужен. Стоит дать одну слабинку…

Клим Жуков. Это же там отрицалово собиралось полнейшее, тем более, если учесть, что эти люди только что ездили грабить, это же вообще кошмар.

Алексей Лобин. От нас, к сожалению, ускользают подробности этой бойни, которая произошла на галере, но что-то было такое ужасное, что 70 турок утонуло после неожиданного восстания.

Клим Жуков. Каждый до 30 раз упал на нож, и потом трагически захлебнулся.

Алексей Лобин. И среди, кстати говоря, освободившихся пленных были греки, арапы и турки. Был такой турок Асан Салихов Сакизе, его отдали за пьянство на каторгу сородичи.

Клим Жуков. Что же он такого делал-то?

Алексей Лобин. Пьянствовал, что такого.

Клим Жуков. Нет, я представляю себе, как нужно пьянствовать, чтобы мусульмане своего сдали в такие места, как галера.

Алексей Лобин. Арап Алейка Абдулов из Магриба, также за пьянство продали.

Клим Жуков. Ничего себе.

Алексей Лобин. Арап Мерджон Хаирлов родом из хабежских арабов, особое государство за Египтом, т.е. эфиоп, скорее всего. Он взят в полон в своё время, ну и куда они пошли?

Клим Жуков. В Россию.

Алексей Лобин. В Россию, конечно же. А вот эти греки, арапы и турки, которые шли с русскими, они потом заявили в Разрядном приказе, что «в своей-де земли им жить не мочно, потому что побили туркских людей». Ну, своих же мусульман, в принципе, побили. «В Азове-де негде им жить», а я напомню, в это время Азов был захвачен казаками, они пришли…

Клим Жуков. Это как раз после Азовского захвата знаменитого.

Алексей Лобин. Они пришли в Азов, а потом уже пошли в Россию. И пошли-де к Москве, к государской милости.

Клим Жуков. Т.е. Разрядный приказ – это такое, скажем так, Министерство обороны и Министерство по делам пограничных страж и прочее.

Алексей Лобин. Совершенно верно. Всё, что касается военных вестей, всё собиралось в Разрядном приказе. 25 апреля 1644 года 93 раба, в том числе донской казак, который, собственно, и поведал об этом восстании. В Чёрном море так же перебили турок и через Валахию и Речь Посполитую дошли до Москвы. К сожалению, опять подробности от нас ускользают, что там было. В копии письма валахского господаря 1651 года коротко замечено о том, что, допустим, когда турки сражались с венецианцами, венецианские люди взяли в ходе абордажа 9 турецких галер, а на 2 галерах невольники, побив турок, сами сдались. Ну, понятно, что им помогали. Вообще во время боя часто рабы поднимали восстания, потому что вот-вот освобождение идёт, надо помочь.

Клим Жуков. Только хотел заорать, это же не совсем разумно – на военном корабле держать у себя полный трюм ну натурально готовой пятой колонны. Это же в любую секунду какая-нибудь фигня может произойти, охрана там, не охрана, учитывая, что им терять нечего, люди все здоровые, видимо, все с богатым прошлым, в большом количестве. Как-то не знаю, я бы не стал.

Алексей Лобин. Тем не менее, с завидной регулярностью на галерах, даже во время боя, поднимались бунты, ну а что делать, да… наверное, так было удобно держать рабочую силу.

Клим Жуков. Т.е. посчитали экономическую выгоду и прикинули, что риск того стоит?

Алексей Лобин. Я могу сказать, что подобные проблемы были и у мальтийцев, которые держали в качестве гребцов рабов-турок. То же самое иногда происходило. Баш на баш. Кстати говоря…

Клим Жуков. Секундочку. Если посмотреть, например, на античные гребные суда, там же далеко не всегда держали рабов, там было полно людей, которое просто работали за плату.

Алексей Лобин. У турок тоже были юноши, которые подрабатывали, скажем так, но в процентном отношении их было не так много. Это себе мог позволить богатый человек – держать на своей галере наёмных. Лучше по дешёвке купить 200 рабов. И вот, кстати говоря, был такой моряк, голландский моряк, Ян Стрейс, который оставил замечательную книгу воспоминаний о своих путешествиях, в том числе, и в Россию. Так вот, он в своё время тоже попал к туркам в плен, и бежал из этого плена накануне Дарданелльского сражения в 1656 году, а помог ему бежать русский. Вначале, попав в плен, он, конечно, очень окручинился, что вот там его плетью бьют, знаешь, не очень хорошо. И тут тот русский, почему-то у него не было ушей и носа, как оказалось, этот русский уже несколько раз бежал из плена, его ловили, отрезали ему уши, нос, секли, и русский говорит – «давай-ка, слышишь, голландец, давай-ка». Там приплыли уже венецианцы, готовятся к битве, «давай-ка с тобой бежим».

Клим Жуков. В дерзкий побег пошли.

Алексей Лобин. На что голландский моряк сказал «о ужас, да ты что, нас же поймают». Он говорит – «тебе-то чего? ну, высекут тебя, несколько ударов по пяткам, я это уже давно прошёл. Ты видишь, что со мной сделали, мне терять нечего». Пошли, говорит, у меня напильник есть. Тот помялся, я, конечно, своими словами пересказываю, сами понимаете.

Клим Жуков. Нет, понятно, что голландец именно так и писал.

Алексей Лобин. Он именно так и писал, он описал свой страх, даже удивился, какой русский прыткий, неугомонный.

Клим Жуков. У русского должно было в личном деле красными буквами написано наискосок – «склонен к побегу».

Алексей Лобин. Склонен к побегу, и этот русский сказал этому Яну Стрейсу: «Что же ты, предпочитаешь навсегда остаться в дураках, чем отважиться потерять что-нибудь ради свободы? И если случится так, что нас поймают, то вся вина падёт на меня, ты отделаешься ударами по пяткам. Нужна большая решимость, если хочешь добиться чего-нибудь значительного. Разве существует более прекрасное и лучшее сокровище, нежели свобода?» - сказал русский с отрезанными ушами и отрезанным носом. В итоге он склонил его к побегу, они перепилили кандалы ночью, отдыхали они на берегу тихонечко, а запасливый русский припрятал свечку, чтобы можно было подсветить, был дождь, где-то примерно, там, по-моему, 2-3 мили был от берега венецианский флот. Они бросились в воду, турки заметили, и начали по ним стрелять из луков. Одна стрела впилась в ягодицу, в зад русскому. Стрейс хотел помочь, «давай я вытащу», пока они плывут. Русский сказал «ты что, дурак, что ли, сейчас ты вытащишь,, и я умру из-за этого, оставь её, это стрела с зазубренным». «Так ты убьёшь меня в 1000 раз скорее» - сказал русский. Голландец сказал «хорошо, хорошо, ты лидер, плывём дальше». Доплыли они до корабля «Авраамово жертвоприношение»…

Клим Жуков. Какие у них названия прекрасные.

Алексей Лобин. И у его товарища вырезали из задницы стрелу, проникшую до кости, и нужна была большая осторожность, чтобы извлечь её. Русский-то всё знал вообще, тем более, что она вонзилась сбоку. На стреле было 8 зазубрин. «Но московит скоро вылечился, и мы благодарили Бога за счастье, что избавились от тех бешеных псов» - пишет Ян Стрейс.

Клим Жуков. Как на собаке зажило.

Алексей Лобин. И чуть позже освободившиеся приняли участие в битве у Дарданелл, в которой объединённый венецианско-мальтийский флот под командованием адмирала Лоренсо Марчелло разгромил турецкий флот. В ходе битвы было освобождено около 7000 невольников.

Клим Жуков. Ничего себе. Это же сколько они галер-то захватили?

Алексей Лобин. Представляешь, какой был исход пленных? Так вот, великий магистр Жан-Поль де Ласкарис-Кастеллар выдал всем охранное свидетельство. В реестре записей зафиксированы случаи выдачи этих свидетельств рабам, в 3 колонки перечислены эти рабы. Один из разделов озаглавлен Russiotti, т.е. русские, 1046 имён, другой – Moscoviti, 119 имён.

Клим Жуков. Т.е. руссиотями они, видимо, называли литовцев.

Алексей Лобин. Да, да, конечно же. Либо же могли донских казаков, запорожских казаков. И не только. Там же были и армяне, и греки, скорее всего, все схизматики. Схизматики, а эти вот Московиты-схизматики. Интересно, что пленники-московиты были из разных мест, допустим, был такой Maxim de Juan di Astrakhan.

Клим Жуков. Астрахан.

Алексей Лобин. Максим, сын Иванов, из Астрахани. Или там Gregori di Philippo di Muscovy, т.е. Григорий Филиппов из Москвы. Или Simon Procop Moscovitto – Семён Прокопьев, и так далее. В это время в Венеции послом был наш стольник Иван Чемоданов, и к нему как раз пришли около 50 невольников, сказали, что они освободились, и своим ходом пошли до Москвы. Остальные, видать, через какие-то другие пути пошли.

Клим Жуков. Эти-то грамотные, сразу к послу явились.

Алексей Лобин. И, кстати говоря, прозвище «московит» имели несколько солдат у венецианцев. Очевидно, освободившиеся рабы. Был такой Луджо Московитто, он служил под руководством капитана Педро Бароцци как раз в этой же битве при Дарданеллах. Отмороженный был вообще.

Клим Жуков. В чём это выражалось?

Алексей Лобин. Про него венецианцы писали, что в сражении он самым первым вскочил на борт турецкой галеры, с жердью, с багром, с чем там можно.

Клим Жуков. С оглоблей.

Алексей Лобин. Да, наверное, с оглоблей.

Клим Жуков. Которую ещё из России привёз, фамильная.

Алексей Лобин. И несмотря на то, что уже 3 стрелы в руку и в ногу впились, он пошёл крушить, ничего не чувствовал, крушил. Ничего, выжил, как и тот московит, друг Стрейса.

Клим Жуков. У них был, как это называется, иммунитет на стрелы. Только пищаль брала.

Алексей Лобин. Да. И, значит, в Разрядном приказе есть ещё один документ, который датирован августом 56 года, на основе челобитной некоего Филиппа Новокрещёнова, который допрашивался в Разрядном приказе относительно его побега из плена. Так вот, история, рассказанная Филькой, хоть и немножко лаконично, конечно же, ну не умели русские художественно это всё оформлять. В своё время Филька ушёл из Москвы на Дон, в одной из стычек с азовскими татарами попал в плен, те его продали туркам, и в итоге он оказался на галере турецкого паши Касым-бея. Филипп и 11 его русских невольников – всего 12 человек, какая-то небольшая галера была – перебили не много ни мало 35 турок, и уплыли на Мальту.

Клим Жуков. Какие молодцы.

Алексей Лобин. Очевидно, ночью перебили, потому что без потерь. Представляешь, заковываешь раба на ночь…

Клим Жуков. А он раз.

Алексей Лобин. Ложишься спать, а там просыпаешься с шомполом в ухе, всё.

Клим Жуков. Плохо быть рабовладельцем, опасно.

Алексей Лобин. Филипп Новокрещёнов с товарищами, в Италии он услышал какую-то информацию о деятельности Папы Римского в намерении создать антирусскую коалицию в помощь Речи Посполитой. Освободившиеся пленные, они же ещё и разведчиками работали, собирали слухи, информацию, а потом докладывали в Разрядный приказ, подробно очень расписывали. Что ты слышал в Италии, ну ка, расскажи.

Клим Жуков. Я думаю, их поэтому и допрашивали.

Алексей Лобин. А чего в Польше слышал?

Клим Жуков. Они шлялись по всей Европе, могли много чего видеть.

Алексей Лобин. Очень много рассказывали. Но что касается, сам Филипп Новокрещёнов пробирался на Украину, выдавая себя за казака, потому что боялся, что узнав, что он московит, его зарубят. Уже начало Руины, пошло уже брожение.

Клим Жуков. Руина – это, если кто не понимает, это смута в Царстве Польском, которая закончилась отделением Гетманщины и присоединением её к России в 1654 году по Переяславской раде.

Алексей Лобин. Руина – это даже, скорее всего…

Клим Жуков. И поздние события, когда Выговский восстал.

Алексей Лобин. Смута в самой Украине, да.

Клим Жуков. Это кусок Польши был официально.

Алексей Лобин. Ну, до 54 года.

Клим Жуков. А потом споры, когда Выговский восстал уже против русского царя Алексея Михайловича.

Алексей Лобин. Юрий Хмельницкий, Пётр Дорошенко и так далее, до 60-х годов это всё продолжалось.

Клим Жуков. До 63.

Алексей Лобин. Через 4 года, в ноябре месяце в Путивль вышли крымские полоняники, донские казаки Мартин Калинчин и Петрушка Иванов, и в расспросе сказали, что в прошлом году, генваря в 9 день, их на Дону взяли азовские татарувя, и пришли в Азов, а из Азова продали в Царьград, Константинополь, если кто не знает.

Клим Жуков. Истанбул.

Алексей Лобин. И были на каторге, и в каторге, «розбив с себя железы, туркских людей побили, и ушли на Венецейскую землю, а из Венецейской земли шли на Цысарскую землю да на Полшу».

Клим Жуков. В Австрию, а потом в Польшу.

Алексей Лобин. В этом деле, кстати говоря, есть сам венецианский лист, сохранился в этом архивном деле, проезжая грамота, выданная этим пленным, и грамота отпечатана, что удивительно, типографским способом.

Клим Жуков. Ну, так это же культурная страна, Венеция.

Алексей Лобин. Очевидно, освободившихся было столь много, что венецианцам проще было запустить станок, от руки как-то писать…

Клим Жуков. Запариться можно.

Алексей Лобин. Не очень-то – от руки писать. Ну и, собственно, эта грамота датирована 12 августа 1660 года, и в ней сказано, что эти Мартинс и Петрис действительно освободились в ходе восстания, и просят им оказывать всяческое содействие, несмотря на то, что схизматики, конечно же.

Клим Жуков. Ну, турки-то гораздо хуже. Это понятно, что схизматики.

Алексей Лобин. Но нельзя упомянуть отдельно о таком восстании, как восстание под руководством стрельца Ивана Мошкина. В своё время это восстание взбудоражило всю Европу, в Италии говорили очень долго об этом восстании.

Клим Жуков. Что же он такого наделал?

Алексей Лобин. Кстати говоря, про Ивана Мошкина, здесь вообще уникальная ситуация. Дело в том, что сохранилась челобитная самого Ивана Мошкина, который описывал, что произошло, его приключения; челобитные его товарищей, которые вместе с ним пришли в Россию. Но, что удивительно, его информацию, изложенная в его же челобитной, подтверждается полностью реляцией, которая была издана в Риме в 1643 году в издательстве…

Клим Жуков. Альд Манцуий.

Алексей Лобин. Нет, издательство Людовика Григнани.

Клим Жуков. Не угадал.

Алексей Лобин. Тиражом была издана брошюра, где во всех подробностях описывалась история восстания гребцов-невольников, которое возглавлял русский офицер Семёнов. Иван Семёнов-Мошкин его звали. Краткая история такова.

Клим Жуков. Он офицер был – голова или десятник?

Алексей Лобин. Нет, стрелец. Его называют офицером, потому что он действительно руководил восстанием, хотя среди пленных были дети боярские, которые по статусу - люди «по отечеству» – выше, чем человек «по прибору».

Клим Жуков. Ну естественно.

Алексей Лобин. Но все ему подчинились, его вожаком избрали. Тоже сорвиголова был. Так вот, значит, этот Иван Мошкин, попав в плен к татарам, служил он на Усерде, на реке Усерд, попал в плен каким-то образом. Продали его туркам на галеру Анти-паша Мариоля, и несколько лет грёб на галерах, надоело ему это всё, и отбил товарищей на восстание. Судя по всему, галера была большим галеасом, это была прекрасно оборудованная большая галера, вызолоченная, на ней было 280 гребцов, 250 солдат.

Клим Жуков. Ничего себе, большая.

Алексей Лобин. И 30 пушек.

Клим Жуков. 30 пушек.

Алексей Лобин. 27.

Клим Жуков. Ну, почти 30, неважно.

Алексей Лобин. Приукрасил немножко. 3 мачты, 25 пар вёсел. Этот турецкий галеас, назовём его действительно галеасом.

Клим Жуков. 25 пар вёсел, это получается, по 25 с борта, это в самом деле галеас, потому что 25 пар на такую здоровую штуку – это мало. Т.е. у них должно было быть парусное вооружение, а раз оно парусно-гребное, то это галеас.

Алексей Лобин. Корабль участвовал в неудачной осаде Азова. Напомню, казаки захватили Азов, удерживали его, а турецкая армия, турки неудачно осаждали, в итоге ушли ни с чем. Так вот, спасаясь от гнева султана Ибрагима I, Анти-паша, или в русских документах он Апты-паш Мариуль.

Клим Жуков. У нас всегда так интересно сокращали.

Алексей Лобин. Да, да, да. Бежал из Константинополя, и на одной из стоянок заговорщикам удалось похитить и спрятать с помощью эконома – русина Микулы – 70 фунтов пороха. И далее удалось ту мину, которую сделал Иван Мошкин, удалось её подложить под место, где спали 40 лучших турецких солдат, очевидно, янычар. Взорвать её помог ренегат Сильвестр из Ливорно. Иван Мошкин называет его без имени, называет его «шпанским немцем». И в скоротечном бою невольники, руководимые стрельцом, истребили турок, часть взяли в плен, ну и хитростью захватили турецкую филюку, и взяли курс на Мессину – испанскую колонию.

Клим Жуков. Как же они утянули такое количество пороха незаметно? Там что, учёта никакого не велось?

Алексей Лобин. По чуть-чуть, эконом – русин. Эконом-то был русин, ему этот Апты-паша доверял. Очевидно, по чуть-чуть, по чуть-чуть откладывал, вот и.

Клим Жуков. А как же проводить регулярные шмоны?

Алексей Лобин. Пуд пороха фактически…

Клим Жуков. Ну так 16 кило. Как же шмоны проводить регулярные, забывали что ли? Что-то у них бардак был на галерах.

Алексей Лобин. Бардак обычный. Невозможно всё время, это же не тюрьма, где постоянно определённый режим, определённые правила, а здесь вот чуть-чуть недосмотрели, а в итоге поплатились. Так вот, восставшие ушли в Мессину, и официально в Риме были приняты кем опять-таки?

Клим Жуков. Опять Папой.

Алексей Лобин. Опять Папой Римским

Клим Жуков. А там больше никого нет.

Алексей Лобин. Надо сказать, что написанная скорописью челобитная Мошкина, она весьма, она более лаконичная. Реляция, ну итальянцы люди эмоциональные, всё расписывали в красках. Вообще, челобитная Мошкина была написана с другой целью – убедить, чтобы ему выплатили какую-то компенсацию, чтобы ему заплатили кормовые деньги, чтобы было, на что жить. Но эти 2 источника дополняют настолько подробно, потому как реляция издана, она писалась на основании допросов, а здесь сами участники писали. Вот, к примеру, так источники описывают столкновения. Итак, значит, когда Иван заложил мину, мина взорвалась, но капитан турецкий остался жив. Вот пишет известие, итальянское известие. «Проснулся в тревоге Анти-паша Мариоли; он выбежал на палубу, исполненный ярости, стал громко браниться и кричать: «Ах вы, христианские собаки! Не трогаться с места, изменники! Сидеть смирно!» В это время капитан Семёнов схватил саблю, напал с неотразимою отвагою на пашу и нанес ему смертельный удар со словами: «Не сносить тебе головы, проклятая собака!»

А вот как описывает Иван столкновение со своим капитаном: «И, услышав Апты-паш крик и шум, и выбежал на переднюю лаву, и держит в руках саблю и стал, говорил: «то есте собаки крестьяне-изменники, сядьте, а не вставайте, и что вы тут делаете? И я, холоп твой, Ивашка, - это он пишет царю, - учал ему говорить спорно и стал его Апты-паша называть: «то еси сам турчанин неверный». И проколол я, холоп твой, того Апты-паша саблею в брюхо». Ну практически один в один. Там единственное непонятно, как его убили, всё-таки зарубил или проткнул, но это нюансы, согласись.

Благодаря сравнению 2 источников можно проложить маршрут следования. Итак, они из Азова отплыли в Константинополь, в Стамбул, из Стамбула в мраморное море, потом в Эгейское море, Адриатическое море, Мессину, Рим, Венецию, Австрийскую империю, это они уже пешком шли из Рима, Венгерское королевство, Речь Посполиту и Московское государство. И надо отметить, что мужественных героев приглашали практически все правители. У них был официальный лист от Папы, очевидно. Их приглашали все правители, предлагали им немыслимые богатства, допустим, самому Мошкину предлагали около, на наши деньги 17 века, примерно 20 рублей в месяц, при жаловании стрельца где-то 5 рублей в год. В России он бы получал 5 рублей в год, а ему предлагали на наши деньги 20 в месяц. Фердинанд III – император Священной Римской империи принимал его даже, простого стрельца, извините.

Клим Жуков. Вообще караул.

Алексей Лобин. Караул.

Клим Жуков. Это же он его с какими целями, с пиар-целями заманивал?

Алексей Лобин. Ну, такие лихие люди нужны везде, такие безбашенные, лихие люди.

Клим Жуков. Согласен.

Алексей Лобин. Профессиональные военные нужны были везде. И вот после челобитной Ивана Мошкина идут челобитные его участников, как я говорил, и в них подтверждаются все сведения, которые изложил сам Иван. И, кроме того, описываются ранения. Так, участник восстания Григорий Никитин был ранен из лука под титьку, да саблею по пояснице. Иван Игнатьев ранен из лука в стегну. У Иванова левую руку выбили из плеча мушкетом, ну, рукопашная шла.

Клим Жуков. Прикладом выбили.

Алексей Лобин. Конечно. Яков Васильев ранен саблею дважды. Иван Лукьянов ранен саблею, ещё один ранен саблею по левой руке да из лука дважды. Очевидно, оставшиеся в живых турки отстреливались, но это им не помогло. Дементьев ранен саблею в левую руку, да из лука по пояснице. Киреев ранен из лука дважды, «и от тех ран лежал я при смерти 2 месяца, и копье (т.е наконечник) вынули у меня из раны у Папы Римского». Т.е. Папа Римский позвал лекаря.

Клим Жуков. Т.е он доехал с наконечником стрелы аж до Италии.

Алексей Лобин. Сам Мошкин был ранен стрелами в голову и в правую руку, и саблями в голову и в живот. Рукопашная была, сам понимаешь, какая. И получил, кроме того, ожоги, ну, понятно, от взрыва. Но, кстати говоря, в ходе сражения рабы потеряли знаешь сколько всего? Одного человека.

Клим Жуков. Эффект неожиданности.

Алексей Лобин. Эффект неожиданности, и настолько удивительная история, она была, кстати говоря, опубликована в Чтениях Общества истории древностей российских в 19 веке, и наш писатель Н.С.Лесков, прочитав это, сказал «да это басня». Вот. Написал такой очерк, он назывался «Вдохновённые бродяги», где он как-то скептически. Он не знал, что издана реляция, что есть другие документы помимо челобитной Мошкина. Он посчитал, что это невероятно, как это Мошкин там опалённый, как-то мог он ещё сражаться. Как у Киреева, который при смерти лежал 2 месяца, как такое может быть тоже. Наверное, придумали, чтобы побольше денег получить. Ну а, как оказалось на самом деле…

Клим Жуков. Подошёл Николай Семёнович к источнику с позиции гиперкритицизма, который был тогда весьма популярен в историографии.

Алексей Лобин. Совершенно верно. И, если сравнить эти 2 источника – реляцию и челобитную, там вырисовываются некие подробности, которые, допустим, итальянцы умолчали. То, что галеру, роскошную галеру, сейчас я, значит, что помимо галеры и пленных удалось захватить. Сейчас вот, в конце, одну секундочку.

Клим Жуков. Это они ещё и не всех турок перебили?

Алексей Лобин. Да. Они, значит, 34 турка оставили в живых. 4 еврейских купца, которые предложившие за себя 10 000 скудий, 2 турчанки, 2 негра, 3 мальчика, 27 пушек, драгоценное оружие, украшения, много серебра и золота, красивых костюмов и других предметов торговли. Т.е роскошная галера, галеас даже, приплыли к испанцам, испанцы сразу отобрали, на самом деле, у них. Отобрали, забрали себе, всё забрали. Сказали, к Папе Римскому – это вот туда вам. Всё, спасибо. И, кроме того, 8 русских пленников они почему-то задержали у себя в темнице. Ещё Иван Мошкин пишет, что эти испанцы, ах они такие, держали их некоторое время под замком, и воду им продавали.

Клим Жуков. Ах, какие молодцы. Интересно, на какие шиши они покупали, если у них забрали всё?

Алексей Лобин. Очевидно, что-то оставили, а то, что оставили – за воду, за пропитание.

Клим Жуков. Молодцы.

Алексей Лобин. Значит, об этом, конечно же, в реляции ни слова. Далее Мошкин описывает, что «И шли мы через их Шпанскую землю до Рима до папы римскаго наги и босы и голодны; и от папы римскаго шли мы на Венецу и из Венецы шли мы, холопи твои, до цесаря крестьянскаго, и цесарь крестьянской (Фердинанд III) был нам рад и звал нас на службу и давал нам жалованье большое». Давал Ивану поместье, 20 рублей в месяц жалованья. Он сказал «знаешь, что-то по берёзкам я соскучился».

Клим Жуков. Отпусти ты меня, император, на волю.

Алексей Лобин. Отпусти, император, на волю. И далее они пошли в венгерскую землю, из венгерской земли шли к литовскому королю в Варшаву, «И литовский король для твоего государскаго величества велел нам дати пити и есть», т.е хорошо принял, это как раз 43 год, это ещё мир, мирное время между Смоленской войной и Тринадцатилетней войной. «и дал нам пристава своего, королевскаго коморника Андрея Заклику, и дал подводы; мне, холопу твоему Ивашке, на дорогу дал 10 рублев», 10 рублёв.

Клим Жуков. Это очень много.

Алексей Лобин. «а товарищам моим всем по 2 рубли». Ну сразу видно, кто действительно начальник. «И вёз на подводах до Вязьмы». Дальше они собирались, и… Что удивительно, как распорядились в разряде. Там есть на обороте помета думного дьяка Гавренева, который написал, что, значит, «государь пожаловал тому стрельцу…велел дать корму по 2 алтына, а достальным всем детям боярским по 8 денег, казакам по 7, пашенным крестьянам по 6 денег для того, чтоб освободились без окупу, и отослать под начало к патриарху для исправления, для того, что у папы принимали сокрамент». Нельзя было православному у Папы Римского причастие и благословение получать. Ну и вообще, по Судебнику надо было духовно очиститься, под начало к Патриарху обязательно, после чего только мог ты рассчитывать на какие-то субсидии. Но чтобы ты пока с голоду не умер, вот тебе на прокорм денюшку. К сожалению, мы не знаем дальнейшую судьбу стрельца Ивана Мошкина и его товарищей.

Клим Жуков. Наверное, всё хорошо у них было.

Алексей Лобин. Я надеюсь, что всё хорошо, прожил он долгую жизнь, дай Бог ему здоровья.

Клим Жуков. Я так понимаю, что их за шашни с Папой Римским наказали, потому что всё-таки это была основа идеологического и политического содержания жизни, потому что, таким образом, они повели себя политически близоруко.

Алексей Лобин. Да, но закон, это закон просто. И, кстати говоря, я думаю, большинство пленных, которые много лет были в плену, их всё равно отправляли, их расспрашивали, а постились ли, нет ли, верили ли, изменили, если изменил, то надо перекреститься.

Клим Жуков. На фильтрацию, в общем.

Алексей Лобин. Да, кстати. Фильтрационный лагерь.

Клим Жуков. У нас-то лучше, чем у турок, было с дисциплиной.

Алексей Лобин. Ну, если рассматривать следующее восстание, то, конечно, такого масштаба восстаний не было, хотя периодическое издание европейское, «Европейский театр», напечатало в 1665 году новость о восстании польского дворянина на турецкой галере, которая рассказывала о том, что польский дворянин по имени Самуил Чернецкий и его коллеги по несчастью, рутены те же, непонятно какого происхождения, перебили турецкую команду на корабле, но вскоре им пришлось вступить в тяжёлый бой с другой галерой, и ценой 9 человек убитыми, и 30 ранеными, они сумели уйти от погони на соединение с венецианским флотом. И вскоре прибывшие невольники на трофейной галере вместе с венецианцами, с венецианским флотом в составе 19 галер, принимали участие в сражении с турецким флотом из 35 галер.

Как я уже говорил, русские документы – они очень лаконичны. Порой даже иногда печально, допустим, в одном документе «турские полоненники Оско Михайлов и Ромашка Фёдоров, - которые были на галерах, - с полоненниками иных земель на двух каторгах турок повыкалали и вошли в Венецианскую землю и дальше пошли в Россию». Всё, одной фразой, повыкалали, как повыкалали, да? Подробно не расписано.

Клим Жуков. Это же документ для внутреннего употребления, им там было не до красот, я больше чем уверен. Есть факт, нужно его зафиксировать, вот так, где они оказались – там-то, всё.

Алексей Лобин. Так что вот иногда прямо буквально лаконичные какие-то сведения.

Клим Жуков. Хотелось бы подробностей.

Алексей Лобин. Подробности, конечно же, хранятся, если они выходили в Венецию, если они выходили в Италию, к мальтийцам, подробности, конечно, хранятся в архивах. Кстати говоря, итальянцы очень охотно идут на контакт, иногда даже бесплатно предоставляют документы.

Клим Жуков. С ума сойти.

Алексей Лобин. Таки бесплатно.

Клим Жуков. В наше время это большая редкость.

Алексей Лобин. Да, но в принципе, что удивительно, наверное, они тоже заинтересованы в освещении подобной тематики. Итак, подводя итог небольшой, скажем так, составим некоторый такой топ, что ли.

Клим Жуков. Топ восстаний. Кто же у нас получит приз Спартака?

Алексей Лобин. Кто больше всех находился в плену? Вот мы выражение знаем «грести, как раб на галерах». Так вот, скажу, самый печальный рекорд принадлежит нескольким гребцам, таким как Якимко Васильев, который «его взяли в полон литовские люди в московское разорение, и живот свой мучил в Литве 9 лет. Из литовской земли взяли его в полон крымские люди, и в Крыму живот свой мучил 10 лет».

Клим Жуков. Т.е. 19 уже.

Алексей Лобин. «Из Крыма уходил трижды в православную христианскую веру и крымские люди его ловили, мучали, потом продали на каторгу, и живот свой мучил на каторге 20 лет».

Клим Жуков. Офигеть. 39 лет

Алексей Лобин. И в итоге, он пишет, 40 лет. Гаврила сын Алексеев…

Клим Жуков. Это нам с тобой сейчас по 40, а он вот это всё время в неволе оттянул, вот это я понимаю, да.

Алексей Лобин. Гаврила сын Алексеев Великопольский из Можайска. Взяли его ещё в плен при Фёдоре Иоанновиче, на Ливнах в бою, лет тому 35, свели его в Крым, из Крыма продали в Каффу, из Каффы в Царь-город, т.е. в Стамбул, из Стамбула его, в Стамбуле посадили на каторгу, и был-де он на каторге лет с 30. 30 лет на галерах, на секундочку, 30 лет 365 дней в году, гребцом.

Клим Жуков. Вообще чума.

Алексей Лобин. Что за люди были, да?

Клим Жуков. Из чего их делали?

Алексей Лобин. И далее он пишет, что, будучи на каторге, «по середам и по пятницам в Великие посты мясо едал». Он даже покаяться, расписать, что он нарушал христианское. «Мясо едал, а не басурманин». И «от христианской веры не отступал». Из каторги-де его отпустили. Его отпустили в итоге. Он старый такой был – иди. И он шёл через Валахию, вышел в Киев. Были такие случаи, когда отпускали старых рабов. В Крыму, вообще у крымских татар считалось, что раб, по законам шариата, если раб 5-6 лет в рабстве находится, после этого его можно отпускать. Но на самом деле не многие так делали, но, тем не менее, отпускники, русские люди, которые вышли з крымского полона, 5-6 лет, такие есть. Такие случаи есть. Якимка Петров – один из участников восстания на галере, 30 лет в неволе, из них 20 лет на галерах. Кирюша Кондратьев пишет, что «как была Литва на Москве, - а он служил у Дмитрия Пожарского, - и под Тулой взяли меня, холопа твоего, ногайские люди в полон; у ногайских людей живот свой мучил 13 лет, и ногайские люди продали меня на каторгу, и с тех пор и по сей мест живот свой мучил на каторге». Если речь идёт о 1643 годе, это сотоварищ Ивана Мошкина, то, значит, на галерах он был 18 лет, ну а всего 31 год в плену.

Клим Жуков. Хоть мир посмотрел, а то так бы и сидел у себя под Тулой.

Алексей Лобин. Ивашка Климов – 16 лет (всего-то) на галерах, Мартын Яковлев сын Сенцов – 15 лет на галерах, Васька Невежин – 12 лет на галерах, и 7 лет рабом простым.

Клим Жуков. В масштабах 40 лет у главного – это ни о чём, конечно.

Алексей Лобин. Да. Самый массовый исход пленников – это вот как раз16 год, там 250 сразу пленников вышли. В 30-х годах по 100-200 человек выходили. Представляешь, такой массовый исход идёт, да. И все «вы куда?» - «В Россию, в Московию».

Клим Жуков. Опять?

Алексей Лобин. Опять, и снова? Тем не менее, такое явление, как восстание на галерах, долгий путь домой, скажем так, был частным достаточно явлением в Средиземноморье. Практически каждые 4-5 лет такое случалось.

Клим Жуков. Видимо, даже чаще. Просто по-крупному, так сказать.

Алексей Лобин. И сколько, говорю, случаев мы не знаем. Вот один случай я обнаружил, когда обломки плавали. А наверняка были те, когда попали в шторм, их корабль разбился, те, которые не донесли информацию, или их челобитные просто не сохранились – тоже определённое количество.

Клим Жуков. Возникает сразу вопрос. Вот лихие люди, которые ездили, например, с Дона за зипунами, попали в турский плен, оттуда на галеру, галеру захватили, а что им мешало в пираты податься? В Карибском бассейне такое регулярно происходило.

Алексей Лобин. Я думаю, может быть, даже и были такие, которые попиратствовали немножко…

Клим Жуков. Там Средиземное море, богатейшее место, грабь не хочу. Это же вам не Запорожье, тут гораздо большие возможности.

Алексей Лобин. Наверняка, вполне возможно, но вот пока, к сожалению…

Клим Жуков. У тебя корабль, пушки, порох, команда готовая конченых отморозков, это же вперёд, к приключениям! Пираты Средиземного моря, только не Карибского, а Средиземного.

Алексей Лобин. Вообще, каждая такая история весьма интересна, уникальна, своеобразна, хотя, собственно, сценарий один и тот же. Турки утратили бдительность…

Клим Жуков. Нарушение режима.

Алексей Лобин. Нарушение режима, восстание, буль-буль…

Клим Жуков. Папа Римский.

Алексей Лобин. Потом Папа Римский, и пошли опять. Я говорю, все истории – они такого рода. Но каждая содержит какие-то интересные моменты, описывающие бой, поединок даже здесь. И на самом деле готовый сценарий фильма, ничего придумывать не надо, ну, в крайнем случае, можно совместить несколько историй в один художественный образ.

Клим Жуков. Тема настолько богатая, что тут придумывать-то, господи. Более того, это один из самых, скажем так, сценарно пригодных сюжетов. Это же роуд-муви фактически. У тебя есть дорога, это же первое вообще литературное произведение, которое у нас есть – «Одиссея», роуд-муви. У тебя есть дорога, в которой что-то приключается. Вот ты попал на галеру, вот ты на ней катался, как Бен-Гур в известном фильме, вот ты сбежал, вот пришёл, вот шёл домой. А там на этот стержень нанизывай чего угодно.

Алексей Лобин. Кроме того, там что угодно можно приписать. Допустим, в 1628 году восстание Марко Якимовського, шляхтича, там вообще романтическая история. Он женился на полонянке потом, которую он освободил. Там очень всё так закручено.

Клим Жуков. В Киев уехал, домой?

Алексей Лобин. Да, к себе домой уехал. История богатая, но, к сожалению, малоисследованная. Из литературы могу посоветовать книгу Королёва «Босфорская война», которая описывает подобные восстания, но там, к сожалению, без опоры на иностранные архивы, но, тем не менее.

Клим Жуков. Шли выходные данные, думаю, контингенту будет небезынтересно, мне, по крайней мере, уж точно. Привинтим под ролик.

Алексей Лобин. На Украине этой темой занимается Юрий Мыцик, у него есть несколько статей, но, в основном, восстаниями украинцев.

Клим Жуков. Казаков, то есть.

Алексей Лобин. Я говорю, тема настолько богатая, настолько интересная. Вообще, тема русских рабов в Средиземноморье, её можно развивать и развивать. Как в Европе продавали, во Флоренции, в Венеции, в Русильоне.

Клим Жуков. Это же Европа, у них там под каждым актом купли-продажи должны быть документики.

Алексей Лобин. Документов просто воз и маленькая тележка. Копай не хочу, но, к сожалению, тема малоисследованная. Собственно, вот о чём я хотел поговорить.

Клим Жуков. Очень интересно. Я повторюсь, к своему стыду, у меня руки не доходили никогда подумать, почитать, посмотреть глубоко, что там творилось. Николая Семёновича Лескова повесть я только что вспомнил, давно читал. А вот, оказывается, какие подробности. Я, честно говоря, думал, что никогда, что там ничего и не известно. Ну, понятно, какие-то восстания были, а, оказывается, вон что. Папа Римский принимал горячее участие.

Алексей Лобин. И не один раз.

Клим Жуков. До 20 раз известно, как принимал. Опять вы. Да, у них же там уже, смотри ка ты, пропускной лист штамповался на печатном станке, всё уже было стандартизировано, это промышленный фактически был масштаб, промышленный масштаб бегства рабов.

Алексей Лобин. Конечно, если по несколько сотен человек там…

Клим Жуков. Караул. Вот, вот про что нужно снимать, а не про викинга вашего дурацкого, господи боже мой, прости господи. Да, тут тебе и драма, и историческая фактура богатейшая, и патриотизьм несомненный, и посыл моральный верный – люди на свободу рвутся, и, что самое главное, не просто на свободу, а домой, в Россию.

Алексей Лобин. Заметь, как рвались-то. Ничего, «не нужен мне берег турецкий, и Африка мне не нужна», берёзки шумят и всё понимают, а пальма тебя поймёт? Фигушки.

Клим Жуков. А ещё интересно, напоследок спрошу. Как ты думаешь, может, какие-то данные по этому поводу есть, или просто ты размышлял. Вот парни захватили корабль морского класса, который ясно способен пересечь Средиземное море. Кучу добра, ладно, бог с ним, с пиратством, поезжайте на корабле домой, это же удобнее.

Алексей Лобин. А куда? А если…

Клим Жуков. В Гибралтар. Огибаешь Гибралтар.

Алексей Лобин. А они знали так географию, что могли знать, что где-то есть Гибралтар, что можно обогнуть Европу?

Клим Жуков. Викинги как-то доезжали, тоже не зная географии.

Алексей Лобин. Случайным образом наверняка. Здесь нет…

Клим Жуков. Это же каботажный рейс, поплыл вдоль берега, куда-нибудь да приплывёшь обязательно. Какие у тебя ещё варианты? Средиземное море круглое, а заканчивается строго Гибралтаром.

Алексей Лобин. Знаешь, наверное, им уже вот так была эта гребля, по 30 лет гребли, сколько можно, дайте хоть на землю ступить.

Клим Жуков. Я бы на корабле поехал. Это быстрее, удобнее, спокойнее, потому что топать через всех этих козлов…

Алексей Лобин. Кстати говоря, спокойнее, да. Там понятно, что проход такой группой иногда (я напомню, что их одаривали правители, давали денег, подводы) через империю было очень проблемно иногда идти. Допустим, когда Тридцатилетняя война ещё не отгремела, а тут идут полоняники.

Клим Жуков. Кто это?

Алексей Лобин. Кто это, да.

Клим Жуков. Без вас хватает дураков.

Алексей Лобин. Случаи с разбойниками были, конечно. По крайней мере ,есть один случай такой, что шёл обоз пленных, наши и поляки, литовцы шли, естественно вместе, разговариваем на одном языке, ну и что, что когда-то враги были. Тут шли…

Клим Жуков. Судьба такая, объединяющая.

Алексей Лобин. Вышли лихие люди, говорят «мы лихие люди».

Клим Жуков. Мы тоже.

Алексей Лобин. «Это вы лихие? Какие же вы лихие? А вот, почитай ка, кто мы». И всё. Один случай, когда отбились от разбойников.

Клим Жуков. Просто грамотой.

Алексей Лобин. Нет, в рукопашную, это я так уже.

Клим Жуков. Учитывая, какие это упыри были.

Алексей Лобин. Дом уже вот рядышком, вы чего, нам мешать будете?

Клим Жуков. Как помнишь, был фильм «Крокодил Данди», когда охотника на крокодилов Данди грабили гопники при помощи выкидного ножичка.

Алексей Лобин. Да, да, «это разве нож?»

Клим Жуков. Вот это вот! Вот такой тесак сантиметров 40.

Алексей Лобин. Так что там… Вообще там военной антропологии, а я напомню, что это направление, которое изучает повседневность. Сейчас популярное, становится всё более популярным, и становится историческая антропология… Многие историки работают в этом направлении, но вот изучать поведение военного человека на войне – это весьма специфическая тема, не менее интересная. Как человек мыслил себя на войне, как он грабил, убивал, каялся, как он вёл себя в плену.

Клим Жуков. Что ел.

Алексей Лобин. Что ел, что он чувствовал, скучал по родине.

Клим Жуков. Как себя осознавал. Я помню, с большим интересом читал книжку «Армия Наполеона» известного историка Олега Соколова, там приведены документы по медицинским потерям во французской армии во время похода 1812 года, есть там такая графа, которая называется «умерших», ну там понятно – боевой понос, оспа, голод, мороз, и тоска по родине.

Алексей Лобин. Интересно.

Клим Жуков. Француз нежный. Может быть, погрузим контингент в хитрости военной антропологии?

Алексей Лобин. Попробуем. Очень интересные исследования по ранениям, там такое мясо, как наши служивые люди бились не щадя головы своей, не скрывая ран своих.

Клим Жуков. Надо, надо усилять накал.

Алексей Лобин. А потом можем перейти к пушкам.

Клим Жуков. Пушки – это важно. Спасибо!

Алексей Лобин. Да не за что. Всегда готов.

Клим Жуков. Спасибо Алексею за рассказ, вам за внимание. Сегодня всё, ждём следующих погружений в военную антропологию. Всем пока.

Вконтакте
Одноклассники
Telegram


В новостях

27.04.17 13:08 Алексей Лобин о восстаниях русских рабов на турецких галерах, комментарии: 75


Правила | Регистрация | Поиск | Мне пишут | Поделиться ссылкой

Комментарий появится на сайте только после проверки модератором!
имя:

пароль:

забыл пароль?
я с форума!


комментарий:
Перед цитированием выделяй нужный фрагмент текста. Оверквотинг - зло.

выделение     транслит


интересное

Новости

Заметки

Картинки

Видео

Переводы

Проекты

гоблин

Гоблин в Facebook

Гоблин в Twitter

Гоблин в Instagram

Гоблин на YouTube

Видео в iTunes Store

Аудио в iTunes Store

Аудиокниги на ЛитРес

tynu40k

Группа в Контакте

Новости в RSS

Новости в Facebook

Новости в Twitter

Новости в ЖЖ

Канал в Telegram

реклама

Разработка сайтов Megagroup.ru

Реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru


Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк