Эпоха викингов, часть 4: Походы викингов

Новые | Популярные | Goblin News | В цепких лапах | Вопросы и ответы | Каба40к | Книги | Опергеймер | Под ковром | Путешествия | Разведопрос | Сериал Breaking Bad | Сериал Рим | Сериал Сопрано | Синий Фил | Смешное | Солженицынские чтения | Трейлеры | Это ПЕАР | Персоналии - Клим Жуков | Разное | Каталог

14.04.19



Вконтакте
Одноклассники
Telegram


Д.Ю. Я вас категорически приветствую! Клим Саныч, добрый день.

Клим Жуков. Добрый день. Всем привет.

Д.Ю. Продолжаем?

Клим Жуков. Да, у нас четвёртый ролик про походы викингов, который посвящён, собственно, походам…

Д.Ю. Походам?

Клим Жуков. …викингов.

Д.Ю. Так.

Клим Жуков. Я решил некоторым образом разбавить, так сказать, нашу плавность повествования, а то мы уже поговорили и про корабли, и про вооружение, и про экономические основания – в конце концов, где уже походы? А вот они! Потом поговорим, вот в следующий раз поговорим про последнюю битву Олафа Трюггвасона где его…

Д.Ю. Товосеньки?

Клим Жуков. Да, в Зунде. А потом снова я предлагаю отвлечься на некоторое время, поговорить про торговлю, про викингов и Русь непосредственно, вот предметно, там есть очень много того, о чём мы не говорили, говоря про вехи истории Руси.

Д.Ю. А походы у нас уложатся в один ролик?

Клим Жуков. А дело в том, что я вообще не собираюсь пересказывать все вообще подробности походов, потому что, во-первых, об этом очень много написано, просто невероятно много, а во-вторых, если рассказывать вообще про все походы, мы не уложимся не только в один ролик, мы и в 21 не уложимся. Т.е. пересказывать все подробности того, кто куда поехал, кто кому чего там отрезал…

Д.Ю. Но тема благодатная!

Клим Жуков. Тема благодатная. Да, и нам, конечно, нужно про культуру поговорить – про стихи, про руны.

Д.Ю. А вот сагу мы какую-нибудь разберём? «Сагу об Эгиле», например?

Клим Жуков. Да, можно.

Д.Ю. «Выдавил хозяину глаз, наплевал ему на лицо». Я считаю, без этого наш рассказ будет неполным.

Клим Жуков. Эгиль Скаллагримссон редкая мразь была. Так, т.е. вообще вся идея-то была роликов про викингов не в том, чтобы рассказать про каждый поход в отдельности, а вообще это явление со всех сторон осветить, вот. Поэтому сейчас про походы, потом про показательную битву, весьма показательную, ну и потом, да, можно будет продолжить, например, в т.ч. и разбором «Саги об Эгиле», она замечательная.

Итак, походы викингов: как это проистекало? Тут в связи с походами сразу возникает масса чисто методологических вопросов, потому что Европа, да и вообще ареал, где викинги работали, большой, и его для систематизации нужно зонировать. Глеб Сергеевич Лебедев в книжке «Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси» предложил 3-членное зонирование: это первый радиус – где-то около 1000-1200 км от условного центра Скандинавии приблизительно, т.е. ближние земли и воды: понятное дело, побережье Балтики, Северная Англия, Шотландия, какие-нибудь Оркнейские острова, короче говоря, то, что совсем рядом. Ну понятное дело, Шлезвиг, Фрисландия, т.е. это то, что прямо граничит с Данией непосредственно. Второй радиус – это где-то около 1500-1600, может быть, 1700 км, т. е. это туда входит сразу вся Франция, глубинные территории России, ну и третий радиус – это 3000 км, это Испания, Сицилия, Чёрное море, ну я бы добавил, что вообще-то ещё и Каспий, потому что всё западное побережье Каспийского моря викинги обслужили, как следует, хотя, казалось бы, где этот Каспий, а где Скандинавия – да, дотянулись проклятые.

Д.Ю. Прибыли с внезапной проверкой.

Клим Жуков. Да. Зонирование нужно, но я бы сказал, что оно условное, потому что как только мы приступаем к такого рода систематизации, мы вводим некое упрощение, потому что, во-первых, никаких радиусов вообще, кроме как условных, выделить невозможно, потому что не очень понятно на каком основании мы берём именно 1200 км, а потом 1500, почему сразу мы не берём 1500? В чём, собственно, суть? Но для того, чтобы разбить активность викингов не некие историографические, повторюсь, именно историографические подсистемы, такое зонирование нужно, и, в общем-то, я в данном случае – вот, кстати говоря, картинка, я попытался это дело изобразить – я такое зонирование беру как рабочее. Кстати говоря, книжка Г.С. Лебедева – её нужно обязательно порекомендовать и сказать буквально два слова про неё: она вышла в 1985 году, и, возможно, многие её видели, возможно, кое у кого она даже и есть, вот, например. Да, у меня она тоже есть, она очень небольшая, там 15 авторских листов. Но потом вышло её переиздание, которое называется точно так же: «Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси», там 55 авторских листов, т.е. это, мягко говоря, не совсем переиздание, это другая книга, т.е. первая в неё вошла полностью, с переработками, конечно, но материалов туда внедрили какое-то пугающее количество, поэтому, конечно, рекомендовать к прочтению лучше вторую, а не первую.

Кроме того, конечно, мы когда говорим о походах – это же всё-таки военное предприятие, оно связано… ну да, конечно, это не только военное предприятие, мы говорили, что викинг – это ещё и торговец, и колонизатор, но всё-таки и то, и другое было невозможно без военной компоненты, ну я уж молчу о том, что военный набег – это просто военное предприятие. Так вот, говоря об этом, надо отметить, какая мобилизационная способность была включена вообще в этот процесс. Естественно, от раннего Средневековья, от глубоко догосударственного и раннегосударственного периода у нас нет никаких переписей населения и никаких документов, мы можем только какие-то самые-самые умозрительные прикидки совершать. Это никуда не годится, и тут нам на помощь, конечно, приходят документы, уже именно документы 12-13 веков, в данном случае на сбор морского лёдунга, т.е. ополчения Скандинавии, Дании, Швеции и Норвегии, там более-менее точно всё известно. И вот мы видим, что в 12 веке Швеция выставляла, точнее, должна была выставлять 280 кораблей, это если мы договорились считать где-то по 35 человек на корабль, это получается где-то в районе 10 тысяч человек…

Д.Ю. Ого!

Клим Жуков. Со Швеции. Норвегия – 311 кораблей, ну это в районе 11 тысяч человек, ну и Дания – 1100 кораблей. Самая маленькая Дания, как обычно, выставляла больше всех, т.е. до 40 тысяч человек. Т.е. это понятно: то, что они должны были выставлять, не значит, что они это и выставляли, но это нам показывает общую мобилизационную способность военнообязанных мужчин боеспособного возраста где-то в 12 веке. Понятно, что в 11-ом, 10-ом, 9-ом народу жило поменьше, правда, не принципиально, в это время не наблюдается какого-то безумного скачка роста населения, но тем не менее их было немного меньше, и вот общую эту сумму где-то в 60-65 тысяч человек, которые мы насчитали для 12 века, можно признать теоретическим максимумом того, что могло бы было быть вовлечено в походы викингов со всех трёх территорий. Я подчёркиваю ещё раз для слушателей, что это не те люди, которые железно были в этих походах, это те люди, которые в момент времени, ну скажем, в течение жизни одного поколения, теоретически могли быть вовлечены в данное предприятие, притом что они с железной гарантией одновременно никогда в них не участвовали, более того, некоторые не участвовали вообще никогда, хотя эта мобилизационная способность – это где-то около четверти, может быть, 20% всех взрослых мужчин боеспособного возраста, т.е. где-то там от 16 до 60 лет приблизительно.

Д.Ю. Да, это немедленно напрашивается: как известно, в Америке вся полиция страшно вооружена, хорошо обучена и постоянно всех валит, особенно тех, кто неправильного цвета кожи, а в то же время ветераны сообщают: а я вот в отделе по борьбе с наркотиками 42 года, и ни разу пистолет не извлекал вообще.

Клим Жуков. Только блокнот и ручку.

Д.Ю. Да. Поэтому да.

Клим Жуков. Если мы говорим о таком явлении, которое отражено в источниках под термином «великие армии», или «великая армия», т.е. это какие-то очень большие набеги, вот если в них одновременно, в этих великих армиях участвовало до 10-12 тысяч человек, это очень много, просто исключительно много, потому что когда мы принимаем во внимание синхронные источники 9-11 веков, они почти все с той стороны, т.е. с вражеской стороны, т.е. с пострадавшей стороны, а они обычно, конечно, увеличивали численность не только викингов, но и вообще любых неприятелей, а тем более викингов, как чего-то очень чуждого христианскому миру, многократно. Поэтому нельзя их воспринимать некритически. А сами скандинавы по этому поводу в это время вообще почти ничего не писали, потому что что от них осталось?

Д.Ю. Писать не умели, да?

Клим Жуков. Рунные камни? Да, рунные камни есть, но много там написано? Нет. «Грима и Хальдон были здесь». «Эгиль ушёл в горы. Прикажете искать? Целую. Мама». Собственно, всё, а саги о викингах были записаны гораздо позже, т.е. сказывали-то их и рассказывали в устном режиме всё время, но записали-то их в 13 веке, ну может быть, что-то записывали уже в 12-ом, но мы знаем трансляции их 13-го века, а это всё-таки, извините, 200 лет прошло с тех пор, и мы гарантированно можем сказать, что народная память точных подробностей нам донести не могла.

Поэтому вот, опять же, если вы будете смотреть книгу Г.С. Лебедева, там есть некие гистограммы с численностью походов викингов – там мы видим и по 40 тысяч человек походы. Вот это в данном случае некие опорные данные на непроверяемые нарративные, не документальные, т.е. повествовательные источники с пострадавшей стороны, потому что мы вот буквально в прошлый раз разбирали о том, что такое снарядить один драккар только парусами и прочим шерстяным снаряжением, сколько это стоило. А ведь нужно понять, что на корабль ещё шло некое дерево, а внутрь корабля шли некие люди, которых нужно было кормить, снаряжать, вооружать, и какая-то экономическая нагрузка для того, чтобы выставить в одно место, ну или даже не в одно место – в одно время 40 тысяч бойцов на кораблях. Это нечто, что догосударственное образование просто не могло бы потянуть. Понятно, что там у всех этих разрозненных территорий, одалей, не было единого бюджета, ну это естественно мы об этом говорили ещё в первом ролике, но всё равно общий ресурс-то был вполне конечный, какая разница – это у одного государства или у десятка маленьких субъектов экономических. Какая разница? Ресурс один, и он конечен, поэтому 40 тысяч человек, вся Скандинавия, даже если бы это было вообще единое государство в то время, вот все три территории: Дания, Швеция и Норвегия – под управлением одного какого-нибудь мега-Инглинга они бы столько выставить вообще бы не смогли, это просто было невозможно.

Поэтому я считаю, что вот где-то 12 тысяч – то, что одновременно выезжало из Скандинавии, причём не в одно место, а одновременно, потому что этих походов могло быть в один год несколько, в разных направлениях. Это теоретический максимум того, что вообще видела Европа одновременно, но и это не просто много, это угроза, которая, в общем, сопоставима, наверное, с нашествием Чингисхана на Русь в своё время, т.е. это что-то, что почти невозможно парировать, потому что феодальная армия, как мы уже говорили, собирается медленно, передвигается тоже не быстро, и учитывая отсутствие точных разведданных, далеко не всегда приходит туда, куда нужно, и тогда, когда нужно. Поэтому от подлинного завоевания, именно завоевания, а не набегов, значительную часть Европы спасло только, во-первых, кровная зависимость викингов от моря – они не могли далеко уходить от своих кораблей, ну по крайней мере надолго, крайняя дисперсность их усилий, т.е. они в разные стороны ходили, не имея чёткого плана регулярного, но тем не менее, учитывая, что это была лучшая пехота в мире в своё время, угроза была серьёзнейшая.

Г.С. Лебедев выделяет помимо зонирования некие периоды в походах викингов, и каждый период он привязывает примерно к 30 годам, т.е. ну примерно к активности одного поколения. Вот с эти конкретно я согласиться никак не могу, потому что в отличие от зонирования эти 30-летние циклы более чем условная величина. Непонятно, почему, собственно, 30 лет. Т.е. понятно, что жизнь поколения – это вот когда родилось поколение викингов, и они активно действуют, потом нарождается следующее поколение, и они тоже активно действуют, но мы не видим зачастую не только качественной разницы между этими циклами, но иногда и количественной разницы мы тоже не видим, т.е. тогда непонятно, чем один цикл отличается от другого и почему они тогда выделяются в разные страты.

Я не согласен с таким делением, считаю его условным и слишком дробным, поэтому я выделяю 4 основных цикла: это довикингский период, или скрытый викингский период – это конец эпохи Венделя, т.е. 7-ой, возможно, конец 6-го – 7-ой век, ранних викингов – это приблизительно с 750-ых годов, когда, казалось бы, ещё эпоха-то викингов 40 лет, как не началась, но они уже на самом деле были. Ранневикингский период – с 750-го по 830-ый год, это дискретный натиск малых дружин, которые вообще зачастую даже в источниках не отражались или отражались фрагментарно, т.е. это начало эпохи в прямом смысле слова.

Второй период – это 830-ый – 900-е годы. Вот этот конкретно период мы однозначно можем выделить из общего массива походов викингов, потому что это максимальная активность викингов вообще, это то время, когда церковный Собор католический ввёл в богослужение формулу: «A Furore Normannorum Libera Nos, о Domine!» - в 885 году, т.е. «от ярости норманнов избави нас, Господи», потому что вот в это время, конечно, викинги представляли из себя не просто проблему, это была катастрофа настоящая.

После этого, т.е. где-то у нас получается третий период – с 900-го где-то примерно по 1010-е годы. Третий цикл – это викингская колонизация, как я её называю, хотя колонизация происходила, конечно, и раньше, но основные усилия теперь направлены не просто в набеговую активность, а ещё и в заселение. И 1010-е – 1080-е годы – это период, цикл господства конунгов-викингов, т.е. это уже не частные усилия, а это именно в основном уже государственные усилия, т.е. это не набеги, это в подлинном смысле слова экспансия, кстати говоря, очень часто сталкивающаяся внутри себя, друг с другом.

Д.Ю. Кто вы такие? Вас тут не стояло!

Клим Жуков. Итак, как мы знаем вовне Скандинавии сильнее всех и первее всех от викингов пострадала Англия. Она сначала пострадала от их родственников, от англосаксов, а потом англосаксы принялись страдать от своих же родственников, от датчан, норвежцев и шведов. И в общем, 793-ий год, разгром монастыря св. Кутберта на острове Линдисфарн – это точка отсчёта условная, с которой начинается эпоха викингов, однако, термин «викинги» мы знаем в англо-саксонской поэме «Видсид» (Widsith), которая была сочинена, видимо, в 7-ом – начале 8-го, в 8-ом веке она была записана.

Д.Ю. Т.е. явление уже было знакомо?

Клим Жуков. Да, они уже с этим сталкивались. Более того, с 7-го века там уже начинаются какие-то посещения, уже с той стороны, конечно, не регулярные, редко, но явление было знакомо, оно было не совсем приятно, а вот где-то с 750-ых годов оно начинает появляться всё чаще, чаще, чаще и чаще.

Д.Ю. Попёрло.

Клим Жуков. Попёрло, да. 793-ий год – это срок абсолютно условный, но, короче говоря, это в любом случае середина – первая половина 8-го века.

Д.Ю. А что они грабили – церкви?

Клим Жуков. Побережья они грабили, они могли…

Д.Ю. А что у крестьянина можно награбить?

Клим Жуков. А тут мы, опять же, сталкиваемся с большой проблемой, вот забегая вперёд, я хотел об этом позже сказать, но раз уж мы заговорили о методологии, можно сейчас ещё раз остановиться на чисто источниковедческой проблеме, потому что мы не можем точно посчитать походы викингов, потому что я, например, насчитываю одно количество предприятий, смотря ровно в те же самые источники, вот буквально дословно в те же самые источники, что, например, Гуревич или Лебедев. У нас корпус источников в основном уже весь сложился, мы их все видим в руках, но я вот рассчитываю одно количество источников, а Глеб Сергеевич – почти в 2 раза больше. А это всё почему – потому что, во-первых, это самое главное, часть набегов викингов вообще не нашла отражения в источниках, потому что вот деревня рыбацкая стоит на берегу, её приехали, сожгли, и никто не выжил вообще, соответственно, рассказать об этом некому, и с большой долей вероятности данное предприятие просто не попадёт в источники. Что можно взять у рыбаков? Рыбаки – это же очень богатые люди, они потому что непрерывно ловят рыбу, засаливают её и продают, т.е., во-первых, там можно отфуражироваться элементарно, т.е. захватить еды.

Д.Ю. Набрать рыбы, да?

Клим Жуков. Да, а чтобы тебя на спалили местному шерифу, нужно всех убить, понятное дело, потому что они сейчас разбегутся и будут жаловаться, и очень возможно, что ваша главная цель, какой-нибудь монастырь, будет недоступен, потому что там уже будет стоять войско. Это недопустимо, это вам не фильм «Выживший», где американские спецназовцы почему-то в Афганистане каких-то этих козопасов не перебили.

Д.Ю. Бред!

Клим Жуков. Непонятно, как так получилось.

Д.Ю. Они проголосовали.

Клим Жуков. Проголосовали демократическим способом.

Д.Ю. И один был против, да: «Ой, наверное, я был неправ» - после того, как всех войсковых товарищей перестреляли: «Наверное, я был неправ…» Наверное! Дебил, блин!

Клим Жуков. А вот викинги такими моральными терзаниями, скорее всего, не мучились, поэтому…

Д.Ю. Не голосовали, да?

Клим Жуков. Нет. Наоборот. Во-вторых, часть источников допускают крайне двоякое толкование в смысле подсчёта, т.е. вот, например, у нас есть серия, вот к примеру, серия викингских предприятий где-то между Роной и Луарой. Если посчитать каждое упоминание высадки, где-то в районе 850-860-ых годов там получится, наверное, набегов 20, но кто сказал, что это разные люди? Может, это один и тот же, и причём скорее всего это один и тот же творческий коллектив гастролировал, вот они выехали из Дании и год там куролесили. Ну, год, пока был судоходный период, во время навигации. И вот там они этот навигатский период откуролесили.

Д.Ю. Подразделение, да?

Клим Жуков. Да, это считать за 20 набегов, или это один рейд, который результировался 20-ю десантами – вот как их посчитать?

Д.Ю. Ну так правильнее, наверное. Ну никто же не знает…

Клим Жуков. Но, опять же, мы же не знаем – это один творческий коллектив? Вот мне представляется, что с большой долей вероятности это именно один творческий коллектив, вокально-инструментальный ансамбль песни и пляски, потому что если уж они туда приехали, они туда больше никого не пустят, это уже та территория, которую они собрались грабить. Т.е. если туда кто-то ещё приедет, они скорее всего передерутся, или же им придётся объединяться в единую какую-то ватагу, делиться друг с другом, и тогда в любом случае это будет всё равно одно и то же военное предприятие, если они не передрались. Поэтому очень сложно их посчитать, я поэтому в основном вообще считаю некие малые периоды активности, т.е. когда у нас есть некая территория, которая в очень узкий период времени страдает от каких-то набегов, высадок, атак. Я не считаю каждую из них, я считаю момент активности, только так. Ну понятно, если там был один десант, это будет одно предприятие всё равно. Если вот на этой же территории за месяц было 20 десантов, это тоже будет одно предприятие. Почему я не считаю сами десанты и вылазки – да просто, повторюсь, мы их все всё равно сосчитать не сможем, потому что часть из них вообще в источниках не отражена, а часть пропала вместе с источниками, потому что мы же отлично понимаем, что далеко не все летописи и документы до нас дошли. Вот.

Итак, 793-ий год – мы начинаем отсчёт эпохи викингов, условной, повторюсь в третий раз. И условность эта начинает сквозить буквально сразу, как только мы сказали, что это дискретные усилия разрозненных малых дружин – в общем, да, так оно и есть, но Скандинавия всё-таки большая, там есть с одной стороны какая-нибудь Центральная Швеция, экономически депрессивная, есть отличная территория Сконы с хорошими землями, есть Дания, которая просто граничит с королевством, а тогда ещё империей франков, т.е. это территория куда более цивилизованная и куда быстрее развивавшаяся, чем соседи, и уже в 810-ом году, а это, казалось бы, самое-самое-самое начало эпохи викингов, мы наблюдает датского конунга Готфрида, который с флотом в 200 кораблей – опять же, это по сообщениям пострадавшей стороны, возможно, их было не 200, скорее всего, их было 20, но всё равно это очень много – с флотом в 200 кораблей грабит все фрисландские острова последовательно, т.е. от одного до другого, и ещё часть побережья обслужил. А это же уже бандитским рейдом назвать нельзя, это натурально государственные усилия – выставить такой флот и продержать военную силу настолько долго на театре военных действий.

В 826 году мы видим Харальда Клака, т.е. Ворона, который заключает из викингов первым ленное соглашение с франками, получая земли по Везеру там, где Фрисландия и Саксония соединяются приблизительно. Т.е. опять же это уже не бандитский рейд, это колонизационные усилия, хотя, казалось бы, это всё происходит в первый период, когда ничего подобного вроде бы быть не должно было. Но это всего лишь некие моменты, потому что качественно, конечно, если мы посмотрим на предприятия викингов, которые отразились в источниках – это именно набеги, причём невозможно сказать, чтобы их было очень много.

Д.Ю. Набегов?

Клим Жуков. Да. Т.е. за первый период – повторюсь: из того, что отражено, потому что набеги были небольшие, по большому счёту только вот один монастырь разграбили – конечно, очень неприятно для жителей и насельников самого монастыря, но в рамках, например, целой Англии…

Д.Ю. Ни о чём?

Клим Жуков. …ну ни о чём, это да, это, конечно, ЧП, бандитский разбойный рейд, террористический акт, как угодно назови, но это на жизни страны вообще никак не отражается. Учитывая развитие средств массовой информации, подавляющее большинство об этом даже не услышало никогда. Ну понятно, центральные власти об этом были в курсе. И вот такого рода предприятия, в общем, составляли основной массив всех этих действий.

Д.Ю. А что в монастыре произошло?

Клим Жуков. А в монастыре перебили монахов, не всех – часть разбежалась, и ограбили казну монастырскую потому что монастырь – это же очень богатое место…

Д.Ю. Вынесли оттуда всё золото?

Клим Жуков. …потому что монастырь не платит налогов, а значит вся его хозяйственная деятельность, которую он ведёт, а он её обязательно ведёт, отражается на росте благосостояния, потому что монастырю не нужно ни с кем делиться, поэтому церковь – это всегда очень богатый феодал и вообще субъект хозяйствования. Кроме того, монастырю принадлежат некие земли, на которых трудятся некие крестьяне, которые, опять же, его обеспечивают, и туда же стекается церковная подать, потому что все должны были платить церковную подать. Когда говорят «церковная десятина», ну в общем, наверное, да, должна была быть десятина, мы не знаем точно, сколько платили, но всё-таки платили, и монастыри концентрировали в себе богатства, поэтому ограбить монастырь – это была первейшая удача. Там у тебя сразу деньги, драгоценная утварь, в обязательном порядке богослужебные различные одеяния, престольные покрова, которые старались делать из хорошего материала. Но если забрать с алтаря тряпочку, это же на сколько тебе плащей хватит!

Д.Ю. Я представляю, какие красивые были эти, кто удачно пограбил.

Клим Жуков. Да. Вот мы, например, если не говорить о викингах, но вспомнить других замечательных парней – половцев, вот мы видим курган Чингул, 1280-ый, возможно, 1300-е годы, т.е. это такие уже последние половцы, которые уже попали под власть монголо-татар, но там какой-то такой, видимо, один из последних независимых вождей, видимо, хан – очень богатый курган, просто невероятно богатый курган, вот видно, что дяденька немножко грабил, в т.ч., возможно, немножко церкви, потому что у него красивый большой кафтан, вот прямо видно, что он сшит из запрестольных покровов.

Д.Ю. Как из театрального занавеса, да?

Клим Жуков. Да-да-да. Ну там красиво всё очень, в самом деле: такие у него тут парча, всякие лица какие-то нарисованные – ну здорово ж!

Д.Ю. Конечно, да.

Клим Жуков. Вот, поэтому какой-нибудь парчовый занавес там из церкви уволочь – милейшее дело! Стоит очень дорого! Это мы сейчас можем пойти в магазин, а тогда, даже если у тебя были деньги, даже много денег, это совершенно не факт, что ты вообще такое сможешь тупо достать, потому что где такое делают? Ну не в Скандинавии же его делают, его делают в неких центрах ремесла, которых не так много, т.е. это или из Византии нужно везти, а это же вообще сумасшедшие деньги: мало того, что сама тряпочка сколько стоит, так ещё и доставка по местному АлиЭкспрессу. Или европейские центры ремесла – там, в Ахене что-нибудь делают, в условной столице Карла Великого, в какой-нибудь там Севилье, в Риме, понятное дело – в культурных местах. Но их немного, а тут ты раз, приезжаешь в монастырь, и сразу – ать!

Д.Ю. Красота!

Клим Жуков. Это мы удачно зашли!

Д.Ю. Т.е., по всей видимости, монастыри и церкви – это была мишень № 1, да?

Клим Жуков. Да.

Д.Ю. Тут ещё важно, что товарищи по опасному бизнесу, будучи христианами, наверное, церкви-то не грабили, да, на вражеских территориях? Или как?

Клим Жуков. Ну, это мы не можем сказать. Другое дело, что всё-таки для христианского войска грабёж церквей – это был, в общем, эксцесс, т.е. так делать было нельзя, хотя всё равно делали, причём вплоть до 15 века, потому что, понятно, в 16-ом-то, когда начались религиозные войны, в обязательном порядке грабили, а в 15-ом веке тоже грабили, но это так было не здорово очень сильно: т.е. все всё понимают, конечно, вы держите себя в руках.

Да, так кстати говоря, вот церковь – это было первейшее средство, которое попытались применить против этого явления, когда его осознали именно как явление. Почему мы так уверенно об этом говорим – да потому что когда начались постоянные набеги, в Данию немедленно была послана очередная миссия по христианизации всей этой территории.

Д.Ю. Где их ласково приняли, накормили, напоили – и продали в рабство, блин!

Клим Жуков. Ну кстати говоря, нет, потому что попы же от франков приехали с подарками, и все же сообразили, что он могут ещё привезти. Зачем же их в рабство продавать? Сейчас ты их один раз продашь, а подарки потом откуда будешь брать? Нет, все с удовольствием начали принимать христианство, и некоторые, как мы уже говорили, делали это раз по восемь. Короче говоря, идея-то была хорошая: в Бирке была основана… причём Бирка-то это вообще у нас получается…

Д.Ю. Швеция.

Клим Жуков. …в Швеции, до Швеции дошли, в Бирке уже было основано епископство, там была церковь, но это не привело ровным счётом ни к чему вообще, более того, оно и не могло привести в силу того, что цивилизованные франки всё время, ну т.к. не обладали нашим постзнанием, они всё время пытались договориться с окружающими этими племенами как с каким-то государством, похожим на себя, но это было не так, т.е. то, что у тебя, например, в Бирке все будут на 100% христиане, это вообще ничего не значит, потому что рядом будут люди, которые, во-первых, не христиане, плевать хотели на эту центральную какую-то территорию, власть, и могут поехать грабить тебя ровно с таким же успехом. Более того, это привело, я уверен, к абсолютно обратному результату, потому что как только началось литургическое общение в местных христианских центрах, это получилась идеальная точка, где можно собирать оперативную информацию, куда мы поедем грабить в следующий раз, какие есть богатые монастыри, например. Ну эти же в курсе.

Д.Ю. Да-да-да-да!

Клим Жуков. Болтун – находка для шпиона, ка известно.

Д.Ю. Как интересно! Какие ещё святые места вы планируете посетить?

Клим Жуков. Могли бы нам посоветовать.

Д.Ю. Да.

Клим Жуков. Вот такое паломничество запланировано от Англии до Испании, мы везде хотим…

Д.Ю. Отметиться.

Клим Жуков. Да. Другим мероприятием по парированию данных угроз и, конечно, направленным в первую очередь против Дании, было создание уже, наверное, в последние годы жизни Карла Великого, когда уже была империя, т.е. 800-го года, и уже при его сыне единственном выжившем, Людовике Благочестивом, создание фрисландского буфера т.н. Т.е. вот мы только что сказали, что Харальду Клаку были выданы земли по Везеру. Он был такой не один, это, конечно, была первая ласточка, но постепенно во Фрисландии земли стали на регулярной основе раздаваться датским в первую очередь викингам, чтобы они образовали рубеж между своими родичами и соседями и приличными территориями франков. Одним их ярчайших представителей данной когорты славной был некто Рёрик Фрисландский, будущий наш Рюрик, судя по всему… скорее всего, который был родственником Харальда Клака, там, правда, не очень понятно точно, в какой степени родства он состоял, но это был точно родственник, и он получил… хм, получил – он захватил Дорестад во Фрисландии, причём Дорестаду, конечно, досталось, потому что его грабили за 4 года, 833-837-ой, три раза аж. Он захватил Дорестад, и ему Людовик Благочестивый вынужден был эту самую Фрисландию с центром в Дорестаде передать в ленное держание, и он там некоторое время в самом деле жил, до 879 года его во франкских источниках мы наблюдаем, потом он куда-то пропадает. Злые языки, вроде Ловмяньского, Клейна и А.Н. Кирпичникова, считают, что он в Ладогу уехал.

Д.Ю. Всё, чтобы русских унизить!

Клим Жуков. Ну тут, конечно нам источниковеды, в частности, Игорь Данилевский, могли бы сразу возразить, и я уверен – возразят, что это вообще не бьётся с русской летописной системой, вообще никак, т.е. русская хронология этого не подтверждает. Но русская хронология, опять же, это же Данилевский нам всегда скажет первым, она вся условная на раннем этапе, там плюс-минус 14 лет во все стороны даты пляшут из-за неверного определения первой отправной даты русского летописания – года воцарения Михаила, императора Византии, Михаила Мефиста, и ошиблись всего ишь на 14 лет с этой датой.

Д.Ю. Прилично!

Клим Жуков. Причём непонятно, с какой именно датой ошиблись – это дата его воцарения, это дата начала его самостоятельного правления, потому что сначала он правил в соавторстве со своей мамой, потом маму убрали от власти, и он стал править самостоятельно, и вот мы не знаем, какую из дат неправильно вычислил, потому что обе даты не совпадают с тем, что указано у нас в летописи. Обе даты неправильные, и непонятно, собственно, какую дату имел в виду летописец, и какую именно он неправильно вычислил, поэтому где-то около 14 лет там лакуна, и поэтому, если мы говорим об очень точной и выверенной хронологии франкской хроники, то она вообще с нашей бьётся замечательно в силу того, что наша предельно условна, т.е. Рюрик вполне мог выехать из Дорестада и уехать в Ладогу. Уехать в Ладогу он мог по одной простой причине – потому что Дорестад был разграблен так, что делать там было просто нечего. Кроме того, в это время Рейн катастрофически меняет своё русло, и Дорестад оказывается несколько на отдалении от судоходной реки, т.е. там просто стало нечего делать, это всё было разграблено, сожжено, и более того, сидеть там было опасно, потому что в любую секунду могли приехать родственники из Дании, с ними пришлось бы воевать, как уже приходилось, кстати говоря. А Ладога – это совсем другое дело, мы об этом уже говорили: это точка входа в торговлю с Востоком, собственно, ради чего это вообще всё было нужно, может быть, неосознанная цель, но цель была однозначная – выйти на поставки пушнины и рабов на Восток и получения оттуда серебра любыми способами: вокруг Испании через Средиземное море или по суше со стороны будущей Руси. Вот, видимо, эти выбрали такой путь, уже протоптанный, повторюсь, родственниками задолго до описываемых событий.

Ну в любом случае и Рёрик Фрисландский, и Харальд Клак – это люди всё-таки ещё полулегендарные, я бы сказал – былинные, потому что мы о них почти ничего не знаем. Знаем, что они были – да, точка. После 830-го года, вот в 830-840-ые набеги викингов приобретают новые черты, которые явно совершенно были заимствованы из колонизационной практики, в частности, на территории будущей Руси, на территории Биармии, т.е. современной Перми, куда ходили вокруг Кольского полуострова викинги, в частности, т.е. создание оперативных баз, т.е. не просто куда-то приехали, что-то ограбили, а стали создавать оперативные базы. В частности, так в 841 году был основан Дублин, т.е. это некая база снабжения, где можно чинить корабли, где можно собирать припасы, и т.д.

А как собирали припасы – вот, между прочим, ещё одна черта: непонятно, раньше она вообще была или нет, если была, то, видимо, в каком-то очень маленьком ключе эта практика применяема – странд… как он правильно называется – страндхуг, блин, мне это слово никак не выговорить: страндхуг – это переводится почти точно, как наше русское зажитие, т.е. фуражировка на месте. Т.е. викинги перестали напрыгивать и убегать, а стали ко всему прочему оставаться более или менее надолго, чтобы вдумчиво можно было всю округу ограбить. В частности, мы знаем даже конные набеги викингов, когда они на конях приезжали вглубь территории, туда, куда нельзя доехать на лодках.

Д.Ю. Как подобает гвардейцам-десантникам, немедленно захватывали вьючных животных и перемещались на них.

Клим Жуков. Так точно. Ну, тут как раз в это время действуют такие персонажи, как Рагнар Лодброк, например, ещё один былинный персонаж, про которого мы почти ничего не знаем, и его менее былинные, но всё равно былинные сыновья, наподобие Бьёрна Айронсайда…

Д.Ю. Железный Бок.

Клим Жуков. Железного Бока, да, Иорнсида, как это, наверное, по-инхнему будет правильно звучать, по-скандинавски – Айронсайд. Это как раз менее легендарный персонаж, потому что именно он основал династию Мунсё на острове в озере Мелорин, ну остров Мунсё так и называется, поэтому династия такая.

Д.Ю. Бьёрн – это медведь?

Клим Жуков. Так точно. Железнобокий Мишка. Ну а Рагнар, якобы, брал в 826 году город Париж штурмом, приведя аж 120 кораблей.

Д.Ю. Лодброк, его всё время… при советской власти он всегда был Кожаные Штаны, а оказался Меховые.

Клим Жуков. А оно вообще, может быть, даже никакие не Штаны, это может быть Знамя Славы.

Д.Ю. Брок?

Клим Жуков. Да. Это тоже вот мы не знаем, опять же, в силу того, что точно не понятно, как его писали в то время, когда он жил. Сейчас можно гадать.

Д.Ю. Ну русским всё равно должно быть обидно, что исконно русское слово «брюки» - оно вдруг не русское.

Клим Жуков. Оно вообще латинское – это ужасно!

Д.Ю. Опять, блин! Вместе с «баней».

Клим Жуков. Да. Вот эти 830-е годы – это ещё и ко всему прочему очень важные… 830-840-е годы – очень важный этап уже даже не в набеговой, а в колонизационной практике, потому что в это время мы видим, как викинги, во-первых, атакуют Ладогу., т.е. видимо, где-то с этим связано сообщение «Повести временных лет», что варяги стали брать дань с чудей, мерей, весей, кривичей.

Д.Ю. А ты же говорил: они там жили задолго до нас?

Клим Жуков. Ну это другие, это именно викинги, которые туда просто напали и стали брать дань, причём я не исключаю, что они… не то, что не исключаю – я почти уверен, что они и с местных скандинавов, которые там жили, тоже брали дань. Какая им разница, собственно говоря, кто ты там такой? И видимо, именно с этим связана история этого Новгородского восстания, ну т.н. Новгородского восстания, Новгорода тогда ещё, конечно, не было, когда этих варягов выкинули, после чего перессорились друг с другом и стали искать какой-то…

Д.Ю. Разводящего.

Клим Жуков. …некоего стороннего авторитета. При этом, да, те люди, которые там жили, активнейшим образом нащупывали некие точки соприкосновения с соседями, т.е. это именно уже колонизаторская практика, потому что мы видим, что в 839 году, 18 мая в город Ингельхайм на Рейне к императору Людовику Благочестивому прибыли византийские послы императора Феофила, которые привезли с собой каких-то людей из народа Рос, из Константинополя они приехали. Вот этот замечательный момент из Бертинских анналов, кстати говоря, очень знакомый для русской и для европейской истории, звучит так: «Феофил, император Константинопольский, послал с ними также неких людей, которые говорили, что их, т.е. их народ, зовут Рос (Rhos), которых, как они говорили, царь их по имени… точнее, именуемый – правильно сказать, именуемый Хаканом, отправил к нему (Феофилу) ради дружбы. В помянутом письме Феофил просил, чтобы император милостиво дал им возможность воротиться в свою страну и охрану по всей своей империи, т.к. пути, какими они прибыли к нему в Константинополь, шли среди варваров, весьма бесчеловечных и диких племён, и он не желал бы, чтобы они, возвращаясь по ним, подвергались опасности. Тщательно расследовав причину прибытия, император узнал, что они принадлежали к народности свеонов, и посчитал их скорее разведчиками по тому царству и по нашем царству, чем искателями дружбы. Людовик решил задержать их у себя, чтобы можно было достоверно выяснить, с добрыми ли намерениями они пришли туда или нет, и поспешил сообщить Феофилу через помянутых послов и письмом также и о том, что он из любви к нему охотно их принял, и если они окажутся людьми благожелательными, а также представится возможность им безопасно вернуться на родину, то они будут туда отправлены с охраною, в противном случае с особо посланными будут направлены к его особе (императора Феофила) назад, с тем, чтобы он сам решил, что с таковыми надлежит делать». Это первое упоминание народа Рос в западноевропейских источниках.

Д.Ю. А вот этот Хакáн – это Хáкан, может, или каган?

Клим Жуков. А это второй момент, на котором я хотел бы остановиться в связи с этим упоминанием в источниках. Тут нужно сначала остановиться на другом – на фразе: «Misit etiam cum eis quosdam, qui se, id est gentem suam, Rhos vocari dicebant», которую обычно в русском языке переводят, что «он послал с ними также неких людей, которые говорили, что они, т.е. их народ, называются Рос». Вот именно в таком виде, в таком или почти таком виде в русских переводах этот момент постоянно звучит, вот постоянно. Я специально выделил голосом слово, точнее, окончание «-тся» - «называются», это очень важно. Это перевод, предупреждаю, предельно вольный, он неправильный, и из-за этого возникает масса непонимания и зачастую неосознанных спекуляций с источником, которого просто никто не читал на языке оригинала, ну по крайней мере из тех людей, которые не владеют латынью. Так получилось, что я её 5 лет учил…

Д.Ю. Небезуспешно.

Клим Жуков. …в вузе. Не совсем небезуспешно, я, конечно, говорить уже не могу на ней, понимаете, но читать…

Д.Ю. Как Цезарь, блин.

Клим Жуков. …читать – читаю. Потому что вот эта фраза: «qui se, id est gentem suam, Rhos vocari dicebant» - он содержит оборот, т.н. accusatīvus cum infinitīvo: se vocari, который связан с глаголом dicebant, а dicebant – это пассивный залог настоящего времени, т.е. точный перевод будет именно такой: «Он также послал с ними неких людей, которые говорили, что их называют Рос», они не называются, их называют, а сами они свеоны. Т.е. это никакое не самоназвание, это прозвище, которое дали им некие третьи лица – вот, собственно, о чём там сказано.

Д.Ю. Это как чечена называют чеченцем, а он нохча.

Клим Жуков. Так точно.

Д.Ю. Да, самоназвание отличается от того, как называют соседи.

Клим Жуков. Да, именно так, таких, в общем, довольно много можно вспомнить…

Д.Ю. Везде, да.

Клим Жуков. Много можно вспомнить таких историй, потому что, например, герулов греки называли этими самыми… красными, не помню, как это будет точно. Ну герулы сами себя так не называли, они себя герулами называли, а вот византийцы их по-другому совершенно кликали, и таких можно примеров множить сколько угодно. Кто бы мог подумать: хитрые ирландцы почему-то нормальных нордманов называли остманы, потому что для них они приезжали с востока, и вполне естественно, что они их называли «восточные люди».

Д.Ю. А эти дубгалы и фингалы – это кто такие?

Клим Жуков. Ну это «светлые» и «тёмные», это у кого там светлые волосы и чёрные волосы. Скандинавы же разные бывали они же не все рыжие.

Д.Ю. Понаехало!

Клим Жуков. Понаехало, да. Ну а логика-то Людовика была абсолютно понятна, кстати говоря, это настолько говорящий фрагмент, и даже не применительно к истории Руси, а конкретно к европейской ситуации: он же их узнал, почему он их заподозрил – он узнал внешний вид этих подонков.

Д.Ю. Ах вы суки!

Клим Жуков. Потому что с чернявыми византийцами прибыли какие-то белобрысые образины, видимо, в узнаваемых весьма одеждах, поясах, мечах…

Д.Ю. Повадках.

Клим Жуков. …повадках, да, бегающих глазках, которые смотрят, что тут можно у вас… Естественно, заподозрив кое-что, он предпринял расследование и узнал, что просто шведы – свеоны, по-другому никак невозможно прочитать данное слово. Это шведы, а шведам он, естественно, не доверял, потому что, повторюсь, у него к 839 году были все абсолютно основания им не доверять, потому что шла непрерывная малая война со всеми этими людьми, а если говорить с датчанами, так и вполне себе настоящая война шла. То, что франк Людовик мог бы испугаться каких-то росов, которые живут непонятно где на юге…

Д.Ю. Ещё не хватало, да!

Клим Жуков. …или на северо-востоке, откуда бы они ни приехали – ну если они где-нибудь в районе Смоленска в Гнёздово базировались, то до франков они бы не доехали, совершенно железно, это слишком далеко, а вот шведы – это совершенно другое дело, потому что шведы могут приехать, и более того, регулярно приезжают. Это с одной стороны, с другой стороны мы видим, как шведы оказались в Константинополе с посольством.

Д.Ю. Немедленно вспоминается х/ф «Холодное лето 53-его»: «То-то я смотрю – хари гнусные».

Клим Жуков. Вот мы отметили колонизационную активность шведов, потому что поехать с посольством в Константинополь они могли только в одном случае – если они были вообще в состоянии проехать от Балтики до Чёрного моря, а значит, на этой территории должны были жить некие более или менее дружественные к ним люди. Вариантов больше в это время не было никаких. Т.е. это однозначный признак уже колонизационной активности. А в это же время, вот буквально в это же время, в 840-ом… ну через год, в 840-ом году умирает Людовик Благочестивый. Империя Карла Великого – ну кто бы мог подумать – попала в точно такую же феодальную раздробленность, как и Русь через некоторое время, просуществовав как единое государство всего ничего, буквально, как империя, всего 14 лет при жизни Карла и до 840 года при жизни Людовика, и не распалась она раньше только потому, что все сыновья Карла перемёрли, остался один Людовик, всё досталось ему одному.

Д.Ю. Некому рвать было.

Клим Жуков. Да. А вот у Людовика-то было три сына: Карл Лысый, Людовик, он же Людовик Немецкий, и Лотарь. И вот Лотарю досталась имперская корона, а тут же два его брата, Людовик и Карл, объединились, принесли друг другу некую клятву, которую, кстати говоря, сохранил нам франкский хронист Нитгард буквально дословно, это был 842 год, и принялись воевать со своим братом. Пришлось в 843 году заключать Верденский договор, по которому империя Карла Великого превратилась во Францию, Германию, Восточно-франкское королевство… Западно-франкское королевство – Франция, Восточно-франкское королевство – Германия, и между ними некая земля Лотарингия, т.е. земля Лотаря, из-за которой французы с немцами бодались до 20 века. Вот так заложили атомную бомбу под вековое здание европейской государственности.

Д.Ю. Это не говоря о том, что эти немецкие племена франков, немецкие, т.е. это же германцы были, да?

Клим Жуков. Конечно.

Д.Ю. И в честь них, франков, страна называется Франция.

Клим Жуков. Да.

Д.Ю. Что-то никто не парится, по-моему, нет?

Клим Жуков. Нет. А Бургундия тоже в честь немцев названа – в честь бургундов.

Д.Ю. Бургундов, да.

Клим Жуков. Т.е. что мы тут видим – а видим мы то, что в бывшей империи начался бардак. Если, например, ещё Карл Лысый-то, он, например, Францию держал более или менее единой и более или менее в порядке, то как только он помер, там за 10 лет сменилось 11 правителей. Т.е. у викингов появилась великолепная возможность реализовать весь свой творческий потенциал, просто потому что им было очень сложно сопротивляться. Если на Карла Великого было сложно напрыгивать – можно было очень сильно пострадать, прямо немедленно, да ещё и на Людовика Благочестивого тоже было небезопасно, то с 840-ых годов, конечно, активность викингов выходит на совершенно новый, гораздо лучший уровень. Как писал по этому поводу великолепный медиевист Жак Ле Гофф по поводу Верденского этого договора, «при разделе, подготовленном 120 экспертами (тут нужно добавить: с мировым именем, наверняка), которые как будто пренебрегли всеми этническими и естественными границами, каждый из братьев получил равноценную часть эконом-географического пространства, включавшего природно-хозяйственные пояса Европы, «от обширных пастбищ пограничных марок до солеварен и оливковых плантаций Каталонии, Прованса и Истрии». В формирующейся Европе, которая не была более сосредоточена на Средиземноморье и где коммуникации осуществлялись преимущественно «перпендикулярно растительным зонам», встала проблема развития отношений между Севером и Югом, Фландрией и Италией, североморско-балтийскими портами и средиземноморскими, а вместе с тем росло значение и меридиональных осей север – юг, путей сообщения через Альпы, по Рейну и Роне».

И вот именно по этим меридиональным путям ломанулись викинги грабить, и в данном случае им было очень сложно сопротивляться. В 845 году – это вот буквально 843 год, договор в Вердене и начало бардака, а 845 год – викинги за 3 года опустошают русла Сены, Луары, разрушают Нант, Руан. 28 марта, как раз на Пасху, 845 года занимают Париж, который вообще не сопротивлялся, там не было никакого штурма, его просто бросили фактически – столица Западно-франкского государства! И Карл Лысый вынужден был платить им 7 тысяч фунтов серебра, чтобы они его просто не сожгли, хотя они уже собирались.

Д.Ю. А-ха-ха-ха! Что скажешь?!

Клим Жуков. Да. Датчане разграбили Гамбург, кстати говоря, там проживал епископ Ансгар, один из героев неудавшейся христианизации датчан. Чудом, кстати говоря, избежал гибели. А вот Рёрик наш Фрисландский разорял владения Лотаря во Фрисландии, как раз тогда же он взял Дорестад. Реки Эмс, Везер, Рейн, Маас, Шельда, Сона, уже упоминавшиеся Сена и Луара, Гарона – это всё, абсолютно всё было атаковано викингами буквально за один год.

Д.Ю. Серьёзно! Ну это, значит, их много было.

Клим Жуков. Это просто маленькие ватаги, небольшие ватаги, вот они бросились просто грабить всё, что можно было, потому что они поняли, видимо, где-нибудь к 844 году, что им не будут сопротивляться.

Д.Ю. Разведка доложила точно.

Клим Жуков. Вот, парни съездили, сказали, что ну там всё – всё наше. Ну и тут же все похватали сабли.

Д.Ю. «Не губи!» - «Ну а твой-то, поди, в комиссарах?»

Клим Жуков. Кстати говоря, в это же время, например, разграбили шведскую Бирку.

Д.Ю. Чтобы два раза не вставать.

Клим Жуков. Да, ну а потому что там были христиане, и там была церковь – нужно было это всё ограбить немедленно. Да, причём это произвёл шведский конунг-изгой Анунд на 32 кораблях.

Д.Ю. Outlaw.

Клим Жуков. Да, причём 21 корабль ему выдали датчане, а 11 были его.

Д.Ю. Неплохо его изгнали!

Клим Жуков. Да. Вот где-то примерно опять же в это время атаковали Ладогу.

Д.Ю. Следы какие есть – грабежи, пожарища?

Клим Жуков. Ну Ладога сожжена была, это мы точно знаем из археологических слоёв. Ну правда, опять же, это можно связать с восстанием против варягов – Бог его знает, но тем не менее можно и с набегом, она находилась удобно, Ладога. Учитывая, что разграбили Бирку, т.е. они своих били вполне себе, потому что, повторюсь, это догосударственное образование, и там своих, по сути дела, не было. Свои – это родственники и соседи, все остальные – это чужие.

Д.Ю. Причём даже непонятно, люди они или нет.

Клим Жуков. Ну уж саамы – точно непонятно.

Д.Ю. Помнишь, как х/ф «13-ый воин»: «Зачем мальчик сутки стоит на носу корабля?» - «Даёт понять, что он настоящий».

Клим Жуков. В это время практически перестаёт работать буферная зона во Фрисландии, потому что, во-первых, используя её ресурс, используя ресурс Восточно-франкского государства, конунги Дании просто сцепляются за власть друг с другом, кстати, этим занимался известный конунг Амлет, он же Гамлет, это, собственно про это история Шекспира, а почерпнуто это из Саксона Грамматика, естественно, в основном.

Д.Ю. Амлоди, он же Амлет.

Клим Жуков. Да. И Фрисландия делается из буферной зоны… т.е. её-то саму, возможно, и не грабили, но это делается база для набегов, потому что то, что тебе поручили защищать Фрисландию – ты её и будешь защищать, но всё остальное тебе защищать не поручали. Более того, всегда можно предоставить за долю малую базу для своих друзей, и ты сам вроде в набег-то не ходил на немцев, а друзья ни в чём не клялись, они… да я даже не знаю, они просто у меня переночевали и уехали, а куда – не знаю. Всё. За ночлег заплатили – я доволен, а вы…

Д.Ю. Сами разбирайтесь.

Клим Жуков. Да. Кстати, кто это был? И в это время активность викингов достигает просто беспрецедентного размаха, достигая Средиземноморья. Вот как раз флоты Бьёрна Иорнсиды из Луары в 859-863 годах опустошали и мусульманскую Испанию, и Италию, и Северную Африку, и потом вернулись обратно в долину Роны.

Д.Ю. Ещё и вернулись?

Клим Жуков. Да. Вторжения во Францию в это время происходят почти непрерывно, т.е. вообще я вот сколько ни пытался, я просто даже количество военных предприятий вот этих вот больших, которые я имел в виду за одно предприятие, я не смог их посчитать, только примерно. Как писал по этому поводу монах-летописец Эрментариус из Нормантье – это остров в устье Луары, который викинги захватили, кстати говоря, в 841 году, а он писал в 860-ом, когда викинги уже уехали: «Число кораблей растёт, бесконечный поток полчищ викингов не иссякает. Повсеместно христиане становятся жертвами убийств, повсюду пожары и грабежи. Викинги сокрушают всё на своём пути, и никто не в силах их остановить. Они захватили Бордо, Перигё, Лимож, Ангулем и Тулузу. Анже, Тур и Орлеан они сравняли с землей. Бесчисленная их флотилия плывет вверх по Сене, по всей стране вершится зло. Руан разрушен, разграблен и сожжен. Захвачен Париж, Бове и Мийо, крепость Мелён сравнена с землей, осажден Шартр, Эврё и Байё разграблены. Все города осаждены» - т.е. это описание какого-то потопа фактически.

Д.Ю. Апокалипсис!

Клим Жуков. Да, и Карл Лысый на время смог это дело приостановить, только крестив конунга Вёланда викингского и заключив с ним союз на основании ленного договора. А когда его убили в 863 году, это же буквально три года было какое-то подобие спокойствия, его же свои зарезали, потому что он грабить не давал.

Д.Ю. Чего ты мешаешь-то?

Клим Жуков. Да. Вот после этого в 863 году была объявлена тотальная фактически мобилизация всех вассалов и всей городской этой пехоты, и вот только такими усилиями, повторюсь, не остановить, а приостановить беспредел смогли, только так.

В районе 865-890-891 года викинги крайне активизируются вот на этой самой средней зоне, в среднем радиусе, т.е. вся Франция, граница с Испанией – вот где-то на таком отдалении от себя, и конечно, вся Англия, включая Ирландию. В это время именно была завоёвана Северная Англия, т.е. это то, когда появились области датского права, а потом и единая область датского права, которая буквально разрезала английский остров напополам, где-то треть территории захватив. Шотландия, да не покорилась, потому что в горах очень сложно действовать. На равнине можно высадиться спокойно с корабля и дойти куда нужно, в горах это совсем не прокатывает.

Д.Ю. Не очень-то и хотелось.

Клим Жуков. Ну там, в общем, с другой стороны, в Северной Шотландии брать нечего, потому что, я думаю, что если бы было очень надо, в общем, наверное, они бы эти разрозненные кланы могли бы подвинуть и с гор, но в силу того, что у них взять нечего, происходит большая искренность отношений.

Д.Ю. Ради чего стараться – неясно.

Клим Жуков. Вот, и что характерно: как только образуются зоны постоянного заселения викингов, там практически пропадает именно викингская активность, ну потому что они туда перестают пускать своих родственников.

Д.Ю. Занято.

Клим Жуков. Да, куда вы лезете? И тут очень интересно отметить, что появляются, регулярно появляются в источниках упоминания о действиях очень крупных и относительно организованных боевых групп, которые могут достигать до 700 кораблей, что, опять же, страшное преувеличение, не нужно принимать эти цифры на веру, т.е. если мы поделим их в 5-10 раз, мы скорее всего получим искомое, но всё равно 70-100 кораблей – это абсолютно огромный флот, который просто стоил сам по себе дорого и представлял из себя смертоносную угрозу.

Очень интересен характер этих ватаг: у них нету… они носят непостоянный характер, это временные объединения, т.е. это не государственные усилия, несмотря на весь его беспрецедентный размах, и в самом деле викинги в это время очень большие войска собирают, но это временные ватаги, это типа Сечи Запорожской, вот когда собираются на время парни и договариваются, что пойдём туда, ограбим то, но в силу того, что кто-то должен руководить войском, у нас тут, наверное, будет самый авторитетный пацан – я за него. И вот появляется временный командир.

Д.Ю. Это ж там какая-то басня: «Кто у вас главный?» - «А нет у нас. Это у вас в Москве старшие, а у нас махновщина».

Клим Жуков. Да, как говорят наши друзья из вокально-инструментального ансамбля, в котором состоит Костя Анисимов-Гунар, неоднократно здесь бывавший, наш тайский викинг: «Наш клуб невозможно оскорбить, у нашего клуба нет чести, потому что у нас нет клуба. У нас даже знамя украсть невозможно, потому что у нас нет знамени. И командира у нас нет, потому что у нас его… он нам не нужен».

Д.Ю. Хорошо, да!

Клим Жуков. Вот тут примерно было то же самое, хотя командир всё равно был нужен, потому что координировать усилия нескольких тысяч человек можно только при наличии какого-то руководящего звена. И повторюсь: это самые большие усилия викингов вообще, движения викингов, которые были в истории. Но хотя народу участвовало много, они все ползли в разные стороны, привлекаемые только конкретными сиюминутными интересами – я имею в виду, конечно западноевропейскую и южноевропейскую часть, т.е. там, где они именно грабили. Вот как раз максимальная армия, которая высадилась в Западной Европе, была в 886 году под Парижем, как раз где говорят о 700 кораблях, что я однозначно совершенно отрицаю как даже теоретическую возможность, потому что 700 кораблей – это у нас получается от 21 тысячи до 28 тысяч человек, нереально просто прокормить, вообще, ни прокормить, ни обеспечить водой, ни управлять этим без рации невозможно.

Вот Г.С. Лебедев считал, что в это время, в 80-е годы 9-го века, одновременно в походах участвовало до 70 тысяч человек – ну это, опять же, очень некритическое восприятие источников. Это потому что Глеб Сергеевич был великий археолог и в самом деле очень глубоко проник в тему, но в военной истории в данном случае он делал некие ошибки, просто потому что военной логистикой он специально не занимался. При этом никто не мешает хроникам называть эти викингские ватаги, действующие в то время, великими армиями, потому что в самом деле были армии, сопоставимые с объединёнными армиями крупного государства.

И вот в Англию в 866 году прибывает 8 конунгов и 20 ярлов, которые 1 ноября овладевают Йорком, а потом всей Нортумбрией, т.е. Северной Англией фактически. За три года примерно к 870-ым годам они покоряют ещё и почти всю Восточную Англию. 20 ноября 870 года погибает король Эдмунд, потом разбивают королей Эссекса Этельреда и Альфреда, в 872 году захватывают Лондон пречудненько и оттуда вторгаются в Мерсию. Кстати говоря, король Мерсии Бургред вынужден был бежать довольно недалеко, а именно в Рим.

Д.Ю. Ничего себе! Нашёл крышу.

Клим Жуков. Из Ирландии немедленно своих этих родственников подпирают конунги Олаф и Ивар, которые как раз базировались на Дублин. Причём шотландцы сначала отбиваются от них, но потом шотландцев разбивают, короля Константина берут в плен и отрубают ему голову. Альфред в Эссексе только в лесах Девоншира смог отсидеться, после чего вынужден был заключить вассальный договор с конунгом Гутрумом, которому передал фактически в ленное управление Восточную Англию, т.е. вот за Темзой всё, начиналась область датского права. При этом несмотря ни на что всё равно викинги постоянно занимали Лондон, и, в общем, по факту Лондон удалось вернуть англичанам только в 886 году, а Уэссекс пришлось защищать при помощи постройки 30 крепостей по периметру, где постоянно содержать гарнизоны, плюс постоянно содержать флот в готовности. Кстати говоря, эти усилия привели к известным успехам, потому что, во-первых, викинги всё-таки, несмотря на огромные успехи в этих предприятиях, понесли потери, плюс постройка оборонительных сооружений и флота – в 893 году короли Уэссекса отразили набеги норманнов, успешно совершенно.

Во Франции, ну точнее говоря, не во Франции, а во Франции и в Германии, в Восточно- и Западно-франкском королевствах в это время: вот Карл Лысый умирает в 877 году, за 10 лет 11 правителей сменяется после этого, и Карл Толстый вынужден был передать Фрисландию в лен Готфриду Датскому, а в 885 году Готфрида убили, и началось новое вторжение во Францию после этого. 10-месячная осада Парижа, выкуп за Париж, соответственно, великая армия викингов действует на Сене и на Рейне, и как раз 888-ой год – Собор в Мецце 1 мая утверждает формулу «A Furore Normannorum Libera Nos, о Domine».

Д.Ю. Т.е. всех достали уже.

Клим Жуков. Да, причём, что характерно, несмотря на то, что была утверждена такая формула, и её регулярно напоминали во всех церквях Европы, она почему-то не сработала.

Д.Ю. Вот ведь, блин! Мало страсти в молитву вкладывали?

Клим Жуков. Я не знаю, это, видимо, из-за симонии и содомии.

Д.Ю. И немножко педофилии.

Клим Жуков. Да. А вот совершенно не связанный с молитвами ход коварного короля Германии, Восточно-франкского королевства, Арнульфа привело к совершенно обратным результатам, потому что викинги действовали из Брабанта, базируясь на местечко Лёвен, где у них был построен временный лагерь, который, видимо, был похож на такой же лагерь Иомсбург, который викинги несколько позже основали на территории современной Польши, и оттуда совершали постоянно набеги по суше. И вот 1 сентября, чётко в День знаний, 891 года Арнульф собрал войско, причём викинги не поверили вообще, что это войско может с ними что-нибудь сделать, и они часть людей из лагеря в Лёвене отправили в набег. Лагерь в Лёвене, в общем, был трудноприступен, потому что там была сложная местность – было много болот вокруг, соответственно там не могла действовать конница, ну а в пешем бою викинги были уверены, что они разобьют кого угодно, поэтому они не восприняли всерьёз усилия короля Арнольфа, тем более, что он был молодой, часть людей отправили в набег и, видимо, проспали начало вообще всей этой войны. И в итоге рыцари, будущие, скажем так, рыцари – конница вся спешилась и, подкрепляемая пехотой, пошла на приступ, а т.к. лагерь был окружён болотами, да, его было удобно оборонять, но оттуда нельзя было сбежать – викинги погибли почти все, т.е. все, кто там был, подверглись жуткой резне, пленных практически не брали, кроме самых знатных. Захватили 16 штандартов вот этих самых, которые на кораблях укреплялись. Т.е. там сказано о знамёнах – это, конечно, не знамёна, это именно эти вот металлические штандарты, которые укреплялись на кораблях.

В Британии викинги годом раньше от французов терпят поражение в 890-ом году. Вот это, конечно, был надлом, т.е. чудовищные усилия, которые предприняли викинги, по абсолютно беспрецедентному ограблению территории от Северной Африки до современных Нидерландов, они, конечно, надломили их в первую очередь мобилизационный потенциал, потому что они просто постоянно несли потери в походе, и всё это закончилось тем, что они слишком растянули вообще свои усилия и потерпели три страшных поражения одновременно: в Англии, в Британии и в Лёвене, в Брабанте, после чего движение вот этого поколения викингов оказалось фактически обескровлено, самых буйных просто перебили. И вот именно с этого времени движение пошло на спад, т.е. часть людей уже осела на местах и сама следила за порядком в тех местах, где она осела, ну и повторюсь – самый буйные просто погибли. Как считает Лебедев, вот за эти самые три поражения: в Эссексе, в Британии и в Лёвене – он говорит, что, видимо, погибло до 90% вообще всех, кто ушёл в викинг в эти годы.

Д.Ю. Ничего себе!

Клим Жуков. Опять же, конечно, мы не можем посчитать, но как бы то ни было, потери были для викингов катастрофические. Опять же, это же не государство, оно не может провести новую мобилизацию, это семьи и родственники, которые знают, что где-то можно пограбить, и отправляют очередных младших сыновей в поход. И вот раз – они все кончились, просто не приехали обратно. Ну кто их ещё раз пошлёт спрашивается? Детишки, которые подросли, скажут: «А чего мы поедем? Мы не поедем. Вот этот уехал и не вернулся, а мы что?»

Д.Ю. А смысл?

Клим Жуков. Смысл какой? Ведь идея же ограбить и привезти добра, а не вернуться – что за бред? Вот в Англии заканчивается реконкиста Альфреда Великого и наступает некое равновесие, ну собственно говоря, после Альфреда Великого, который оградился от области датского права Линкольном, Ноттингемом, Дерби, Лестером и Стемфордом, Пятиградием т.н., т.е. то, что прикрывало его от возможного набега, от датчан. Вот там почти 90 лет же продолжается мир, в Англии.

Ну и викинги в основном сосредотачивают своё усилие на Франции в это время, с 890-ых годов, потому что с Арнольфом как-то, с немцами у них не очень получилось, вот Лёвене такая вообще ерунда вышла, что даже вспомнить стыдно. Ну а викинги устремляются во Францию, и тут, конечно, выделяется такой замечательный персонаж, как Рольф Пешеход, потому что он атакует Северную Францию очень активно, действует в Нейстрии, в Британии, и с 896-го по 911-ый год собирает десятки кораблей буквально, занимает Руан и захватывает территорию между Понтье, Бретанью, Шартром, Меном и Бове, а в 911 году король Франции Карл Простоватый так сделал: видимо, как обычно, с простоватым выражением лица сказал, что так и было задумано, и просто дарит Рольфу данные территории в ленное владение. Так образовалась Нормандия.

Д.Ю. Да. В какой-то церкви есть его могилка, я там был.

Клим Жуков. В качестве залога в ленных отношениях он получает дочь Карла Простоватого Гизель в жёны.

Д.Ю. Гюзель.

Клим Жуков. Гюзель, да, крестится, понятное дело, и щедро одаривает католическую церковь на территории Нормандии, весьма щедро. Тут же его дружинники получают уже нормальные ленные владения от него, т.е. викингская аристократия, точнее, просто викинги, по большому счёту, включаются в состав феодальной аристократии Франции уже, и мы до сих пор же знаем имена этих парней, которые получили эти земли – это Ангавиль, Борневиль, Гримонвиль, Гранвиль, т.е. это то, что получили парни по имени Ангут, Бьёрн, Грим, Харальд и Гериот.

Д.Ю. Отлично.

Клим Жуков. Вот когда мы там читаем на карте данные названия или ездим по Нормандии, нужно понимать, что часть этих названий – это прямо отражение их первых владельцев, которые пришли с Рольфом Пешеходом.

Ну а закончилось всё, конечно, плохо в силу того, что в 845 году Людовик Четвёртый вынужден был уже не передать в лен, а просто отдать потомкам Рольфа Пешехода данную территорию, потому что они её просто отняли фактически, это стала по факту независимая территория, почему – ну потому что в эту Нормандию поехали все родственники Рольфа Пешехода, узнав, что там так неплохо. Их стало много, они там собрали очень серьёзную армию и фактически от Франции отделились, сепарировались, как сепаратюги. А потом, с одной стороны, да, это было не очень здорово, но по факту в 897 году герцог Ришар Ричард Первый, потомок Рольфа Пешехода, поддержал во Франции некого короля Гуго Капета, который основал династию Капетингов, которая правила до начала 14 века, это всё, между прочим, благодаря усилиям викингов.

Д.Ю. Серьёзные люди были, да?

Клим Жуков. Весьма. В это же время примерно, т.е. в конце 9-го – начале 10-го века постепенно начинается консолидация государственных уже усилий внутри Скандинавии, т.е. в Дании, Швеции и Норвегии начинают складываться более или менее постоянные государственные образования, чему, как я уже говорил, способствовал колоссальный приток богатств из Европы, Византии, Каспийского моря, т.е. всё, что было награблено, естественно, волокли домой, ну а раз появилось богатство, появилась возможность это богатство как-то аккумулировать в одних руках. Богатство не может быть у всех, оно может быть только у кого-то одного.

Д.Ю. «Вот я это богатство люблю и уважаю!»

Клим Жуков. И конечно, тут нельзя не вспомнить о действиях викингов в Северной Атлантике, потому что волна переселенцев из Норвегии, убегая от Харальда Косматого, Харальда Лува, уехала сначала на Гебридские, Шетландские, Оркнейские острова, а потом уже постепенно и в Исландию, ну а Харальд Лув в конце концов побрился и стал Харальдом Прекрасноволосым.

Д.Ю. Харфагром.

Клим Жуков. Да, Харфагром. Да, Фарерские острова, кстати говоря, уже захваченные викингами, захватить не удалось – фарерцы там окопались накрепко и до сих пор фарерский диалект – это один из самых старейших скандинавских диалектов наряду с исландским.

Д.Ю. Мрачное место, исключительно.

Клим Жуков. Да, они там дельфинов «мочат», а говорят, что это нифига не дельфины, а киты…

Д.Ю. Киты, маленькие только.

Клим Жуков. …только небольшие. В 874 году, ну примерно в 874 году была открыта Исландия, и к концу 9 века, т.е. где-то там к 890-ым годам её заселили первые выходцы из Норвегии – где-то около 400 бондов, 400 семей туда уехало в итоге, спасаясь от Харальда этого Харфагра с его прекрасными этими волосиками. А к 930-му году туда уехало вообще уже несколько тысяч, да десятков даже тысяч человек, ну понятно, что там часть народилась на месте, часть уехала, и Исландия стала одним из мест, куда уезжали самые буйные оutlaw, т.е. если в Норвегии, в Дании или в Швеции им делать нечего, их там просто прибьют, они бежали в Исландию.

В 982 году была открыта Гренландия, Зелёная Земля…

Д.Ю. Исландскими оutlaw, которым уже из Исландии пришлось бежать, блин.

Клим Жуков. Да, так точно, которые были оutlaw среди отморозков, т.е. их даже из Исландии выперли. А в 985-995 году начинается колонизация Винланда.

Д.Ю. Т.е. США фактически?

Клим Жуков. Да-да. Первое поселение в Гренландии – этот Эриксфиорд по имени Эрика Руда, Эрика Рыжего, который её открыл. Там вокруг располагалось до 230 точек, где они там жили вообще в Гренландии, т.е. 230 поселений, до начала 15 века они там проживали.

Д.Ю. А там теплее было или… ?

Клим Жуков. Там было значительно теплее, ледник далеко отступал, на Ньюфаундленде рос виноград, почему он, собственно, и Винланд – потому что там виноград рос. Самое главное, что там было дерево, ну конечно, не в Гренландии, хотя в Гренландии, конечно, тоже, а на побережье, которое можно было возить в Исландию и там продавать, потому что из дерева строились корабли, а в Исландии с деревом не очень со своим.

Д.Ю. Всё срубили, что было?

Клим Жуков. Да.

Д.Ю. У них там лес остался только в середине, куда они тогда не могли забраться.

Клим Жуков. Да, сложно спускать. Вот если мы посчитаем, что в 874 году началось массовое движение в Северной Атлантике, ну где-то до 900-ых годов в него было включено от 3 до 10 тысяч человек, что, конечно, не так много, но всё равно это если мы посчитаем 65 тысяч максимально мобилизационного потенциала, это его 1/6 часть – это, конечно, не могло не сказаться на общей активности. И к 900-ым годам вот эта «ярость норманнов», конечно, в основном сходит на нет, больше такого не было никогда. Т.е. несмотря на весь ужас, который причиняли набеги викингов в последующее время, их просто количество страшно сократилось. А вот я посчитал, что за время примерно с 800-го по 900-ый год фиксируется от Северной Африки до Ладоги 118 военных предприятий викингов, Глеб Сергеевич насчитал их за это время 240.

Д.Ю. Вдвое фактически.

Клим Жуков. Фактически вдвое, но, опять же, я говорю: мы в данном случае говорим о не разных данных, а о разных методиках подсчёта этих самых данных, я их выше описал, но это бедствие было настоящее. Примерно с 900-ых по 950-е годы, первая половина 10-го века – разворачивается экспансионистское движение в первом радиусе, в самом ближнем к Скандинавии радиусе, т.е. разворачивается борьба за Нортумбрию в Англии, на Руси в это время страшно ураганит один мужик по имени Хельге, который или прямо военной силой, или угрозой применения военной силы подчиняет те племена славян, которые раньше платили дань хазарам, и ссорится с хазарами, которые закрывают Волжский путь для скандинавов. Т.е. если раньше можно было на Каспий приехать спокойно по Волге, потому что, как всем известно, Волга впадает в Каспийское море, как бы чего ни вышло, как в известной книге было сказано, то всё – как только начинает Хельге отбирать дань у хазар или по крайней мере занимать те территории, на которые хазары теоретически претендовали как на подданные, всё, с Великим волжским путём приходится распрощаться, и начинается формирование Днепровского пути. Он, конечно, и раньше действовал, но как постоянно работающая артерия для всеевропейского транзита в Чёрное, Каспийское и т.д. моря начинает работать в первую очередь Днепровский путь. Одновременно с Днепровским путём, который у нас получается меридиональный, начинает формироваться и его, так сказать, перпендикулярный собрат, т.е. путь если этот из варяг в греки, то этот новый путь – из булгар в немцы, так его можно условно охарактеризовать, который шёл через Киев, конечно же. Это был путь вторичный, потому что он путь по суше, не очень удобный, медленный и довольно затратный, но тем не менее в Киеве концентрировалось такое количество товара, который шёл транзитом с юга на север и с севера на юг, что он превратился довольно быстро в гигантскую факторию, которая и сухопутными путями связывала Волжскую Булгарию будущую с Западом. И вот в середине этого торгового креста и образуется государство Русь, вот как раз в это время.

А в Европе начинают довольно быстро, в течение, может быть, двух, скорее всего, одного поколения меняться характеры викингских ватаг, т.е. это больше не вольные дружины викингов, это уже вполне государственные, ну прото-, конечно, государственные образования, хотя остаются и вольные ватаги, они никуда не деваются, но вольные ватаги больше не могут сбиться в гигантское великое войско, которое терроризировало, например, Францию или Англию, просто потому что им не дают люди, которые уже образовались в некие организованные структуры. Т.е. позволить наличие рядом с собой неконтролируемой такой вот этой морской Сечи было нельзя, потому что это было смертельно опасно уже для самих викингов.

Д.Ю. Для всех, да.

Клим Жуков. Именно в это время появляется феномен варягов, которые на русский всего лишь переводятся как «присяжные», т.е. те, кто принёс присягу. Т.е. нельзя просто так приехать, сказать что сейчас мы там, вот у нас 15 кораблей, мы сейчас все проголосуем, у нас будет вождь, мы поедем ограбим какую-то территорию, а потом все разбежимся – нет, тут же появится человек, который говорит, что, во-первых, это вся земля моя, я вам просто не дам рубить лес, вы не построите кораблей. Если хотите что-нибудь такое сделать, так со всем моим удовольствием: контракт, подпись, печать, свидетели – всё, вы теперь мои варяги.

Д.Ю. Веринга.

Клим Жуков. Веринга, так точно. А с середины 10 века и, наверное, до самого крещения Руси, т.е. до 980-ых годов как раз викинги начинают действовать в дальней и средней зоне, потому что, во-первых, конечно, разворачивается борьба во Франции: с одной стороны французы отгородились от набегов при помощи передачи Нормандии Рольфу пешеходу, ну Южная Франция страдает, а самое главное – страдает не Южная Франция, самое главное – страдает Испания, потому что вот на Испанию, конечно, возобновляются набеги очень мощные, причём как на христианскую, так и на мусульманскую, т.е. с северо-западной Испании до фактически Гибралтара грабят всё в это время опять. Причём, если мы в 9-ом веке видим относительно разрозненные набеги, то каких-то людей из народа Рос, которые, как я уже говорил, очень даже возможно, вообще из Ладоги приехали в Испанию пограбить, то мы видим набеги датчан, т.е. это разрозненные усилия, то теперь эти усилия вполне централизованные и базируются они скорее всего на Нормандию, т.е. это Рольф Пешеход со своими друзьями, точнее, потомки Рольфа Пешехода отправляли грабителей в Испанию, потому что там, вроде бы, ещё можно грабить, потому что сама идея викингского движения о немедленном приращении своего, так сказать, капитала быстрыми деньгами никуда не делась, возможностей стало меньше, это факт – возможностей стало сразу меньше, но идея никуда не делась, более того, она была, потому что пока ещё не было прямого доступа к восточному серебру, она была объективно необходима, не потому, что кто-то очень хотел – на этой хотелке далеко не уедешь, хотели всех ограбить и в 6-ом веке, и в 5-ом, это вполне естественно…

Д.Ю. И сейчас хотят.

Клим Жуков. И сейчас хочуть, просто возможностей меньше, а вот, например, молодец Рольф и его друзья – они эти возможности изыскали в Испании. И конечно, возобновляется борьба за Англию, потому что Англия – это был важнейший элемент вообще приморской торговли, Англия была нужна как такая огромная база, и Англия вообще страдала от набега викингов больше всего всегда. И вот борьба за Англию, да, с образованием государства Альфреда Великого с одной стороны, области датского права с другой стороны всё вошло в некое равновесие, более или менее устойчивое, но, опять же, идея того, что Англия нужна как база, никуда не делась, и естественно, то, что борьба будет продолжена за Англию, это было, видимо, не секрет, и она продолжилась: в 969-976-ом году Магнус Харальдсон опустошает Уэльс, вторгается в Западную Англию, вторгаются и из Ирландии викинги регулярно, в т.ч. начинают приходить снова из Скандинавии, из Дании в первую очередь. И вот в 991 году Этельред, король Англии, вынужден начать платить регулярно дангельд, т.е. «датское серебро», «датское золото».

Именно набеги на английскую территорию в общем делаются относительно редкими, это не набеги, это настоящие завоевательные походы. Это, с одной стороны, очень плохо, потому что можно потерять всю землю, территорию и независимость, но при этом вот именно этих разрушительных, опустошающих побережья маленьких набегов, которые просто невозможно отбить из-за их размеров и огромной скорости, их делается меньше, а потом они вообще сходят постепенно на нет, просто потому что викингам это уже не надо, им нужно сразу большие куски владений, а не какие-то там гроши, которые можно вытрясти из прибрежных рыбаков. Т.е. стихия, как мы видим, викинга никуда не делась, но стихия викинга, как инструмент, превратилась в оружие, которое сконцентрировали последние представители вообще этого движения – то, что я называю конунги-викинги. Это не я, а вообще историография называет «конунги-викинги». Наступает последний этап эпохи викингов, который продлился где-то с 1010-ых до 1080-ых годов.

Кто такой конунг-викинг? Конунг-викинг прекрасно описывается в «Саге об Олаве Святом»: Тогда стал говорить Кальв, сын Арни: «Хотя у Олава войско меньше нашего, но сам он такой непреклонный вождь, за которым все его войско пойдет в огонь и в воду… И хотя у нас собралось больше людей, мы можем попасть в трудное положение, когда сойдемся с Олавом-конунгом, и тогда нам не избежать поражения».»

Или, например, ещё один мой любимец – Олав Трюггвасон, о котором в саге сказано так: «Олав-конунг очень любил повеселиться и пошутить, был приветлив и прост в обращении, горячо за все брался, был очень щедр, любил выделяться своей одеждой и в битве превосходил всех храбростью. Но он бывал крайне жесток, когда гневался, и своих недругов он подвергал жестоким пыткам: кого велел сжечь в огне, кого – отдать на растерзание свирепым псам, кого – покалечить или сбросить с высокой скалы. Поэтому друзья любили его, а недруги боялись. Он во всем добивался успеха, потому что одни выполняли его волю из любви и преданности, а другие из страха».

Д.Ю. Молодец! Кнут и пряник. Талантливый управленец был.

Клим Жуков. Да, это всё нам «Хеймскрингла» донесла, «Круг Земной», это в переводе Смирницкой я всё даю. Это люди – что Олав Трюггвасон, что Олав Святой, он же Олав Толстый – эти христианизаторы в Норвегии христианства, в общем, это далеко не единственные конунги-викинги, но они просто наиболее яркие, что называется, эталоны, шаблоны, по которым можно их равнять. Такие они, конечно, были не одни, потому что этот тип, который и в экономическом, да и в общественно-психологическом смысле сложился, выковался именно во время широкой викингской экспансии, он его в конце концов результировал, обозначив процесс формирования государств вообще в Скнадинавии, да, наверное, и не только в Скандинавии, а в первую очередь, конечно, со скандинавским участием, потому что, как мы знаем, скандинавские эти государственные образования сложились далеко не только на севере, о чём чуть позже. Нормандию мы уже упомянули, но на ней всё не закончилось, как мы знаем.

При этом у нас от этого времени очень мало источников, которые бы освещали скандинавскую жизнь изнутри, т.е. нам приходится опираться или на археологию, которая в основном даёт нам понятие о подробностях, ну по крайней мере, общественно-экономической жизни в то время, ну или на синхронные заграничные источники. Опять же, скандинавы в это время очень скупо о чём-то писали.

Из всех скандинавских стран, как мы знаем, быстрее всех развивалась Дания из-за близости к империи франков, т.е. у них и плечо грабежа было гораздо короче, и плечо торговли, и плечо культурного обмена – с одной стороны, с другой стороны, им, конечно, было очень трудно что-то колонизировать, т.е. они могли дойти до вот этой буферной фрисландской зоны, и всё, т.е. дальше им пришлось бы насмерть воевать с франками, что, возможно, могло принести победу военную, но в стратегическом смысле могло их только истощить. А т.к. в это время всё-таки это ещё очень раннее государственное формообразование, любой человек, который намеревался хоть чем-то управлять в Дании, должен был быть очень военно- и экономически сильным. Как только он истощит свою военно-экономическую силу в столкновениях с франками, тут же появится какой-нибудь родственник, а скорее всего родственники, которые его убьют, а страну снова порвут на части между собой. Поэтому вот да, с одной стороны, у датчан были большие преимущества, с другой стороны, для колонизации у них было гораздо меньше возможностей, собственно говоря, почему они и лезли в Англию – потому что там не было империи франков, там было 7 королевств разрозненных, с которыми можно было справиться. И датские короли: Свен Белобородый, Кнуд Великий, Свен Эстридсен – это, несомненно, конунги-викинги, но при этом… да, и это отлично понимали современники, что важно, что это всё-таки ещё варвары, но при этом они уже вели себя на международной арене как вполне себе почти нормальные христианские феодалы, как бы мы сказали: которые несли на себе родимые пятна родоплеменного строя и варварских отношений языческих. При этом, опять же, мы точно знаем, что они были на 100% связаны ещё со старым викингским этим вот языческим стихийным миром, об этом просто говорят элементарно и их поступки, образ действий, и просто чудовищное количество материальной культуры, которая напрямую викингская, которая находится археологически в 11 веке на территории Дании и на территориях, подвластных датчанам.

Да, конечно, там активнейшим образом внедряется христианство, но именно Дания нам предоставляет такие замечательные образцы, как, например, культовые комбинации молота Тора и креста, т.е. он так крест, так молот Тора, в общем, что вам сейчас надо, т.е. чтобы нормальный парень мог, оказавшись там, где работает Тор и Один, быстро перевернуть свой этот крест – и это получается молот Тора. Оказываешься во владениях Христа – быстренько переворачиваешь, и получается, что и Христа вроде как не обидел.

Д.Ю. «Мы далеко от дома, наши боги тут бессильны».

Клим Жуков. Не добивают, Wi-Fi Одина не добивает досюда, никак не выходит. Да, и при этом, конечно, если мы посмотрим на Данию, то именно Дания сделала вот этот вот последний шаг, который фактически закончил эпоху викингов, хотя, конечно, мы знаем, что вот у нас последние атаки, которые принято считать викингскими, хотя они, конечно, были уже не викингскими по сути, но предпринимались ещё в викингском стиле и потомками викингов – это атаки, которые сделали на Англию сначала Харальд Хардрада, а потом Вильгельм Завоеватель. Но если вы посмотрите наш ролик 2-часовой по поводу битвы при Гастингсе, который мы записывали в позапрошлом году, то вы поймёте, что это, в общем, было связано с международной деятельность датских конунгов, в первую очередь, которые сначала соединили Норвегию и Данию, потом один из них умер, и оставил кучу неразрешённых проблем, пришлось из-за этого воевать в итоге.

Д.Ю. Заложил атомную бомбу очередную.

Клим Жуков. Да. Харальд Хардрада, собственно, воспользовался этим, чтобы атаковать с некими законными основаниями Англию, на которую претендовал как на собственную вотчину, которая полагалась ему по праву. Но об этом я сейчас не буду говорить, потому что мы об этом слишком много сказали в прошлый раз, посмотрите наш ролик по поводу битвы при Гастингсе.

И вот в эпоху, которая заканчивается, вообще в эпоху викингов, вот этот последний цикл – в 1016 году дружины Кнуда Великого почти полностью, а может быть, даже и полностью берут контроль над Англией, и вот в это время некоторые нормандские паломники-христиане посещают Италию.

Д.Ю. О! Как тут у вас интересно, да?

Клим Жуков. Да. Там же получается, что часть Южной Италии подчиняется византийцам, о чём становится известно христианским паломникам, причём подчиняется строго номинально, т.е. это ещё следы старого-старого завоевания, можно сказать даже, реконкисты Юстиниана 6-го века, который вообще почти всю Римскую империю восстановил, но тем не менее Лангобардские княжества: Беневенто, Салерно, Капуя – они были сами по себе, ну вроде как, да, подчинялись Византии, а на самом деле никому они не подчинялись, ну а всей Сицилией вообще владели арабы. И норманны начинают активно наниматься сначала на службу к византийцам, выступают как наёмники, т.е. варяги как раз, принесшие присягу. Воевали они и за византийцев, и, например, за герцога Неаполитанского против герцога Капуанского, т.е. нанимаясь в любую сторону, и постепенно к 1035 году там остановилась дружина Робера Второго Нормандского. Он находился в паломничестве – тоже в паломничестве, между прочим, познавательный такой туризм у него был. Собственно, сам Робер-то скончался…

Д.Ю. По-моему, вот мы летом с бельчонком были в городе Неаполе, там на центральной площади, по-моему, ему статуя стоит.

Клим Жуков. Да.

Д.Ю. Их там много так полукругом, он там первый.

Клим Жуков. Но это, на самом деле, не он, это Роберт Нормандский, а мы говорим про Робера Гвискара, это его, так сказать…

Д.Ю. Что по-русски значит Хитрый.

Клим Жуков. Хитрый, Хитрая Голова – Гвискар, да. Вслед за паломниками, естественно, появились такие замечательные люди, как Робер Гвискар, Вильгельм Железная Рука, будущий граф Асколи, Гумфрид, Дрого, Рожер и прочие-прочие замечательные люди, которые в конце концов просто вдребезги разнесли сначала арабов на Сицилии, потом лангобардов в Южной Италии. Кстати говоря, преотличненько взяли в плен Папу Римского.

Д.Ю. Льва?

Клим Жуков. Да, Льва Девятого. Но, взяв в плен Папу Римского, немедленно поцеловали ему ноги, с честью препроводили в Рим, ну конечно, получили некие подарки, все крестились лично от Папы Римского, лично получили от него помазание на владение землёй, тут же отдали ему всех своих детей, чтобы лично Папа их покрестил, не кто-нибудь, вы знаете – какой-нибудь там поп, у него не так всё работает здорово, как у Папы Римского, у Папы Римского это прямо вот точка раздачи благодати непосредственно почти от Бога.

Д.Ю. Магия сильнее. Лучше заклятие кладёт.

Клим Жуков. Да. Ну и получив благословение, они с полным основанием взяли Мессину, но Робер отдал Сицилию вообще… не себе лично, а отдал её брату Рожеру.

Д.Ю. У него там церква есть в его честь. Я там тоже был – отличная церква, красоты небывалой просто!

Клим Жуков. Собственно, все эти люди и их потомки выступили основными двигателями первого Крестового похода, что характерно. Образовалось Королевство обеих Сицилий, т.е. Южной Италии и собственно Сицилии, которая потом стала точкой раздора между французами, которые, собственно, захватили эти места вроде как, т.е. нормандцы же вроде как уже считались французами, и испанцами.

Ну а 1035-ый год – это то, что выделяет Г.С. Лебедев в последний, девятый этап эпохи викингов, заканчивает он его в 1066-ом, т.е. в точке хронологической битвы при Стемфорд-Бридже и гибели Харальда Хардрада. Эта вся история, конечно же, в первую очередь началась с борьбы за Англию и закончилась ею же, но я считаю, что нет, последний этап – это, конечно, неудачная попытка Свена Эстридсена атаковать Англию из Дании, она не удалась, но имела место.

Д.Ю. Была, да.

Клим Жуков. Была, да, при этом и Оркнейские, и Шетландские острова поставляли набеги викингов, как раз мелкие, настоящие набеги викингов на Шотландию вплоть до 13-го века, что уж там говорить.

Д.Ю. Неплохо!

Клим Жуков. Ну конечно, это уже локальное явление, и оно в какую-то эпоху не может выделяться. По сути дела, это были последние уже крупные государственные явления, которые вот закончились всем известными событиями в Англии и, что важно, конечно же, событиями в Средиземном море, которые… В общем, последним вздохом эпохи викингов можно однозначно считать первый Крестовый поход, хотя, конечно, участвовали там далеко не только потомки викингов, но в т.ч. и они, и они были одними из самых активных, безусловно, членов данного движения. И по сути дела, всё-таки это почему последний поход эпохи викингов – потому что именно он завершил её в экономическом смысле, дойдя до прямых источников восточного серебра. Собственно, после этого такое явление, особенно стихийное явление, как викинги, потеряло всякий смысл и сошло на нет как общеевропейский феномен.

Д.Ю. Но они всё-таки там главными были, т.е. если даже я знаю всяких Гвискаров, Боэмундов, Танкредов – ну, фигуры, мягко говоря, крайне серьёзные.

Клим Жуков. Не, ну там всё-таки были далеко не только они.

Д.Ю. Конечно.

Клим Жуков. И организовывали-то, в общем, поход не они, организовывал Папа Римский, который тоже был…

Д.Ю. Они были, как дрожжи…

Клим Жуков. Не совсем.

Д.Ю. …или как евреи, я бы так сказал.

Клим Жуков. Да. Мы об этом говорили, рассуждая о битве при Гастингсе – что чрезвычайно важным тут была сама возможность собрать людей под некое знамя единое с далеко идущими идеологическими целями, т.е. под знаменем с крестом, под крестоносным знаменем. Впервые это попробовали сделать, когда атаковали Англию, которая отложилась, точнее, не присоединилась к Клюнийской реформе, и там ещё были большие проблемы с инвеститурой, потому что английские короли сами хотели назначать своих епископов – это было недопустимо, поэтому англичан объявили еретиками, и против них объявили мобилизацию христианского рыцарства, которая удалась вполне, вот как раз тут-то, конечно, в основном работали именно потомки викингов из Нормандии и их родственники с Сицилии и Южной Италии, в первую очередь, конечно же. Тоже, конечно, не только они, но в основном они. И вот точно такой же фокус провернули с первым крестовым походом, только в куда большем объёме, а репетиция была полностью организована на английском походе Вильгельма Бастарда.

Д.Ю. Я тебе рассказывал, как я заехал в Байё, где гобелен висит, там выдают эти…

Клим Жуков. Наушники.

Д.Ю. Слушать, да, и внезапно оказалось, что на гобелене нарисована операция по принуждению к миру, приведению в чувство всяких подонков, которые вообще краёв никаких не видят. Благодеяние, блин.

Клим Жуков. Да-да.

Д.Ю. Было смешно.

Клим Жуков. Ну вот это благодеяние было именно репетицией, потому что было непонятно: вот все эти крайне буйные подонки вообще соберутся вместе или нет? Ну это никто бы не мог сказать, что они точно соберутся, потому что только что Вильгельм Бастард вынужден был всем доказывать, что он не вполне бастард, и вести внутри Нормандии просто гражданскую войну. И вот когда сказали, что так мы вам сейчас всю Англию отдадим, он такой: «О! Точно?»

Д.Ю. Минуточку!

Клим Жуков. Тут же все помирились, тут же подтянулись друзья из Сицилии и пошли завоевать Англию, ну а Римскому престолу, а самое главное, конечно, торговым представителям итальянских городов-государств, и в первую очередь венецианцам стало понятно, что можно организовать всю эту абсолютно буйную и очень в военном плане эффективную массу, кстати говоря, избыточную для Европы, на что-нибудь душеполезное, например, чтобы наконец, опять, снова, впервые после арабского завоевания связать торговыми путями арабский Восток и наконец Италию, чтобы уже можно было напрямую торговать, по самому короткому маршруту. Вот такая была затея.

Д.Ю. Неплохо. Ну, совершенно очевидно, материал просто бесконечный, вообще, т.е. там уже такое количество событий охвачено – это только из того, что я знаю. Я не знаю – действительно, на 21 ролик.

Клим Жуков. Я не думаю, что это сильно нужно, т.е. это займёт какое-то безумное количество времени, но по факту мы будем повторять одно и то же: приехали, высадились, разграбили и уехали.

Д.Ю. Хохоча.

Клим Жуков. Радостно хохоча. Ну конечно, можно будет какую-нибудь выдержку из Бертинских анналов, Фульдских анналов, Ксантенских анналов зачитать – кто кого конкретно где ограбил. Тут же мы выясним, что их там было везде по 40 тысяч человек…

Д.Ю. Да-да-да!

Клим Жуков. Тут же мы будем рассказывать, почему их было не 40 тысяч, а 400.

Д.Ю. Ну, интересные истории, как разграбили город Луна, по-моему, где там конунг притворился мёртвым, его в гроб, все закричали: «Пустите в церковь отпеть» - он христианство только что принял. Они его в церковь, а он прыг из гроба, а там сабли лежат…

Клим Жуков. Пулемёт схватил.

Д.Ю. Да, и всех в лапшу, ёлы-палы! При этом вроде как он думал, что Рим захватил, а оказалось – что-то какая-то вонючая Луна.

Клим Жуков. Не доехал.

Д.Ю. Да. Есть шикарные истории. Ну мы, наверное, будем останавливаться иногда.

Клим Жуков. Да, но мы, самое главное, сейчас я хочу всё-таки как…

Д.Ю. Но я настаиваю, Клим Саныч – «Сагу об Эгиле» надо разобрать однозначно.

Клим Жуков. Нет, это мы обязательно. Я как большой любитель военной истории в следующий раз поговорю о последней битве Олава Трюггвасона, дружбана нашего Владимира Святого.

Д.Ю. Да. Он у него вырос, да?

Клим Жуков. Да.

Д.Ю. Спасибо, Клим Саныч. Викинги прекрасны!

Клим Жуков. Так точно.

Д.Ю. А на сегодня всё. До новых встреч.


В новостях

14.04.19 13:03 Эпоха викингов, часть 4: Походы викингов, комментарии: 21


Правила | Регистрация | Поиск | Мне пишут | Поделиться ссылкой

Комментарий появится на сайте только после проверки модератором!
имя:

пароль:

забыл пароль?
я с форума!


комментарий:
Перед цитированием выделяй нужный фрагмент текста. Оверквотинг - зло.

выделение     транслит


интересное

Новости

Заметки

Картинки

Видео

Переводы

Проекты

гоблин

Гоблин в Facebook

Гоблин в Twitter

Гоблин в Instagram

Гоблин на YouTube

Видео в iTunes Store

Аудио в iTunes Store

Аудио в Spotify

tynu40k

Группа в Контакте

Новости в RSS

Новости в Facebook

Новости в Twitter

Новости в ЖЖ

Канал в Telegram

Аудиокниги на ЛитРес

реклама

Разработка сайтов Megagroup.ru

Реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru


Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк