Сорос обращается к примерам из своего прошлого, чтобы доказать, что глобальный экономический кризис так же важен и непредсказуем, как и окончание коммунизма. «Крах советской системы был весьма неординарным событием, и сегодня мы в развитом мире переживаем нечто подобное, не понимая в полной мере, что происходит». Для Сороса громкое опровержение кредо эффективных рынков — представления о том, что рынки рациональны и способны, саморегулируясь, предотвратить катастрофу — «сравнимо с крахом марксизма как политической системы. Господствующая трактовка оказалась крайне дезориентирующей. Она предполагает идеальное знание, что очень далеко от реальности. Чтобы получить адекватное понимание проблем, нужно осознать, что мы живем не в век разума, а в век ошибок».
Главное, по его словам, — это понимание. «Ничем не сдерживаемая конкуренция может подтолкнуть людей к шагам, о которых в иных обстоятельствах они бы сожалели. Трагедия нашей нынешней ситуации — это неумышленные последствия неидеального понимания. По сути, многое зло в мире творится неумышленно. Многие в финансовой системе причинили немало вреда, не намереваясь делать этого». И все же Сорос полагает, что Запад страдает именно от зла, совершенного в финансовом мире — так же, как страны восточного блока страдали от политического зла. Серьезно ли он считает, что финансовые махинации, вызвавшие обвал экономики — не просто ошибка, а «зло»? «Именно так». Как это понравится Ллойду Блэнкфайну (Lloyd Blankfein), главе Goldman Sachs, который в разгар финансового кризиса заявил лондонской Sunday Times, что банкиры делают «богоугодное дело».
В отстутствие тоталитарного СССР кто-то должен исполнять его функции.
Новости
VIP
