Михаил Попов и Клим Жуков про сериал "Спящие"

Новые | Популярные | Goblin News | В цепких лапах | Властелин колёс | Вопросы и ответы | Гоблин и танки | Каба40к | Книги | Коротко про | Образование | Опергеймер | Под ковром | Путешествия | Разведопрос | Репортажи с мест | Семья Сопрано | Сериал Рим | Синий Фил | Смешное | Солженицынские чтения | Трейлеры | Хобот | Это ПЕАР | Персоналии | Каталог

04.11.17




Ждёшь новых лекций Клима Жукова? Поддержи проект!



Д.Ю. Я вас категорически приветствую! Михаил Васильевич, здравствуйте. Клим Саныч.

Клим Жуков. Добрый день. Всем привет.

Михаил Попов. Здравствуйте.

Д.Ю. Не так давно был в санатории, и в перерывах между целебными клизмами и радоновыми ваннами, делать нечего, смотрел телевизор. В телевизоре шёл новомодный сериал «Спящие». Не смотрели ли вы его?

Михаил Попов. Я смотрел, но тут как раз у меня другая была ситуация. Времени совершенно не было, потому что, так сказать, обстоятельства жизни таковы. И тут вдруг, когда я мою посуду, я слышу, как его ругает «Эхо Москвы». Ну, так ругает, только до этого так убедительно, можно сказать, доказали, что люди искусства любой отрасли это такие люди возвышенные, их нельзя, у них тонкий такой характер, склад, нельзя их трогать, нельзя критиковать, надо уважать любую точку зрения. И тут как бешеные звери набросились на этот самый фильм «Спящие», и настолько они его грызли и говорили, что он вредный, уничтожить, спалить, чуть ли не убить этого самого, режиссёра. И то, что он вообще-то был хороший, его хвалили, а он такое тут сделал и т.д.

Д.Ю. То уже почти «Левиафана» снял, и вдруг такое.

Михаил Попов. Ну, я понял, что надо посмотреть.

Д.Ю. Кстати, вы обратили внимание, что все кричали про режиссёра, а про сценариста никто ничего не кричал, который всё это придумал.

Михаил Попов. Да. Придумал сценарист. Ну, они, видимо, искали, кто человек наиболее, так сказать…

Д.Ю. Уязвимый.

Михаил Попов. Уязвимый. А кто более уязвимый? Такой человек, который занимается искусством, художник. Художники что ждут? Что их будут хвалить, ну, что ещё им надо? Денег им не надо, им надо, чтобы аплодировали и давали цветы. Так? А тут вдруг на них, на него набросились, и я думаю, что ну вот люди, которые уже бывали в такой ситуации и не раз, все знают, что если вы сделаете что-то хорошее, это, в общем-то, никто обычно не заметит.

Если вы сделаете получше, тоже никто не заметит. Если вы сделаете очень хорошее, то наряду с теми, кто вас похвалит (обычно хвалят очень редко), на вас накинутся и будут травить, потому что поняли, что вы всерьёз делаете работу, серьёзное что-то сделали, и поэтому оставить так просто не могут без этого, и попытаются стоптать. Ну, мы из области искусства знаем, из литературы, как к этому относиться. В своё время ещё Некрасов говорил, что «мы слышим звуки одобренья не в сладком ропоте хвалы, а в диких криках озлобленья». Поэтому…

Д.Ю. Это называется «творческая ревность» у них.

Михаил Попов. Нет, это, я считаю, вот это высшая оценка. Я считаю, что режиссёр получил высшую оценку, какую только можно получить. Это выше «Оскара» и выше «Ники», правда?

Клим Жуков. Металлов твёрже он и выше пирамид.

Михаил Попов. Высочайшая. Ну, я, наверное, передам эстафету Климу Александровичу, он наверняка начнёт сейчас, накинется на этот фильм, и тоже будет ругать.

Клим Жуков. Я отчасти. Вы нас диалектически учили ко всему подходить, вот так мы и подходим. Посмотрел я его абсолютно случайно, я вообще не знал, что есть такое кино. Я просто люблю иногда, когда вот выдаётся минутка спокойно, так сказать, раздумчиво съесть обед, я обычно включаю что-нибудь.

Михаил Попов. И приходится сидеть 8 серий смотреть.

Клим Жуков. Можно по 8. Как раз на неделю хватит, очень удачно.

Михаил Попов. Поэтому понятно, почему у вас такой настрой негативный, в целом.

Клим Жуков. Да. Фильм-то, на самом деле, вот у него есть положительные черты, есть отрицательные черты. Положительная черта у него, конечно, несомненно, он снят, даже удивительно для отечественного сериала, очень неплохо. У него всё, что должно быть красиво – красиво; всё, что должно быть некрасиво – некрасиво; звук радует; актёры ходят в нужную сторону, все кривляются вовремя; камера стоит с нужной стороны; всякие модные приёмчики кинематографические.

Д.Ю. Оператор, свет, цвет.

Клим Жуков. Там так, эдак всё, там задвоение кадра, всякие разные длинные планы – смотреть приятно, откровенно говоря, глазу.

Д.Ю. Тут следует сразу отметить, что ремесленная часть в родной стране уже подтянулась туда, куда надо. Смотреть не стыдно и показывать не стыдно.

Клим Жуков. Это когда как. Т.е. они могут.

Д.Ю. Если захотят.

Клим Жуков. Если захотят, да. Потому что периодически снимают фильм «Крым», извините.

Д.Ю. Там тоже красиво, наверное?

Клим Жуков. Нет.

Д.Ю. Хорошо я не смотрел.

Клим Жуков. Там Крым красивый, а всё, что вы делаете руками, лучше бы вы этого не делали.

Д.Ю. Так-так.

Клим Жуков. Да. При этом, я, конечно, не сильно разбираюсь, так сказать, как специалист, но на основании общей эрудиции и банальной логической проверки (или не совсем банальной логической проверки), всё, что там показали, как работают спецслужбы, и, собственно говоря, противостоящие им шпионы, я бы так делать не стал. Ну, точно совершенно не стал бы, потому что иногда это отдаёт какой-то такой дикой глупостью…

Михаил Попов. Т.е. они секреты не раскрыли работы спецслужб, в т.ч. и секреты ФСБ не раскрыли.

Клим Жуков. Так они бы хотя бы раскрыли секреты американских шпионов (они же нам враги), чтобы каждый гражданин мог сразу опознать – ага…

Д.Ю. Гадские замыслы.

Клим Жуков. Побежал-побежал-побежал, вот он. И позвонить, куда следует. А после такого фильма никто никуда не позвонит, потому что не раскроют шпиона.

Михаил Попов. Клим Александрович, шпиона каждый гражданин не опознает так просто.

Клим Жуков. Хотя бы старался бы.

Михаил Попов. На то он и шпион.

Клим Жуков. Хотя бы постарались.

Д.Ю. Ну, вот у нас форма практически прекрасна. А содержание?

Клим Жуков. Содержание… Ну, как бы посыл, что нас окружают, в общем, недоброжелатели, которые не всегда хотят нам только добра, а иногда хотят нам ещё и недобра. Абсолютно точно вот так оно и есть, и почему-то вдруг это дошло до…

Д.Ю. Открытие.

Клим Жуков. … наших творцов. Они прямо так это – офигеть. Сразу вспомнились замечательные сериалы советской поры, как там «Ошибка резидента», «Резидент», и прочие там фильмы, «ТАСС уполномочен заявить». Вот он очень похоже, кстати говоря, по посылу, что есть нехорошие люди, которые нашей стране ничего хорошего не хотят. При этом они, со своей стороны, вполне высокопрофессиональны, мотивированы, у них есть какие-то свои идеалы, они их отстаивают, и это просто не совпадает с нашими. И с ними, что называется, интересно работать. Поэтому злодеи там есть, злодеи вроде как опасные, но, с другой стороны, конечно, что как только в злодеев углубились как в персонажей, там выяснилось, что лучше бы не углублялись.

Д.Ю. А вот, отскакивая чуть-чуть в сторону, «ТАСС уполномочен заявить», «Ошибка резидента» и всё такое. Там всё понятно было – здесь мы строим коммунизм, а тут отсталые капиталисты гадости какие-то продолжают творить, и они не хотят коммунизма.

Клим Жуков. В бессильной злобе.

Д.Ю. В бессильной злобе. Хватаются кровавыми лапами за колёса нашего социалистического трактора. Там всё понятно было – противостояние 2 систем. А вот коммунизма у нас больше нет. Мы же теперь всех любим и у нас вокруг друзья. Как же так?

Михаил Попов. Мы всех любили в 90-е годы, сейчас уже не всех.

Д.Ю. А почему?

Михаил Попов. А потому что уже наелись. Потому что увидели, что…

Д.Ю. Так мы же друзья.

Михаил Попов. Мы с любовью, а нас стали разрушать, и довели до того, что, скажем, состояние экономики упало вдвое, в 2 раза меньше стало. И вот это вот удвоение ВВП, с которым выступал ВВП, Владимир Владимирович, оно сводится к тому, чтобы дойти до уровня 90 года. Не дошли, скажем, по машиностроению, по станкостроению, по другим. А из нас хотели сделать банановую республику, и делали уже, успешно делали, уже делали банановую республику, которая должны ресурсы свои вывозить на экспорт, от них маленькая прибыль, а от переработки, как вы понимаете, и все это уже знают, самое основное. Возьмите Японию, ничего там нет, они прекрасно живут, потому что они покупают ресурсы, и после этого обрабатывают и продают.

Вот эта ситуация, которая была в 90-е годы, она постепенно выправляется, можно сказать. И в этом отношении особо большую роль сыграли санкции, потому что никакой агитацией, я вот к этой агитации тоже причастен, что надо развивать своё машиностроение, свою промышленность и т.д. – ничего, бесполезно. Но сделали санкции, спасибо Государственному департаменту, спасибо президентам американским, спасибо Трампу, который продолжил эти санкции, и все поняли, что всё равно нам…

Д.Ю. И ЦРУ тоже спасибо.

Михаил Попов. И ЦРУ спасибо. Потому что ну никто нам не собирается давать ни новые технологии, ни прочее. Но, между прочим, наши ракетные двигатели РД-180 покупают США в условиях вот таких санкций, и они ставятся на ракеты «Атлас». И ракеты «Атлас» без них не полетят. И поэтому когда решил Конгресс в лице своей верхней палаты, так сказать, тоже установить санкции, Пентагон потребовал, чтобы этого не делали, и пошли навстречу. И теперь у нас будут где-то до 22, до 23 года покупать наши ракеты. А сами они сделали аналогичные ракеты, эти ракеты взорвались, испытания показали, что они не тянут. Приходится к нам обращаться за такими высокотехнологичными вещами. Ну и денежки платят. А кто ввозит…

Д.Ю. Их построили в тупом совке 30 лет назад, вот эти высокотехнологичные изделия.

Михаил Попов. Мрачные годы тоталитаризма и культа личности, как сейчас говорят.

Д.Ю. Там Айфоны, а тут ничего.

Михаил Попов. Да, там Айфоны, по которым можно узнать, кому вы звонили, когда звонили, по каким телефонам…

Д.Ю. С кем разговаривали и о чём.

Михаил Попов. С кем разговаривали и т.д.

Д.Ю. Полезный прибор.

Михаил Попов. Да, так сказать, всё открыто. Так что я хочу сказать, что, безусловно, этап такой тут, очень важный в этом отношении. И на практике мы узнали, что у нас просто было уничтожение, разрушение. Ну а мы пробовали, так сказать, вот так вот, с позиций любви, и думали, что… Ну, правда, не все так думали, я, например, так не думал.

Д.Ю. По-моему, это с позиций идиотии.

Михаил Попов. С позиций идиотии, что, дескать, они нас будут обнимать, а они встали и стояли на той позиции. Да и не важно там, какой у вас общественный строй, какая разница? Россия очень большая, народу сравнительно мало, надо…

Д.Ю. Тут мы подходим, по-моему, к самому главному, что никакой коммунизм их никогда не интересовал.

Михаил Попов. Не, интересовал, но в последнюю очередь. Главное это же ресурсы забрать. Этот народ отсюда убрать или поработить, а здесь, так сказать, всё это, справедливо распределить эту территорию между другими странами. И тут вот, как говорится, государство любое уже мешает. И это они продемонстрировали нам ещё не на примере нашей страны, потому что у нас ядерное оружие, у нас есть ракеты соответствующие к месту доставки, и пока они ничего не могут сделать.

Д.Ю. Наследие кровавого тоталитаризма.

Михаил Попов. Да. А зато, пожалуйста, они показали, что можно разбомбить Югославию. Югославия ведь не социалистическая страна была, её уничтожили, взяли и уничтожили. Там теперь много-много-много осколков осталось, уже никакой роли в политике не играющих. Вот у нас тоже хотели осколки сделать. У нас зачем есть правительство в каждом субъекте федерации? А что это за субъекты федерации? Вот у нас сохраняется ещё федеративный договор, придуманный при Ельцине.

А что это за такой федеративный договор? Смоленская область когда договорилась с Орловской, Орловская с Тамбовской, Тамбовская с Курской областью, чернозёмной, когда они договорились о том, что входят в федерацию? Т.е. единую централизованную страну, в которой только были автономные республики, я имею в виду РСФСР, её уже сделали в таком виде, что как бы они вот соединились, а могут и разъединиться.

Д.Ю. Это что же, Ельцин заложил атомную бомбу?

Михаил Попов. Да. И более того, значит, уже уставные суды были, 13 уставных судов, правда, работали только 4. Правительства везде, у нас 2 правительства на 1 площади. На площади Пролетарской Диктатуры правительства Санкт-Петербурга и Ленинградской области, у нас там всё это намешано. Поэтому всё было приготовлено к разрезанию. И поэтому вот этот процесс, в котором участвовали уже наши спецслужбы, это точно, вот, я не имею в виду Бакатина, который олицетворял КГБ, возглавлял КГБ, так сказать, ФСБ, и он был просто агентом американских спецслужб. Поэтому если вот в этом фильме показывают некоторого крота в ФСБ, ну, это мало. Т.е. это может быть и в ФСБ, везде.

Вот чем хорош этот фильм, что он не ходульный. И я вот могу сравнить его только с 2, так сказать, вот такими, с 2 периодами, и с художественными произведениями 2 авторов, это, во-первых, Шолохова - «Тихий Дон» и «Поднятая целина», где он рассказывает о борьбе, которая была в переходный к коммунизму период. Ну, это уже всем понятно. Ну, вот тут белые, тут красные, хотя белые потом переходили в красные, красные переходили в белые…

Д.Ю. Ну, это мы не художественные достоинства сравниваем, а смысловую нагрузку.

Михаил Попов. Не, не художественные. Я художественные вот…

Д.Ю. Как-то не дотягивает.

Михаил Попов. Я не специалист по художественной оценке. По художественной оценке все признают, в т.ч. противники фильма вот этого, это нас освобождает от того, чтобы тут на этом останавливаться, полностью. Да, он хороший режиссёр, но как, именно потому, что он хороший, зачем ты такие идеи здесь проводишь? Но тогда это претензии, прежде всего, к сценаристу. Теперь – был такой фильм в тот период…

Клим Жуков. А режиссёр должен отказаться такое снимать. Прочитав сценарий, он должен был с воем убежать.

Д.Ю. Да, хороший режиссёр, да, должен был с воем убежать. А вот такой вопрос, глобальный, что вот теперь мы поняли, не все, конечно, но в массе поняли, что от Запада ничего хорошего ждать не следует.

Михаил Попов. Ну, что-то хорошее там есть.

Д.Ю. Да, там есть чудесные машины, великолепное кино снимают, одежду шьют самую модную и самую качественную, и вообще всё прекрасно.

Михаил Попов. Но это не суть политики.

Д.Ю. Да. С материальной точки зрения. У нас никто ничего подобного устраивать не хочет – ни высокотехнологичных производств, ни красивую одежду развивать, ничего не хотят.

Михаил Попов. Говорят, что хотят.

Д.Ю. Говорят, да. Получается как-то наоборот. И вот, есть силы внутри страны, которые хотят что-то организовать у себя, в том числе благодаря санкциям; а есть силы внутри страны, которые хотят всё это сдать. Т.е. фильм, собственно, об этом – о том, что в нашей среде существуют, не побоимся таких слов, агенты влияния, и настоящие агенты, которые ведут подрывную работу, и хотят, так сказать, сдать всё это дело Западу.

Михаил Попов. А вот у нас был телесериал про советское время, про социалистическое время, вспомните, «Вечный зов».

Д.Ю. Да.

Михаил Попов. А вот там был такой Полипов. Это кто такой был? Это был секретарь райкома сначала, потом председатель исполкома, а потом, когда немцы пришли, он стал служить немцам. А вспомните, там не ходули, там были такие, последовательные люди как Кружилин, допустим, или там вот Иван, который пострадал, так сказать, от каких-то репрессий, которые незаконно на него обрушились. Ну, там был Лахновский, который как бы давно, так сказать…

Д.Ю. Излагал «план Даллеса».

Михаил Попов. Да, давно и откровенно боролся. Ну и там был запутавшийся такой Фёдор, который был в Красной Армии, но потом который, в конце концов, ушёл к гитлеровцам. Поэтому вот фильм про советское время, и что тогда уже выяснилось, и художники, крупные такие художники, которые видят жизненные противоречия, они что написано там вот, здесь, если звёздочка есть, значит, красный. А если звёздочки нет, значит, и какая-то другая полоса, значит, белый. Т.е. которые разбирались в жизненных противоречиях того общества, которое называлось «первая фаза коммунизма». Разбирались.

Ну, и нам надо разобраться в противоречии этого общества. Но для этого надо, как вот говорил Анатолий Иванов, сунуть нос в кипяток жизни. Вот эти товарищи, которые сделали этот фильм, они сунули нос в кипяток жизни, потому что они отсчитывают 15 лет назад – это время, в течение которого все эти агенты, которые завербованы, и в самых разных сферах находятся, они предоставлены были сами себе. Ваше дело забираться как можно выше. И они забирались как можно выше. А потом им говорят – просыпайтесь. Ну, у нас ведь, кроме них, есть те, которые…

Д.Ю. А я и не сплю.

Михаил Попов. Не спят. Есть такие, которые не спят, и которые, во-первых, которые спят и видят, чтобы разрушить Россию, и чтобы она была сдана в угоду интересам США как крупнейшей империалистической страны. Это факт. И мы таких людей знаем. С этой точки зрения, скажем, была отличная, были телепередачи «Суд времени», и, я считаю, Кургинян большое дело сделал, когда он либералов, так сказать, критиковал.

Д.Ю. Мордой об стол.

Михаил Попов. Да, причём блестяще это делал. И причём не пасовал перед ними, а показывал, что они, на самом деле, извращают всю нашу историю. Но это история. А вот в этом фильме показано, что вот сейчас есть такие люди, они сейчас всё мешают, они сейчас всё тормозят. И если люди не видят этой борьбы внутренней, и думают, что просто есть хорошие люди, они стараются, работают, но немножко берут денег себе в карман. Во-первых, они не немножко берут, и как-то у тех, кто берёт деньги, у них это очень связано с идеологией.

Потому что тот же самый Улюкаев, у которого 580 млн. нашли денег и драгоценностей дома, и 1 млн. долларов на счетах, и ещё 24 участка, поэтому про этот можно, про чемодан, даже не обсуждать. Ясно, что это не трудовые доходы. Он же при этом всё время говорил, что ничего, что у нас это всё ниже и ниже темпы, приспосабливайтесь к худшим условиям. Подтяните как бы ремешки-то свои. И это всё ведь продолжается, потому что там таких сторонников много осталось, и я бы привёл очень такой серьёзный аргумент.

Есть академик Глазьев, советник президента, который в своём докладе межведомственной комиссии Совета безопасности России сказал, в докладе, можно открыть и прочитать, что весь наш финансово-экономический блок, куда надо отнести Центробанк и вот Министерство экономического развития, действует в интересах иностранных государств, и действует. Поэтому кредиты получить нельзя ни в коем случае, и эти деньги все к кому угодно могут идти, спекулянтам и прочее, но до производства они не могут дойти при такой ключевой ставке.

Д.Ю. А надо ли, надо ли для этого быть завербованным ЦРУ?

Михаил Попов. Не надо, не надо. А вот как раз персонажи этого фильма, вот в этом его достоинство, показывают, что несмотря на то, что они завербованы, и помимо того, что они завербованы, они идейно там. И душевно, и сердцем, и умом, они живут в этом. И они мечтают, вот этот Иван, который тут руководил газетой, в газете работал, которого поставили как того, кто может заменить старого главного редактора. У нас есть такие средства массовой информации, где надо старого редактора менять. И уже подросли некоторые. И вот этот самый Иван мечтает кем стать – завотделом «New York Times». И он уж и жену свою зовёт, и так агитирует, и сяк. И когда она нет, не согласилась, он же что сделал, он же её телефон приложил на то устройство, которое должно взорваться, и он, между прочим, ещё и звонили с него.

Д.Ю. Там такие оперативные ходы, что только мокрыми тряпками обложив голову можно смотреть. Но да, понятно, что сволочь

Михаил Попов. Так что в этом же преимущество, что здесь это не просто вот его завербовали и он за деньги. Т.е. вот не так. Они все идейно вот эти завербованы. А есть ещё незавербованные. И я вот, готовясь к этой передаче, думаю, надо посмотреть, что такое «агент» в русском толковом словаре, а там написано – это либо представитель какой-то организации, или страны, или державы…

Д.Ю. Торговый агент.

Михаил Попов. Торговый агент, налоговый агент и т.д. Или действующие в интересах. Ну, у нас действующих в интересах иностранных государств пруд пруди. И если люди этого не замечают, они никак не смогут телегу нашу вытянуть, чтобы она двигалась. Потому что вообще в мире темпы роста средние 2%; скажем, в Америке 2,7; теперь, значит, в Китае 7,2%, который намного больший имеет объём. У нас всего 2%, меньше 2% в объёме ВВП от мирового, а в Америке 15. А у нас, значит, одни пытаются колёса крутить, а другие крутят в обратную сторону и всё это тормозят. И если этого люди не видят, то мы никогда не вылезем из трясины.

Д.Ю. Тут, отвлекаясь в сторону, недавно выступил Си Цзиньпин, показали по телевизору, и многие внезапно узнали, что Китаем руководит коммунистическая партия.

Михаил Попов. О как, да.

Д.Ю. Оказывается, это успехи коммунистов. Вот так открытие.

Михаил Попов. А некоторые безграмотные люди говорят – «ну какой же там коммунизм? Там же есть капитализм». Так это переходный период от капитализма к коммунизму.

Клим Жуков. Смысла слова «становление» люди не совсем понимают.

Михаил Попов. Не понимают люди. Мы тут разжёвывали-разжёвывали, что переходный период это становление. В нём есть возникновение, когда вы от капитализма идёте к коммунизму, и в нём же есть и прехождение, когда вы от этого коммунизма тут же, в это же время идёте назад, к капитализму. Одни туда тянут, другие сюда. Но именно благодаря тому, что есть всё-таки там и коммунистическая партия, и есть твёрдые позиции всё-таки, они двигаются вперёд. А если мы будем стоять на той почве, пусть расцветают все цветы и все они одинаковые, значит, у нас 4 колеса, 2 колеса в одну сторону крутятся, 2 колеса в другую.

Причём 1 колесо крутят в другую сторону те, которые завербованы, второе колесо те, которые вообще не завербованы, а просто они крутят. А на 3 колесе у нас висят люди, которые просто деньги в карман все раскладывают, их не интересуют никакие ни страны, ни Россия, Америка, тем более фильмы, телефильмы. Этих ничего не интересует, деньги давай. И остаётся одно колесо, которое должно крутиться. И ещё принцип такой, что у нас приоритет личных интересов. А в этом гнилом Китае, там приоритет общественных интересов, в чём дело?

Д.Ю. Каким бы странным это не показалось.

Михаил Попов. А у нас личные. И если я принципиальный человек и встал на государственный пост, то я должен вообще что делать – набивать себе карманы, вот согласитесь. Как вы считаете?

Д.Ю. Ну, конечно.

Клим Жуков. Раз личных.

Д.Ю. Ради чего…

Михаил Попов. Должен я набивать себе карманы.

Клим Жуков. Зарплата небольшая.

Михаил Попов. И вот эти люди, которые на эту позицию становятся, они, когда мы говорим, откуда они берутся, не надо их вербовать, они на самом деле будут, по существу, если продлевать эту мысль дальше, они будут тормозить. Т.е. они хотят, они же не хотят просто поехать в Америку, они хотят там быть богатыми.

Д.Ю. Конечно.

Михаил Попов. В Америке небогатым плохо, они это тоже знают, не такие они дураки. Т.е. надо где-то набрать, или там пускай уже набирают, или они здесь наберут и перешлют.

Д.Ю. Здесь наберут, конечно.

Михаил Попов. Во всяком случае, во всяком случае надо к этому подготовиться, и они все готовятся, они долго там готовятся, а для этого надо что-то делать в интересах иностранных государств, чтобы там приняли. Потому что если вы просто так приедете, вас же не примут.

Д.Ю. Наоборот, отнимут что-то.

Михаил Попов. Наоборот, да.

Д.Ю. Клим Саныч, вот в кругах, к которым мы имеем честь принадлежать, есть 2 дефиниции. Первое – тварь вербованная, а второе – просто тварь. А вот, с твоей точки зрения, какая тварь опаснее, вербованная или невербованная?

Клим Жуков. Тут опаснее не тварь вербованная или тварь невербованная, или какая-либо вообще тварь, а опасно то, что в этом фильме показано, но не проакцентировано в силу того, что художник буржуазной эпохи живёт внутри буржуазной эпохи, он этого не может обозреть, находясь, так сказать, внутри, а не со стороны. Художник буржуазной эпохи нарисовал противостояние 2 капиталистических хищников, и вот это опаснее всего, потому что у нас есть капиталистическая Российская Федерация, которая противостоит капиталистической стране США. И это, кстати, в фильме показано очень хорошо, потому что там, как мы помним, начальник ФСБ, какой-то генерал, я не помню, какую он там должность занимает, но, короче говоря, большой контрразведывательный начальник. Он дружит же с американским резидентом. Уж не важно, как он узнал, кто это такой.

Михаил Попов. Он вежливо разговаривает.

Клим Жуков. Ну, он с ним давно, ну, конечно, быть этого не может, потому что резидента он бы никогда не узнал в жизни, естественно, этого быть не может. Но не важно. Они же там показаны как, в общем, ну, они друг к другу не испытывают ничего неприятного, это 2 момента одного нечто – и этот капиталист, и этот капиталист, и, в общем-то, они защищают одно и то же, только у этого интересы с одной стороны Атлантики, а у этого с другой. А на самом деле они же одно и то же. Ну а раз они одно и то же, то опасность-то в том, что в капиталистическом мире всё продаётся и покупается. И вот причём тут тварь вербованная или невербованная, если это одно и то же существо, которое просто разделено объективными интересами, что эти хотят ограбить нас, а мы не хотим дать ограбить себя. Но если они договорятся? Это во-первых.

А во-вторых, что чем бы это противостояние не закончилось, в итоге простому человеку, вот тому самому, который в фильме ходил по площади, которого там чуть не взорвали, или взорвали, так сказать, вместе с китайцами в этом ресторане, потому что когда взорвали-то ресторан с китайской делегацией, там погибли не только китайцы, но ещё и отечественные официанты с поварами. Или там случайные прохожие, которых посекло осколками на улице. Так вот, обычному человеку от выигрыша одних капиталистов или поражения других, скорее всего, принципиально лучше или хуже не будет.

Потому что как только победят одни капиталисты других, например, наши американских, они превратятся по отношению к своим рабочим в точно таких же капиталистов, какими были бы завоеватели-американцы. Только для этого нужно подождать немножко. В этом, конечно, есть большой плюс, потому что как сказано было в отличном фильме «Белое солнце пустыни», «хотелось бы ещё немного помучиться».

Михаил Попов. А вот, Клим Саныч, а можно с вами поспорить?

Клим Жуков. Конечно.

Михаил Попов. Я не хочу поспорить по сути, по сути вы всё разложили очень хорошо, но. Мы же сейчас живём, как вы сказали, вот одно государство капиталистическое, вот другое. А есть ещё у нас 1,5 млрд., которые живут в социалистических странах. Надо их тоже учесть. Давайте их учтём. И ситуация сейчас в мире такая, что вот крупные государства, такие как Россия, Индия, Бразилия, Южная Африка, и Китай, они соединяются.

Зачем? Ну как, они соединяются в разные организации. И Шанхайская организация сотрудничества, Индия и Пакистан вместе с Китаем и с Россией. Они соединяются, вот БРИКС – Бразилия, Россия, Индия, Китай, South Africa. Зачем они соединяются? Потому что по всей вот теории империализма, которая в чистом виде, вот вы точно как Ленин изложили сейчас. Но тогда был империализм, и есть узкая группа государств, она ещё меньше стала, потому что раньше были империалистические хищники, друг друга грызли.

Клим Жуков. Даже Бельгия была империалистическим хищником.

Михаил Попов. После 2 мировой войны есть всё уже централизовано, есть самый крупный, он командует всем, делать санкции, не делать санкции, и ни Германия, ни Франция, ни Япония, никто тут слова… Ну, слово-то могут сказать, немножко поворчать, но они делают то, что им скажут. А ситуация такая – спастись от этой напасти, мы вот здесь говорили о том, что американцы проводят политику фашизма на экспорт, т.е. у нас в самой Америке демократия, хотим убить 50 человек из автоматов, будем убивать и 500 пораним, потому что у нас демократическая страна, и можем всё.

Д.Ю. Торжество закона.

Михаил Попов. Да, торжество закона и защита. Граждане вправе себя защищать, вот тот, наверное, себя защищал от этой толпы фестивальной, которая пришла, и ему это не понравилось.

Клим Жуков. Шумели очень.

Михаил Попов. Шумели, да. Люди могут себя защитить, для этого они вооружаются. И не надо проверять, с чем они идут. Это у нас спецслужбы всё время проверяют, метро проверяют, что за безобразие?

Д.Ю. Там тоже проверяют.

Михаил Попов. Ну, плохо проверяют. Там вот он в отель мог принести, сколько же он, 30, что ли, сколько?

Д.Ю. Свобода.

Михаил Попов. Свобода, вы против, что ли, свободы?

Д.Ю. Конечно, нет.

Михаил Попов. Мы все за свободу. И вот в этой ситуации, ну, значит, ну, сколько нужно?... Допустим, этой теории они не знают, но они увидят просто на практике, лидеры разных государств, в т.ч. и нашей страны. Они видят – Югославию уничтожили, Ирак. Хорошо, иракское руководство уговорили, что вы не создавайте никаких средств массовой…

Клим Жуков. Массового уничтожения.

Михаил Попов. Оружие массового, правильно. Хорошо, они не стали создавать. Тогда они прилетели, разбомбили эту Югославию, уничтожили страну, и светское государство уничтожили на Ближнем Востоке, откуда, можно считать, начало берёт ИГИЛ и всякие вот эти религиозные террористические государства вроде Исламского. Так? Значит, всю семью уничтожили, внука застрелили. Так этим же не кончилось, этим не кончилось. Пошли Ливией заниматься. А в Ливии было бесплатное образование, бесплатная медицина. Но, конечно, там никакого социализма не было, только название.

Д.Ю. Слава богу, ничего этого больше нет.

Михаил Попов. Там этого ничего не осталось, всё это разбомбили. Вдруг беженцы в Европе и т.д. И вот, значит, представьте себе, тот же самый В.В. Путин и Д.А. Медведев смотрят, чем всё кончится. А кончится тем же самым. Если вы ослабеете, то вас с потрохами съедят. Вот это вот всё по теории, строго по теории, которую Ленин раскладывал. И ничего тут такого нового нет, это должны все, наконец, усвоить из жизни, на практике. И что тогда? А есть вот такая группа стран, в т.ч. есть Китай, который вас не съест. Что нужно делать? С ним дружить.

И там же вот сначала кажется странным, я думаю, ну, ерунда какая-то, какой-то газовый контракт. Всё вот завязано в этом фильме, вспомните, на газовый контракт. Сначала убивают того, кто там подготовку делал, его для этого задерживают, и в этом Топэнерго участвует. Не Топэнерго, а человек из Топэнерго, тот, который агент. И 1 агент из МИДа, как известно. И вот, так сказать, через некоторое время получается так, что этот человек пропадает, убивают, потом всё время пытается, весь фильм, пытается сорвать этот газовый. Даже этот Нефёдов разговаривает с представителем бизнес-кругов. С Китаем, тоже там эта точка есть. Потом вот эта делегация, которую всю взорвали. Я думаю, этого достаточно было, то, что было сделано с помощью спящих и неспящих, смотрящих и следящих, достаточно было, чтобы сорвать этот вот контракт.

Единственное спасение на сегодняшний день от американского господства для капиталистических стран, которые точно такие, как вы обрисовали, они эксплуатируют. У нас, скажем, у нас за последние 3 года отобрали 10% у граждан дохода реального, это написано в «Российской газете». У нас зарплата вернулась на уровень 13 года, составляет 92,5% от уровня 13 года, 92,5. У нас доходы на гражданина 90,5%, поэтому я про дополнительные аргументы к тому, что вы сказали. Но тут вопрос встаёт о жизни вообще, существовании страны, и жизни и смерти. Если вы не хотите, чтобы вас разорвали, скажем, если руководство не хочет, чтобы его разорвали как Муаммара Каддафи, просто разорвали. Разорвут и Путина, разорвут так же, и ещё и скажут, и некоторые наши хорошие, любимые радиостанции скажут – вот, наконец-то, награда нашла…

Д.Ю. Справедливость восторжествовала.

Михаил Попов. И прямо об этом говорят, и постоянно на эту тему вещают, пользуясь демократией, которая существует, буржуазной, которая у нас существует тоже в России, и вполне хорошо мы её приветствуем в этом смысле слова, она даёт возможность высказываться, в т.ч. и нам. Так вот что здесь показано – что вот эта вот попытка, вот эта, не такая сильная там попытка завязать отношения… А помните, как долго подписывались эти газовые контракты?

Д.Ю. Да.

Михаил Попов. Очень долго. На самом деле, это вот. А сейчас пошло сближение. Т.е. на самом деле они вот взяли самый нерв вот этого, и это действительно. Я не знаю, я не думаю, что они политэкономы, и что Минаев вот, сценарист, что он занимался изучением современного мира и т.д. Но я думаю, что…

Д.Ю. Ну, оно всё витает в воздухе, в общем-то.

Михаил Попов. Я думаю, что это очень талантливые просто люди, люди искусства. Т.е. как такое, вот в этом и, по-моему, сила этого фильма, что они как раз вот, как бы отвечая на вашу критику, сказали – так нет, у нас же вот вопрос об этом идёт, что Россия хочет присоединиться к этому Китаю, и чтобы вместе их не съели. Китай останется в переходном периоде, Россия останется… тем более в России некоторые считают, что он, может, уйдёт назад, в капитализм, они прямо. Я знаю представителей левых, коммунистических партий, которые говорят – да это вообще капиталистическая страна, да нет там никакого коммунизма, да это всё ерунда, это всё только красным сверху помазано и т.д. Дескать, мы его соединимся, и потом, значит, собственно, Россия ещё и поможет этому процессу.

И вот тогда, когда идёт этот процесс, то вот фильм это схватил, эту вот самую струну современного мира. И это относится не только к России. Это также к Индии, вот сейчас Индия сближается с США, они её обнимают, и чем это кончится для Индии, вы знаете. Она, уже обнимала её Англия очень долго, много лет. Теперь её, значит, США обнимают. Теперь сближаются и другие страны, так сказать, с этой самой, с США, они тут как-то пытаются вырваться из этого. А вот это единственная дорога, которая осталась. И вот тут проснулись те, которые спали, потому что им дали задание вот этого вот соединения с Китаем не допустить. У нас нет никакого соединения. У нас ни договор не подписан, ни военное соглашение никакое.

Но видите, так сказать, встречи руководителей одной и другой страны регулярно проводятся, вырабатывается общая политика, общие позиции, и в основе лежит то, что вот если взять ракетно-ядерный потенциал России и США, тут пополам, неизвестно. Начнут они и всё, и неизвестно, чем кончится. А если взять ракетно-ядерный потенциал России и Китая, китайские же не в счёт идёт, он же не входит в зачёт, так сказать, паритета, то он превосходит. И поэтому, если Китай и Россия говорят «не тронь КНДР», ну и не тронут. Поорали-поорали, покричали-покричали, Трамп повысказывался-повысказывался и затих.

Д.Ю. А такое раньше бывало, чтобы с трибуны орать «мы вас тут 25 млн. человек убьём»?

Клим Жуков. Рейган орал.

Д.Ю. Преемственность.

Клим Жуков. Рейган орал, это из него, как из Трампа. Трамп же тоже там у нас немножко в кино снимался. И Рейган. Но Рейган, правда, много снимался.

Михаил Попов. Ну вот Клим Александрович, что тут есть эта нотка вот такая новая в том смысле, что есть соединение страны капиталистической с социалистической, исходя из позиций сохранения самой жизни страны, соображений безопасности. Отсюда и органы безопасности наши тоже должны об этом думать. И вот они думают, если вы хотите сохранить безопасность, то то же ФСБ должно думать, как сохранить сделку с Китаем, а не разорвать. Вот оно этим и занимается в течение всего фильма. И кажется это сначала странным, мне это показалось даже лишним и мелким сначала, думаю, что вы тут какой-то газовый контракт? Так газовый контракт-то колоссальный, на колоссальные сроки, и это начало этого процесса.

Сейчас у нас закупает Китай продовольствие с удовольствием, даже те конфеты, в которых везде пальмовое масло, забирают и съедают, большая страна. И там, видите ли, у нас не хотят принимать нашу продукцию. Да там её Китай заберёт с потрохами, там миллиард триста человек. Поэтому вот нам рынок. Поэтому при союзе с Китаем, хотя бы союз чисто экономический такой, чисто торговый союз, который связан с известным сотрудничеством, позволяет нам существовать, не смотря ни на какие санкции. Бог с ними, с этими санкциями, они только помогают.

Д.Ю. А зачем же тогда в первую очередь строили газопроводы в Германию, а не тянули какую-нибудь «Силу Сибири»?

Михаил Попов. А тогда, когда строили, думали, что будет там вот у нас дружба. А вот сказал дядя Сэм…

Д.Ю. Ну т.е. когда думали, то вперёд ничего не видели и вперёд ничего не думали.

Михаил Попов. А теперь, кто не видел, тому показали, что здесь всё ненадёжно. Посмотрите, вот с турками договорились по поводу газопровода, и с другими, а, значит, с Болгарией. Цыкнули на Болгарию, сказали – всё, через вашу территорию не проходит. «А мы бы хотели… а мы бы… всё-всё, не проходит». Всё. И ещё одна ветка, которая в Европу. Т.е. нам просто поставили ситуацию, сложили её таким образом, что надо двигаться на Восток. Ну и Ленин говорил – надо на Восток обращать взор, на Восток.

Д.Ю. Странная постановка вопроса. Почему сразу не надо было двигаться на Восток?

Михаил Попов. А потому что люди учатся из жизни, не из науки.

Д.Ю. Мне как-то кажется, что вот такие посты на самом верху, они вовсе не для того, чтобы чему-то учиться, иначе получается, что над нами, как над тараканами, какие-то опыты ставят – дай этим посыпем, дай тем.

Михаил Попов. Так вот пусть посмотрят фильм и научатся. Это же долго изучать, науку, а вот пусть фильм посмотрят хороший.

Д.Ю. Это круто – руководство на сериалах обучать.

Клим Жуков. Ну там был же человек, который много снимался в сериалах про милицию, и поэтому консультанта из милицейской среды не нужно было привлекать, нам актёр всё расскажет, он много снимался.

Михаил Попов. Дмитрий Юрьевич, а вот вам – вся эта наша пятая колонна, она обычно говорит, вот Ленина цитирует, что самым важным для нас является кино. Ленин говорил, что самым важным является.

Д.Ю. Они цитируют не так. Они цитируют «самым важным является кино и цирк». Когда им говоришь, что цирка там нет, «ну как же, как же». Когда им говоришь, что это не Ленин сказал, а Луначарский написал, ну тут вообще уже, что это вы такое? Дальше у них кухарка руководит государством, хотя прямо наоборот сказано…

Михаил Попов. Ну, т.е., если важным является кино, так надо смотреть.

Д.Ю. У Ушинского «признание – царица доказательств», хотя сказано прямо противоположное.

Клим Жуков. «Нет человека – нет проблемы».

Д.Ю. Хотя сказал это Рыбаков, сволочь.

Клим Жуков. А не Сталин.

Михаил Попов. Если я руководитель страны и хочу посмотреть, что смотрят миллионы, так мне надо посмотреть, иначе как же управлять страной? Вот это важно. А это вот как раз в сфере кино. Это вот если в нашей сфере кто-то ещё выступил и что-то написал, ну и что, писали, и десятилетия будут проходить, а это прямо идёт к людям.

Д.Ю. Ну я вот замечу, что…

Клим Жуков. Тогда им нужно «Человека-паука» смотреть, в первую очередь, потому что «Человека-паука» смотрят гораздо больше, чем «Спящих».

Д.Ю. Ты, кстати, обращал внимание, что во всех этих комиксах они сначала всегда, человеки-пауки, бьются с уличной преступностью, хотя, как известно, её в Америке просто нет. Можно ходить, там благорасцветание и всё такое. А заканчивается это всегда выходом на городского прокурора, который всё это крышует, оказывается, хотя коррупции там, как известно, нет.

Михаил Попов. А потом вы обратите внимание, что вот, это я думаю, что не те, которые завербованы, а те, которые как раз никогда не спят, которые всё время бодрствуют. Вот те, которые бодрствуют, наехали на режиссёра…

Д.Ю. Вот как раз про это хотелось бы сказать.

Михаил Попов. Они наехали на режиссёра и начали так его, что это человек, который вроде как был способный…

Д.Ю. Скажу, Михаил Васильевич, скажу, что зрительская аудитория фильм восприняла (сериал) крайне благосклонно. Всем понравилось. Т.е., как мы понимаем, кино снимают не для кинокритиков и не для экспертов в различных областях. Его снимают для зрителей. Зрителям понравилось, говорят, уже 2 сезон там начали клепать. Подразумевается концовкой…

Клим Жуков. Про Украину там будет.

Д.Ю. Да. Что продолжение будет. А ряд граждан адски возбудился, прямо как в поговорке «На воре шапка горит». Как же так? Нельзя же так палиться, вот так вот откровенно.

Михаил Попов. Они люди, видимо, они думали, что они в большинстве. Надо сказать, что некоторая наша либеральная публика, она ещё не привыкла жить в меньшинстве. Она уже знает, а почему Сталин везде больше собирает, во всех опросах, Ленин. Почему люди относятся положительно к революции, большое количество. А почему молодёжь, если бы сейчас вот вернуться на 100 лет назад, то она проголосовала бы за большевиков, и они продолжают делать…

Д.Ю. Я вам больше скажу, не надо возвращаться на 100 лет назад. Достаточно послушать детей, которые поддерживают Лёху Навального, у них сплошь коммунистические идеи. Они, правда, это не понимают, но…

Михаил Попов. Они этого не понимают, потому что Навальный хитрый, так сказать, деятель. В чём его хитрость? А он, скажем, выступает за борьбу с коррупцией, т.е. на негативе он работает, я против. Вот если вы сейчас будете говорить, куда вы не пойдёте, то у нас будет полное единство – мы туда не пойдём, туда не пойдём. А как только мы начнём говорить, куда мы пойдём, то вы пойдёте туда, вы туда. Я не спрашиваю, я знаю, что мы в разные места пойдём. А он никогда не говорит, куда он, куда он зовёт и т.д.

Д.Ю. Это лишнее.

Михаил Попов. Но люди, которые его слушают и даже его поддерживают, они исходят из того, что, дескать, так не годится, как у нас есть, надо по-другому. И они действительно настроены вполне коммунистически.

Д.Ю. Но вопрос-то в другом. Вот эта самая, условно назовём «пятая колонна» для понимания. Вот в кино наглядно показано, что эти люди работают на разрушение страны. Спят они при этом, не спят, там все твари представлены прекрасно. Поскольку сценарист вращается в этих кругах, то вся мразотность данных персонажей раскрыта в полной мере, местами я…

Клим Жуков. Со знанием дела и фактуры. Про спецслужбы он не очень, а про всякую гадость…

Д.Ю. …вскрикивал от восторга, насколько вообще видно и понятно. Ну, вот конкретно показано – эти люди несут родной стране вред и погибель. И вдруг вы начинаете орать, что «а чего такого?» Зачем так орать? Ведь это же ещё хуже для тебя, когда ты сам себя определяешь принадлежащим…

Михаил Попов. А раньше это получалось, в 90-е годы это получалось, это люди из 90-х. Вот они орут по поводу Немцова, например, что так, надо ему памятник поставить. Но мы же знаем, что Немцов разрушил нашу промышленность…

Д.Ю. За что ему ставить памятник?

Михаил Попов. Промышленность разрушил. Он же проводил эту приватизацию, он же всё уничтожал, он же делал то, что произошло в 90-е годы, когда у нас эти предприятия крупнейшие перешли в руки нынешних олигархов. А, скажем, тот же Навальный никогда против олигархов не выступает. Просто олигархам нужно дешёвое государство, чтобы тут никто денег не брал, а все бы они шли в карман олигархам. Вот против олигархов никогда не выступает, обратите внимание. И вот они с того времени, так сказать, привыкли так орать. А уже надо вот сказать этим гражданам, что ваше время прошло, уже люди разобрались, уже разобрались деятели искусств…

Д.Ю. Караул устал.

Михаил Попов. Караул устал, время ваше прошло, вы теперь в меньшинстве. А меньшинство должно подчиняться большинству, и в этом суть демократии. Они, правда, вам скажут…

Д.Ю. Наоборот.

Михаил Попов. Защита интересов меньшинства. Да, конечно, дальше интересы меньшинства продвигать, да, а интересы большинства игнорировать.

Д.Ю. Правозащитник Ковалёв так и сообщает.

Михаил Попов. Так вот, я хотел бы сказать, обращаясь к главному режиссёру. Я думаю, что вы как человек искусства, конечно, имеете более тонкую натуру, чем я, и чем другие, наверное, чем здесь сидят люди, и скажете – ну, они уже бывалые и были в таких случаях. Если на вас так нападают, о чём это говорит? Это говорит о том, что вы сделали что-то выдающееся, во-первых. Выдающееся. Если бы это было бы просто хорошее, никто бы не заметил. Ну, что-то, так сказать, люди смотрели, и они бы на это не обратили внимание. Но если так сильно ругают, это о чём говорит? Это говорит о том, что вы действительно сделали очень хорошую вещь.

Потом что вот что говорил Некрасов (я не хочу брать авторитетов из области науки, я беру из области, вам близкой). Он говорил «мы слышим звуки одобренья не в сладком ропоте хвалы, а в диких криках озлобленья». Поэтому вот вы получили самую высокую оценку, я считаю, и поэтому это не основание для того, чтобы печалиться и уходить куда-то, а, наоборот, основание… вас поддержали, можно сказать, отметили. Показали, что вы действительно выдающийся представитель художественного сообщества, и просто мы все ждём, как вы сделаете следующий фильм вместе со своими коллегами, вместе с Минаевым, вместе с Бондарчуком. Просто это было бы очень интересно, и хотелось бы, чтобы вы устояли и не падали от всяких укусов мелких. Это всё пройдёт, это ничего страшного.

Д.Ю. Ну, это не мелкие укусы. Тут, с другой стороны…

Михаил Попов. Ну, мелкие люди, у них и мелкие укусы. Ну, что такое они сделали? Ну, поорали и поорали. Утихнут скоро.

Д.Ю. Он станет нерукопожатным, с ним перестанут общаться, выдернут вас из тусовки. Вас не позовут туда, вас не позовут сюда.

Михаил Попов. Не получится уже. Вот их скоро не позовут уже никуда.

Клим Жуков. На самом деле это нельзя недооценивать, потому что профессиональная тусовка, они же все крайне немногочисленны. Если сейчас говорить про кино, все всех знают, и просто сообщество коллег это очень большая сила на самом деле. Как момент влияния на каждого отдельного члена своего этого сообщества оно, конечно, влияет очень сильно, это я говорю точно совершенно.

Михаил Попов. А вот в этой же самой тусовке есть очень крупные деятели, например, Сокуров, вот на днях он высказался. Его стали спрашивать про этот фильм, про режиссёра. Режиссёр, говорит, очень талантливый. Очень талантливый, он очень положительно оценил его работу и всё. Поэтому в этой тусовке тоже уже нет этого единства.

Клим Жуков. Нет, конечно, единства нет, нет, конечно. Мне-то, собственно, в этом фильме, и развивая вашу мысль, и отчасти, наверное, как-то её дополняя, что ли, я тут оппонировать не хочу, потому что вы всё правильно сказали, а дополнить немного, так сказать, в сторону, или, может быть, даже вширь, да, хотелось бы эту мысль. Потому что у нас, да, у нас есть свои объективные интересы, которые в данный момент совпадают с интересами Китая просто потому, что вместе дружить легче, чем по отдельности. Тем более имея в виду такого противника огромного как США и их подручные натовские ястребы, короче говоря.

Но тут главный момент, о котором я говорил, и теперь должен его развить, как раз расширив постулат, который Михаил Васильевич высказал. У нас самое-то главное, кто должен бы понять, что у нас уже время совсем другое, и могут разорвать кого угодно, и Путина, и Медведева, и весь правящий класс, который они представляют, тоже могут разорвать и растоптать, за очень редким исключением. Но первый, кто этого не понимает, это наш правящий класс. Потому что вроде бы какое-то понимание есть, но исходя из действий… Вот часть действий вроде бы как бы делается в пользу, и тут же, рядом, делается гораздо больше действий, которые идут прямо им же во вред.

Я не говорю ни про какое построение первой фазы коммунизма, я говорю просто про выживание элементарно, потому что правильно, как было сказано в «Российской газете» о том, что вы там сейчас процитировали, что реальное содержание зарплаты у людей 92% от уровня 2013 года, который был уже почти 5 лет назад. А это значит что? Это значит, что люди наверху подтачивают собственную базу опоры, потому что как только начнётся, а оно может начаться после разгрома Югославии в 99 году буквально в любую секунду, горячая фаза военного столкновения, воевать-то никто не пойдёт. Потому что это же объективно, что вот есть люди, которые работают, и эти же люди должны будут идти потом воевать. У нас теперь высокопрофессиональная армия, ну так она закончится за 2 недели, и должны будут пойти воевать резервисты. А за кого будут воевать эти резервисты, мне интересно?

Д.Ю. Объясните, зачем?

Клим Жуков. Да, зачем? Потому что «родина» это понятие, как известно, не только умозрительное, но ещё и вполне конкретное, потому что тебе предложат воевать за что – за то, чтобы мы сейчас победили Америку, допустим, выжили, а потом нам скажут – давайте-ка вы подтянете пояса и будете страну восстанавливать. А мы…

Д.Ю. Купим новую яхту и уплывём на Карибы.

Клим Жуков. И мы уплывём на Карибы. За такое воевать, я вас уверяю, никто не будет. За кошелёк Чубайса никто воевать не пойдёт. Мотивация настолько низкая сейчас, потому что никто элементарно… У нас, слава богу, нет никакой войны, у нас не могут объяснить, какая у нас национальная идея. Её просто нет.

Д.Ю. Патриотизм.

Клим Жуков. Опять же, патриотизм это любовь к родине. К какой конкретно родине у нас любовь? Потому что родина это не просто родина, а это сообщество людей, организованных в общественно-экономическую формацию. У неё должна быть идеология, как минимум. А у нас в Конституции написано, что идеологии у нас нет. У нас не могут внятно объяснить, зачем мы вообще всё это делаем. Денег заработать?

Д.Ю. Ты отрицаешь антисоветизм, что ли? Мы боремся с проклятым прошлым в настоящее время. Не так хорошо, как хохлы, которые там памятники роняют…

Клим Жуков. Не, у нас официально, я не говорю, что мы делаем по-настоящему, а что официально написано в Конституции, что у нас никакой идеологии нет.

Михаил Попов. Радуйтесь. Значит, марксизм скоро будет официальной идеологией, что вы волнуетесь? Хорошо. А вот вам бы написали, и вы бы сказали – вы против, вообще вы идёте против Конституции, пойдёмте с нами. Нет, это тоже тут имеет. Я, конечно, с вами согласен по-крупному, то, что вы сказали. Хочу отметить, что есть такие вот рассуждения и сомнения в духе того, что вы сказали, в правящем классе. Например, значит, товарищ Топилин у нас, министр труда, он говорит, на форуме петербургском говорит, что надо сделать 6-часовой…

Д.Ю. Рабочий день.

Михаил Попов. Да, 6-часовой рабочий день. А дальше и 4. Он понимает, что тогда все люди вздохнут.

Клим Жуков. Он вас посмотрел.

Михаил Попов. Нет-нет.

Клим Жуков. Я уверен, «Фонд рабочей академии» ролик посмотрел.

Михаил Попов. Нет, он самостоятельно. Второе - …

Д.Ю. А у нас такая высокая производительность труда, что можно рабочее время уже сокращать?

Михаил Попов. Да она в 50 раз выросла после… 100 лет назад был 8-часовой рабочий день, сколько его можно держать-то? Сейчас же только одна дорога 1,5 часа занимает или 2 на работу. Нет времени у людей ни с семьёй заниматься, ни наукой, ни культурой. Какие, говорит, сериалы? Сейчас я кому скажу – да вы что, когда я буду смотреть сериалы? А возьмите т.н. несчастный…

Д.Ю. Праздность – мать всех пороков.

Михаил Попов. …несчастный офисный планктон, т.е. какие сериалы, он в 10 часов приходит домой.

Д.Ю. Да они и там-то ничего не делают, ещё и дома ничего не делать будут.

Михаил Попов. Не, ну кто-то и делает, не все ничего не делают, это раз.

Д.Ю. Всё время говорят, что в Америке и в Европе высокая производительность труда, а у нас плохая.

Михаил Попов. Второе – такая маленькая дискуссия пошла между Министерством труда, вот его заместитель, этого Топилина, говорит, что надо повысить зарплату. Если повышена будет зарплата, увеличится спрос, а увеличится спрос, будет предложение, и тогда экономика заработает. Это вот на уровне замминистра выступает в «Российской газете»…

Клим Жуков. Какое открытие, чёрт возьми.

Михаил Попов. Открытие, потому что…

Д.Ю. Видимо, какой-то сериал посмотрели.

Михаил Попов. Открытие, потому что это написано, это позиция, она уже есть, она уже озвучена. Или, скажем, есть же, в конце концов, у нас министр промышленности и торговли, который плюнул на эти банки, которые не дают денег производству, создали, под 5% дают специальные фонды, под 5% дают деньги под программы развития производства, в т.ч. оборона, в т.ч. обрабатывающая промышленность, и идёт это дело. Т.е. есть там люди. Там нет такого строгого единства. Поэтому вот. Другое дело, что им полезно это посмотреть, этот сериал, очень полезно всем, я бы очень всем порекомендовал.

Это долго можно изучать всё, и я так понимаю, что наука там, это дело долгое и трудное. А вот здесь люди, люди искусства могут сделать то, что не могут сделать какие-нибудь преподаватели, профессора. Долго будут рассказывать постным языком, им скучно. А тут вот блестяще всё это разложено и показано, это же здорово. Т.е. я хочу сказать, что такую же роль он может, этот фильм, сыграть, как «Вечный зов» в своё время Анатолия Иванова, так вот и этот фильм. А что касается…

Д.Ю. Мне кажется, художественные достоинства всё-таки несопоставимы. И то, что происходит в «Вечном зове», там же ужас, только из-под дивана смотреть можно и утирать пот ушанкой. Тут что-то ничего подобного нет.

Михаил Попов. Во 2 сезоне будет.

Д.Ю. Будем надеяться, да.

Михаил Попов. Есть куда расти, да?

Д.Ю. А как же нам, вот одни твари вербованы, их уже завербовали, и они уже делают гадости осознанно, за деньги, получают зарплату, хотят убежать жить куда-то отсюда, а другие по собственной воле делают. По собственной воле они это делают потому, что у них башка переформатирована, как у нас на горячо любимых этих бывших братьях на Украине. Вот раз, циркулем переформатировали, и теперь все нацисты, ненавидим Россию, Советский Союз, русских, всё русское и всё такое. А как их обратно вернуть?

Михаил Попов. А у есть – их не вернёшь – а у нас есть такие люди как Андрей? Сейчас есть? Вот Андрей, есть такие люди?

Д.Ю. Они всегда есть.

Михаил Попов. Так вот они всегда есть. А что мы будем всё эти против-против-против, да это понятно, это противники России.

Д.Ю. Ну, вот в их руках, например, практически все СМИ…

Михаил Попов. Ну и что?

Д.Ю. …находятся, практически все.

Михаил Попов. Отбирать надо из рук.

Д.Ю. А кого туда назначать?

Михаил Попов. Ну, вырастают люди.

Д.Ю. А вот товарищ Сталин говорил – извините, других писателей у меня для вас нет.

Михаил Попов. Да.

Д.Ю. По всей видимости, и других журналистов у нас нет.

Клим Жуков. Так воспитывать надо.

Михаил Попов. Других людей у меня для вас нет.

Д.Ю. Точно?

Михаил Попов. Нет других людей. Но есть люди, растут же люди, растут, они есть везде, во всех сферах положительные. А их тоже не замечают. Вот замечают только вот тех, которые кричат, орут, против.

Д.Ю. Паршивая овца, да.

Михаил Попов. Давайте будем… Ну, может, и мы плохо это делаем, что мы не поднимаем вот тех людей, которые что-то делают хорошее. Вот пытались поднимать этого Андрея в фильме, а Андрея всё равно услали на Украину пока.

Клим Жуков. Сказали «не знает тебя ФСБ, езжай в Киев».

Д.Ю. Да.

Клим Жуков. «Как так не знает?»

Михаил Попов. Но, с другой стороны, там правильно показали – если вы куда-то уезжаете, то вас, конечно, никто не знает, иначе вам будет ещё хуже.

Д.Ю. Там очень тонкие оперативные ходы. Я готовлюсь уже к невероятным. Там уже не мокрая тряпка, там уже грелки со льдом к башке прикладывать надо, чтобы мозг не лопнул.

Клим Жуков. Потому что, конечно, когда кто-то кому-то позвонил, сказал, что у тебя папа в больнице, а в это время около больницы стоит пойманный разведчик американский…

Д.Ю. Половина КГБ.

Клим Жуков. А вокруг него таится половина КГБ в этих самых, в париках и в очках. И он проходит мимо, они переглядываются, и тут же поднимайте своего коллегу, заворачивают под микитки, и через 3 секунды он уже…

Д.Ю. И в подвал его, он уже на детекторе лжи. А с женой поговорить? А узнать, папа в больнице или не в больнице?

Клим Жуков. Слушайте, телефон же не секретный, это же не правительственная связь, узнать, кто звонил, когда звонил, почему. Я ждал, что там всё будет, как в известном фильме, что этот самый детектор лжи будет соединён с электротоком, и он будет, как это, К-к-к-к-кротов, с электрическим стулом, чтобы его пытали…

Д.Ю. Это надо говоrить чётко.

Михаил Попов. А зато знаете как чётко показано, когда этого несчастного правозащитника, которого изобразили, что якобы он убит, и не осталось от него молекул, что он взорван полностью, как его вытащили. И что с теми ребятами, которые, так сказать, записали на телефоны и думали это продать? Их раз-раз-раз, их уничтожили, их убили. А как пытали этого правозащитника? Вот мы видим, что попадёте вы в лапы к этим людям, и они вас…

Д.Ю. Да и не только к этим.

Михаил Попов. Да. Попадёте вы в лапы к этим людям, и они с вами будут жесточайшим образом. Поэтому будьте внимательны и осторожны. Вообще этот фильм к бдительности, конечно, он призывает. И даже он предупреждает, что вы можете вляпаться очень сильно.

Д.Ю. Причём незаметно для самого себя оно происходит.

Михаил Попов. Абсолютно незаметно. Видите, там ещё одна правозащитница, ничего плохо про неё в фильме не говорится, она ни какая не агент. И этот вот товарищ, который, он хочет, чтобы ФСБ боролась с коррупцией, чтобы не было коррупции и крышевания со стороны ФСБ. Что плохого в этом? Ничего плохого нет. Что с ним сделали? Это же не ФСБ с ним сделало, а с ним сделала вот эта пятая колонна, и попытались это повесить на ФСБ. И посмотрите, как жестоко с ним, как его пытали там. Это вам не детектор лжи. Так что надо понять, что люди, которые выступают и говорят о демократии, если бы они дорвались до власти, они бы стали уничтожать, топтать и пытать.

Д.Ю. Ну, в этом сомнений нет никаких.

Клим Жуков. Так они уже и так делали, да, некоторое время у нас, 93-94 год, а потом ещё и открыли некие «окна возможностей», куда полезла всякая сволочь, перестреляв, говорят, что-то около 40 000 человек за 90-е годы. Ну, в бандитских всяких разных разборках, переделах собственности. Я не знаю точно, но это потери конкретные. Когда у нас говорят, что у нас не было гражданской войны благодаря Ельцину, я говорю - ну уж извините, а это как называется?

Д.Ю. Ну, у нас не принято говорить про…

Михаил Попов. Это не война, это просто убивают.

Клим Жуков. Аа.

Д.Ю. Про Чечню, например, не принято говорить, но там гораздо больше, в общем-то…

Клим Жуков. Я просто, даже вот я, будучи студентом ни к чему не причастным, я видел, как стреляют и взрывают на улицах вполне благополучного Питера, вовсе не Чечни.

Д.Ю. Если у нас скрипачи из филармонии обсуждают, какая бандитская группировка сильнее, то ты ж понимаешь, насколько глубоко это внедрено.

Михаил Попов. А с другой стороны, если мы знаем, что у нас время от времени теракты происходят, в т.ч. в Ленинграде, в т.ч. в метро, значит, жить так, что будто вот само собой вдруг, это случайно происходит, наверное, уже нельзя. Наверное, пора уже понять, что это не случайно, что это происходит, что это умышленно делается, что к этому готовятся, что люди, которые… некоторые, которые делают в Москве теракты, живут у нас, например, тихо-мирно на том же Северном проспекте в квартирах, хорошо себя ведут.

Потом они, люди думают, что они приедут откуда-нибудь с Востока, или там из других стран, а они приезжают из Санкт-Петербурга очень просто. А вспомните «Невский экспресс». А теперь, значит, после «Невского экспресса» закупили «Сапсан». А ведь «Невский экспресс» ещё ходит, и с такой же скоростью, но никто его не рекламирует, потому что это наше производство, а то – немецкое производство. И наш «Сокол» стоит в стороночке, а ходит везде «Сапсан».

Клим Жуков. А всё это у нас от того, что непонимание, что терроризм… говорит, как бороться с терроризмом – давайте постреляем ракетами по Сирии. Это, конечно, хорошее дело, но не борьба с терроризмом. Борьба с терроризмом это уничтожение кормовой базы терроризма внутри собственной страны, потому что пока у нас есть безработные в чудовищном количестве; безработные это готовая армия. Потому что безработный не уверен в себе, он живёт в постоянном стрессе, у него это, можно спросить просто у любого психиатра толкового, или даже психолога, или даже психоаналитика, что такое состояние постоянной тревожности фоновое, к чему оно ведёт.

Оно ведёт к повышенной лабильности психики, ему можно внушить всё что угодно и предложить немного денег. Да он и себя взорвёт, и вас взорвёт, и кого угодно взорвёт. Потому что это готовая вербовочная база, вот берите и пользуйтесь. Тем более, если, например, эта вербовочная база не просто из людей, а из людей, ко всему прочему, изрядно подогретых религиозной пропагандой, которая у нас, эта религиозная пропаганда, ведётся не этими самыми агентами ИГИЛ и прочее (организация, запрещённая в РФ), оно ведётся от самого верха, от государства. У нас насаждается клерикализм. Клерикализм + безработица, посмотрите на готовую армию, которую можно вербовать в террористы.

И кто говорит про мусульман, это не так. Мусульмане это не исключение, это просто общее из правила, потому что посмотрите на наших православных братьев, которые… вот недавно один из них въехал в Екатеринбурге на машине в кинотеатр. Посмотрите на всякие прекрасные организации черносотенные типа «Сорока Сороков» и прочая-прочая-прочая. Это всё одно к одному. Потому что бороться с терроризмом террористическими же методами это…

Михаил Попов. Нужно, но мало.

Клим Жуков. Да. Это прыщи выдавливать. А лечить нужно печень.

Михаил Попов. Вот я хочу присоединиться к этой вашей мысли, к этой идее, и я видел хорошую её иллюстрацию. Я по делам газеты «Народная правда» был в Махачкале, и был там на совещании по ценообразованию. Там у меня было такое впечатление, что я был в раю в Махачкале. Там такое прекрасное отношение, такие товарищеские отношения населения, молодые красивые ребята. Если у нас тут катаются в Ленинграде на этих досках на ногах, то там они на руках катались по площади в Махачкале по центральной, и там вишни цвели. И на пляже, на котором были люди самых разных национальностей, там, значит, все они загорали, купались, и там прямо сразу выходишь, Каспийское море, красота. И тут же видно, как начинается гора, и там селения. Т.е. рай там был.

И что в этом раю на сегодняшний день? Поезжайте в разные места, вот то, что вы рассказывали – глазницы, пустые глазницы заводов, фабрик, которые уничтожены в эти самые 90-е годы. То же самое я вот, едешь по направлению к Домбаю. Налево посмотришь, направо посмотришь, в Черкесск заезжаешь – то же самое. Был завод такой, был завод такой, был завод такой. Ну, если людям некуда пойти, молодёжи, главное, некуда. Вот террорист, 19 лет, боевик, мы его, так сказать…

Д.Ю. А куда идти-то?

Михаил Попов. А куда он? Этот боевик, есть ему нечего, ему предлагают учиться, за это платят деньги. Деньги, конечно, заграничные, прежде всего. Ему платят деньги, он на эти деньги учится, его обучают исламу, тому-сему…

Д.Ю. Подрывному делу.

Михаил Попов. Подрывному делу. Он учится несколько лет. А потом ему говорят – вот тебе ещё деньги. Одновременно ему говорят, что неверных ты убьёшь, а сам улетишь тут же. Неверные пропадут, а ты улетишь сразу в рай.

Д.Ю. Ты им ещё и поможешь тем самым.

Михаил Попов. Да, и поможешь. Поэтому уже получаются люди, и здесь они тоже в фильме, кстати, есть. Вот посмотрите этот самый вот, организатор всех этих терактов и убийств, он делает и будет делать. Вроде бы как ему дают задание, но он охотно это выполняет задание. Колеблется только вот эта киллер, которая, значит, одного зарезала, второго зарезала, третьего зарезала, и готова ещё зарезать, но она сомневается.

Д.Ю. Там особенно смешно, на мой взгляд, получилось, это вот эта вот нынешняя, так сказать, тенденция, потуги объяснить, что он не просто так всех убивает, у него непростая личная жизнь сложилась.

Михаил Попов. Так слушайте, у меня непростая, я вас должен убить, что ли?

Д.Ю. Он воевал в Чечне, его там куда-то продал командир и ещё что-то там, и вот теперь я там с Уна Унсой или с кем там, с Аун с этим поехал в Чечню, «ох мы там погуляли». Это, видимо, я должен испытывать какое-то сопереживание к данному персонажу, и осознать, что он не просто так тут по свистку из-за кордона бегает и убивает наших сограждан. Не просто так у него вот так сложилось, понимаете? Сложиться у него, в моём понимании, должно ровно одно – ему в самом начале фильма должны прострелить башку специально обученные государевы люди, и на этом его проблемы должны закончиться. А вместе с его проблемами должны закончиться проблемы окружающих, и не рассмотрение его сложного внутреннего мира и непростого жизненного пути.

Михаил Попов. Дмитрий Юрьевич, 6 часов эти вот 8 серий занимают, через 6 часов ему прострелили башку.

Д.Ю. Это печально, что так поздно. Это, кстати, был режиссёр Быков, на всякий случай. Он роль его играет. Это режиссёр.

Михаил Попов. Да, я понимаю. Ну так а вы хотели сразу вывести, а он режиссёр, он ещё поиграл.

Д.Ю. Ну, для меня это выглядит всегда дико, т.е. гламуризация всех этих подонков, что у них там любовь какая-то, ещё чего-то.

Клим Жуков. На самом деле это просто пока вот необученность, я хочу просто верить, я всё время в лучшее верю, я хочу верить, что от необученности сценаристов основам профессионального мастерства. Потому что все посмотрели хорошие западные сериалы, где зло выставлено, как минимум, интересным и харизматичным, захотели так же. Пока так же не получается, просто ещё не овладели в общем нехитрыми приёмами, как можно сделать очаровательного негодяя, который все будут понимать, что негодяй, но при этом какой-то он будет, ну, как это, он не будет дерьмодемоном омерзительным, который будет просто «он плохой, потому что он плохой», и ему не сочувствуешь даже.

Михаил Попов. Не, ну женщина-киллер же симпатичная. Она страдает, она любит.

Клим Жуков. Актриса симпатичная, а сделана тоже очень, конечно, очень топорно она сделана.

Д.Ю. Лично я к ним никаких положительных чувств не питаю, раскрывайте характер, не раскрывайте.

Клим Жуков. Ну вот мерзавец, например, Густаво Фринг в известном сериале «Во все тяжкие», надеюсь, мы скоро его обсудим подробно. Он мерзавец, каких мало, но при этом он нарисован так, что ты чётко понимаешь, что это негодяй, преступник, всё равно ты ему в определённом смысле сочувствуешь, потому что вокруг вращаются такие же гады.

Д.Ю. Такие же, да.

Клим Жуков. Да. И он среди них ну такой атаман, харизматичный весьма, и ведёт себя достойно периодически. У него есть какая-то доблесть, ум, отвага, ну и, конечно, мерзкие устремления награбить. А эти-то, они сделаны, ну никак они сделаны вообще. Ну это я, опять же, верю только потому, что пока ещё не овладели основами мастерства сценарного.

Михаил Попов. Вот у нас на кафедре социальной философии, философии и культурологии института повышения квалификации в университете был такой, работал, уже сейчас он умер, заслуженный деятель науки, доктор философских наук профессор Сагатовский. Он специально написал статью про смертную казнь. И написал там вот то, что мы должны принять во внимание, что если человек поднял руку на жизнь другого человека, и если он убил одного, двух или трёх, достаточно одного, он тем самым поставил себя вне человеческого общества. Даже дикие звери, животные никогда просто так не убивают, ну, если они не взбесились. А бешеных самих надо пристреливать. Они убивают только потому, что они должны съесть – ну, волк не ест морковку. Заяц ест капусту, волк капусту не ест, и поэтому они убивают с целью, так сказать, потребления.

Д.Ю. Ну волк, бывает, увлекается.

Михаил Попов. Поэтому если, поэтому если вы, так сказать, видите человека, который поднял руку на другого, не надо там искать, вот я совершенно с вами согласен, и он как раз и говорил как представитель науки, что эти люди, которые поставили себя вне человеческого общества, их нужно убивать, и поэтому надо выступать за смертную казнь. У нас был заведующий кафедрой этой, Уваров Михаил Семёнович, который говорил – ну вот некоторые говорят «а вдруг ошибка была? А вдруг не он убил, а другой, а как-то посчитали, что он». Ну, может такое быть?

Д.Ю. Да.

Михаил Попов. Ну вот.

Д.Ю. И регулярно бывает.

Михаил Попов. Он говорит – так это очень просто решается. Вы примите решение о том, что он приговорён к смертной казни, и подождите лет 10, ну, 15 можно подождать. Если надо, 20. Он приговорён к смертной казни, а вы всё выясняйте, выясняйте. Ну, наконец, выясните через 20 лет, и приведите потом в исполнение, потому что каждый убийца должен знать, что он будет казнён. А каждый убийца у нас знает, что он любого из нас может убить и ему ничего не будет. Его точно не убьют, его будут держать в хороших условиях, он будет выходить в интернет, ему будут обеспечивать встречи, как сейчас говорят…

Д.Ю. Как Брейвик.

Михаил Попов. …надо увеличить, и всё будет очень хорошо и здорово и т.д. И поэтому получается, что мы не в равном положении. А известна, так сказать, позиция по этому поводу, пусть смертную казнь отменяют господа убийцы. Вы не вычёркивайте её, она, кстати, не вычеркнута из Уголовного Кодекса, просто у нас мораторий. Ну, не будет убийств – не будет и наказаний за убийства, это же не самоцель. Вообще вся государственная деятельность вот эта негативная, она негативная как отрицание отрицания, а положительного характера она не имеет. Вы не убивайте, и никто не будет вас. Поэтому председатель Следственного Комитета товарищ Бастрыкин систематически в средствах массовой (который больше всего это видит и больше всего наблюдает, и не в фильмах), и когда он приезжает, оказывается, там 2 взрыв уже гремит, чтобы и его ещё взорвать.

Д.Ю. Да.

Михаил Попов. Он однозначно говорит, что надо А – смертную казнь ввести и применять, и Б – нужно конфисковать имущество тех, кто всё это наворовал. Иначе эта вся борьба с коррупцией это пустое дело.

Д.Ю. Это не борьба.

Клим Жуков. Это абсолютно бессмысленно.

Михаил Попов. Вот. Конечно, поэтому нечего там копаться в том, что если поднял руку на человека, убиваешь его, значит, вот надо рассматривать вопрос о применении смертной казни.

Д.Ю. Оно ж примитивное, с одной стороны. Вот сейчас все говорят про всякие блокчейны, биткойны. Вот если в ваши блокчейны зашить ваши зарплаты и изменить это нельзя, вот они ваши доходы, а здесь ваши расходы. Если ты чиновник, у тебя есть семья и окружение, а ты где-то деньги воруешь, вот твоя зарплата, а вот ворованные деньги. Это доход. Вроде не видно, да, но ты же что-то покупаешь постоянно в этот самый блокчейн. Вот твои расходы серьёзно превышают твои доходы. И расходы твоих родственников, связи с которыми устанавливать даже не надо, и так всё видно.

Откуда у твоей мамы «Range Rover»? Откуда у жены «Lexus», как это у тебя так получается? Ну и, наверное, за это надо ответить. И чтобы за это ответил не только ты, но и твоя мама, и твоя жена, и твои дети. Дадут они на тебя показания, не дадут, не можешь отчитаться о затраченных средствах – добро пожаловать на нары. Вся эта борьба с коррупцией это чушь какая-то, если вы не изымаете, не конфискуете наворованное. Какой-то бред вообще. И что, ткнули пальцем, сказали, что он коррупционер, и дальше что? Посадили? Ну хорошо.

Михаил Попов. А потом начинается крик, что вы, честный человек…

Д.Ю. А он выйдет, да, а у него там на Западе напрятано миллиардами нашими деньгами, и что? Это всё нормально, он украл, это теперь всё его? Как-то странно.

Михаил Попов. Ну вот мысль, конечно, очень глубокая.

Д.Ю. А 3 сезон надо про борьбу с коррупцией снять, я считаю.

Михаил Попов. Да-да-да. Очень глубокая мысль у Клима Александровича о том, что… Конечно, в основе борьбы с терроризмом должна лежать экономика и, прежде всего, повышение жизненного уровня трудящихся.

Клим Жуков. И образования, что одно и то же, в общем-то.

Михаил Попов. И образование, и всё прочее. Поэтому… а если вы только берёте одну только сторону, ничего из этого не выйдет. Поэтому, конечно, нужно, это прежде всего…

Д.Ю. Это же совсем древний пример про наш горячо любимый Древний Рим, про испанские война, где никак было не победить людей, засевших в горах. А победить можно оказалось, только построив бани, стадионы, лупанарии, и тогда все с гор как ломанулись, потому что там горячая вода, девки, красота вообще.

Клим Жуков. И под каждой берёзой статуя императора.

Д.Ю. Да. И зачем нам на горе сидеть? То же самое и тут. При советской власти даже люди с Кавказа постоянно ездили шабашить в нашу, так сказать, континентальную Россию, строили коровники и всякое такое. Потому что внутри кавказских республик, ну, не было там таких производств, на которых мужики могли бы зарабатывать достаточно денег. А тут даже то, что было, поломали, и теперь удивляемся, чего они в лес бегут. Ну, не знаю, чего они в лес бегут.

Михаил Попов. И сейчас к нам едут из бывших наших…

Д.Ю. Так куда деваться-то? Там вообще. Я вам так скажу, что в Средней Азии, там как в компьютерной игре «Fallout» вообще, т.е. после ядерного удара вот всё, города брошенные стоят. Города, не предприятия.

Михаил Попов. Я разговаривал с одним товарищем из Узбекистана несколько лет назад. Говорю – а чего вы приехали, а как у вас там жизнь? – Да у нас жизнь была хорошая, говорит. Я вот цветы продавал, у нас большой дом, у нас 2 этажа, внизу цветы, наверху квартира. А потом как вот разрушили Советский Союз, и у нас началось такое… У вас 20 000 средняя зарплата, у нас 2 000. Поэтому никто никаких наших цветов больше не покупает. Думаете, что узбеки не любят цветы? Любят. Но какие цветы, когда они на хлеб не могут собрать. Покупают ещё только русские в Узбекистане. А мы там чего сидим, сидеть можем, но мы там умрём с голоду. Мы приехали сюда. Значит, мы здесь, даже нам здесь меньше платят, но мы получим половину…

Д.Ю. По сравнению с «там».

Михаил Попов. По сравнению с тем, что там, да в 10 раз больше мы получаем. В 10 раз! И они рассматривают Россию как спасительницу на сегодняшний день. А у нас, между прочим, есть комитет по делам соотечественников. У нас даже написано, что соотечественники это те люди, которые родились в Советском Союзе, или их дети. Поэтому, вообще-то говоря, те, кто к нам приезжают, это наши соотечественники, мы соответственно к ним и относимся. Понятно, что о порядке надо говорить…

Д.Ю. Ну, это мы относимся, а государство к ним относится совсем не так. Если вы захотите получить российское гражданство, будучи русским даже, и приехать оттуда сюда, и получить гражданство, вы тут такое встретите.

Михаил Попов. Так а вы, наверное, мало денег заплатили.

Д.Ю. Так непонятно, кому платить, они же не у всех берут.

Михаил Попов. А вы всем платите, и тогда получите.

Д.Ю. А откуда деньги, если зарплата 2000 рублей?

Михаил Попов. А тогда зачем приехали, если у вас нет денег?

Д.Ю. Да, да, согласен.

Клим Жуков. Вот, и в итоге у нас получается, что наши соотечественники, например, из солнечного Таджикистана или солнечного не менее Узбекистана приезжают сюда и оказываются в искусственно организованном гетто, где они варятся в собственном соку. Нужно подослать одного толкового с хорошо подвешенным языком эмиссара.

Д.Ю. Желательно в мечеть.

Клим Жуков. Да. И всё будет отлично сразу. Тут уже выяснится, что у преступности нет национальности никакой, наркотики распространяются только негодяями, к этнической преступности никакого отношения вообще не имеет, и прочие другие интересные открытия произойдут. Вот.

Михаил Попов. Вот несколько лет назад в Москве была большая забастовка. Там есть такая строительная организация «ДонСтрой», название такое, думаешь, что это связано с Доном. А это дома особого назначения, такие шикарные дома, очень хорошие. Там, в этой организации ДонСтрой работало 30 000 человек. Из этих 30 000 человек 1 000 – русские, москвичи. Москвичи, которые работали на технике. Они возили на работу и с работы людей, и они обеспечивали работу башенных кранов, так сказать, бульдозеров, экскаваторов и т.п. А остальные 29 000 это, так, сказать, из стран ближнего зарубежья. И вот была забастовка, связанная с тем, что вот этих самых товарищей из ближнего зарубежья, их не оформляют, нет никаких трудовых договоров. Т.е. наживаются, значит, ничего не платят, никаких налогов. Т.е. наживаются на этом те, кто использует этот самый труд как рабский. Тем более увозят, привозят.

Д.Ю. Это невидимая рука рынка.

Михаил Попов. Да, невидимая рука рынка. И забастовала эта 1 000 человек. А раз 1 000 человек забастовала, значит, их не привозят на работу, не увозят с работы, и все эти 30 000 человек остановились. Понаехала прокуратура, и прокуратура стала требовать оформлять договоры. Приехали депутаты, Шеин приезжал, Тюлькин приезжал, он был депутатом Госдумы, и, так сказать, там началось оформление этих договоров. Забастовка было только за то, чтобы оформить трудовые договора, элементарную такую вещь. Поэтому, конечно, вот проблемы, которые надо решать, и это…

Д.Ю. Это они какое-то неправильное внимание привлекли. По уму надо сразу выявить зачинщиков, поломать им ноги, или ещё лучше их убить, и всё, профсоюзное движение на этом заканчивается. Всё в Америке давно придумано.

Михаил Попов. Я думаю, что вот, конечно, мы можем сколько угодно говорить, что есть пятая колонна, есть враги России внутри России, но они ещё имеют такую питательную среду очень большую благодаря тому, что такие у нас дела делаются в экономике. А некоторые товарищи думают, что можно заниматься только внешней политикой. На внешней политике далеко не уедешь.

Д.Ю. Ну, она тоже нужна, безусловно.

Михаил Попов. Она нужна, но надо понимать, что всё-таки все вопросы коренные упираются в вопросы экономические, и надо эти вопросы решать. И тут вот надо бы это сделать.

Д.Ю. Подводя некоторым образом итог. Внешняя форма у сериала замечательная, выглядит чудесно. Проблемы подняты совершенно правильные. Творец, может, чего-то там (сценарист) не понимает в окружающей действительности с т.з. экономии, работы отдельных организаций, но т.н. тренд ухвачен верно. Наконец-то стало понятно, что нас окружает не это, не плотное кольцо единомышленников, а как раз наоборот. Т.е. стало понятно даже тем, кто двигает наше т.н. искусство, так мы его назовём. Ну, вой и организованная травля режиссёра Быкова говорит о том, что попал в самый нерв в седалищный. Шило воткнул и все подпрыгнули, и вой стоит по всей земле Русской, что же это такое. Тут третьего дня…

Клим Жуков. Нас-то за что?

Д.Ю. Да. Третьего дня какой-то умалишённый ворвался в редакцию «Эха Москвы», мягко говоря, вы такой деятельностью занимаетесь, и у вас вообще охраны нет. Это, на мой взгляд, категорически неправильно, когда вы возбуждаете людей такими речами, надо пытаться себя хоть как-то, хотя бы организацию оградить.

Михаил Попов. Создаёте атмосферу ненависти и думаете, что она не проникнет в некоторые сердца.

Д.Ю. Ну, они так не считают, но тем не менее…

Михаил Попов. Но мы наблюдаем, что они создают атмосферу ненависти.

Д.Ю. При такой работе, я не знаю, ну хотя бы на входе охрану. А если он с ведром бензина придёт? Вы не успеете ничего сделать.

Михаил Попов. Там хуже дело, он пришёл с планом якобы помещений, как написано в «Коммерсанте», и попросил охранника эти самые показать, где что. И тогда уже прыснул ему.

Д.Ю. Может, он 3 раза туда приходил, его друзья приходили. Может, он ролики в YouTube смотрят, как там гости ходят, куда поворачивают и всякое такое. Что там рисовать-то? В конце концов, если он зашёл и кого-то конкретно хотел зарезать, походил по кабинетам, посмотрел, увидел, т.е. охрана на нуле. И вот добрался до журналистки и порезал ей горло. Это чудовищный факт, такого быть не должно, резать нельзя никого. Резать могут только уполномоченные на это государством люди по соответствующей статье законодательства. А не шаляй-валяй кто-то там.

Михаил Попов. У нас такого наказания – резать – нету.

Д.Ю. Это я так сострил тонко, извините. Вот он порезал журналистке горло. Трагический факт. Журналистка в больнице, туда-сюда, и тут же её коллеги начинают писать. Некая (если мне не изменяет память, могу ошибаться), некая Ксения Ларина пишет «говорят, в сериале «Спящие» вот так перерезали горло журналистке. Будь ты проклят, Минаев, Быков, и все остальные, кто это смотрит, суки, удалитесь у меня из Фейсбука» и прочая, и прочая. Т.е. ну, по-моему…

Михаил Попов. Она неспящая, Ларина-то, Ларина-то неспящая, она всё время бодрствует.

Д.Ю. Да-да, не спит, Ларина не спит, там бодрствование …

Клим Жуков. Она, по-моему, просто дура.

Михаил Попов. Нет.

Клим Жуков. Если говорить, так сказать…

Д.Ю. Это ваше оценочное суждение, наверное.

Клим Жуков. Да.

Михаил Попов. Не, она не дура.

Д.Ю. Вот, ну реакцию породило самую разнообразную. Т.е. эти люди считают, что… я не знаю, тогда вообще, как-то это вот в такой диссонанс входит. Если вот это вот кино провоцирует людей бежать резать ваших журналистов, то на что нас провоцирует х/ф «Криминальное чтиво», например? Т.е. посмотрев его, все бросились анально насиловать негров, простреливать неграм головы и всякое. Ну что за чушь, вы что вообще несёте?

Клим Жуков. А на что нас провоцирует фильм «Левиафан»?

Д.Ю. О, тут… Подводя, так сказать черту. И вот гражданин Быков опубликовал некий текст, что он уходит из профессии, больше не будет снимать кино. Я, честно говоря, даже не понял, т.е. мне показалось, что это он так глумится. Я не могу от взрослого человека такое воспринять вот…

Михаил Попов. Ну это так…

Д.Ю. От себя могу сказать – гражданин Быков, не надо заниматься ерундой. Чем жёстче материал, тем сильнее по нему шарашит молот богов. Надо держаться и заниматься тем, чем надо, а не слушать вой идиотов, недовольных чем-то там.

Клим Жуков. Автор, жги ещё. Ждём 2 сезон.

Д.Ю. Ждём 2 сезон – сначала про Украину, а потом про коррупцию.

Клим Жуков. 3 сезон.

Д.Ю. Да.

Михаил Попов. Даёшь!

Клим Жуков. Мы можем даже сценарий проконсультировать.

Д.Ю. Присылайте, да, сценарий, мы вас научим, как надо.

Клим Жуков. Это мы смеёмся-смеёмся, а на самом деле это не шутка, это абсолютно серьёзно.

Михаил Попов. Ну, почему, можно и обсудить, действительно это интересно.

Д.Ю. Легко. Спасибо, Михаил Васильевич.

Михаил Попов. Спасибо большое.

Д.Ю. Спасибо, Клим Саныч.

Клим Жуков. Стараемся.

Михаил Попов. Спасибо, до свидания.

Д.Ю.Кто не смотрел сериал «Спящие»…

Михаил Попов. Посмотрите, очень интересно и полезно.

Д.Ю. Посмотрите, он того заслуживает. А на сегодня всё. До новых встреч.

Вконтакте
Одноклассники
Telegram


Комментарии
Goblin рекомендует заказывать одностраничный сайт в megagroup.ru


cтраницы: 1 всего: 2

second77
отправлено 06.11.17 23:49 | ответить | цитировать # 1


По поводу того, характер злодея-подрывника не следовало бы раскрывать не соглашусь. Он русский, причем родившийся в России. При всем этом, убивает свой народ. Мне допустим было интересно узнать, мотивы его поступков. Как из маленького орущего батончика, вырос такой гражданин. Где тот переломный момент, та точка не возврата после которой пропадает человеческий облик.
Далее понятное дело, что действующие силы и средства ОРД никто не покажет, даже в ТАСС уполномочен заявить, показывали очень "близко к тексту", однако в некоторых местах сознательно допускали ошибки. Так и тут, тут правда больше.
Если показывать что бы внутренний Станиславский сказал "верю", сериал составил бы 80 серий, из которых 72 они оформляли разного рода документы. Федеральная служба бумагооборота знаете ли :)


Андрей Валяев
отправлено 07.11.17 14:21 | ответить | цитировать # 2


Смертная казнь для казнокрадов как то многовато. Сажать и конфисковать это да. Отжимать то, что награбленное, да. Привлекать байских, вопрос.
А вот казнить террористов глупо, большинство террористов готовы умереть. А вот посадить его в каменный мешок и кормить баландой. Вот это ему будет наказание. Для обычного человека это понять трудно, но смертнику страшнее жить чем умереть. Это парадокс.



cтраницы: 1 всего: 2

Правила | Регистрация | Поиск | Мне пишут | Поделиться ссылкой

Комментарий появится на сайте только после проверки модератором!
имя:

пароль:

забыл пароль?
я с форума!


комментарий:
Перед цитированием выделяй нужный фрагмент текста. Оверквотинг - зло.

выделение     транслит


интересное

Новости

Заметки

Картинки

Видео

Переводы

Проекты

гоблин

Гоблин в Facebook

Гоблин в Twitter

Гоблин в Instagram

Гоблин на YouTube

Видео в iTunes Store

Аудио в iTunes Store

Аудиокниги на ЛитРес

tynu40k

Группа в Контакте

Новости в RSS

Новости в Facebook

Новости в Twitter

Новости в ЖЖ

Канал в Telegram

реклама

Разработка сайтов Megagroup.ru

Реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru


Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк