Эпичные сражения Первой мировой: Фолклендский бой

Новые | Популярные | Goblin News | В цепких лапах | Властелин колёс | Вопросы и ответы | Гоблин и танки | Каба40к | Книги | Коротко про | Опергеймер | Под ковром | Путешествия | Разведопрос | Репортажи с мест | Семья Сопрано | Сериал Breaking Bad | Сериал Рим | Синий Фил | Смешное | Солженицынские чтения | Трейлеры | Это ПЕАР | Персоналии - Клим Жуков | Разное | Каталог

25.01.19



Вконтакте
Одноклассники
Telegram


Д.Ю. Я вас категорически приветствую! Клим Саныч, добрый день.

Клим Жуков. Добрый день. Всем привет!

Д.Ю. Это у вас тельняшка или что?

Клим Жуков. Ну, тельняшки у меня почему-то нет дома... Я, впрочем, знаю почему – она есть, но на другой квартире, поэтому я сегодня надел нечто похожее на тельняшку – полосатенький свитерок, а всё почему – это же не случайно: сегодня мы продолжим наши разговоры о драматических сюжетах войны на море.

Д.Ю. Кто попадёт под раздачу?

Клим Жуков. Т.к. мы будем говорить про Первую мировую, под раздачу попадут всё те же – англичане и немцы.

Д.Ю. Великие морские державы.

Клим Жуков. Да.

Д.Ю. Или немцы не очень великая морская держава?

Клим Жуков. Они претендовали, небезуспешно, а всё почему – потому что у нас сейчас ноябрь кончается и уже скоро начнётся декабрь, а 8 декабря состоялось Фолклендское морское сражение, как ни странно, около Фолклендских островов.

Д.Ю. Я знаю только одно сражение...

Клим Жуков. В 1982 году?

Д.Ю. Да, я как раз в армии служил, английский флот плыл, мы переживали, кто кому вломит там.

Клим Жуков. Ну там французская ракета «Экзосет» показала себя с лучшей стороны, против ожиданий.

Д.Ю. Никто не думал, да?

Клим Жуков. Да, даже ракета не думала.

Д.Ю. Помощь в подготовке данного Разведопроса оказала команда военно-морского экшна «World of Warships». На базе этой игры создана обширная база знаний по военно-морской истории, в которую сведено большое количество информации о боевых флотах 20 века. Студия находится в Санкт-Петербурге, так что море парни видят не только на экранах мониторов. Администрация «Тупичка» выражает благодарность разработчикам «World of Warships» за предоставленные видеоматериалы и тактико-технические показатели кораблей.

Клим Жуков. Собственно, 8 декабря 1914 года, буквально в начале войны практически, произошло сражение между крейсерской эскадрой Максимилиана фон Шпее и крейсерской же эскадрой контр-адмирала Фридриха Довентона Стэрди. Англичане, как-то так получилось, победили.

Д.Ю. Стёрди, наверное, да?

Клим Жуков. Стёрди, да. Это было второе эскадренное сражение в истории Первой мировой войны, первое было незадолго до этого на другой стороне Южной Америки около Коронеля, около побережья Чили – вот тут англичане проиграли, соответственно, это сражение был некий реванш, тем более, что проиграли они тому самому Максимилиану фон Шпее.

Д.Ю. Напрашивается вопрос: чего было немцам надо возле Фолклендских островов?

Клим Жуков. Вот это я сейчас расскажу, потому что тут всё настолько круто в смысле как раз... нашем смысле, потому что мы же с тобой оба любители драматических сюжетов военной истории, потому что сюжет там на самом деле получился... он даже не детективный, он нифига не детективный, он именно драматический, т.е. люди, тысячи моряков оказались вот в этом самом месте около Южной Америки совершенно, я бы сказал, фаталистично, т.е. им деваться было некуда, они вынуждены были там оказаться, причём как англичане, так и немцы, и столкнулись там в совершенно смертельном противостоянии, хотя, казалось бы, ничего не предвещало беды.

Но я бы хотел всё-таки несколько более издалека зайти, потому что мы в прошлом году записывали про Ютландское морское сражение, и начали мы, конечно, с описания самых главных действующих лиц – с дредноутов, а тут всё-таки главными действующими лицами выступили линейные крейсера, и я бы хотел поговорить сначала именно о них, потому что люди – это одно, а всё-таки боевые механизмы, которые там выступали, это то бытие, которое формирует общественное сознание, вот они оказывали сильнейшее влияние на бытие. И конечно, нужно перечислить: со стороны Англии это были два линейных крейсера - «Инвинсибл» и «Инфлексибл».

Д.Ю. «Инвинсибл» - «Неуязвимый», а «Инфлексибл» - «Несгибаемый».

Клим Жуков. Да, а также броненосные крейсера «Карнарвон», «Кент», «Корнуолл» и лёгкие бронепалубные крейсера «Бристоль», «Глазго», а также старый броненосец «Канопус», ну по имени звезды Канопус.

Д.Ю. Какая-нибудь альфа Возничего какого-нибудь?

Клим Жуков. Не помню.

Д.Ю. Тоже не помню.

Клим Жуков. Но это одна из самых ярких звёзд – Канопус, поэтому вот броненосец так назвали, но он был настолько старый, что он в сражении участия не принимал, его к тому времени посадили на мель и оставили в качестве береговой батареи.

Соответственно, противостояла им германская Восточно-Азиатская эскадра в лице броненосных крейсеров: «Шарнхорста» и «Гнейзенау», это потом в честь них назовут карманные линкоры, а также лёгких бронепалубных крейсеров «Дрездена», «Лейпцига» и «Нюрнберга». Чудом там не оказался крейсер «Эмден». Также там были ещё всякие разные сухогрузы и госпитальные суда, которые с эскадрой следовали, но они, конечно, в бою не участвовали, они остались в сторонке.

Почему я говорю, что главные действующие лица – это, конечно, действующие крейсера? Потому что, во-первых, линейные крейсера вообще сказали своё веское слово в этом сражении, а во-вторых, они вообще сказали веское слово в военно-морской тактике, потому что, как мы знаем, англичане первыми придумали вообще линкор, поставив в строй линкор «Дредноут».

Д.Ю. «Линкор» – это «линейный корабль»?

Клим Жуков. Так точно, линейный корабль, потому что так принято в русской традиции всё называть это «броненосец», т.е. старые долинкорные суда, хотя они тоже, по сути дела, линкоры те же самые, но тем не менее вот новый класс, который открылся линкором «Дредноут», это вот называется у нас «линкор» или по имени головного корабля даже не серии, а целого класса – это вот именно «дредноут». И тогда же, ну приблизительно тогда же, англичане поставили в строй и первый линейный крейсер в мире, и что один корабль оказался абсолютно прорывным, и даже не корабль, а сама концепция, что и второй корабль оказался абсолютно прорывным, т.е. всем в мире сразу пришлось реагировать на появление такого чуда-юда.

Д.Ю. А чем отличался?

Клим Жуков. Тут ещё англичанам было не очень понятно, чем он отличался, когда они его задумывали, но по факту получилось что: очень большой крейсер, который по водоизмещению или примерно равен линкору, или там от него отстоит на 5-10%, т.е. огромный корабль по-настоящему, который имеет ход крейсера, т.е. очень быстроходный корабль, при этом вооружение линкора, т.е. у него такие же пушки, как и у линкора, но ход достигается чем – меньшим весом, т.е. мощная машина сможет тянуть корабль гораздо быстрее, а значит, у него будет хуже броня. Это задумывалось для того, чтобы он мог побеждать любой крейсер, который вообще есть, и господствовать на коммуникациях противника. Но об этом чуть-чуть дальше, потому что вот эта вот формула, которую я сказал, на самом деле достигалась потом и в итоге кровью. Не сразу это было очевидно.

Так вот, ещё 22 декабря 1904 года в Англии был созван специальный комитет, который должен был обеспечить наилучшие качества вообще британских кораблей – Кораблестроительный комитет, причём председательствовал в нём наш старый знакомый Джон «Джеки» Арбетнот Фишер, Первый морской лорд Адмиралтейства. Мы как помним, это главный человек в Адмиралтействе со стороны ВМФ, потому что есть просто Первый лорд Адмиралтейства, т.е. человек, который контролирует Адмиралтейство со стороны гражданского правительства, чтобы они не потратили все деньги на свои кораблики. А эти могут. Ну и вообще ничего такого не придумали. Ну как мы помним, Первым лордом Адмиралтейства во время Первой мировой войны был сэр Уинстон Черчилль, а это вот его, так сказать, конструктивный оппонент Джон Арбетнот Фишер по кличке «Джеки», почему у него такая была кличка, я не знаю. Это как раз отец концепции дредноутов, который ещё в 1902 году разработал вместе с кораблестроителем Филиппом Уаттсом два парных корабля, комплементарную пару, так сказать – это линкор «Неуязвимый» и крейсер «Непобедимый», вот они должны были действовать как бы вместе. На самом деле, конечно, идея-то была понятная, потому что англичане всегда старались, чтобы их броненосные крейсера, вот именно большие крейсера, которые предназначены не только для потрошения торговых караванов, но и теоретически для ведения артиллерийского боя с себе подобными, их старались строить как-то примерно в классе броненосцев, т.е. они должны были быть крупные, большого водоизмещения, соответственно, прилично бронированы, ну и относительно прилично вооружённые. Ну как «прилично бронированные» – «прилично бронированные» это отдельная история, ну в понимании англичан, скажем так. В понимании англичан, они должны были быть прилично бронированы и нормально вооружённые, чтобы можно было участвовать в морской дуэли, и самое главное: крупные размеры – это что? Это большое водоизмещение, т.е. его долго топить придётся, если что. Он может взять себе при этом много топлива, а значит, у него будет очень хорошая мореходность – он далеко уедет. Ну и там если вдруг что – нехорошие погодные условия, шторм, опять же, его труднее опрокинуть, труднее утопить. Т.е. корабль, рассчитанный на очень далёкое плавание, с большим запасом хода и прочности, т.е. это что: Англия – морская держава, она живёт на острове, вся её империя раскидана по всему земному шару, ей нужно контролировать эти самые огромные торговые пути, соответственно, вот такой корабль нужен. Поэтому Джон Фишер ничего, в общем, нового-то не придумал, но уже в 1902 году ему было понятно, что ситуация, ну элементарно, с развитием прогресса складывается так, что скоро случится что-то, когда все броненосные флоты перестанут быть актуальны, и он первым выдвинул идею корабля «All-big-gun», т.е. «Только большие пушки», и он же решил, что нужно сделать крейсер, который будет тоже с только большими пушками.

И сначала, как я уже рассказывал, его не сильно всерьёз воспринимали – а кто он такой был? Но когда он стал Первым морским лордом, пришлось как-то с ним считаться.

Д.Ю. С его задумками, да?

Клим Жуков. Да, с его маниловскими планами шикарными пришлось как-то считаться. Причём, конечно, для правительства это всё было нож острый, почему – потому что старые корабли стоили дорого, но они были уже отработаны, привычны, понятны, а то, что предлагал Фишер, стоило в 1,5-2 раза дороже сразу...

Д.Ю. А вот куда они старые девают, когда новые понастроили? Их можно кому-нибудь продать?

Клим Жуков. Во-первых, можно продать какой-нибудь Чили.

Д.Ю. Ага, лохам чилийским.

Клим Жуков. Да. Во-вторых... ну кстати говоря, все эти парни старались как раз заказывать себе самые новые корабли, буквально самые новые, но у них было мало денег, поэтому они заказывали их помалу – не очень интересно, а вот всякое старьё можно было распродать, во-первых, во-вторых, можно переделать его в учебный корабль, разобрать наконец на металлолом, самая главная судьба корабля старого – это разрезание на металлолом. Или использовать в качестве плавказармы или, в конце концов, в качестве плавучей мишени – старые броненосцы с удовольствием расстреливали, ну как и крейсера. Ну всё-таки они хоть и устаревшие, а какая-никакая броня там есть, статистику можно набрать не во время стрельбы по какой-то мишени, а по настоящему кораблю, т.е. как будет настоящий снаряд работать по настоящему кораблю, и как вы в него будете вообще целиться в условиях морского боя – это полезно.

Так вот, то, что предлагал Фишер, было очень сильно дороже, и сразу возникал вопрос: оно вообще очень надо? Потому что такая трата не просто серьёзная, мы когда говорили про Ютландское сражение, описывали, сколько эти корабли стоили, а т.к. вроде бы при этом существовала другая концепция – что нужно наоборот делать такие же корабли, как раньше, более того, облегчить их, поставить на них кучу среднекалиберной артиллерии, которая будет очень быстро стрелять, насыщая таким образом поле боя огнём, и таким образом т.к. скорострельность среднекалиберной артиллерии всё увеличивалась, будет достигаться необходимый эффект. Ну а раз средний калибр, то, значит, и броня какая-то такая огромная не сильно нужна. При этом среднекалиберная пушка – это же манна небесная в смысле финансового ведомства, потому что большая 12-дюймовая пушка, 305, ну 304,8 мм или меньший калибр – там, 203, 210, 254 мм, т.е. это главный калибр крейсеров, они безумно дорогие не только в постройке, но и в обслуживании, потому что мощь вышибного заряда такая, и масса самого снаряда такая, что ствол быстро изнашивается, т.е. настрел ствола главного калибра (12 дюймов и больше) до смены лейнера, т.к. когда придётся полностью выдирать ствол из башни, везти его на завод, перелейнировать, везти обратно и вставлять его обратно в башню – это ну 200 выстрелов.

Д.Ю. Ого!

Клим Жуков. Ну может, 250, после этого лейнера сотрутся, и он будет просто не стрелять, а плеваться непонятно куда. Соответственно, а среднекалиберная пушка – это что? Это 152-190 мм – совсем другое дело. С одной стороны, калибр-то немаленький, потому что когда мы говорим: маленький, средний калибр – 152 мм в сухопутной артиллерии это вообще-то...

Д.Ю. Потолок, по большому счёту.

Клим Жуков. Это потолок, да, т.е. дальше уже идёт резерв ставки Верховного главнокомандования.

Д.Ю. «Сталинские кувалды».

Клим Жуков. Да, сверхмощные пушки для сокрушения укрепрайонов, а так вот 120-152 мм – это, в общем, потолок. В смысле корабельном это тьфу – что это? Какая-то фигня! Так вот, оно счастье, потому что оно имеет резерв ствола гораздо больше, просто потому что у него вышибной снаряд меньше, масса снаряда меньше, нагрузка меньше, а как ты ни улучшай качество канала ствола главного калибра, всё-таки у металла есть некий потолок, т.е. ты его принципиально улучшить не сможешь, и то, что у тебя пушка здоровее, будет значить только то, что у тебя канал ствола будет быстрее изнашиваться. А тут наоборот – у них настрел там тысячу выстрелов или около того, соответственно, отдача меньше, амортизация меньше, соответственно, обеспечивающие механизмы принципиально дешевле – вот что надо строить! Но Фишер, как один из отцов концепции геополитики, знал кое-что, а именно: что если мы сейчас не сделаем некое громкое такое заявление, его кто-то вместо нас сделает, поэтому вот был собран комитет. И если с будущим дредноутом было всё, в принципе, понятно, Фишер и Уоттс, как бульдоги, как бультерьеры, вцепились в идею «All big gans», а это, в общем, довольно понятно: для чего... Самое главное: что такое корабль? Корабль – это инструмент, каждый молоток нужен для гвоздя, соответственно, нужны задачи для него вполне понятные. Для дредноута задача абсолютно ясная – он должен оказаться на поле боя перед судами, условно, одного класса, т.е. артиллерийскими бронированными платформами, и утопить всё к чёрту, не получив при этом фатальных повреждений. Значит, нужна очень толстая броня, максимально возможно толстая броня лучшего качества и максимальное количество очень больших пушек. Т.е. задача ясна, способы разрешения оных тоже, в общем, прозрачные совершенно. А вот крейсер что такое? Крейсер – это что-то, что гоняется за торговцами. Там он неизбежно встречается с такими же крейсерами, которые гоняются за твоими торговцами или защищают своих торговцев от тебя, ну и придётся сражаться. Соответственно, нужно как-то решить это дело в свою пользу гарантированно. Но у крейсера же, как мы понимаем, в отличие от дредноута, огромный спектр задач, и для формирования ТЗ для нового класса крейсеров нужно было чётко сформулированное задание. Т.к. никто не знал, как его сформулировать, а почему – потому что не было опыта, было непонятно, на основании чего выводить этот самый опыт, потому что этих кораблей просто ещё никто не строил никогда в мире, опёрлись на вполне себе имеющуюся статистику использования просто обычных крейсеров, и поэтому задание было сформулировано так: «Функции крейсера пока ясно не установлены, но считается, что теоретически в их число входит: 1) проведение разведки, 2) поддержка мелких разведывательных крейсеров, 3) самостоятельная служба по защите торговли и уничтожение вражеских крейсеров-рейдеров, 4) срочный подход и прикрытие любых действий флота, 5) преследование отступающего линейного флота противника, постановка его в безвыходное положение, сосредоточение огня на отстающих кораблях».

Д.Ю. Ну, многоцелевой такой, да.

Клим Жуков. А это же чем отличается от просто броненосного крейсера? Любой обычный тяжёлый крейсер имеет вот ровно такой спектр задач, и его вот так вот для этого хватает. Ну понятно, что сейчас что-то поменяется – ну поставьте машину помощнее, чтобы он быстрее плавал. Собственно, всё. Ну я не знаю, там броню потолще поставьте в силу того, что машина мощнее, лучше тянет. Казалось бы... А корабль-то планировался под только большие пушки, а значит, вот всё это задание это предельно расплывчатое, т.е. по сути дела не было задания, а раз нет задания, все эти специалисты – там были реально собраны самые лучшие специалисты Британии в смысле кораблестроения, в смысле военно-морской тактики и стратегии, даже в смысле разведки, чёрт возьми! Там были чины из разведывательного ведомства – т.е. лучшие мозги принялись думать каждый в свою сторону. И собственно, в чём дело: да просто потому что 27-28 июня 1905 года сражение при Цусиме..., а 22 июля только были сформулированы уже окончательные ТЗ для новых кораблей, т.е. они не опирались на реальную статистику вообще, они не знали, ни на какое расстояние будут большие пушки стрелять по-настоящему, потому что считалось, что дистанция боя нормальная 30 кабельтовых – как мы знаем, она будет 80-90 кабельтовых уже очень скоро. Но опять же, об этом никто не знал.

Д.Ю. Сколько это в километрах?

Клим Жуков. Кабельтов – это 1/10 морской мили, т.е. получается 186 метров. Ну, 80 кабельтовых – порядка 16 км получается, 15600 – что-то такое, т.е. нечто когда вражеского корабля или совсем не видно или почти не видно.

Д.Ю. До горизонта 27 км было, да?

Клим Жуков. Да-да-да, ну или там... короче говоря, где-то так. Соответственно, не было ни опыта массового применения таких кораблей, ни статистики употребления артиллерии, потому что эта статистика вот только что обрабатывалась после Цусимского сражения, ну также после сражения владивостокского отряда крейсеров против эскадры Камимуры, в общем, не успели они просто с этим делом, они стреляли как бы в молоко, в туман, заранее, на упреждение, поэтому опыт использовать не получилось, и из этого проистекли известные проблемы.

В 1903 году, т.е. за год примерно до этого, Англия выпускает два броненосных крейсера: «Дюк оф Эдинбург» и «Уорриор», около 13 тысяч тонн водоизмещением, там «Уорриор» был 13240 тонн водоизмещением. Они имели серьёзную скорость по тем временам – 22,5 узла и шесть 234-милимметровых орудий. Т.е. сравните: русские броненосные крейсера первого ранга в это время имели 203 мм пушки, как правило, т.е. тут на 31 мм больше получается – серьёзная разница, очень. И десять 152-миллиметровых орудий, кроме того «Уорриор» ещё имел четыре 190-миллиметровых пушки в одноорудийных башнях по бокам бортов.

Где-то примерно в это время был спущен «Гуд Хоуп», «Добрая надежда» - броненосный крейсер типа «Дрейк», он был похож на «Уорриор», имел бронирование носовых окончаний около 102 мм броневые пояса, 25 мм нижнюю бронепалубу и 152 мм главный бронепояс и барбеты, т.е. тубусы, на которых, собственно, стояли орудийные башни, из которых подавались снаряды, которые соприкасались непосредственно с подбашенным отделением, откуда и поступали снаряды, т.е. там элеваторы, приводы, механизмы – всё в этом барбете пряталось.

Кстати, «Гуд Хоуп» - это оппонент и визави «Шарнхорста» в битве при Коронеле, и погиб он от попадания даже не бронебойного, а просто фугасного снаряда, т.е. такое бронирование оказалось даже против фугасного немецкого снаряда калибра 210 мм невалидным, т.е. он просто попал в нужную часть корабля и поджёг боезапас в башне.

Д.Ю. Жестоко!

Клим Жуков. Вот.

Д.Ю. А там как у них – гильз нету же снарядных?

Клим Жуков. Нет, это всё раздельное заряжание.

Д.Ю. Там, как сыры, такие эти, да?

Клим Жуков. Да, несколько картузов в зависимости от дальности выстрела, точнее, сначала снаряд, потом несколько картузов помещаются, и идёт выстрел. Картуза англичане, и кстати говоря, в это время ещё и немцы, помещали в шёлковые...

Д.Ю. Тряпочки.

Клим Жуков. В шёлковые пакеты, поэтому карбид, который составлял основу вышибного заряда, мог, если его неправильно складировать, легко загореться и даже взорваться. Ну и даже если его правильно складировать, он мог загореться и взорваться при удачном попадании.

Д.Ю. Капризный, да.

Клим Жуков. Ну как – там же у тебя 20 кг пороха в шёлковом картузе. Шёлк, как мы знаем, может загореться, а значит, и порох загорится – это его главное преимущество перед всеми остальными смесями.

Словом, «Инвинсибл» рождался, прямо скажем, в муках, потому что была, опять же, идея – может быть, ставить на него 234 мм пушки? Но в 1904 году в Японии появился броненосный крейсер «Цукуба», на который поставили четыре 305-миллиметровые пушки, т.е. как у броненосца. Об этом, естественно, знали в Англии, потому что Англия – союзник Японии. Кроме того, в Италии заложили броненосные крейсера типа «Реджина Елена», которые были вооружены также 305-миллиметровымипушками и двенадцатью 203-миллиметровыми пушками. Соответственно, англичане вынуждены были реагировать и строить крейсера специально под 305-миллиметровые/12-дюймовые орудия, т.е. их вынудили, по сути дела, но это, конечно, было на руку Фишеру, потому что он говорил, что не нужно размениваться на мелкие калибры, нужно с упреждением брать максимальный калибр.

Д.Ю. Делать по-большому.

Клим Жуков. Да, потому что оно будет иметь запас во времени, т.е. некоторое время эти корабли будут лучше других, и пока нас будут догонять, мы сделаем ещё лучше в итоге. Фишер же, собственно говоря, как немногие вообще, понимал, что нужно полностью отказываться от промежуточных калибров, т.е. вот эта вот «Реджина Елена», где 203 мм, 305 мм, куча какой-то мелкой артиллерии для противоминной борьбы – зачем это всё? Не надо. Нужно поставить самые большие пушки в максимальном количестве, а именно 6-8 штук на крейсер, а промежуточные калибры убрать, оставить только противоминную артиллерию. Соответственно, для самообороны вам этих мелкокалиберных пушек хватит, ну по его мысли это было 7,6 – 102 мм, а для решения всех остальных задач нужны вот эти огромные стволы, и они максимально эффективны, между прочим, при попадании. В общем, умно.

Д.Ю. Да.

Клим Жуков. Но сразу возникла совершенно неочевидная для разрешения проблема: а как эти пушки располагать? Т.е. сейчас мы, насмотревшись на десятки этих самых дредноутов и линейных крейсеров, которые были выпущены впоследствии, знаем, что оптимальная схема расположения – это линейно-возвышенное расположение башен главного калибра, т.е. когда одна башня стоит несколько над другой, передней. Соответственно, т.к. можно поставить 4 штуки: 2 в носу, 2 в корме – у тебя, таким образом, при трёхорудийной башне будет аж 12 пушек, это дофига, в общем, этого за глаза хватает. Как правило, хватает ещё и меньше – девяти пушек, но тогда это было совершенно не ясно, тем более для крейсера. Если линейный корабль, дредноут – это корабль, предназначенный именно для эскадренного сражения, который будет основное время проводить бортом к противнику, развернув все пушки на одну сторону, соответственно, полный бортовой залп давать, то линейному крейсеру нужно будет или очень много догонять, или очень много убегать, значит, ему ещё нужно располагать много пушек, которые могут стрелять в переднюю полусферу и в заднюю проекцию. А отсюда родились интереснейшие и очень экстравагантные проекты А, В, С, D и, кажется, ещё Е, там было 5 проектов разнесения башен, т.е. это линейно-возвышенные башни на корме и 2 параллельные баши спереди, т.е. не одна за другой, а рядом – непонятно, как же так? В общем, кажется, дикость. Потом пришли постепенно к ромбическому расположению башен: т.е. одна башня на корме, одна в носу и 2 параллельно по бортам. Потом родилась идея, что эти башни, которые по бортам, надо сделать так, чтобы они могли вести огонь в одном направлении, т.е. на борт, значит, нужно их разнести в плоскости, т.е. их нужно поставить наискосок, таким образом, получается некий такой параллелограмм. И вот этот последний четвёртый и несколько видоизменённый пятый проект стал основой для производства крейсера «Инвинсибл», т.е. одна башня в носу, одна на корме и две разнесённые по диагонали на бортах.

Тут, правда, естественно, немножко не додумались, потому что когда башня при стрельбе на борт переносила свои две пушки, они двухорудийные были башни, переносила две пушки и стреляла рядом с башней, которая находится спереди тебя, та башня сразу глохла и слепла, потому что её сразу заволакивало дымом, плюс вибрация от выстрела чудовищная, а получается, что срезы этих 12-дюймовых пушек при выстреле находились прямо около противоположной башни, т.е. или одна башня могла стрелять, или другая башня могла стрелять, вместе это было никак невозможно.

Д.Ю. Всех контузим там, да?

Клим Жуков. Да, так и мало того, что контузим, ладно, на людей можно наплевать, в общем, на какой-то момент – механизмы начинали из строя выходить от вибрации внутри. Там же масса очень мелких механизмов: там прицелы, разные колёсики прецизионного наведения оптики – это всё от вибрации так или иначе очень... очень не дружит оно с излишней вибрацией.

Д.Ю. Ты очень громко говоришь, Дементию мешаешь спать. Дементий! Проснись, блин!

Клим Жуков. «А я и не сплю». Тут опять же оказалось, что пристрелка, т.е. обязательные пристрелочные залпы, основа прицеливания эффективности артиллерийского огня с корабля должна вестись... это потом выяснилось, тогда это было ещё неясно – должна вестись полузалпом, т.е. должно быть минимум 4 пушки в одну сторону направлено. Ну, три – это вообще минимум, четыре лучше всего, т.е. количество всплесков будет такое, что дальнометристы дадут максимально точные сведения о том, на каком расстоянии от корабля-мишени они легли, т.е. с перелётом или недолётом, после чего удобнее будет брать артиллерийскую вилку. На «Инвинсибле» одновременно могли стрелять только 3 пушки, это вообще минимум, т.е. пристрелка с него была не самая эффективная, но, опять же, это потом выяснилось только.

Т.е. ну понятно, что полным залпом пристреливаться нельзя, потому что если вы выстрелите сразу всем бортом, во-первых, будет много дыма, соответственно, вы помешаете дальнометристам, во-вторых, корабль качнёт, соответственно, наблюдать будет не так удобно. Кроме того, после полного залпа у вас будет довольно долгое время перезарядки, соответственно, расстояние и положение цели уже может катастрофически измениться, т.е. ваша статистика, набранная при первом залпе, уже ничего не будет стоить, поэтому нужно выстрелить половиной пушек, получить данные быстро с центрального дальномерного поста и выстрелить ещё раз, уже готовыми пушками из второй половины, и тогда вы можете очень быстро получить точные данные для точного финального выстрела, ну если это, конечно, получится – идеальная схема такая.

И вот мы получили такой корабль с четырьмя башнями по 2 пушки 305 мм, и что же броня? А броня у «Инвинсибл» была очень слабая, по сути дела это был слегка улучшенный «Уорриор» и, возможно, слегка улучшенный «Дюк оф Эдинбург», т.е. у него была броня та же самая по борту 152-миллиметровая.

Д.Ю. А почему название такое – «Неуязвимый», если броня такая?

Клим Жуков. Да потому что Джон «Джеки» Фишер говорил, что «скорость ваша броня» - у него по ТЗ должна быть скорость 25 узлов, т.е. на 3 узла больше, чем у «Уорриора», т.е. это должен был на тот момент быть самый быстроходный крейсер, не линейный крейсер, а вообще крейсер, он должен был догнать любого и убежать от любого, если что, поэтому вроде бы ему толстая броня как бы была не очень-то и нужна. Т.е. ну конечно, нужна, потому что нет-нет, да попадут.

Д.Ю. Ну как и всем, да.

Клим Жуков. Да. Соответственно, бронепояс главный 152 мм, кроме того, у него была главная бронепалуба, которая, естественно, располагается несколько ниже той палубы, по которой люди ногами ходят наверху. Она имела горизонталь в 38 мм и скосы в 63 мм.

Д.Ю. А что такое бронепалуба?

Клим Жуков. Это специальная палуба, которая находится под главной палубой и закрывает основные механизмы корабля или, например, казематы. Т.е. если сверху просто палуба, она может быть вообще никак не бронирована, хотя тут она всё-таки имела некое бронирование, довольно символическое – 25 мм, но тем не менее бронепалуба – это короб, который укрывает самые важные механизмы корабля внутри броневой цитадели, т.е. чтобы при навесной стрельбе при пробитии верхней палубы хоть как-то прикрыть или от снаряда, или от вторичных осколков механизмы и помещения внутри цитадели. Соответственно, палуба броневая может быть как... ну это нехорошая система, когда она имеет плоскую крышу, наиболее оптимально, когда она имеет скосы. Вот скос – это то, что дублирует ещё и бронепояс борта, соответственно, при пробитии бронепояса борта снаряд или осколки могут прийти в скос – вот это удачно. Кроме того, ещё у них были 63-миллиметровые бронепереборки по бортам, которые закрывали казематы, т.е. ну если вдруг торпеда придёт. Больше, кстати говоря, никакой противоторпедной защиты у корабля не было.

Вот мы видим этот «Инвинсибл» очень слабо бронированным кораблём, он никакой на самом деле не «инвинсибл», это на самом деле оказалось для всей линейки этих кораблей вообще страшно уязвимым местом, т.е. он вроде бы большой, вроде бы быстрый, и пушки у него замечательные, но факт в том, что он сошёл со стапелей и вступил в строй в 1908 году. Как, с какой скоростью развивалась артиллерия в это время, я рассказывал, когда рассказывал про Ютландское сражение, т.е. они и при очень хороших пушках МК10 305-миллиметровых и, в общем, при приличном ходе эти новейшие крейсера к началу Первой мировой войны оказались уже вообще не совсем новейшими и даже не всегда соответствующими действительности, что показало, кстати говоря, Ютландское сражение. И кстати говоря, экипажи этих кораблей, офицеры этих кораблей пришли к Ютланду, в общем, трагическим образом, потому что они же там погибли на «Инвинсибле» все практически, и не только на нём. Они пришли трагически, потому что начало этой эксплуатации «Инвинсибла», несмотря на все описанные мною недостатки, было крайне удачным, «Инвинсибла» и кораблей типа «Инвинсибл», т.е. «Инфлексибл» это тоже «Инвинсибл», только несколько другой.

Кстати говоря, сам «Инвинсибл», когда его спустили на воду, в отличие от всех остальных своих систер-шипов имел электропривод на башнях, т.е. башни поворачивались электричеством, все остальные, как обычно вообще было принято у англичан, поворачивались при помощи гидравлики. А тут всё было электрифицировано, это оказалось страшной бедой, потому что после первого выстрела вся эта электроника, электрика накрывалась незамедлительно.

Д.Ю. Удачно.

Клим Жуков. Т.е. все эти мелкие контакты начинали отходить, искрить, замыкать, пробивать на корпус и по факту где-то до 1910 года корабль вообще имел только половину боеспособной артиллерии, потому что вся остальная постоянно находилась в ремонте. Наконец это всех достало, и решили: не надо вот этого всего с электричеством, давайте-ка поставим там гидравлику, и к 1914 году там поставили гидравлику, т.е. всё начало вращаться и подниматься в штатном режиме, но, как писал капитан-лейтенант Стреве, если я не ошибаюсь, его фамилия, который ходил на «Инвинсибле», писал буквально так: «Всё, что могло работать не так, как надо, работало ненадлежащим образом».

Д.Ю. В соответствии с законами Мерфи, да?

Клим Жуков. Да. Т.е. т.к. корабль имел не родную, сразу поставленную гидравлическую систему, которая была бы уже притёрта в ходе эксплуатации, а его переделали под гидравлику, естественно, оно не успело притереться, работало не так, как надо, и первейшее дело – у них все краны сифонили, т.е. как этот же капитан-лейтенант писал, «находясь в артиллерийской баше, ты должен был носить двойную одежду, т.е. комбинезон и некий макинтош сверху, чтобы тебя защищало от сифонящей воды и масла».

Д.Ю. Представляю, если бы это было на русском флоте, сколько бы мы наслушались.

Клим Жуков. Да! Кстати говоря, на русском флоте отличненько в это время использовался электропривод на башне, и почему-то ничего не коротило, ничего не замыкало, все работало нормально, в штатном режиме. Англичане почему-то с электроприводом на тот момент не подружились, а наши нормально – в крейсерах, там, и на броненосцах, на «Рюриках» - «Рюрик-2», и на «Славе», и у нас везде был электропривод, и всё отлично работало несмотря на то, что там всё-таки те же самые 305 мм на той же самой «Славе» как треснут! И что-то ничего почему-то из строя не выходило. Непонятно!

Д.Ю. Так-так?

Клим Жуков. В общем, в таком виде первые линейные крейсера вступили в строй, на них подняли военно-морской флаг, и в общем-то, оказалось, что, опять же, пока они не воевали, они казались страшным противником, потому что вы получили корабли, которые развивают максимальную скорость в 25,5 узлов – это умножьте на размер морской мили, это же натурально как вокзал несётся по морю со скоростью почти 60 км/час, там, 50 с лишним...

Д.Ю. Для воды очень быстро.

Клим Жуков. Вот, и длина у него 172 метра, и на нём, вы представляете, восемь 305-миллиметровых пушек длиной в 45 калибров, т.е. это натурально в 2 раза сильнее броненосца. В 2 раза сильнее! Эта штука может догнать вообще любой ваш корабль, ну наверное, кроме трансатлантических лайнеров, которые специально делались чемпионами скорости, т.е. вот его, да, скорее всего, догнать не получится, он ездил быстрее, а всё остальное – гражданское судно любое будет настигнуто и принуждено к сдаче или утоплено буквально вот так. Соответственно, ни один ваш крейсер от него не сбежит, потому что все крейсера, вдруг оказалось, ходят медленнее, ну а уж про вооружение я вообще молчу – эта штука в 2 раза сильнее любого броненосца. Что такое крейсер, а у него там 203, 210, 234 мм – вообще не соперник.

Да, ну и при этом, в общем-то, конечно, броня слабая на корпусе, но башни 178 мм бронированы, барбеты 178, и то, что обращено внутрь корабля, 51 мм, боевая рубка – до 254 м, т.е., в общем, и броня какая-никакая присутствует. И как-то пришлось реагировать, и это был на самом деле вызов, потому что немцы были вынуждены строить свои линейные крейсера, мы сейчас о них говорить не будем, потому что они в трагедии не появляются ни разу, соответственно, у нас не будет ни великолепного «Фон дер Танна», ни «Дерфлингера», ни «Зейдлица» - о них мы потом отдельно поговорим, когда будем говорить о сражении у Доггер-банки, и о Гельголандской бухте, они там выступят, как надо. Ну, немножко мы о них говорили, когда рассказывали про Ютландский бой, но пока нет.

Но что мы имеем: мы имеем Германскую империю, которая вынуждена для того, чтобы обеспечить свой нарастающий буржуазный международный класс, обеспечивать её международными колониями для обеспечения рынков сбыта и поступления источников ресурсов, и у них точно так же эскадры оказались раскиданы далеко от метрополии, в частности, у них была эскадра в Циндао, в Китае, т.е. это то место, которое они получили по факту подавления «Боксёрского» восстания. В Циндао находилась Восточно-Азиатская Германская крейсерская эскадра, и она была укомплектована совершенно не только... точнее, не была укомплектована линейными крейсерами, там были просто крейсера, перед которыми сразу после начала войны и даже при угрозе войны встала пренеприятная перспектива – им придётся ехать домой, потому что что им там делать, на Тихом океане, учитывая, что сейчас эту базу в Циндао осадят японцы, которые союзники Англии, России и Франции, т.е. нужно уходить. И перед ними встала пренеприятная перспектива встречи с заведомо сильнейшими крейсерами англичан, линейными крейсерами. А оснастить свои далёкие заморские базы линейными крейсерами немцы просто не успевали в силу того, что они находились в положении догоняющего, у них и так флот был заметно слабее, и они вынуждены были находить некие асимметричные ответы – мы видели, что они не могли, например, поставить свои дредноуты в строй хотя бы с 305-миллиметровой артиллерией, у них была 280-миллиметровая артиллерия, слабее, получается, ну заметно слабее.

Д.Ю. Поэтому они во Вторую мировую на подводных лодках сосредоточились?

Клим Жуков. Они уже и в Первую на подводных лодках, они же объявили в конце концов неограниченную подводную войну. Немцы с подводными лодками очень сильно дружили. У Германии не было вообще флота долгое время, хоть сколько-нибудь похожего хоть на что-нибудь, они начинали буквально с нуля вот тут же у нас на глазах. У англичан традиция производства броненосных кораблей была начиная с «Уорриора», первого броненосца... Вот «Ля Глуар» французский, потом «Уорриор» - это, считай, середина – вторая половина 19 века, это же буквально сразу, ну почти сразу после Крымской войны. Вот как она закончилась, там французы выступили отлично на Кинбурнском рейде со своими самоходными этими броненосными батареями: «Тоннат», «Лава» и что там ещё, третий какой-то был, не помню. Короче говоря, сразу после этого стало понятно, что нужно строить броненосные самоходные корабли. Эти-то были не очень самоходные, они, конечно, имели некую машину и могли как-то маневрировать на месте, но чтобы дойти от метрополии до Чёрного моря, их нужно было везти на буксире. Англичане уже тогда начали это строить. Немцы вообще как нация-то соединились вместе только, по сути дела, после Франко-прусской войны, когда при Бисмарке всех взяли к ногтю, и получилась империя. Тогда они получили возможность строить флот – вот когда у них старт-то был, очень поздно. Кстати говоря, эти броненосные крейсера немецкие, которые не линейные крейсера, а классом пониже, предыдущие, броненосные, т.е. просто тяжёлые крейсера, они тоже были, в общем-то, не... если посмотреть нетто-брутто показатели, т.е. толщина брони, скорость хода, миллиметры орудия, т.е. то, что на виду, они вроде бы казались довольно слабым противником, но при этом немцы в силу того, что они вынуждены были искать асимметричные ответы, они и там эти асимметричные ответы умудрялись находить, потому что у них, во-первых, и это самое главное, на мой взгляд, вот самое-самое главное – немцы не выпускали корабль в море без экипажа, который не доведён до состояния роботов, т.е. они свой корабль знали назубок, постоянно проходили учения, артиллерийский стрельбы и были в великолепной форме в этом смысле. У англичан некоторые корабли стреляли раз в год, и на стрельбы выделялось по 20-30 снарядов. Т.е. ну ты отстрелялся, хорошо, да, а за год ты просто забыл, как к пушке-то подходить.

Д.Ю. А это надо отрабатывать.

Клим Жуков. Конечно.

Д.Ю. Я делился с тобой впечатлениями, не делился? Я пару раз ездил на Формулу-1 в город Сочи...

Клим Жуков. А, там когда с яростной скоростью колёса меняли?

Д.Ю. Я такого в Советской Армии не видел, чтобы вот так: ка-а-ак прыгнут, как отпрыгнут – всё, колёса поменяны, вообще. Вот это я понимаю, это основа цивилизации, когда совместные действия настолько слаженные, отработанные, и так быстро – слов нет! Как же они из пушек стреляют тогда, сволочи?

Клим Жуков. Ну у немцев кораблей было поменьше.

Д.Ю. Надо было стараться, да?

Клим Жуков. А соответственно, у них была просто возможность их всех внимательно осматривать и дрючить экипаж со страшной силой.

Д.Ю. Задрачивать, да?

Клим Жуков. Да. У англичан кораблей было заметно больше, и поэтому у них распыление сил было...

Д.Ю. Расслабились, да.

Клим Жуков. ...гораздо больше, соответственно, если бы они проводили учения с такой же интенсивностью, как немцы, а я даже не знаю, у них бы денег-то хватило на такое? Это же очень дорого, просто выгнать линкор просто погулять в море, я уж молчу про то, чтобы стрелять – это вот просто такой пылесос, к нему мешок с деньгами, и только успевай его менять. Он там в час железнодорожную цистерну топлива потребляет.

Да, кстати, по поводу топлива, чуть не забыл: на «Инвинсиблах», как и на «Дредноутах» поставили смешанное угольно-нефтяное отопление, т.е. он мог в бою идти на нефти, но вообще-то там идея была такая, что он топится углём, и туда впрыскивается через форсунки под большим давлением нефть, чтобы она там сгорала.

Д.Ю. Мазут или нет?

Клим Жуков. Ну, мазут, естественно. И вот...

Д.Ю. Мазутчики там все.

Клим Жуков. ...мазутно-угольное отопление, которое реально использовалось в бою, давало такой столб дыма из труб, что иногда просто невозможно было стрелять. Если вдруг этот дым...

Д.Ю. Бой в Крыму, всё в дыму, блин!

Клим Жуков. Да-да-да, т.е. со своим же дымом могло или корабль-мателот, идущий сзади, ослепить, или при удачном расположении розы ветров тебя самого ослепить на этом корабле твоим же собственным дымом. Т.е. вот этот вот знакомый суперкорабль в отличие от «Дредноута» оказался очень неудачным по факту, очень несбалансированным, очень неудачным. «Дредноут», ну для своего времени, конечно, это был просто чудо, повторюсь, элементарно потому что для «Дредноута» были нормальные задачи поставлены. А «Инвинсибл» и его систер-шипы – это получились корабль-жнец, жрец и на дуде игрец, т.е. догнать, убежать, прибежать. А ещё тогда же, когда его вот только разрабатывали и строили, военно-морские специалисты писали, что при наличии пушек такого калибра любой адмирал поставит такой корабль в строй эскадры. А его нельзя было ставить в строй эскадры в силу того, что он такой бронированный, потому что если он будет действовать в строю эскадры, он будет идти с такой же скоростью, с какой скоростью идёт самый медленный из кораблей, а значит, его запас вот этот бешеный в 25,5 узлов не будет играть никакой роли, он всё равно будет гулять вместе со всеми. И это, кстати говоря, на Ютландском сражении сказалось самым трагическим образом, вот это вот пророчество.

Да, так вот немцы: немцы задрючивали экипажи, во-первых, во-вторых, понимая, что они не могут ну чисто физически, делать броню принципиально толще, чем у англичан, ну потому что иначе просто корабль не поплывёт вообще, они ставили очень хорошие системы борьбы за живучесть, и экипажи соответственно надрючивали, чтобы они боролись за живучесть, до состояния, повторюсь, роботов, поэтому вот, казалось бы, и броня не очень, и пушки поменьше, но они стреляли быстрее, лучше, метче, и при попадании корабль, совершенно не факт, что прямо сейчас утонет, потому что его, скорее всего спасут, т.е. точно будут спасать и с большими шансами удержат на плаву. Кроме того, у немцев была великолепная химическая промышленность, просто великолепная, соответственно, у них были всегда очень хорошие пороха, поэтому вот 210 мм «Шарнхорста» и «Гнейзенау» - это корабли одного класса, даже одного типа, более того – они стреляли при максимальном угле возвышения чуть дальше, чем 305-миллиметровые пушки «Инвинсибла».

Д.Ю. Однако!

Клим Жуков. Вот, т.е. они лупили на 81 кабельтов.

Д.Ю. И. Г. Фарбениндустри.

Клим Жуков. Да, жгло. Ну тогда его ещё не было, но предшественники. И опять же, немцы традиционно, там Бог знает, с какого – с 10 века всегда очень хорошо работали с металлами, у них была отличная металлургическая промышленность, поэтому качество снаряда у немцев было на высоте, по крайней мере, точно лучше, чем у англичан. И это, конечно, было принципиально важно для изготовления бронебойного снаряда, потому что что такое бронебойный снаряд – это стальная болванка с очень тяжёлой из хорошей стали в носу, т.е. то, что именно проламывает своей массой мишень и уже внутри неё взрывается. У англичан они были не шибко хороши, и более того, если мы говорим про бой на Фолклендских островах, они были начинённые не тротилом, а чёрным порохом.

Д.Ю. Это же плохо.

Клим Жуков. Ну, имелось в виду, что самое главное разрушение снаряд причиняет своей массой и скоростью бешеной совершенно, т.е. как он там взорвётся потом, это не сильно важно, просто почему – он взрываться будет в довольно тесных помещениях, т.е. там...

Д.Ю. Хватит этого?

Клим Жуков. Да. Сейчас я скажу точно: 386 кг весил снаряд главного калибра и имел скорость 831 м/сек, соответственно, у него... в общем, он был где-то вполне сопоставим с современными пушками. 386 кг – это серьёзный вес.

Д.Ю. 400, практически полтонны, уж если так это...

Клим Жуков. Наши снаряды для 305-миллиметровых пушек весили 478 кг.

Д.Ю. Однако!

Клим Жуков. Вот, т.е. они длиннее были несколько, получается.

Д.Ю. Ну это 500-килограммовая бомба фактически.

Клим Жуков. Да-да.

Д.Ю. Даже покруче, я считаю, чем...

Клим Жуков. Ну конечно – у неё скорость-то какая безумная. Поэтому сказать, что и «Шарнхорст», и «Гнейзенау» - это была какая-то такая мишень, сказать нельзя, это были серьёзные противники, очень серьёзные противники, и несмотря на то, что вот мы сейчас только что сказали, что такое «Инвинсибл» и «Инфлексибл»: соответственно, 17 тысяч тонн водоизмещения, 172 метра длина, 24 метра ширина, про броню я сказал и про пушки. Соответственно, немцы при этом имели тот же самый – заметьте: это корабль классом ниже, это броненосный крейсер старый – у него бронепояс 150 мм, такой же, как у «Инвинсибл», на 2 мм меньше, но это считай, что ничего, учитывая превосходную броню немецкого качества. Потом в нос уменьшался бронепояс до 80 мм, что, кстати говоря, англичане, как мы знаем, практически не использовали, у них бронирование по системе «всё или ничего», т.е. мощная броневая цитадель и небронированные нос и корма. А тут немцы максимально старались растянуть бронирование. 80 мм в носовой и кормовой части, причём он был установлен на подкладке из тикового дерева 30-миллиметровой, т.е. они осколки вторичные таким образом парировали. Соответственно, верхний бронепояс также 150 мм, траверс верхнего пояса 120 мм, две палубы 25 мм и 40 мм при 50-миллиметровых скосах. Т.е. казалось бы... Да, из рулевой машины специально поставлена бронепалуба 60 мм, чтобы рулевые приводы не перебили.

Д.Ю. Уже зарождается вопрос чайника: как эта гора железа вообще плавать может?

Клим Жуков. Ну, плавать... Плавала она медленнее...

Д.Ю. Ну в смысле, держаться на плаву, так скажем.

Клим Жуков. Да-да-да. Ну блин, если у них линкор «Кайзер» держался на плаву и ездил, причём с адской скоростью, или «Байрон», то эти-то что – они же вообще мелочь по сравнению с...

Д.Ю. Сумрачный тевтонский гений.

Клим Жуков. Да-да-да. И это всё, да, это всё плавало со скоростью... ходило, прошу прощения, плавает оно или по рекам, или в унитазе. По реке корабль плавает, по морю он ходит, без сомнения. Ну, 23-24 узла он теоретически мог выдать. Ну 23 узла, всё-таки медленнее, на 1,5 узла медленнее, чем «Инвинсибл». Но бронирование у него вполне сопоставимое. Да, мощность снаряда меньше, потому что эта самая пушка С01...

Д.Ю. А у немцев, извини, перебью...

Клим Жуков. Да?

Д.Ю. А у них что в снаряды было набито вместо чёрного пороха, с их химией?

Клим Жуков. Ну, смотря что: в фугасные снаряды все сыпали шимозу, т.е. мелинит.

Д.Ю. Ага, т.е. японцы в этом не оригинальны были?

Клим Жуков. Нет, конечно. Так это же, господи, им корабли-то кто строил? Чуть более, чем полностью, англичане. У них или английские специалисты были, которые учили японцев всему, или напрямую заказы, размещённые в Англии, на английские же кредиты, собственно. Это англичане специально нам их подпустили, чтобы мы тут не сильно-то...

Д.Ю. ...расслаблялись с этой стороны.

Клим Жуков. Да. Кстати говоря, большое преимущество «Шарнхорста» и «Гнейзенау», конечно – это в силу того, что калибр меньше, снарядов можно больше напихать. Их было заметно больше, чем у англичан, естественно. Англичане вообще имели штатный боезапас 90 выстрелов на ствол, в дальние походы их с перегрузом брали 110, иногда 120 штук. Конкретно на Фолкленды они поехали со 110-снарядным запасом.

Вот, значит, такие у нас главные исполнители. Конечно, у примадонн были ассистенты – как же без этого, а именно...

Д.Ю. Страшные подружки.

Клим Жуков. Страшные подружки, да. Вот страшные подружки у англичан – это был броненосный крейсер «Карнарвон» типа «Девоншир», который был вооружён четырьмя 190-миллиметровыми пушками и шестью орудийными установками по 152 мм. Кстати говоря, бронирован был хуже – 152-миллиметровым главным бронепоясом, но это только главный бронепояс, не принимая во внимание всего остального. Также 2 графства тоже броненосных тяжёлых – это типа «Кент» два крейсера, собственно, «Кент» и «Корнуолл», которые были вооружены 12-ю 152-миллиметровыми пушками, а также лёгкие крейсера бронепалубные типа «Бристоль» и «Глазго» с, прямо скажем, очень сильно фрагментарным бронированием – там, 51-76 мм, но зато очень быстрые, и также с двумя 152-миллиметровыми пушками и десятью 102-миллиметровыми пушками.

Немецким примадоннам помогали, как я уже говорил, «Бремен», «Нюрнберг» и «Дрезден», которые в основном вооружали 105-миллиметровыми пушками, 10 штуками, они были разнотипные, но в общем и целом очень похожи: со слабым бронированием, т.е. это только броневая палуба, никаких бронепоясов, это именно лёгкие крейсера бронепалубные, т.е. они в артиллерийском бою с английской эскадрой, в общем-то, могли выступать только в виде отвлекающих сил, т.е. быстро наскочить, выпустить торпеды, убежать, просто потому что, ну мы видим – у англичан только броненосных крейсеров было больше, чем у немцев: у них их два, у англичан три, плюс два супер-крейсера с 305-миллиметровой артиллерией. Тут эти лёгкие крейсера вообще не котировались.

Вот примерно так это всё катилось и докатилось к 28 июля 1914 года. Немцы чуть-чуть буквально успели с открытием Кильского канала. Была регата шикарная в честь кайзера организована, куда, естественно, прибыли военно-морские делегации, англичане, ближайшие друзья, приехали туда к немцам. И вот когда закончилась регата, англичане уезжали домой, а там шикарное соревнование, там можно, кстати говоря, даже видеозаписи посмотреть, на YouTube есть – там и гребные, и парусные, там развлекались, как могли. Спортсмены, можно сказать! Естественно, в промежутках между соревнованиями все выпивали и закусывали, страшно дружили, и они, да, они были уверены, что это синее небо над головой никогда не померкнет и не подёрнется тучами, хотя всё уже висело буквально на волоске. Но нужно видеть, какие транспаранты повесили немцы, когда англичане покидали Кильскую бухту: «Друзья навсегда!» - было написано.

Д.Ю. «Fuck you fucking fuck» не было?

Клим Жуков. Нет, там было написано буквально: «Друзья навсегда». И английские корабли, тоже можно видеть, они флажным телеграфом им отвечают: «Отныне и навсегда». Вот. Ну и там буквально 2 недели, и всё началось, буквально вот так вот.

А что же в это время делала-то Восточно-Азиатская крейсерская эскадра в Циндао? Максимилиан фон Шпее, вице-адмирал в это время находился в рейде по островным базам Германии, т.е. он их объезжал, проверял, обкатывал корабли, как положено, чтобы они в базе не тухли. В эскадру входили, как я уже говорил, «Шарнхорст», флагман, и «Гнейзенау», лёгкие крейсера «Эмден», «Нюрнберг» и «Ляйпцихь», как у нас принято говорить – не «Лейпциг» какой-то, а «Ляйпцихь».

Д.Ю. Да. Я там был.

Клим Жуков. А я нет.

Д.Ю. Будучи десятиклассником, я пьянствовал там с немецкими ветеранами.

Клим Жуков. Ничосе!

Д.Ю. Любой советский десятиклассник мог перепить минимум двух немецких ветеранов. У них такое изумление вызывали наши способности жрать водку!

Клим Жуков. И вот около Понапе, это Каролинские острова, эскадру настигла радиограмма, что началась война, и Максимилиан фон Шпее, естественно, вместе со всем военным советом отлично понял, что возвращаться в Циндао нельзя, потому что там Япония. Япония – это что? Это метрополия, которая имеет под рукой весь свой военно-морской флот, поэтому эти крейсера только выползут в море с целью пободаться на пушках, их там всех и утопят немедленно, тем более, что японцы только что вот за 9 лет до этого наглядно продемонстрировали, как они это умеют делать.

Д.Ю. Неплохо получилось.

Клим Жуков. Да отлично получается! Тем более с тех пор у них ещё всякие новинки появились, типа броненосных крейсеров «Цукубо» с 305-миллиметровыми пушками. Поэтому было принято решение уходить, по возможности, естественно, нахулиганив, потому что, естественно, англичане имели серьёзные интересы в Тихом океане, т.е. нужно было уходить и перехватывать по дороге всё, что можно перехватить, если, конечно, получится. Но мудрый капитан-цур-зее Карл фон Мюллер, командир крейсера «Эмден»...

Д.Ю. Я смотрю – там сплошные фоны были, да?

Клим Жуков. О блин, попасть хотя бы в капитаны, не будучи дворянином, в германском кайзерлихфлотт – это было очень тяжело, т.е. нужно было быть просто выдающимся специалистом, потому что флот – это суперэлитная служба, куда, естественно, отдавали людей, которые просто имели деньги, чтобы позволить себе там сколько лет, начиная с кадетов, проучиться до капитана хотя бы. Поэтому там, естественно, все были белая кость, это суперэлитная служба.

Д.Ю. Так-так, и что он?

Клим Жуков. Так вот, Карл фон Мюллер сказал на военном совете, что если вы будете ехать в сторону Атлантического океана и кого-то грабить, то про вас настучат немедленно, и если они узнают просто, где вы находитесь, учитывая, сколько вас – вам конец.

Д.Ю. Плывите в Тихий океан?

Клим Жуков. Нет, им нужно было именно в Тихий океан, в сторону Атлантики уходить, это, считай, они от Китая должны были проплыть весь Тихий океан, обогнуть Южную Америку или пройти через Панамский канал и оказаться в Атлантике, и там через всю Атлантику доехать до Гельголандской бухты, до главной базы флота Германии.

Д.Ю. А у них такой запас хода был, или они где-то по дороге... ?

Клим Жуков. Они, естественно, бункеровались по дороге, потому что там же куча нейтральных стран, как минимум.

Д.Ю. Да, где за деньги могут всех...

Клим Жуков. Конечно, а это же по закону, по военному закону они сутки могли спокойно находиться в любом нейтральном порту, пополнять провиант, уголь, всё- что хочешь. А там чего – Аргентина, Чили, пожалуйста, они все...

Д.Ю. Вкусное мясо, хороший уголь.

Клим Жуков. Да-да-да. Девушки...

Д.Ю. Девушки, да.

Клим Жуков. Ну кроме того, всё-таки если ты захватишь по дороге вдруг какой-нибудь угольщик...

Д.Ю. Тоже неплохо.

Клим Жуков. Тоже неплохо. Если уж очень надо в самом деле. Кстати говоря, они так и сделали в конце концов. Так вот, Карл фон Мюллер предложил идти им, сохраняя максимальную скрытность, а он сам один на «Эмдене» пойдёт в Индийский океан, таким образом демонстрируя, что эскадра ушла в другую сторону, и вот он-то как раз займётся именно рейдерством, чтобы отвлечь на себя... понятно, что долго обманывать не получится, но хотя бы пару недель выгадать, что не будут знать, куда ушли в конце концов основные силы. А во-вторых, если будет успешно рейдерствовать, на него неизбежно будут отвлекаться вражеские крейсера, т.е. он будет перехватывать на себя внимание. Ну а «Эмден» это лёгкий крейсер, он довольно быстрый, и т.к. он будет один, его поймать будет тяжело. И вот рейдерство «Эмдена» - это настоящая легенда, потому что пока он рейдерствовал, он умудрился утопить 23 торговых судна, французский эсминец и русский крейсер «Жемчуг»...

Д.Ю. Молодец какой!

Клим Жуков. ...в артиллерийском бою, причём крейсер «Жемчуг» они утопили вот вообще шикарно, потому что они поставили фальшивую дымовую трубу, таким образом стали похожи на француза...

Д.Ю. «Титаник», да?

Клим Жуков. «Титаник» в два раза не дотягивал по размерам, но тем не менее. Ночью вошли в бухту, никто им ничего не сказал, ни слова, потому что видели – свои же, после чего они подъехали с кормы с крейсеру «Жемчуг» и просто его разнесли вдребезги артиллерийским огнём. Потом обстреляли бухту...

Д.Ю. Вот это да!

Клим Жуков. ...вот, и уплыли, по дороге ещё дополнительно утопили французский эсминец.

Д.Ю. Как говорит Дементий, ауфвидерзейн!

Клим Жуков. Auf Wiedersehen. I'm going home. Ну в конце концов «Эмден» был отловлен австралийским крейсером «Сидней» и в бою погиб, он выбросился на мель. При этом они же не просто так погибли, они же там находились около острова не просто так – они собирались его захватить . Туда был высажен десант 50 человек во главе, если я не ошибаюсь, со старшим помощником Хельмутом фон Мюкке, который эти 50 человек в итоге, захватив старую парусную шхуну, прошёл 11 тысяч миль, дошёл до побережья Турции, дальше пешком они переправились буквально через всю Европу, через Голландию и оказались в Германии с развёрнутым флагом «Эмдена».

Д.Ю. Вот это да!

Клим Жуков. Вот, и был отдан рапорт, что выживший экипаж «Эмдена» прибыл в ваше распоряжение.

Д.Ю. Нет ли у них книжки по типу... не нашёлся ли у них свой Ксенофонт с таким «Анабасисом»?

Клим Жуков. Кстати говоря, Хельмут фон Мюкке – это же вообще удивительный человек, потому что в 1919 году он вступил в будущую НСДАП, естественно, как тогда очень многие военные сделали. Но как-то так получилось, что к 1933 году у него уже была своя боевая национал-большевистская партия. Он яростно поссорился с Гитлером... ну некоторое время он вообще был гауляйтером Саксонии, он сам из Саксонии происходил, и он был в НСДАП гауляйтером Саксонии, но при этом он был яростным сторонником сближения с коммунистами – партия-то называлась национал-социалистической, и поэтому там оказалась масса просто настоящих социалистов, которые просто не знали, куда они вписались, в частности, Хельмут фон Мюкке тоже не знал, куда он вписался. К 1933 году его не только выперли из гауляйтеров и выгнали из партии за его эти выступления просоветские...

Д.Ю. Положил партбилет на стол. Так?

Клим Жуков. ...его едва не посадили в концлагерь, а потом в конце концов посадили в 1936 году. Его спасло только то, что это был супермен Первой мировой войны, вот это его рейдерство на «Эмдене» - его никто пальцем не мог...

Д.Ю. Национальный герой.

Клим Жуков. Его никто пальцем не мог тронуть, он поэтому выступал по-всякому.

Д.Ю. Утратил контроль над собой, да?

Клим Жуков. Да. Но тем не менее, «Эмден» - это отдельная история, про него нужно рассказывать там... как-нибудь в другой раз, короче говоря, специально. А эскадра фон Шпее направилась к островам Самоа, и да, не только с соблюдением радиомолчания, они и мусор с кораблей не выбрасывали, чтобы ни в коем случае мусорным следом себя случайно не выдать, если кто-нибудь там через их кильватерный след пройдёт потом.

Но тем не менее 22 сентября фон Шпее добрался до французского Папеэте и город обстрелял из пушек по славной традиции.

Д.Ю. «Гутен таг», как бы им сообщая, да?

Клим Жуков. Это Французская Полинезия, соответственно, с полным основанием они по воюющей стороне дали залп, в общем, предполагая, что, скорее всего, их местонахождение, несмотря на все усилия, уже не является тайной, по крайней мере направление понятно – в Индийском океане их нет, там за «Эмденом» гонялись так, что, естественно, при такой плотной сети невозможно было бы там проскочить. Значит, вывод: они не в Индийском океане, значит, они идут в сторону Южной Америки, поэтому почему бы уже не пострелять по французам?

Д.Ю. А вот и мы, да?

Клим Жуков. Да. Там же, кстати говоря... отставить «там же» - чуть позже около острова Пасхи их догнал «Дрезден». Да, на острове Пасхи находилась в это время английская археологическая экспедиция, которая вообще не знала, что началась война, потому что у них радио не было. Ну приплыли немцы – чего, приличные люди, они с ними там пообщались, показали, где можно еды купить, вот. Эти им там помахали ручкой и уехали после этого.

Д.Ю. Мирно разошлись, да?

Клим Жуков. Да. В это время, конечно, в Англии была паника, потому что куда делась эскадра фон Шпее, было непонятно, и если вообще-то хохзеефлотт (нем. Hochseeflotte), вот он находится рядом, доставляет массу головной боли, но куда делась целая крейсерская эскадра? Если бы эта эскадра начала бы ураганить на Тихом океане, англичане могли бы лишиться очень серьёзных, между прочим, поставок стратегических товаров и ресурсов. А её нет, где она – неясно, и конечно, нужно было её искать. Её стали искать, некоторое время думали, что она пошла в Индийский океан, потом выяснилось, что там один «Эмден», стало понятно, что в Тихом океане её уже не выловить, потому что она прошла слишком большое расстояние в непонятном направлении, ну а Тихий океан, чёрт возьми, огромный, где её там искать? Ни спутников тебе, ни беспилотников – ничего нету, ни радаров даже нету, поэтому как искать – неясно. Но при этом Тихий океан заканчивается Америкой, это значит, что они поплывут или через Панамский канал, или вокруг мыса Горн, совсем, так сказать, с юга, поэтому их нужно ловить или там, или там. Зачем по всему Тихому океану-то упражняться? Не надо, нужно их вылавливать. Первым морским лордом Адмиралтейства в это время был замечательный человек Луис Александр фон Баттенберг, первый маркиз Милфорд Хэвен, родственник, понятное дело...

Д.Ю. Немец же?

Клим Жуков. Немец, конечно, из Гессен-Дармштадта, естественно, родственник королевской династии, правда, не самый близкий, но родственник королевской династии Англии – Саксен-Кобург-Готы, т.е. немцы, Виндзорами они стали как раз в 1914 году, потому что воюют-то вроде как с немцами, и сами тоже немцы. Люди не понимали...

Д.Ю. Как-то неловко было...

Клим Жуков. ...что происходит, поэтому пришлось стать Виндзорами по имени своего родового замка.

Д.Ю. Прикольно!

Клим Жуков. Да.

Д.Ю. Ну как и у нас, в общем-то, тоже, да?

Клим Жуков. Да, это как я бы сейчас сменил бы фамилию Жуков на Металлистов, потому что живу на проспекте Металлистов.

Д.Ю. Так-так? И что же?

Клим Жуков. При нём был начальник Морского штаба Фридрих Доветон Стэрди, который выступал прямо замечательным организатором, настолько замечательным, что, например, он не выдавал никаких инструкций правильных для кораблей, соответственно, эти инструкции, т.к. их нет, их не выполняли. Вот в итоге крейсера «Кресси», «Абукир» и «Хог» попались на прицел подводной лодки U-9 немецкой, идя тихим ходом, без соблюдения каких-либо противолодочных зигзагов, т.е. просто шли, как три мишени, вот U-9 их всех троих и потопила разом.

Д.Ю. Молодец какой, а?!

Клим Жуков. Почему – потому что, опять же, не было никаких инструкций по этому поводу, соответственно, те инструкции, которые были – не проверялось исполнение. При этом у него были не самые простые отношения с контр-адмиралом Кристофером Крэдоком, который в это время находился как раз около Южной Америки. У него было под рукой 2 броненосных крейсера – «Гуд Хоуп» и «Монмут», соответственно, ещё 3 лёгких крейсера, и конечно же, учитывая, что приближается эскадра Шпее, Крэдок стал запрашивать, какие его действия, потому что он точно знал, какого размера эскадра Шпее. Все знали, какого размера эскадра Шпее, благо она наперечёт в этом Циндао. Сил-то у него явно меньше, чем у Максимилиана фон Шпее, что делать – ему нужны подкрепления, а если нет, то куда ему деваться: идти на перехват, уходить, крейсировать – где? На что Стэрди разродился серией замечательных приказов, вот это просто нужно уметь, это видно, что человек – профессионал бюрократии: из приказа, из которого, казалось бы, должно быть чёткое понимание действий подчинённого, не следовало вообще ничего.

Д.Ю. Молодец.

Клим Жуков. Т.е. понимай, как знаешь.

Д.Ю. Я знаю таких людей, да, которые так умеют.

Клим Жуков. Вот, в итоге ему приказали перебазироваться на Фолклендские острова, потому что там находился старый, но тем не менее броненосец «Канопус», в качестве подкрепления, и Крэдок истолковал это ровно одним способом – что его подставляют под эскадру фон Шпее, но при этом чтобы не обгадиться в очередной раз – ну будет приказ: иди в атаку, Крэдок, как подчинённый, возьмёт под козырёк и пойдёт в атаку, его там, например, утопят, или он не найдёт этого самого фон Шпее – непонятно, ну всё, что угодно может быть, это война же, а значит, виноват будет в итоге Стэрди.

Д.Ю. Канопус в созвездии Киля.

Клим Жуков. О, точно! Ну а таким образом, он как-то так бумажкой себе прикрывает филейную часть, т.е. он вроде бы и не говорит убегать, говорит: нет, находись на Фолклендских островах, а если Крэдок, соответственно, будет находиться на Фолклендских островах и ничего не предпримет, то виноват будет уже не Стэрди, а он, потому что в его зоне ответственности или проскочила вражеская эскадра, или, например, она ограбила там какой-нибудь караван, или расстреляла какой-нибудь город, а значит, ему пришлось действовать самостоятельно. И вот Крэдоку вообще не позавидуешь, потому что он сидит в Порт-Стэнли на Фолклендских островах и думает, что делать, и между прочим, он же не сам туда идёт один набить морду фон Шпее, он рискует 1600 людских жизней, которые ему вверены, и миллионами фунтов стерлингов, которые отлиты в броне и машинах, но тем не менее у него же есть этот «Канопус». Кто сказал, что ему не придали никакого усиления? Это броненосец, он, конечно, старый, он 1899 года рождения, но тем не менее это корабль, который мощнее любого корабля в эскадре фон Шпее, а значит, даже формального повода уклоняться от боя у него нет. И Крэдок пошёл вокруг Южной Америки искать самостоятельно эскадру Максимилиана фон Шпее. Она в это время снялась из Вальпараисо...

Д.Ю. В Чили?

Клим Жуков. Да, и пошла на юг, и они встретились около Коронеля.

Д.Ю. Я, как видный лингвист-филолог: «вальпараисо» – это «парадиз», «райская долина», по всей видимости?

Клим Жуков. Да, это и есть так. Где «Гнейзенау» и «Шарнхорст», одноклассники «Гуд Хоупа» и «Монмута», оказались настолько мощнее обоих этих кораблей, что они их обоих утопили, а заодно ещё и 2 лёгких крейсера. Смог выжить только «Глазго», который убежал обратно на Фолкленды. «Канопус», у которого максимальный ход 18 узлов, естественно, никуда не успел. Он бы мог теоретически, если бы вот их, как рыцарей, поставили бы даже не в чистом поле, а в некоем замкнутом пространстве, он бы, конечно, дал бы дрозда всем этим германским крейсерам, это без сомнений, но...

Д.Ю. Всё сложилось иначе.

Клим Жуков. Он мощно бронирован, у него мощные пушки, его фиг утопишь, но, естественно, это же реальная жизнь – он просто никуда не успел, и поэтому 4 крейсера пошли на дно, и Крэдок погиб на своём флагмане.

Д.Ю. Бедолага!

Клим Жуков. Т.е. его просто подставили, вот натурально, он как офицер не мог не пойти навстречу Шпее, его вынудили пойти, без прямого приказа. И кстати говоря, в Адмиралтействе это все понимали, что Стэрди занимался тем, что в основном прикрывал свою задницу. Его за это терпеть не мог Джон «Джеки» Фишер, просто терпеть не мог! И после того, как сначала утопили 3 крейсера – «Кресси», «Хог» и «Абукир», после того, как утопили 4 крейсера в Тихом океане, естественно, Луи Баттенбергского, как такого замечательного военно-морского начальника, попросили с поста, и на пост оказался снова назначен Джон «Джеки» Фишер, который предложил начальнику штаба лично пойти и поправить собственный косячок.

Д.Ю. Get back with vengence!

Клим Жуков. Да. Требовалось немедленно даже не то, что перехватывать эскадру фон Шпее, это была второстепенная задача, а требовалось восстанавливать престиж страны, потому что Англия – это великая военно-морская держава, как минимум, с середины 18 века, они-то считают, что вообще с 16-го, потому что они разбили Непобедимую Армаду испанскую. То, что потом им буквально месяц-два спустя наклали испанцы обратно...

Д.Ю. Это не считается.

Клим Жуков. ...так, что у них только голова потом шаталась – это не считается. Вот с 16 века они великая военно-морская держава, и они не терпели ни одного морского поражения, да вот начиная буквально с Трафальгара – одни победы. И вот тут буквально в одну калитку им топят 4 крейсера, притом что потерь даже в личном составе на немецкой эскадре почти не было. Т.е. они не то что утопить никого не смогли, они даже не смогли никого там убить, по большому счёту. Ну конечно, тогда англичане об этом не знали, но то, что у них утопили всю эскадру фолклендскую, это они знали точно, и об этом знал весь мир, естественно, поэтому требовалось срочно восстанавливать престиж страны, и поэтому крейсера были направлены сразу же к Панамскому каналу, чтобы Шпее не мог там проскочить – ну а через Панамский канал вообще поди проскочи, он же узкий, там всё просматривается, поэтому, конечно, вариантов, что Шпее там пойдёт, почти не было, и там был заслон чисто формальный, а вот со стороны Фолклендских островов его начали ловить. И тут уже не позавидуешь фон Шпее, потому что он не знал, где именно его будут ловить. Он знал точно, что его будут ловить, это без сомнений, но как идти, потому что есть вариант – идти вдоль нейтральной территории, прямо вдоль берега, для чего он, кстати говоря, ещё перед Коронелем взял на борт местного лоцмана, который очень хорошо знал побережье, потому что вдоль берега пройти – это было очень соблазнительно, потому что там обычно боевые корабли не ходят, т.е. можно прокрасться, и территория это нейтральная. Соответственно, если пройти вдоль Фолклендских островов, обогнуть их, таким образом можно обойти, с одной стороны, силы перехвата и вклиниться между обязательно существующей панамской эскадрой, которая его ловит, и кем-то, кто будет ловить его со стороны южной оконечности Америки, и между ними уйти сразу к Германии, тем более, что таким манёвром он оказывался ближе к Германии. Или наоборот по широкой дуге обойти Фолклендские острова, миль за 150, тем более что они после Коронеля смогли отбункироваться, у них был уголь. Миль за 100-150 обойти Фолклендские острова, таким образом тоже обогнув всех, ну тогда будет, конечно гораздо больше плечо, но всё равно они избегнут сражения, а избегать сражения было надо, потому что было неясно, с кем драться.

Д.Ю. Кто там выйдет, да?

Клим Жуков. И выйдет ли вообще кто-нибудь, потому что вот вы сейчас наоборот загнёте вот такой крюк и из-за того, что вы потратите слишком много времени, вас перехватят не около Южной Америки, а около Европы – сильно легче? Тем более, что это ноябрь заканчивается, это Атлантика, там температура воды 5 градусов в это время – кто попадёт за борт, через 15 минут уже можно будет даже не вытаскивать, он даже утонуть не успеет, он просто замёрзнет.

Соответственно, вариантов действия было очень много, и фон Шпее на военном совете выбирает нечто третье – он выбирает атаку на Фолклендские острова.

Д.Ю. Ничего себе! Отважный!

Клим Жуков. Т.е. он точно знал, что Фолклендская эскадра им самим утоплена при Коронеле, там не может быть ничего, кроме старого броненосца «Канопус». Соответственно, он стремительно атакует Фолклендские острова, высаживает десант, уничтожает радиопередатчик, грабит угольные склады, взрывает военные склады и уходит. Т.е. казалось бы, это настолько дерзкий план, что даже никто и не подумает Фолклендские острова защищать, учитывая, какое превосходство у англичан в силах на море, поэтому его будут ловить или с одной стороны, или с другой стороны, т.е. специально выставив завесу лёгких сил южнее Фолклендских островов, а он раз такой – на Фолкленды удар, и тут же наискосок вверх не северо-восток в Германию. Но тут ему просто не повезло, потому что вообще-то идея был хорошая, идея была правильная, у него были шансы, хотя, конечно, осторожные капитаны, командиры «Гнейзенау» и «Шарнхорста» предлагали обходить вообще не показываясь в виду Фолклендов за 100 миль к югу, но он решил вот так. И он пошёл именно на Фолкленды, а на Фолкленды в это время просто для бункеровки прибыла эскадра Фридриха Деветона Стэрди.

Д.Ю. Ай, блин! Не свезло, действительно, да.

Клим Жуков. Это вообще был очень смелый манёвр, потому что в изловлении эскадры фон Шпее вообще приняло участие около 30 кораблей.

Д.Ю. В отлове.

Клим Жуков. В отлове, так точно! Хорошее слово – отлов, надо запомнить. Около 30 кораблей, т.е. там их 5, ловило 30, и это не считая вспомогательных разных судов, которых на разведку высылали.

Д.Ю. А я тебе тупой вопрос задам: это же начало 20 века, да, а они как – уже радиосвязь там с Лондоном работала, т.е. промеж себя, видимо, как-то...

Клим Жуков. Ну, для этого нужно было корабли-ретрансляторы ставить, напрямую в Лондон-то было не телефонировать, насколько я понимаю.

Д.Ю. Т.е. это вообще в отрыве от спутников, СМС, там – непросто!

Клим Жуков. Да, Телеграма не было никакого, этого самого – Одноклассников, Фейсбука, нельзя было написать куда-то. Вот например, Шпее несчастный, он шарахался когда вокруг Южной Америки, они прибывают в какой-нибудь город где есть немецкое посольство, туда бежит офицер...

Д.Ю. Нарочный.

Клим Жуков. ...там телеграфирует через телеграф, там попивая кофий, посол говорит: «Кажется, вам каюк». Да, ну а чтобы отловить эту эскадру несчастную, потребовалось очень много кораблей, тем более, когда он, как я рассказывал, при Коронеле перетопил кучу англичан, для этого потребовались вполне конкретные усилия, и чтобы точно их гарантированно победить, нужно было использовать чудо-оружие, а именно линейные крейсера, и т.к. этих линейных крейсеров отрядили несколько в погоню, оказалось, что у англичан на месте в метрополии остались «Лайон», «Куин Мери» и «Нью Зиланд» - боеспособные линейные крейсера, а у немцев в это время буквально вот через пролив и через Северное море были «Фон дер Танн», «Мольтке», «Зейдлиц» и «Дерфлингер», т.е. 4 линейных крейсера. Но Фишер, как Первый морской лорд, всё равно пошёл на это, имея в виду, что сейчас они быстро должны победить фон Шпее и вернуться домой, немцы вроде как не должны успеть среагировать. Ну тем более, что такое – превосходство в один линейный крейсер? Это же понятно, что они всё равно на эскадренное сражение не пойдут, вот крейсер на крейсер, как рыцари. Но тем не менее, некий риск был, потому что 4 линейных крейсера под боком, это значит, что они просто могут очень серьёзно осложнить коммуникации, а вот конкретно сейчас тут ловить их будет нечем, потому что ни один линкор, по которым у англичан было явное преимущество, за линейным крейсером не угонится, потому что он просто быстрее катается. Понятно, что если вдруг будет именно сражение эскадра на эскадру, как Ютландский бой, там линкор сможет стрелять по линейному крейсеру в силу того, что он ездит с той же скоростью, что и вся эскадра, а если линейный крейсер соберётся грабить коммуникации, вот поди его догони на линкоре-то. Но Уинстон Черчилль всем сообщил, что по сведениям разведки, которые он имеет, «Дерфлингер» в ремонте, поэтому будет три на три, спокойно ловите. И Фишер пошёл на такой манёвр.

Он в итоге оправдался, и Шпее обложили буквально со всех сторон, потому что из Японии вышли «Курама», «Цукуба» и «Иокома», броненосный крейсера с 305 миллиметровыми орудиями, и они загоняли их к Южной Америке, к Карибам. Пришла «Принсесс Ройял»...

Д.Ю. Это уже на той стороне, да?

Клим Жуков. Это уже в Атлантике. Японцы по Тихому океану их гнали, естественно, к Южной Америке, а с той стороны из Атлантики к ним заходили.

Д.Ю. А как они знали, немцы, что японцы их гнали – они их видели, или как?

Клим Жуков. А сообщали, когда проходили они... когда их засекали около того или иного острова, который принадлежал немцам, могли телеграфировать. Ну в общем, нужно было бы быть совсем дураком, а фон Шпее таковым не был, чтобы не понимать, что союзники англичан и французов японцы отрядят обязательно погоню за фон Шпее, ну хотя бы чтобы обозначить себя в качестве союзника. Т.е. не факт, что они прямо бы вот ловили немцев изо всех сил, но тем не менее поворачивать в их сторону было опасно, потому что если бы они встретились, им пришлось бы воевать.

Д.Ю. Ну короче, это как городовой на перекрёстке стоит с саблей, и уже воцаряется порядок вокруг.

Клим Жуков. Так точно. Около Мыса Доброй Надежды в это время, потому что мало ли бы они пошли вдоль Атлантики к Африке, там стояли «Дифенс», «Минотавр», «Дартмут», «Веймут» и броненосец «Альбион», т.е. их ещё и с той стороны караулили.

Д.Ю. «Минотавр» - хорошо.

Клим Жуков. «Минотавр» - это броненосный крейсер английский. У них вообще очень много хороших названий, они любили периодически назвать что-нибудь типа «Беллерофонт» в честь каких-нибудь античных героев легендарных, потому что мне кажется, что называть крейсер в честь города – ну как-то это скучно.

Д.Ю. Несерьёзно. Вот «Минотавр...» - круче может быть только, наверное, «Люцифер» или «Бафомет».

Клим Жуков. Да. В Карибах стоял броненосец «Глория» и броненосные крейсера «Конде», Ланкастер» и «Бервик», ну а на Фолклендах, как я уже говорил, стоял «Канопус», который не успел доехать до Коронеля, зато успел вернуться. Ну и эскадра Фридриха Доветона Стэрди пошла на Фолклендские острова с целью бункеровки, т.е. они должны были получить уголь и дальше, опираясь на острова, как на базу, оперировать по Атлантическому океану в поисках фон Шпее. Но фон Шпее-то, как я сказал, приехал туда сам, причём так получилось, это вообще какое-то фатальное стечение обстоятельств: англичане очень сильно опоздали против плана в прибытии на Фолкленды – они прибыли туда 7 декабря, а должны были прибыть 3-го. Если бы они прибыли 3-го, они бы числу к 5-ому уж точно бы вот по самые глаза бы уже заправились углём и ушли искать фон Шпее, а фон Шпее бы приехал к пустым островам, ничем не защищённым, но они прибыли туда с опозданием 7-го, и 8 декабря туда прибыла эскадра фон Шпее.

Д.Ю. Ох, не повезло!

Клим Жуков. Вот прямо всё сложилось один к одному. А т.к. только что в Вальпараиса стояла эскадра, они получили данные разведки, что никаких кораблей, кроме «Канопуса», который двигался своим ходом к Фолклендам, там нет. Ну опять же повторюсь: только фон Шпее лично утопил 4 англичанина, которые там стояли, в Фолклендах, поэтому у него практика личная его с донесениями разведки вполне сошлась. Ну и как я рассказывал, родилась такая идея – напасть на Фолкленды, ограбить угольные склады, разрушить укрепления, если получится, отловить губернатора, потому что незадолго до этого...

Д.Ю. Увезти его в клетке.

Клим Жуков. Да, незадолго до этого союзники поймали самоанского немецкого губернатора, они решили таким образом ещё и отплатить: вот вы нашего губернатора, а мы вашего – что вы на это выразите?

Д.Ю. Как вам такое?

Клим Жуков. Да. Ну и всё сложилось, повторяю, крайне неудачно для фон Шпее, потому что могло обойтись, вот могло, он почти выскользнул, т.е. его, не знаю уж, аналитические ли, или чисто интуитивные рассуждения в общем оказались бы правильны, если бы ему просто не не повезло вот так фатально. Притом, что, естественно, думал-то он не один, у него же там целый штаб был в виде капитанов кораблей, капитанов-цур-зее, которые командовали броненосными крейсерами, и фрегаттен-капитана, который командовал лёгкими крейсерами. Естественно, ему советовали что-то – ехать туда или сюда, причём половина говорила, что ни в коем случае, нужно Фолкленды обходить так, чтобы их видно не было, а другие говорили: нет, ваша идея, мон адмирал, хорошая, нужно атаковать. И он в итоге послушался тех, кто собирался атаковать.

Ну и что мы, собственно, видим: в 6 утра 8 декабря часть кораблей англичан ещё находились под бункеровкой, а именно: «Карнарвон» и «Глазго» уже отбункеровались. «Глазго» то самое, которое с Коронеля сбежало счастливо, единственный корабль, который там выжил. И линейные крейсера встали под погрузку, это 6 утра, при этом на «Корнуолле» задумались, что что-то у нас после перехода как-то машина разболтана, не разобрать ли её нам? И в 7:50 утра с наблюдательного поста на горе Саппер-хилл сообщили, что на горизонте видны какие-то военные корабли.

Д.Ю. Дымы...

Клим Жуков. Стэрди, ослабив воротник, сказал, что хватит грузиться углём, если вы не разобрали машину, и не разбирайте – всем в море!

Д.Ю. Не разобрали?

Клим Жуков. По крайней мере, фатально её не успели разобрать, видимо, учитывая, что «Корнуолл» вполне себе в военных действиях участие принимал, видимо, там они только успели какие-то гайки свинтить и тут же их обратно кинули. В 5:30 Шпее приказал, ну со своей стороны если посмотреть, т.е. это в 6 они там частично грузятся, а в 5:30 Шпее приказал сыграть боевую тревогу и увеличить ход до 18 узлов, чтобы, так сказать красиво на всех парах ворваться в Фолклендскую гавань.

Тут же опять нужно понять, что из себя к этому времени представляла германская эскадра: вот они как из Циндао вышли ещё до войны, вот так они, по-хорошему говоря, в нормальный порт ни разу не вставали, т.е. они ни разу не могли починиться, почистить днище, и проч. Т.е. у них днища обросли водорослями и ракушками, механизмы были очень изношены, плюс всё-таки они, хоть и в победоносном, но в бою только что поучаствовали, т.е. у них машины изношены, днища обросли всякой дрянью, соответственно, ход замедляется, и половина снарядов расстреляна на всех кораблях, а на лёгких крейсерах ещё и больше. Из-за износа машин и обрастания днища пакостью различной у них максимальный ход был, объективно говоря, не полный, а узлов 19, может быть, т.е. 18 это на этот момент для них был полный ход, в то время как англичане, повторюсь – то, с чего мы начинали вообще наш разговор – могли до 25 узлов дать спокойно, ну линейные крейсера, конечно. При этом «Гнейзенау» отстал, т.е. один из двух броненосных крейсеров немцев, сообщил, что у них произошла навигационная ошибка, они прибудут к Фолклендам с некоторым опозданием, и вот в 8:30 капитан «Гнейзенау» Меркер увидел, что над горизонтом где-то в районе Порта-Стэнли густой дым. Естественно, это были дымы эскадры, но т.к. это было очень далеко, а эскадры там быть не могло, он сначала решил, что это англичане засекли и подожгли угольные склады, чтобы они не могли уголь отобрать. Но в 9 утра, через полчаса, наблюдатели увидели трубы и мачты, соответственно, стало понятно, что это эскадра – а собственно, что бы это ещё могло быть? Капитан-лейтенант Буше с «Гнейзенау» передал, что это не просто мачты, а он находился высоко в наблюдательном посту, он сказал, что это трёхногие мачты – это значит, что это линейные крейсера, потому что это их отличительная черта, издалека это было сразу видно. Ну потому что что там – какой-то силуэт непонятный, дым валит, кто – ну корабль, да, военный, какой – если видишь такую мачту, понятно, кто это, это примета яркая. Причём Меркер сначала не поверил, а потом оказалось – зря не поверил, потому что немцы продолжали приближаться к Фолклендским островам, а в 9:25 по ним уже стал стрелять «Канопус» броненосец, который, напомню, посадили а гавани на мель в качестве береговой батареи, потому что было ясно, что за современными крейсерами ему не угнаться, ну так по крайней мере его утопить не смогут, если что, потому что он уже на мели, будет стоять и стрелять. Учитывая, что это всё-таки хоть и старый, но броненосец, он прилично прикрыт бронепоясом, и он, сидя на мели, будет очень крепким орешком, очень серьёзной огневой точкой. Ну и естественно, немцы вынуждены были отворачивать, потому что там 305-миллиметровые пушки, опять же, хоть и старые, но 305-миллиметровые – не шутки. Немцы пошли на восток, причём сначала Меркер на «Гнейзенау» пытался отрезать лёгкие крейсера немецкие от входа в гавань, но Шпее уже вот тогда точно понял, что хотя вот вся эта эскадра английская выходит в море не одновременно, но он понял, что всё, уже всё пропало, уже не до геройства, нужно просто попытаться убежать, он однозначно приказал всем уходить на восток, и эскадра немецкая пошла в сторону востока.

К 11:00 германская эскадра выровнялась, шли в порядке: головным «Гнейзенау», за ним «Нюрнберг», потом «Шарнхорст», потом «Дрезден», потом «Ляйпцихь». Ну а к 10:00 уже у них на кормовых ракурсах однозначно появились линейные крейсера, и их уверенно опознали, как «Инвинсибл» и «Инфлексибл». Уходить у немцев не получалось, повторюсь: ну 19 узлов они могли выдать – это просто максимум, в то время как англичане могли втопить 25-25,5. Т.е. да, расстояние было приличное, но то, что их догонят, это был просто вопрос времени. Причём, для Стэрди было ясно, что если к 11:00 приблизительно между ними было миль 19-20, сейчас точно вряд ли уже можно точно сказать, ну около того, т.е. понятно, что до заката ещё часов 8, и есть время от души подраться при свете дня, ничего не помешает.

«Глазго» крейсер лёгкий, сравнительно быстроходный, он всё время находится в контакте с немецкими крейсерами, я имею в виду – в визуальном контакте, т.е. он в них не стрелял и близко не подходил, наученный горьким опытом, как это было при Коронеле, но он постоянно смотрел в качестве разведывательного судна, кто куда едет, потому что немцы же могли рассыпаться, и ищи их потом. Вот, соответственно, с «Глазго» стучали, кто куда направляется.

Д.Ю. А радаров у них тогда никаких не было, да? Только глазами?

Клим Жуков. Да. Это 1914-ый год ещё, до изобретения рабочего радара ещё ого-го! Примерно в 11:30 Стэрди понял, что его эскадра очень сильно растянулась, задробил ход до 20 узлов, собрал эскадру и где-то через час, к 12:20 – 12:30 эскадра собралась и снова дала...

Д.Ю. Газу!

Клим Жуков. Дала газу, да, конечно. Причём как газу: самое главное, что шли в атаку линейные крейсера, имея в виду, что это в данном случае козырная карта в силу сверхмощной артиллерии. И где-то в 12:47 Стэрди поднял флаг с приказом начать бой, потому что расстояние 80 кабельтовых, это где-то около 15 км, это уже было вполне достижимо для английских пушек. Раздались первые выстрелы по концевому «Ляйпцигу». С «Ляйпцига» отвечали в 12:58 по «Инвинсиблу», и естественно, пока никто ни в кого не попадал, потому что расстояние было слишком большое, ну а накануне по дороге к Фолклендам англичане провели учебные стрельбы, «Инвинсибл» выпустил 32 снаряда главного калибра, попал один раз, а потом – такой несчастный корабль, прямо скажем – потом намотал буксировочный трос мишени себе на винт, и его сутки потом снимали.

Д.Ю. Это всё время интересует: это же на ходу, волны – как там вообще попасть можно? Или они как раз для этого таких диких калибров, чтобы одного раза было достаточно, или что?

Клим Жуков. Ну попасть-то можно.

Д.Ю. Как при качке можно попасть?

Клим Жуков. Ну, когда мы разговаривали про Ютландский бой, я рассказывал об этом механизме, сейчас напомню: там нечто вроде нашего строительного уровня, который фиксирует, когда корабль находится в горизонтальном положении, в этот момент подаётся автоматическая команда на электрозамыкатели цепей, и как только корабль становится на ровный киль, происходит с ровного киля выстрел.

Д.Ю. Прикольно!

Клим Жуков. Иначе-то никак. Это хорошо было во времена парусного флота, когда они на расстоянии 200 метров, 100 метров друг по другу стреляли, там всё равно.

Д.Ю. Хорошо было у викингов, когда «кошками» борт к борту притянуть...

Клим Жуков. Это совсем хорошо.

Д.Ю. ...и друг друга резать уже вдохновенно, чтобы никто не убежал.

Клим Жуков. Да. Т.к. британцы... ну в общем, они все находились в неких объективных условиях, а объективные условия были такие, что ветер дул в спину британцам, соответственно, их собственный дым обгонял их и мешал стрелять, а дымили они очень сильно, потому что это боевой ход, стало быть, они переходят на нефте-угольное отопление, и там дым от мазута и угля просто чудовищный. Если посмотреть на фотографии, я пришлю, крейсера «Инвинсибл» как раз в том самом походе, там крейсера половины не видно из-за того, как у них из труб валит.

Т.к. британцы шли, естественно, носами к немцам, они не могли нормально пристреливаться в силу того, что одновременно могло стрелять очень мало пушек, с полузалпа получалось 3 снаряда, может быть, даже 2. Факт в том, что это очень медленная пристрелка, получаешь слишком маленькую статистику по всплескам. В итоге 20 снарядов, которые выпустили по «Лейпцигу» - ни одного попадания вообще, т.е. они вроде...

Д.Ю. Я уже за немцев переживаю, ёлы-палы!

Клим Жуков. Это правильно. Тем не менее, хоть стрельба была и не очень меткая по разным причинам, но абсолютно ясно, что сейчас «Лейпциг» утопят, потому что он лёгкий, ему много не надо, ему нужно просто одно удачное попадание, чтобы у него ход замедлился, после чего его догонят и расстреляют. Поэтому Шпее приказывает рассыпаться, соответственно, главные силы «Гнейзенау» и «Шарнхорст» повернули на северо-восток, а «Нюрнберг», «Дрезден» и «Ляйпцихь» пошли на юг. Стэрди это дело предусматривал, потому что было ясно, что, естественно, лёгким кораблям удирать от эскадры гораздо удобнее, поэтому, может быть, они попытаются уйти раздельно, и поэтому уже сразу в плане была готова инструкция, что если так получится...

Д.Ю. Кто за кем, да?

Клим Жуков. ...лёгкие крейсера англичан догоняют лёгкие крейсера немцев, а линейные крейсера «Инфлексибл» и «Инвинсибл» догоняют основные силы, и конечно, броненосный крейсер «Карнарвон», так чтобы был серьёзный перевес над немцами.

В 13:20 началось сражение главных сил. «Инвинсибл» стрелял по головному «Гнейзенау», а «Инфлексибл» по «Шарнхорсту», на котором, напомню, держал флаг адмирал фон Шпее. Потом они рокировались, «Шарнхорст» ушёл вперёд, «Гнейзенау» остался сзади, ну и соответственно, после перестроения «Инвинсибл» стал стрелять по «Шарнхорсту», а «Инфлексибл» по «Гнейзенау», и в 13:25 с расстояния 70 кабельтовых огонь наконец открыли немцы. Напомню: они могли стрелять так же далеко, как англичане, возможно, даже чуть-чуть дальше, но всё-таки калибр 210 мм на такой дистанции против таких огромных и мощных кораблей, какими были линейные крейсера, несмотря на все их недостатки в головной первой серии, это слабый аргумент. А вот уже когда поближе, с 70 кабельтовых, уже можно было наносить им серьёзные разрушения даже из 210-миллиметровых пушек.

Где-то к 13:44 – 13:45 они сблизились до 65 кабельтовых, и «Инвинсибл» получил первое попадание, причём Стэрди после этого всё понял и приказал отворачивать, чтобы как можно больше дистанцию дать. Это почему: естественно, на дальней дистанции 305-миллиметровая артиллерия в случае попадания, в случае накрытия будет однозначно выигрывать у более лёгких пушек немцев. Причём попадание оказалось весьма уверенным, потому что 210-миллиметровый снаряд, оказалось, ещё раз говорю, проламывает главный бронепояс линейных крейсеров в любом месте, куда бы он ни попал, т.е. парировать 210-миллиметровый немецкий снаряд даже главный бронепояс мог только в том случае, если снаряд попадал под каким-то очень серьёзным углом, в противном случае его пробивало. Тут в первый раз стало понятно, что головные линейные крейсера англичан слишком слабо бронированы для серьёзного эскадренного боя, потому что даже старые слабые пушки калибра 210 мм выходили серьёзным противником против такой мощной, казалось бы, машины, какой был линейный крейсер. Причём на предельной дистанции англичане продержались только некоторое время, почему – потому что с большой дистанции, повторяюсь, вдруг опять же оказалось, что стрельба англичан была малоэффективна, они просто очень редко попадали.

Ну и конечно, чтобы добавить остроты моменту, «Инвинсибл» опять подкинул своим хозяевам сюрприз – от отдачи заклинило одно из орудий башни А.

Д.Ю. Неплохо. Так?

Клим Жуков. Там поломался затвор, и это орудие, в общем, в бою больше участия не принимало. Вот я говорю: у «Инвинсибла» с самого начала начались какие-то проблемы, вот он ещё даже воевать не успел начать, а уже у него всё было плохо.

Д.Ю. Может, не освятили перед выходом в море?

Клим Жуков. Или некачественно освятили, это же всё-таки протестанты англиканские, у них связи-то не те совершенно.

Д.Ю. Да.

Клим Жуков. Их провайдер не очень.

Д.Ю. Не тот.

Клим Жуков. Не тот провайдер, да. Тут ещё важно вспомнить конструкцию германских броненосный крейсеров, о ней мы в начале говорили: у них часть артиллерии главного калибра находилось в башнях, и в башнях они могли поднимать довольно высоко ствол, а значит, далеко стрелять, а часть находилась по бортам в казематах, и у них угол возвышения, у этих 210-миллиметровых пушек, был гораздо меньше, поэтому часть артиллерии главного калибра не могла вообще стрелять на ту дистанцию, на которую стреляли башенные установки. Соответственно, оказавшись на максимальной дистанции, англичане могли передохнуть просто потому, что по ним приходило меньше снарядов главного калибра, это было важно.

Но тем не менее, с немцами нужно было что-то решать, а решать можно было только на средней дистанции, поэтому Стэрди в 14:59 сократил дистанцию до 62,5 кабельтовых – это для серьёзной пушки вообще не дистанция, потому что уже с такой дистанции немцы стали стрелять ещё и из 150-миллиметровых орудий вспомогательных. Бой достиг максимального напряжения. «Инвинсибл» и «Инфлексибл» получили приказ перейти на беглый огонь, и буквально всё море потонуло в грохоте и пушечном дыму, даже эти самые противоположные бортовые башни повернулись через палубу и стреляли по немцам, т.е. огонь шёл со всего борта. К 15:10 – это уже сколько, считай, с 13:30 бой идёт – 2 очень слабых по сравнению с англичанами немецких крейсера до сих пор держатся и до сих пор не получили серьёзных фатальных повреждений, более того, уверенно отвечали англичанам, поражая вражеские корабли. Но в 15:10 «Гнейзенау» наконец получил 305-миллиметровый снаряд под ватерлинию. Взрыв был серьёзный, судя по всему, на этой дистанции англичане уже применяли бронебойные снаряды, если они на максимальной дистанции стреляли фугасными, чтобы посечь осколками и мощью взрыва всё, что можно, на палубах при попадании, то со средней дистанции они перешли на бронебойные, и хотя бронебойные снаряды были у англичан не очень, но всё-таки 305 мм – это 305 мм, и броневой пояс «Гнейзенау» оказался пробит, соответственно, в отсеках раздался взрыв, получилась пробоина, и «Гнейзенау» получил крен на борт. Соответственно, у него сразу уменьшился ход.

Д.Ю. А что а таких случаях делают? Набирают воду с другой стороны?

Клим Жуков. Контрзатопление, да, но всё равно это некоторое время занимает, во-первых, во-вторых, всё-таки это же не просто вода набралась, а там прогремел взрыв, т.е. есть повреждения. Причём сейчас нам сложно судить о повреждениях немцев в силу того, что оба корабля лежат на глубине нескольких километров, т.е. нужно отправлять туда экспедицию и точно считать, какие там дырки где. Это мы у англичан можем точно посчитать, сколько пришло снарядов, потому что они уцелели, соответственно, их потом ремонтировали, осматривали, и есть точная фиксация каждого попадания, просто потому что их нужно было ремонтировать, и значит, платить деньги. Где деньги, там всё время считают. Ну а немцам уже ничего не нужно было платить, потому что они утопли благополучно.

«Шарнхорст» потерял одну дымовую трубу и загорелся, причём дым был настолько серьёзный, что Стэрди пришлось описывать циркуляцию, чтобы выйти со стороны, где нет дыма, и продолжить бой. В это время где-то, наверное, в течение 10 минут осколок сбил с мачты «Шарнхорста» вымпел адмирала фон Шпее. С «Гнейзенау» сразу спросили: «Адмирал убит?», а адмирал приказал флажным семафором ответить, что он жив, и что «вы, господин капитан-цур-зее Меркер, были абсолютно правы – на Фолкленды идти было не надо».

Д.Ю. Для тех, кто не в курсе: когда не было нормального радио или невозможно было пользоваться, специальный матрос специально флажками махал там это...

Клим Жуков. Я подозреваю, что он не махал флажками, а там на мачте подняли необходимый набор флагов, чтобы можно было понять, что они там говорят.

Д.Ю. И мигали прожектором ещё.

Клим Жуков. Да, но днём это не сильно помогало – прожектор, а вот флажки было видно.

Д.Ю. Через немецкую оптику «CARL ZEISS».

Клим Жуков. Да, «CARL ZEISS». Это, собственно говоря, были последние фразы, которыми обменялись Шпее и капитан-цур-зее Меркер, в этой жизни, по крайней мере, потому что...

Д.Ю. Как говорил брат Эгиль Скаллагримссон: «Бля, ещё бы два шага».

Клим Жуков. «Ещё бы два шага», да. Потому что на такой дистанции всё-таки стала сказываться серьёзная разница в весе бортового залпа, заработала вот банальная арифметика, даже не математика, а просто арифметика войны: если огромный линейный крейсер получал попадание от броненосных крейсеров немцев 210 мм, это, конечно, было крайне неприятно, но когда попадало 305 мм, у гораздо меньшего корабля, который имел схожее бронирование с линейным крейсером, разрушения были гораздо сильнее, и у «Гнейзенау» тяжело пострадали казематы 150-миллиметровых орудий, т.е. огонь вспомогательной артиллерии стал слабеть, и было затоплено котельное отделение № 1 и начало подтапливать котельное отделение № 3, т.е. он даже и 18 уже узлов не мог давать, соответственно, англичане могли маневрировать и выбирать выгодный ракурс для стрельбы. Ну кроме того, «Гнейзенау» горел.

Ну а у «Шарнхорста» было всё совсем плохо, потому что это головной корабль, на нём был сосредоточен главный огонь. Пожары тушить уже не получалось, «Шарнхорст» серьёзно полыхал.

Д.Ю. А что там горит на железном корабле?

Клим Жуков. О, там очень много, оказывается, чему есть гореть, потому что, во-первых, там и дерево есть, кроме того, там есть масса всякого пластика, и когда всё-таки его поджигают, там полыхает так...!

Д.Ю. А вокруг же вода – мотопомпы, там...

Клим Жуков. Да, конечно, немцы тушили, но на какой-то момент, опять же, если бы он просто загорелся, его бы можно было потушить – по нему же стреляют. Как только люди оказываются...

Д.Ю. Фугасами?

Клим Жуков. Да, вспомогательная артиллерия, конечно, в основном стреляет фугасами, а там 152 мм прилетит и взорвётся на палубе – это же вообще!

Д.Ю. Как говорил И.П. Бабенко, который сидел на высоте 3234, выстрел из гаубицы...

Клим Жуков. В Афганистане?

Д.Ю. ...да, 152 мм радикально отличается от 122 мм. Так-так?

Клим Жуков. Соответственно, пожарные команды просто выбивает осколками. Это в чистом поле когда 152 мм рванёт, очень неприятно, но там есть где спрятаться, а когда у тебя весь корабль 170 метров, и на палубе такая штука бабахнет... Я уж молчу, что может бабахнуть 305-миллиметровый фугас, что совсем нехорошо. У нас таблица стрельбы есть на 30-ой бронебашенной батарее в Севастополе, где стоят как раз пушки 305-миллиметрового калибра, ну правда, более современные относительно описываемого боя, там есть таблицы разлёта осколков фугаса при разных углах попадания – вот при абсолютно ровной местности 305-миллиметровый снаряд даёт разлёт осколков километр на 350 метров. Эллипс.

Д.Ю. Ого! Хороший.

Клим Жуков. Вот, соответственно, это весь корабль буквально может быть прошит этими осколками. Понятно, что там броневые рубки это всё парируют и бронебашни, но тем не менее. Я уж молчу о том, что если это рванёт, то там и осколков-то не надо, там всё, что вокруг есть, сдует просто взрывной волной.

Д.Ю. Они тогда ещё не додумались снаряды гвоздями набивать, там, нет? Только осколками?

Клим Жуков. А против бронированного корабля шрапнель-то не помогает – зачем?

Д.Ю. Ну там же люди, это же для людей. Все для людей!

Клим Жуков. Люди-то в основном всё-таки находятся под защитой брони, поэтому шрапнель не очень нужна, поэтому нужен фугас. Вот фугас – да, он может, во-первых, нанести серьёзные повреждения небронированным постройкам, а во-вторых, фугас даёт массу осколков не хуже, чем шрапнель, и эти осколки, самое главное, они настолько тяжёлые и скоростные, что могут пробить и лёгкую броню или небронированные части. Осколок для корабля тоже опасен весьма, там не только бронебойный снаряд. Ну у нас Цусима была проиграна в основном из-за действий именно фугасной артиллерии. Т.е. т.к. броненосец и несёт броню, но эта броня далеко не везде, эти осколки могут повреждать всё, что не бронировано.

Д.Ю. Когда я был в Соединительных Штатах и посещал там линкор «Айова», если я правильно помню, там командные рубки – просто цилиндр какой-то бронированный, вот такой толщины броня, там щели, как эти... Весь командный состав сидит, запрятавшись там, и в дырки смотрит, блин.

Клим Жуков. Ну это правильно, потому что...

Д.Ю. Т.е. видимо, там шарашит так, что я даже не знаю.

Клим Жуков. Во-первых, в рубку стараются попасть, чтобы обидеть всяких адмиралов.

Д.Ю. Да. Унизить.

Клим Жуков. И оскорбить, вот. Во время Русско-японской войны все эти золотопогонники и эполетоносцы страшно любили выйти на верхний мостик, который вообще ничем не защищён, и там в своих белых мундирах...

Д.Ю. Лезгинку!

Клим Жуков. Да, там в подозрительные трубы гордо осматривать неприятеля и руководить боем. Ну понятно, что если туда что-то попадало, погибали все.

Д.Ю. Молодцы, да. Додуматься надо.

Клим Жуков. Да, поэтому потом там уже и в Первую, и тем более по результатам Первой мировой войны уже ко Второй мировой войне там было абсолютно железно предписано, что если какая-нибудь золотопогонная сволочь полезет на незащищённый мостик, хватать и волочь его обратно в цитадель и запирать там.

Д.Ю. На тебя же страна сколько денег потратила, на идиота, чтобы тебя воспитать, выучить, а ты тут прыгаешь. Недопустимо!

Клим Жуков. К 16:00 «Шарнхорст» потерял ход. У него половина пушек уже вообще никак не стреляла, но часть стреляла и, что самое главное, он не спускал флаг, а значит, по морским законам войны, если он не спускает флаг, корабль считается несдавшимся, и значит, по нему нужно продолжать стрелять. И англичане продолжали стрелять. Кстати говоря, более тихоходный «Карнарвон» к этому времени уже догнал немцев, и уже 3 корабля расстреливали «Шарнхорст» и «Гнейзенау». И вот в 16:04 вдруг с «Шарнхорста» прекратили стрелять, флага, однако, не спускали.

Д.Ю. Военная хитрость?

Клим Жуков. Нет, это был, собственно, конец – у него что-то взорвалось серьёзно внутри, была очень серьёзная пробоина, «Шарнхорст» начал очень быстро крениться вдруг, опять же, это было совершенно неожиданно: вот он только что стрелял, тут вдруг стрельба затихла, и корабль стал резко крениться. Ну, затихла она почему – потому что, видимо, там закричали: «Спасайся, кто может!», и просто люди побежали с боевых постов.

Д.Ю. Это официальная команда?

Клим Жуков. Ну, я условно сказал.

Д.Ю. «Abandon ship» – наша с Дементием любимая команда.

Клим Жуков. Да. Утонул он за 13 минут.

Д.Ю. Ого! Очень быстро.

Д.Ю. А матросики – кто-нибудь спасся?

Клим Жуков. Т.к. в это время «Гнейзенау», несмотря на то, что ему тоже уже было совсем нехорошо, также не спускал флаг, вместо того, чтобы спасать людей с «Шарнхорста», англичане, естественно, занялись «Гнейзенау», и поэтому на «Шарнхорсте» не выжил вообще никто.

Д.Ю. Обалдеть!

Клим Жуков. Это 8 декабря, повторюсь, там максимальная температура в Южной Атлантике у воды в это время градусов 6, соответственно...

Д.Ю. 10 минут – и всем кранты.

Клим Жуков. ...шансов просто никаких, потому что кровь начинает отливать от кожи, от мышц и поступает в середину организма, сердце просто не справляется и останавливается. Т.е. даже, в общем, замёрзнуть не успеешь, просто сердце остановится от переохлаждения, и это довольно быстро, но крайне неприятно. Собственно, на «Шарнхорсте» погиб и Максимилиан фон Шпее, который только что буквально таким же образом утопил Кристофера Крэдока на Коронеле.

И вот теперь «Гнейзенау» остался один. Сразу 3 бронированных динозавра стали его расстреливать, причём «Инфлексибл» пошёл на бой на контркурс, зашёл ему с кормы и принялся расстреливать его продольными залпами. Причём вот в 16:17 утонул «Шарнхорст», в 17:00 «Гнейзенау» ещё отстреливался, один против трёх кораблей, т.е. немцы построили что-то невероятно крепкое.

Д.Ю. Джигиты, блин!

Клим Жуков. Причём, с «Гнейзенау» не отвлекались, они как начали стрелять по «Инвинсиблу», так и продолжали стрелять по «Инвинсиблу».

Д.Ю. Уязвлять «Неуязвимого».

Клим Жуков. Да. К 17:15 они дали последнее попадание в «Инвинсибл». В это время нос и корма «Гнейзенау» были охвачены пожарами, а ход упал до 8 узлов, т.е. у него стало сказываться то, что уже сколько – 2 котельные затопили, соответственно, они не могли давать никакой тяги. К 17:30, т.е. ещё 15 минут крейсер продолжал бой главным калибром, после чего, выжившие офицеры докладывали, что к 17:30 не осталось ни одного снаряда 210 мм, им просто нечем было отстреливаться, остались только 150-митллиметровые снаряды. Т.к. шансов у «Гнейзенау» не было никаких, если всё-таки 210 мм теоретически мог утопить большой линейный крейсер, и уж для броненосного крейсера вообще было серьёзнейшей угрозой, то 150 мм – это просто ни о чём, против таких огромных кораблей просто не работает, это всё-таки противоминный вспомогательный калибр, но немцы всё равно продолжали отстреливаться и не спускали флаг. Однако, к 17:50 было понятно, что всё кончено, «Гнейзенау», опять же, стал крениться и в 18:00 за 10 минут утонул. В воде оказалось до 300 человек, остальные погибли на боевых постах или были уничтожены артиллерийским огнём, и вот тут-то англичане, конечно, верные законам войны, принялись их спасать со всем основанием, однако, из 300 человек, по-моему, треть не выжила, из тех, кого умудрились поднять – опять же, повторюсь, от обморожения.

Англичане очень тщательно расспрашивали выживших немецких офицеров о попаданиях. Ну естественно, немцы что-то рассказывали, но, опять же, это люди, которые находились только на своих боевых постах и всего видеть не могли – это раз, во-вторых, это последнее, что они запоминали – конкретно куда и чем попали англичане, они в основном занимались тем, что работали или старались выжить, поэтому объективных данных о попадании в немцев у нас нет, но об этом чуть позже.

В это время лёгкие крейсера англичан, тотально превосходящие силы преследовали лёгкие крейсера немцев. Естественно, они их догнали в силу того, что, повторюсь, немцы имели изношенные механизмы, они их догнали и утопили всех, кроме «Дрездена». «Дрезден» ушёл.

Да, так вот, по поводу попаданий: в «Инвинсибл» немцы дали 23 попадания, из них, если я не ошибаюсь, 18 попаданий главным калибром, остальное или противоминным вспомогательным калибром, или какие-то неустановленные попадания.

Д.Ю. Много!

Клим Жуков. Да, у немцев оказалась превосходно отработанная стрельба, у них процент попаданий был гораздо выше, чем у англичан, потому что англичане, истратив 1450 снарядов по этим двум крейсерам, ну опять же, данные расходятся, говорят, попали 80 раз в «Шарнхорст» и 70 в «Гнейзенау», и это, в общем, был...

Д.Ю. Какое-то дорогостоящее развлечение.

Клим Жуков. Очень, очень, очень дорогостоящее! И если это было в самом деле так, отсюда следуют 2 вещи, обе для англичан крайне нелицеприятные и дурно звучащие в смысле предупреждения: первая – это даже не линейный крейсер, это броненосный крейсер, т.е. линейному крейсеру вообще не соперник, но если чтобы его утопить потребовалось 80 попаданий 305-миллиметровых снарядов, что же будет, если они сойдутся с одноклассниками, т.е. с линейными же крейсерами или, не дай Бог, линкорами – их-то чем топить в итоге? Это первое. Второе: если даже 80 попаданий они дали, то это что получается – 1,5% эффективность стрельбы?

Д.Ю. Говорят, в американской полиции 2%.

Клим Жуков. Ну американская же полиция – они же все ганфайтеры и стреляют так: ... А тут всё-таки, извините, элитные моряки, специально обученные, белая кость и голубая кровь, и что – 1,5% эффективность попаданий?

Д.Ю. Все математики, как один.

Клим Жуков. Конечно.

Д.Ю. Таблицы на стенках висят.

Клим Жуков. Именно. Электрические вычислители разнообразные. Один снаряд стоит, блин, как годовой бюджет крестьянской семьи в России. И вот вы 1400 раз выстрелили – а толку? Ну и соответственно...

Д.Ю. Артель «Напрасный труд».

Клим Жуков. ...или немцы очень крепкие корабли строят, или снаряды очень плохие. Но для англичан это всё равно вдруг оказался триумф: мало того, что они не потеряв ни одного корабля, утопили немцев, так всё-таки же ещё и за...

Д.Ю. Отомстили.

Клим Жуков. ...месть за битву при Коронеле, поэтому это был триумф, и линейные крейсера стали использовать в самом широком смысле, потому что это оказалась главная рабочая лошадка войны, их применяли везде, где только можно, ну и конечно, когда пришло время генерального сражения эскадр, все эти линейные крейсера пошли в бой, и из них трое не выжили, включая «Инвинсибл». Потому что вот вся эта статистика, о которой я говорю, уже тогда очень ярко описывала, что будет с английскими линейными крейсерами, если они окажутся в серьёзном эскадренном бою против серьёзных же кораблей противника, но им очень долго феноменально везло, этим кораблям, потому что они каждый раз оказывались в таком положении, что у них или сил в конкретном месте больше, или вот конкретно по ним серьёзно не попадают. В общем, в ходе всех этих самых сражений: при Доггер-банке, при Гельголандской бухте – ни один линейный крейсер англичан не был утоплен, в то время как они перетопили довольно много немцев.

Д.Ю. Может, мастерство военно-морское всё-таки?

Клим Жуков. Ну, всё-таки тут не мастерство, всё-таки тут то, что у англичан флот катастрофически больше, чем у немцев был, и немцам, чтобы выйти на какой-то выгодный размен, нужно было очень сильно постараться. Ну впрочем, повторюсь, мы об этом рассказывали, когда говорили о драматических сюжетах Ютландского сражения, несмотря на то, что и флот был меньше, немцы оказались крайне неприятным противником для англичан, просто исключительно. Ну а после Ютландского сражения линейные крейсера типа «Инвинсибл» вообще приказали не использовать в военных действиях, т.е. ну потому что они тонут. «What the hell is going on with these bloody ship? - как сказал адмирал Дэвид Битти. - Они тонут один за другим – что происходит?»

Д.Ю. Мрачно, блин!

Клим Жуков. Напоминаю, что практически вся военно-морская история 20 века отражена в игре «World of Warships», причём довольно живо. Вот, к примеру, можно собраться с камрадами и повторить Фолклендский бой прямо в «World of Warships». На мой взгляд, это может стать началом нового направления в движении реконструкторов – виртуальная реконструкция знаковых сражений. Правда, вот желающих играть за немецкую сторону придётся поискать, зато подходящие корабли в наличии. Отдельно рекомендую принять участие в тестировании авианосного флота – пригодится в будущем. Ссылку на игру оставлю в описании.

Д.Ю. Спасибо, Клим Саныч. Караул вообще, караул просто! Как обычно, т.е. меня больше всего в рассказах твоих радует – это то, что предшествует стрельбе: как понакручено, как понаверчено, кто где стоял, кто как сидел, про что думал, куда плыли, как выбирали, и всякое такое. Финал уже как-то это... Крещендо, конечно, но...

Клим Жуков. Да. Ну нам всё-таки наспойлерили уже, мы точно знаем, что немцы проиграли, поэтому ну что делать? Приходится как-то выворачиваться драматургически, а именно – рассказывать, как корабли строили сначала, потом куда они ездили...

Д.Ю. Так а без этого ничего не понятно, да.

Клим Жуков. Это естественно!

Д.Ю. Спасибо. А на сегодня все. До новых встреч.


В новостях

25.01.19 16:07 Эпичные сражения Первой мировой: Фолклендский бой, комментарии: 53


Комментарии
Goblin рекомендует создать сайт в megagroup.ru


cтраницы: 1 всего: 1

Белый19888
отправлено 26.01.19 20:10 | ответить | цитировать # 1


Залейте пожалуйста видео на яндекс диск.



cтраницы: 1 всего: 1

Правила | Регистрация | Поиск | Мне пишут | Поделиться ссылкой

Комментарий появится на сайте только после проверки модератором!
имя:

пароль:

забыл пароль?
я с форума!


комментарий:
Перед цитированием выделяй нужный фрагмент текста. Оверквотинг - зло.

выделение     транслит


интересное

Новости

Заметки

Картинки

Видео

Переводы

Проекты

гоблин

Гоблин в Facebook

Гоблин в Twitter

Гоблин в Instagram

Гоблин на YouTube

Видео в iTunes Store

Аудио в iTunes Store

Аудио в Spotify

tynu40k

Группа в Контакте

Новости в RSS

Новости в Facebook

Новости в Twitter

Новости в ЖЖ

Канал в Telegram

Аудиокниги на ЛитРес

реклама

Разработка сайтов Megagroup.ru

Реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru


Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк