Под ковром 44: про текущий момент и реновацию Москвы

Новые | Популярные | Goblin News | В цепких лапах | Властелин колёс | Вопросы и ответы | Гоблин и танки | Каба40к | Книги | Коротко про | Опергеймер | Под ковром | Путешествия | Разведопрос | Репортажи с мест | Семья Сопрано | Сериал Рим | Синий Фил | Смешное | Солженицынские чтения | Трейлеры | Хобот | Это ПЕАР | Персоналии | Разное | Каталог

06.05.17



Вконтакте
Одноклассники
Telegram


Д.Ю. Я вас категорически приветствую. Илиас, добрый день.

Илиас Меркури. Дмитрий Юрьевич, добрый день.

Д.Ю. Как дела в Москве?

Илиас Меркури. Очень плохо, Дмитрий Юрьевич, очень плохо.

Д.Ю. Что? Снег или политика?

Илиас Меркури. И снег, и политика, и гололед. Все переобулись. Я имею в виду автомобили, и многие переобулись в политическом смысле. У нас так принято, перекраситься, то красный, зеленый, там синий. Один цвет не буду называть.

Д.Ю. Зеленый уже назвал, как там Алекс?

Илиас Меркури. Ну, голубой не буду называть.

Д.Ю. Как там Алекс?

Илиас Меркури. Плохо.

Д.Ю. Вот мы с тобой неоднократно говорили, что мы решительно против поливания зеленкой. Что эта украинизация, это омерзительно. Сперва у вас поливание зеленкой, дальше бросание людей в мусорные баки, потом простреливание головы, просто и без затей. И сначала этого кудрявого Варламова облили в Крыму...

Илиас Меркури. Там с Варламовым ситуация понятна. Там, что ты приехал в город, Варламов, не Варламов. В аэропорту его облили зеленкой. Понятно, что к этому городу я никогда не приближусь в ближайшие 20 лет. Это моя личная позиция, мне все равно кто, что, как, “наш город прекрасный”. Губернатор там разберется, мэр разберется, “не то, что вы думаете, просто они Варламов не любят”. Конкретно я туда не поеду никогда. Не хочу и все. Это быдлячество, которое допустили. Там были сотрудники полиции, их первая функция – пресекать. Если не успел, ты должен бежать так, нормально. Если не умеешь бежать, увольняйся. Потому, что у них как это называется?

Д.Ю. Переаттестация.

Илиас Меркури. Переаттестация прошла. Они думают, что весь остальной мир, это дурачки. “Мы не успели, мы не увидели”. Все понимали, там никто не скрывал своих лиц. Они знали кто они. Плохой Варламов, хороший Варламов.

Д.Ю. Какая разница.

Илиас Меркури. Что меня взбесило больше всего, что бросили слух, что это какие-то ура-патриоты накинулись на либерала Варламова. Хочу вас разочаровать, Варламов не либерал. Это, во-первых. Ну, у него есть там свои политические фантазии, но это не тот случай. Во-вторых, эти, кто раскидывал по интернету этот слух, они как раз и рассчитывали, что все подумают, что это из новых вот этих наших “героев”. А на деле это просто голимая коммерция.

Д.Ю. А в чем смысл?

Илиас Меркури. Он их обосрал один раз, им это не понравилось. “Ах, ах, ЖКА перспективны, это не то, ты не прав”. И он приехал второй раз, его облили вечером еще. Потом выясняется, что местный какой-то депутат, в том числе, директор по связям с общественностью, вот таким образом...

Д.Ю. На связь с общественностью выходит.

Илиас Меркури. Понятно, что у него в кабинете и портрет президента большой. По моему мнению, это удваивает ответственность за свои поступки. Это так, на минуточку, если не утраивает. Поэтому эти люди придумали такой ход медийный: “А давайте мы сейчас обосрем Варламова. Мы ему сделаем плохо и скажем, что это какие-то ура-патриоты”. А это абсолютная бизнес-разборка. Это реальная бизнес-разборка. Там не несчастный блогер приехал. Варламов занимается бизнесом. Это его работа, его бизнес, он не занимается благотворительностью. Он приехал и показал, что здесь плохо. Дальше твоя задача показать, что он не прав.

Д.Ю. В общем-то, да.

Илиас Меркури. И они пустили этот слух.

Д.Ю. Вот нравится, не нравится, приехал, не важно, условный Варламов. Вот приехал. Он отлично умеет фотографировать. Он сфотографировал, что у вас здесь бардак, это сломано, это развалилось, дороги отвратительные, машины стоят на газонах. Какие действия? Налить в морду зеленки?

Илиас Меркури. Да, и все решили.

Д.Ю. Вопрос решен. Там, между прочим, живут люди, которые вынуждены ездить по этим говенным дорогам, ставить машины на газоны потому, что нет стоянок. И прочее, и прочее. Может лучше что-нибудь сделать?

Илиас Меркури. Дмитрий Юрьевич...

Д.Ю. Я приведу тебе пример, близкий мне. Уголовный розыск трудится через тайных осведомителей. Не как Шерлок Холмс, покурил трубку, вмазался кокаином и внезапно раскрытие готово, нет. В жизни так не бывает. Уголовный розыск трудится с помощью тайных осведомителей. Это плохие люди, как правило.

Илиас Меркури. Вы против дедуктивных методов?

Д.Ю. Нет, я только “за”, но они отдельно от всего не работают. Да, вот есть такие люди, которые помогают милиции раскрывать преступления. А вот есть блогер Варламов, который ездит и фотографирует недостатки. Возможно на заказ, но недостатки-то надо забарывать. Они есть.

Илиас Меркури. По какому праву эти товарищи...

Д.Ю. Поливать, это вообще.

Илиас Меркури. Поливать, это раз. Во-вторых, бросаться фразами и намекать, что это какие-то ура-патриоты. Вот мне интересно, что в голове у этого великого гения, который придумал этот великий ход.

Д.Ю. Ну, дискредитация.

Илиас Меркури. Пункт два. Несколько человек задержали, пятьсот рублей штраф.

Д.Ю. Отлично. Отлично.

Илиас Меркури. Теперь, если мы превратимся в Украину 2014 года, это что означает? Я уже перевожу для не особо умных местных чиновников. Это означает, что группы граждан могут фигачить друг друга зеленкой за пятьсот рублей.

Д.Ю. Советский анекдот. Наряд милиции в поезде. Едет поезд, друг кто-то дергает стоп-кран. Милиция бежит, добегает, вот пьяный человек, стоп-кран. Спрашивают: “Вы?” – “Я”. – “Зачем?” – “Прикольно”. – “С вас штраф сто рублей”. – “На тебе триста, я еще два раза дерну”.

Илиас Меркури. Да, это то же самое. Так, что это плохая ситуация. Во-первых, закон необходимо ужесточить по этой части. Совершенно точно. Обратить внимание на работу полиции. Это аэропорт.

Д.Ю. Они наверняка попали на одежду, там не все в физиономию.

Илиас Меркури. Одежда, техника, это другая история.

Д.Ю. Так оно денег стоит. И не отстирывается.

Илиас Меркури. Они заплатят. Потому, что они будут на свободе и платить человеку оскорбленному, униженному. Должен радоваться, что ему заплатили.

Д.Ю. Полтинник, например. Я бы начал с полтинника.

Илиас Меркури. Я о другом, это аэропорт. Если кто забыл, хочу напомнить, что угроза терактов, она никуда не улетучилась, она есть. Как внутри, так и вне территории аэропорта. То есть, вышел человек, идет. А что если завтра ему плеснут кислоту. Безопасность. Внутри я не знаю, нападение было на улице. А то, что снаружи на нуле, это очевидно и пусть они не обижаются. Почему я говорю, что туда никогда не поеду? Потому, что никто, фактически никто... Отделались такими общими фразами, там мэр сказал: “Мы разберемся, это недопустимо”. Что значит недопустимо? Тут фразы, слова должны быть куда более жесткими. Ты позволяешь, что у тебя какая-то тусовка коммерсантов, которая вот так с властью, ведет себя таким образом. И что? Кущевка в миниатюре.

Д.Ю. Ну, в общем да.

Илиас Меркури. А что, нет что ли? И так везде. Мы об этом говорим потому, что Варламов, он же известный. Так всюду. По какому праву они обвиняют патриотов? Неважно кто, это было не политическое действо. Пусть он пишет что хочет. Вы тоже можете написать. Не поеду потому, что никто громко не заявил, открыто, что он поддерживает Варламова. Там, из местных. Мы за Варламова здесь нормально постоим, ничего. Никто из местных. Их устраивает. Они считают, что это нормально. Теперь история с Алексом.

Д.Ю. Видимо они исходят из того, что он гадости пишет, гадости показывает. Типа поделом. Как-то странное “поделом”.

Илиас Меркури. Тут государство либо правовое, либо “мы сами разберемся”. Во-первых, по численности в Москве Варламов соберет, куда большее количество сторонников, чем там. То есть, если даже физическое столкновение допустить, встретиться в соседнем регионе, он наберет побольше. Это уж точно. Если уж такими словами, уходя в другую плоскость. Нельзя такого допускать. Ужесточить закон, перепроверить полицию. Не то, что перепроверить. За ними гнались целый день. То есть, если прочитать, что он пишет, и он это доказывает. Есть свидетели, есть записи, фото, видео, все есть. Есть камеры в аэропорту? Есть. Снимите запись. Запрос нужен.

Д.Ю. Ничего не произошло, нужен запрос.

Илиас Меркури. Вопросов нет. Ну, давай запрос. До шести утра его оформляли. И что? И они хотят... А что если со мной что-то случится? Может какой-то другой дебил там обидится. Я приеду туда, что там делать? Нечего там делать. Пока они публично не извинятся, нечего там делать. Реально. Нечего. Надо так, прямо радикально. Обычно, что говорят? “Это неконструктивно”. Неконструктивно, это когда ты принимаешь решение вести себя подобным образом. Все.

Д.Ю. Тут явно ты правильно говоришь. Не в том смысле, что все остальное ты неправильно говоришь. Если оформляют до шести утра, это значит, там чьи-то интересы серьезные замешаны. Милиционеру-то плевать по большому счету. Это хулиганский поступок, давай оформлять. А значит, хулиганил кто-то такой, кого нельзя оформлять. Это повлечет последствия для милиционера, поэтому он боится.

Илиас Меркури. Им же там жить. Знаешь, как они рассуждают? “Нам же здесь жить. Вот Варламов уедет обратно, а нам-то здесь жить еще”.

Д.Ю. Ну, и что? Поэтому законы не нужны? Потому, что мы здесь живем.

Илиас Меркури. Глава местного горсовета, не глава, а депутат, такой прям....

Д.Ю. Полтинник. Начинать надо с полтинника.

Илиас Меркури. Ладно, поехали уже к другим.

Д.Ю. Алекс?

Илиас Меркури. Алекс.

Д.Ю. Алексу попали в глаз.

Илиас Меркури. Нет. Там, во-первых, мы с вами, Дмитрий Юрьевич, еще год назад говорили, что нельзя ни в коем случае эти бросания зеленок. Во-первых, из-за ассоциации с Украиной. Я и тогда подозревал и сейчас говорю, что это выходцы с Украины это делают. Это сто процентов. Потому, что им кажется, что они спасают Россию, таким образом. То есть, используя методы этих, как их...

Д.Ю. Майдаунов.

Илиас Меркури. Ну, этих, кто там. Мы используем их методы против врагов России, вроде как там с благими намерениями. Но они нас ведут не в ту сторону. Я просто призывы делаю, нельзя списывать все на патриотизм. То есть, каждый понимает патриотизм, спасение отечества своеобразно. Для этого есть законы, есть правила, есть организованные структуры. Вот эта структура, которая всплыла, “Серп”, она была замечена ранее. Раз напали, простили, раз напали, простили, ударили полицейского, кстати. Все это прощают. Потому, что патриоты. Ну, патриоты. Но они должны понять сами, есть те, кто решили их не наказывать. Они сами должны проанализировать и понять, что все их действия, которые они предпринимали, учитывая и последнее нападение, если это они, кстати... То есть, по совокупности доказательств они имеют какое-то там отношение. Они был бы там недалеко, если это они. Тот, кто это сделал должен понять, что он не помогает государству. Он не помогает патриотам. Он дискредитирует все и вся. Как бы странно это ни звучало, все поняли, что сейчас Алексу добавили рейтинг. То есть, зеленку бросили, глаз зеленый – на еще пять процентов. Вот, что они сделали. Они этого хотели? Если они этого хотели, тем более их надо найти и спросить: “А ну-ка, ребята, расскажите кто, с кем связан? По какой ты линии работаешь? С кем ты общался вчера? С кем позавчера, с кем на прошлой неделе?” Выяснить. Потому, что это точно в пользу и ФБК, и Алекса нашего, и всех его тусовщиков.

Д.Ю. Там человек, который плеснул зеленкой, отбегает прямо на камеру. У него “заблюрена” физиономия. То есть, в оригинале видно кто это такой.

Илиас Меркури. Конечно, видно. Статья возбуждена там сто шестнадцатая. Хотя должна быть немного иная. Если у него сейчас уже зрение, если есть справка, надо посмотреть, на 80 процентов утеряно, это уже другая статья. То есть, я как это вижу, его привлекут, он должен появиться рано или поздно. Я бы на его месте сам пошел в полицию и сказал: “Ну, я патриот, я виноват. Я считаю его врагом России, я плеснул ему зеленкой и попал в глаз. Я это признаю”. И все, все бы закончилось. А так они скрываются. Какая-то конспирология, под ковром там что-то обсуждается. Там искать, не искать, наказывать, не наказывать. Он кому помог? Навальному. Конкретно ему. Я сразу предсказал. Как только они плеснули, я написал в “Twitter”, что он получит инвалидность. Он будет стараться.

Д.Ю. Даже если ее нет. И это абсолютно правильно.

Илиас Меркури. Конечно. Он как политик обязан просто. Он же у нас блогер-политик. Вот каждое нападение на него, они превращают его из блогера в политика. Этого они хотели?

Д.Ю. Видимо, да.

Илиас Меркури. Видимо, да. И где они? Пусть объяснится патриот, просто интересно. И тут включается как раз либеральная волна: “Все патриоты мудаки, вот, зелененький он весь. Они все такие”. Вот, что он сделал. То есть, обнуляет всех патриотов, либерота поднимает бунт. Из-за одного поступка. Зачем?

Д.Ю. Не знаю.

Илиас Меркури. Во-первых, зачем химией заниматься? Есть тортики, как французы нам показывают, мука, Фийон получил муку. Яйца там у них летят везде, в Германии летят, на Украине мы не берем, это не страна уже. В Англии яйца, тортики. Тортики, это не наше изобретение, это Американской. Во-первых, у них это культивируется это постоянно во всех фильмах. И если политик не понравился, на тебе еще торт. Можно такими натуральными продуктами выражать какое-то возмущение свое. Тебя поймали, штрафанули и все. Зачем переходить к химии? Это сценарий украинский, где ты подходишь к человеку, облил его зеленкой, раздел, бросил в мусорный бак. Зачем? Просто хотелось бы, чтобы этот человек, который это сделал, записал видео-обращение. У нас сейчас модно, мы же все видео-блогеры. Ну не такие, как Камикадзе, конечно, но мы будем стараться, Дмитрий Юрьевич.

Д.Ю. А что там Камикадзе? Наш друг.

Илиас Меркури. Я его обожаю, он мне нравится. Я сначала злился чуть-чуть, думал, вот [censored]. Ничего. Возвращаясь к этому, если ты считаешь себя патриотом, а я предполагаю, что человек выходец из Украины, что он потерял родину, страну, что он возмущен и так далее, хочет помочь русским, чтобы этого не повторилось. Не той дорогой идешь, друг мой. Пиарить Алекса, пиарить Ходора, пиарить Касьянова и так далее, это не тот путь. Если хочешь что-то бросать, берем европейский сценарий, американский. Тортики. йогурты, такое натуральное. Вот Ирак, конечно ботинки бросают в Ираке. Это тоже не то.

Д.Ю. Это другая культура.

Илиас Меркури. Это другая культура, там другой смысл вообще. Вообще, вот эти действия, они не смысловые, это акт агрессии. Он не хотел попасть в глаз, хотел попасть в лицо. Думал, что он закрое глаз.

Д.Ю. Риск попасть есть всегда.

Илиас Меркури. Риск колоссальный. И еще прячется. В чем патриотизм? Почему человек, который себя считает патриотом, прячется?

Д.Ю. Не знаю.

Илиас Меркури. А я тоже не знаю. Видимо он ощущает какой-то негатив со всех сторон.

Д.Ю. Ну, ты же публично это делаешь. Ну, скажи, что: “Да, это я”.

Илиас Меркури. А теперь, что происходит. Опять же повторюсь, вся волна понеслась на всех патриотов. Прямо на всех, без разбора. Включаются СМИ: “Вот, это Серп, вот, это НОД”. Сразу: “Варламова облил НОД”. А то, что это “коммерсы”, об этом можно и не писать, хер с ним, пускай Варламов сам пишет. Нам главное первыми прокричать. Как там сказали: “Серп на попечительстве у Антимайдана”.

Д.Ю. Главное прокукарекать, а там хоть не рассветай.

Илиас Меркури. То есть, человека сделал акт, который ему показался веселым. Они сняли все это сами на видео. И все круто. Навальный плюс пять процентов, плюс десять, это очевидно. Он прикидывается таким, “улечу, не улечу” и так далее. Из блогера его превращают в политика. То есть, любой консультант, который рядом, не считая Волкова, он в этом не очень разбирается, он должен сказать, что горизонтально должен лечь, прямо вот так и упал.

Д.Ю. Если он теперь буде ходить с повязкой через глаз, правильно сделает.

Илиас Меркури. Он? Нет, он обязан сейчас ходить с повязкой. Это медийно шикарная тема для него, он жертва. Плюс вчерашняя кинокомедия. Вручили паспорт, звонит одна мадам, нет, они должны куда поехать? Сигнал из Мосгорсуда. Он имеет право ехать. Вы уже определитесь. Кто-то должен комментировать, хватит его пиарить. Ну, вот хватит. Занимаемся одним человеком будто нет других оппозиционеров.

Д.Ю. Вменяемых.

Илиас Меркури. Нет, ну, как. Получается, что потом вышла аналитика, что упоминаемость его в СМИ увеличилась на 56 процентов. За последние месяц, два, три, не знаю, как они считали. Еще пару атак не него зеленкой, которые напоминают Украину, а это не нравится никому, ни либералам, ни патриотам, ни консерваторам, ни правым, ни левым. Вот если нападение кому-то нравиться, то человек болен. Как были больны на Украине. Потому, что когда в следующий раз его заберут и бросят в мусорный бак, Это уже будет сигналом для всех, что надо выходить с этим бороться. Иначе никак, мы не должны по-разному воспринимать окружающую среду. Мы в Москве находимся, так нельзя. Дали паспорт человеку, все, дали и дали. Определитесь, можно ему ехать, нельзя ему ехать. Он еще не умудрился взять этот паспорт, сфотографироваться, позвать своих друзей, “Дождь”, ”Эхо”, кто еще, да все пойдут, BBC, и поехать в Шереметьево и сказать: “Меня не пускают”. - “А вы не зашли”. – “Какая разница, вот мне звонила какая-то мадам”. Так два варианта. Либо его не пускают, он получает медийность плюс пять процентов, либо улетает. И прилетает желательно куда? В Берлин. Ну, куда Ходор-то полетел, очень символично. И плюс еще там представительство всех мировых СМИ, там все есть. И там посольство Америки, и там интервью, интервью, интервью.

Д.Ю. Повязка.

Илиас Меркури. Конечно, повязка, все. Скажет: “Вот. Смотрите, что произошло”. “Сам Путин так сделал”, – вот, что говорят там уже. Как Путин борется со своим оппонентом. У оппонента по опросам, даже если Леваду брать, один процент в стране. Какой оппонент? Восемьдесят и один. То есть, это методология мне совсем понятная. Вчера меня спросили? когда будут следующие тусовки? Митинги, волнения и так далее.

Д.Ю. Когда?

Илиас Меркури. Они будут идти по нарастающей. Во-первых, надо помнить, что июнь, июль, август, оппозиция либеральная отдыхает. Мы должны к этому отнестись с пониманием. Потому, что ты не можешь шатать режим когда в Москве плюс тридцать пять, идет ремонт, а тебя зовет Крым.

Д.Ю. Пятиэтажки сносят.

Илиас Меркури. Да. Крым. Опять же все забыли, что Алекс не считает Крым Россией. Он иногда считает, иногда не считает. Вот факт остается фактом. Надо брать среднюю его позицию. А средняя позиция, ты не обсуждаешь, подарить родную мать или нет. Это тема, которая не обсуждается. Вот Крым не обсуждается. А он обсуждает, вот в чем нюанс. И люди, которые бросают в него зеленкой, ему помогают в этом. Они должны понять, они не медийщики, они не пиарщики.

Д.Ю. А получается, что именно они.

Илиас Меркури. Их просто втемную используют. Я говорю, их найдут.

Д.Ю. Я бы сказал втупую, а не втемную.

Илиас Меркури. Они сами пострадают, они не будут понимать. Они будто живут день, два, три, год. Им нужно еще состариться. Там дети у них, внуки будут и так далее. Они должны об этом думать. Это не их разборка. Это политическая борьба, но он не должна вестись так, как на Украине. Чем это закончилось? Зачем нам Ющенко, скажи, пожалуйста? Со старшим товарищем я разговаривал, он говорит: “Знаешь, нам лепят Ющенко”. Это когда у человека никакого серьезного рейтинга нет, колоссальная поддержка финансовая со всех сторон. Прямо со всех сторон. Якобы там народ бросает, это вранье. То есть, там деньги идут от сторонников, которые искренне хотят бороться с коррупцией. Ты хочешь бороться с коррупцией?

Д.Ю. Ну, я же бывший милиционер. Я считаю, что не я должен бороться с коррупцией. Этим должны заниматься специально обученные люди на государственной службе. Я хочу, чтобы эти самые органы с ней боролись.

Илиас Меркури. Они борются. Дело в том, что здесь идет борьба лозунгов. Те, кто выходили на улицу в 2011, 2012, 2013 годах, они не тусуют сейчас, их там нет. Вот я был на “Пушке” сейчас, там человек 5 узнаваемых. Все остальные, даже исходя из возраста, не могли там находиться. Ни на Болотных, ничего. Они еще под столом ходили. Это новое поколение, новая волна новых людей. Которым нравится лозунг “против коррупции”. За все хорошее, против всего плохого я готов тоже пойти. Я согласен. Но, это политическая борьба. Где остальные партии? Вот вопрос у меня.

Д.Ю. Отскакивая в сторону, я такое уже видел. Когда-то давно я жил в Средней Азии. Тогда началась особо яростная борьба с коррупцией. В Узбекистане особенно страшная. Так хлопок, как ты помнишь, воровали, недосдавали, приписывали, получали деньги за несуществующее. И “Комсомольская правда” такие репортажи там. Молочные бидоны, помнишь?

Илиас Меркури. Да, и что?

Д.Ю. Золотом набитые. Вот, отобрали у этого, отобрали у этого. Гдлян, Иванов. Ельцин боролся с привилегиями коммунистическими. Один раз даже проехал в троллейбусе, держась за поручень. Все в фотографиях. Коррупция, привилегии, одно, другое. Чем все кончилось? Вся эта фигня была использована совершенно для других политических задач.

Илиас Меркури. Для этого требуется не только понимать. Хотя бы изучить, что случилось в 1989 году, в 1990 – 1991 годах.

Д.Ю. Давайте двинемся дальше. У нас есть отличный пример под боком. Некогда братская Украина. Вот опять: “коррупция", “Янукович вор ужасный”. Вот слетел Янукович. Кто пришел не его место? Еще больший вор, чудовищный просто вор. А вас, дураков, скакавших на майдане, для этого тупо использовали. Для того, чтобы его сковырнуть. И вот у вас теперь есть гражданская война. Вот у вас теперь есть десятки тысяч убитых. А нет у вас Крыма, например. И Донбасса, и Луганска. Видимо вот это предполагается к нам перенести.

Илиас Меркури. И не будет. Там все. Опять же, возвращаясь к Алексу. Почему я вижу в нем такого набирающего популярность Ющенко? Потому, что у Ющенко, если вспомнить что у них там было, популярность была искусственная, что как раз после первого майдана и было ясно, его там подкачивали, подкачивали. Потом он сдулся сразу. Сначала его там траванули, он превратился в страшное существо. Ах, ах, темные силы. Подкачали людьми, подкачали деньгами, отсюда журналисты известные туда ехали, орали, обещали президента в клетку, ничего, работает до сих пор. Кстати, это к слову о тех, кто переобулся трижды, перекрасился и так далее. Вот это ключевая ошибка системы, что она прощает предателей. Кто предал однажды, предаст всегда. Это такова физиология человека. Все. Нам опять собирает эту конструкцию Алекс, у которого нет программы, вообще ее нет. То есть, эти общие слова и блоги. Там нет никакой конкретики. “Будем бороться с коррупцией”.

Д.Ю. Как?

Илиас Меркури. Он всех должен посадить. Будет люстрация. Его друзья гворят, я одному задал вопрос. Как его зовут? Русский националист Марк Гальперин. Да.

Д.Ю. И что сказал?

Илиас Меркури. Люстрация конечно. Украинизация, вот, что они готовят. Алекс что, другой? Финансирование, это что такое, они показывают три картинки. На этой неделе еще больше денег стало, выходит Волков: “Вы не поверите, еще больше стало”.

Д.Ю. Кто дает?

Илиас Меркури. Не я. Чичваркин дает. Чичваркин сидит там: “Ах, Алекса облили зеленкой, напали. Я ему отправил сто тысяч рублей”. Это тоже спасибо этому патриоту. К чему это все. Нет, финансирование идет. Нигде финансирование, ни одного кандидата на планете, не идет за счет финансирования снизу. Это просто невозможно, столько не соберешь. Это крупный бизнес, крупные коммерсанты, фонды. Плюс, это не всегда деньги. Сколько стоит публикация в “Нью-Йорк таймс”?

Д.Ю. Не знаю.

Илиас Меркури. Нет, не просто публикация, ее можно посчитать, там есть тариф. То есть, если это размещение официальное. Сколько стоит публикация, где Россия плохая, президент плохой, а Навальный хороший? Для Алекса ничего. Там уже взаимоотношения идут какие-то. Видимо, это в бюджете каком-то есть. Поэтому, я не хочу, чтобы мешали этому человеку понижать свой рейтинг. Все, что происходит сейчас вокруг Навального, ему в плюс. Там все сделают. Выходит Волков: “У нас все больше и больше денег”. А как, откуда? Люди начинают задавать вопросы, это же невозможно. Когда выходит Волков и говорит: “Мы наберем 150 миллионов рублей”. А вечером Алекс говорит: “Мы наберем миллиард”. Вилка, да?

Д.Ю. Я рекордсмен. Мы собирали на художественный фильм “Двадцать восемь панфиловцев”. Собрали за два года 35 миллионов рублей.

Илиас Меркури. Ну, вы же там не написали, что боретесь с коррупцией. Мы должны в эту сказку поверить. Ну, ладно.

Д.Ю. Ну, тут, как ты понимаешь, несколько разное. Деньги на “Двадцать восемь панфиловцев” сдавали люди, которые выходят, например, на “Бессмертный полк”. По 20 миллионов человек. А как-то на последний митинг пришло, сколько? Двести пятьдесят человек? Они не могут столько же денег сдать.

Илиас Меркури. Не могут. Они не могут, не будут. Они отправляют “сколько не жалко”, из этой серии, тысячу, пятьсот рублей, двести, сто. Лучше это не опубликовывать. Ну, зачем, человек отправил и отправил. Он их использует, Алекс. Говорит: “Вот, у нас семь тысяч человек”.

Д.Ю. Извини, опять перебью. Я бы знаешь, чего сделал? Если это сдают деньги люди, и действительно сдают... Во-первых, это сдают люди. И если их действительно много, я бы построил специальную страничку, вот смотрите, сколько мне сюда капает. Счетчики крутятся непрерывно. Оно же законно.

Илиас Меркури. Я даже вызов бросаю. Сделайте сайт, где фамилия, имя, отчество, сумма. И по поиску, чтобы ты мог найти этого человека. Желательно откуда. Деньги же не просто улетают туда-сюда. По честному. А что, у нас сейчас терабайт вот в такой штучке. Это простая таблица. Пусть сделают, они же любят графики, любят видео. Мы прямо взяли, и на пожертвованиях миллион просмотров. Кому вы это рассказываете? Опять же, я не хочу никого переубедить, что он там хороший, плохой и так далее. Просто если ты приходишь с понтом и говоришь: “Вот, вор. Лови его!” Во-первых, надо говорить, я тоже в этом разбираюсь потому, что трижды судим.

Д.Ю. Вообще-то это статья.

Илиас Меркури. Ну, да. Говори, что ты судим, всех сажай, а меня нет. Там еще дела могут появиться, я предполагаю, я не уверен. Белых там не просто так страдает, он не будет из-за Навального страдать дальше. Там есть, что сказать. То, что они творили, мы уже знаем. Условная судимость, откуда взялась? Это как раз в ключе Белых и Навального, бизнес-любовь. Сейчас собирает деньги, он имеет право собирать деньги? Имеет. Под каким лозунгом? Да под любым. “Я – Папа римский”. Никто ему не запрещает. Использовать это словосочетание. Ну, там в кавычках. “Я кандидат в президенты Российской Федерации, Алекс Навальный. Дайте денег”. Не противозаконно кстати. Он имеет право собирать. То есть, люди искренне бросают деньги кандидату. Это не самая большая цифра. Он их обманывает. А бизнес, Ходор, кто еще там эти беглые, с кассой “Банка Москвы” убежал банкир любимый лужковский. Предполагаю, я не видел документы. Могу ошибаться. Вот все эти беглые, этот Чичваркин, который кричит, что его гнобит режим. Эта тема вся закрыта, люди уволены. Не возвращается, ему там нравится, он тоже бросает деньги. Вот эти люди знают, что они финансируют человека, который не имеет права участвовать на выборах, ни на каких, десять лет. То есть, он преемник преемника., ни о чем. Он может десять лет сидеть собирать бабки, чтобы быть кандидатом. Кандидат чего?

Д.Ю. Он же юрист. Ему виднее, чего можно, чего нельзя.

Илиас Меркури. Момент. Не надо бросаться словами, что он юрист.

Д.Ю. Я прочитал в Facebook, как какой-то гражданин, из близких...

Илиас Меркури. Кононенко.

Д.Ю....сказал: “А в Конституции не написано, что он не имеет право”.

Илиас Меркури. В Конституции не написано, что он не президент, что означает, что он президент.

Д.Ю. Да. Но там полет юридической мысли, я как-то даже растерялся. Я юридическое ПТУ заканчивал. Но даже в ПТУ нам объясняли, что такие вещи...

Илиас Меркури. Он обманывает. Сейчас его можно обвинять, что он обманывает своих сторонников, кто ему бросает деньги. Он не обманывает спонсоров сверху. Ходора не обманывает. Ходор старый лис, дураков миллиардеров не бывает, как мы знаем. Он прекрасно понимает, что он финансирует. Он финансирует разрушение, ему это нравится. Больше ничего, кроме разрушения... Причем разрушение определенной структуры. Потому, что когда ты оскорбляешь, условно говоря, Генеральную прокуратуру, ты бьешь по имиджу Генеральной прокуратуры, чтобы общественность не воспринимала ее всерьез. То же самое с полицией. С армией, конечно, сложно. Тем не менее, они нашли, через эту Юнармию, они тоже клеймят армию. Дальше они идут и Следственный комитет клеймят. Там идет работа. Мне задают вопрос: “А почему только один фильм?” Из одного фильма вышло 10 тысяч человек, там 20 тысяч. После выхода художественного фильма этого, они увидели, какое шоу прекрасное. Понятно, что фильм не случайный, понятно, что это голимая “заказуха”. Понятно, что будут еще фильмы. Зачем запускать сейчас все фильмы, когда выборы в марте 2018 года. После Нового Года начнется гулянка самая настоящая, на тебе фильм, не еще. С первым фильмом ничего не сделали, я имею в виду медийно. Это называют расследованием. Там нет никакого расследования.

Д.Ю. Но получилось так, как им надо.

Илиас Меркури. Там картинка сверху. А что здесь ВСО-шники делают внизу? Ну, если приехал премьер-министр, кто там должен быть, участковый что ли? Головой думай. Школьники это хавают. “А, ВСО им дом построило”.

Д.Ю. А где они, в машинах сидеть должны что ли?

Илиас Меркури. Да нет. Там дом стоит не для них. Их функция охранять лицо. Поэтому это художественный фильм обсуждался, обсуждался, “Против коррупции”. Хорошо. А есть конкретная проблема, кстати, в Москве сейчас.

Д.Ю. Какая?

Илиас Меркури. Реновация.

Д.Ю. А что там вообще происходит?

Илиас Меркури. Это потом, я хочу с Алексом закончить потому, что сейчас уже дата, 6 мая. Чем запомнилось 6 мая, это очередная годовщина, “Болотка”. Закрыли, многих.

Д.Ю. А, это.

Илиас Меркури. Почти 500 человек закрыли. Многие получили реальные сроки. Кроме...

Д.Ю. Только Серега сел.

Илиас Меркури. Нет, там многие сели. У меня есть специально, я нарисовал специально для вас, Дмитрий Юрьевич. Кроме Алекса. И ни один из его сторонников не задается вопросом, почему так получилось. Семь человек, условно, сидит, а Алекс не сидит.

Д.Ю. Как бывший милиционер, я могу предположить почему.

Илиас Меркури. Вот эти Кировские дела, почему не сели? Бегал с этим самым, с браслетом, издевался надо всеми. Над полицейскими, над всеми. Стебался, хихикал. Почему? Задумка, наверное, такая. Сделать из него Ющенко. Наверное, мы тогда не догоняли, а сейчас дошли до зеленки. Завтра еще что-то будет. То есть, сейчас я выступаю, знаешь за что? Его сколько там охраняют, когда он катается на периферии, два человека? Я предлагаю шесть. Пусть с охраной ходит, сколько так собрали, 200 миллионов. Может людям дать заработать, чего он там охрану нанимает. Кстати, еще одно подозрение мое. Я просто не Стариков, не хочу в конспирологию уходить. Но самое уязвимое место, это подъезд и там, где ты работаешь. Две точки. А выходишь без охраны. Ты когда заявляешь, что борешься с коррупцией, с такими монстрами бизнеса, как Усманов. Понтовался, малыши могут не помнить, весь 2012, 2013 годы с этими охранниками. Два шкафа, ну, один поменьше шкаф, а второй большой. Сейчас у Касьянова, по-моему, работают. А тут нет в Москве. Опять же, может задумано так, его сделать супергероем. Он никакой не герой, он обманывает своих сторонников. Он обманул всех соратников по “Болотке”. А это действительно было движение, они объединились. Это безотносительно сейчас политики. Они объединились: “Давайте мы там выйдем и будем возмущаться”.

Д.Ю. Это нормально.

Илиас Меркури. Это нормально, по всему миру везде митингуют. Только по какой-то причине, не по вине как раз этих оппозиционеров, население не воспринимает действия полиции как адекватные. Никогда, что бы ни сделала полиция. Дубинку поднял, вот сволочь. Потому, что много факторов. Если полицейский не бежит, чтобы догнать того, кто напал у него на глазах на Варламова, это отражается на общественном мнении о действии полиции. Потому, что, к сожалению, профессия оценивается в целом. Пойди и разберись, есть Росгвардия, есть ОМОН, есть обычные полицейские, есть Уголовный розыск, есть участковые. Нет, полиция. Они этим пользуются. Поэтому, когда выходит какая-то манифестация в Берлине, те говорят: “От пункта А до пункта Б. Прямо и ты там остановился. Говори, что хочешь”. И они говорят, что хотят. Там говорят ужасные вещи иногда. Все, дошел. Шаг вперед, по башке получил. Шаг влево, по башке получил. Толпа пошла, закидали спецсредствами. И все.

Д.Ю. А как по-другому?

Илиас Меркури. А никак. А у нас что происходи? Идет толпа. Чего не забираете? Ну... Пошли. Сторонники нашего друга, такие прямо группы организованные. Ты их видишь, они идут. Но они ничего не сделали, ничего не предприняли. Это я по поводу 26-го. Не закрыл никто.

Д.Ю. Это опасные игры. Тут вот, ты знаешь, сорвал браслет. Нарушил предписание, сорвал браслет.

Илиас Меркури. Ему можно.

Д.Ю. Да, да. Ему можно. Если бы это был простолюдин с браслетом, ему бы сразу как отягощающее пошло бы. А ему можно. А кто это решает, что ему можно? Хотелось бы узнать.

Илиас Меркури. По поводу 6 мая. Сейчас я тебе расскажу. Алекс Навальный, часть 3, статья 212 УК РФ. Призывы к массовым беспорядкам. На свободе. Андрей Барабанов, часть 2, статья 212 УК РФ, Участие в массовых беспорядках. И часть 1, статья 318 УК РФ, Применение насилия в отношении представителя... Три года и семь месяцев получил. Идем дальше. Гаскаров Алексей, приговорен к трем с половиной. Гущин Илья, тоже два с половиной получил. Наш друг, Сергей Удальцов, единственный идейный из всех, кто там в оппозиции. Четыре года и шесть месяцев. Лузянин, это качок, четыре с половиной года получил. Тоже часть 2, статья 212 УК РФ. Зимин, три с половиной. Ишевский Дмитрий. Вот они все сели, а Алекс тусует. Значит так задумано.

Д.Ю. Ты знаешь, победа майдана возможна только тогда, когда внутри государственной власти происходит раскол. И, например, спецслужбы согласны с тем, что на смену Кучме придет Ющенко.

Илиас Меркури. И что с ними случилось? Пришли, первым делом: “Так, окружаем СБУ”. И все улетели оттуда. Кто из окон, кто сбежал. Кто там сразу поклялся в верности на трех Библиях и пяти конституциях. Нет, это процесс неконтролируемый. Потому, что я очень часто слышу эту конспирологию, что он где-то, откуда-то контролируется, его ведут. Я про Алкекса говорю. Ну, хорошо, его ведут. Вот он вывел 15 тысяч человек. Ему там сверху говорят: “Слышь, Алекс, ты прыгни в автозак и уебывай”. И он это делает. Он прыгнул в автозак и ушел. А 15 тысяч кто ведет, они-то остались. Они никуда не прыгают. Более того, хочу напомнить теоретикам, я-то практик. Ну, не в плане организовывать митинги, а участвовать там. Когда его увезли с этим автозаком, те, кто двигали автомобили туда, сюда, вот так вот все устраивали, чтобы автозак не мог уехать, ну, там задержали несколько человека, все на свободе. Это что за действие такое, я не понял? И там, к счастью, не было явного лидера. Потому, что если бы какой-нибудь полоумный появился и сказал: “А теперь мы за свободу, против коррупционеров идем туда”. Они бы все туда и пошли. И я хочу всем сказать куда бы они пошли, там детская площадка, внизу по бульвару. И там бы случилось то, что бы случилось. Одна жертва и все. И контролируемый кем-то Алекс вывел бы 50 тысяч человек.

Д.Ю. Если не больше.

Илиас Меркури. Да. Что ты контролируешь, ничего ты не контролируешь. Толпу невозможно контролировать.

Д.Ю. Странные игры.

Илиас Меркури. Это обсуждается. Сейчас последняя мода пошла, Telegram каналы. Никакой конспирологии, надо смотреть, что на поверхности лежит. Если этот человек финансируется врагами России, значит он плохой человек.

Д.Ю. В общем, да. Тут думать-то не о чем.

Илиас Меркури. Все. Контролируется, управляется, это все сказки. Если он получает финансирование оттуда, иди откуда-то, от людей, которые заинтересованы не просто получить власть, а разрушить. Им зачем сильная Россия, я не понял? С чего вдруг Россия стала сильной и с чего ей оставаться сильной? Обычно мы читаем о предателях в книжках. Но они-то среди нас еще. Мы свидетели самой настоящей истории. Поэтому это меня всегда удивляет. Сидят графоманы, открываешь Telegram, а он там накатал уже на пять листов A4. И анализирует, анализирует. О чем? Ни о чем. Пиши дальше, где ты был 26 марта. Где ты был, в Telegram что ли?

Д.Ю. Как правило, да. Касательно блогеров, и вообще, как наш Камикадзе поживает?

Илиас Меркури. А Камикадзе? Он собрал деньги.

Д.Ю. На что?

Илиас Меркури. На суд с Соловьевым.

Д.Ю. А что такого Соловьев сделал?

Илиас Меркури. Не то что-то сказал. В общем-то, Камикадзе подает в суд на Соловьева. И чтобы подать в суд на Соловьева, ему нужны деньги. Но есть метод Алекса. Метод Алекса заключается в том, что ты можешь собирать деньги подо что-то, но этому не обязательно случиться. Ну, само то, на что ты собираешь. В общем собрал у фанатов, которые ставят нам с тобой “дизлайки”, а ему “лайки”. Они перечислили деньги Камикадзе. На суд с Соловьевым.

Д.Ю. Много?

Илиас Меркури. Не знаю. Ну, он сейчас запишет ролик, пускай скажет, сколько собрал. Он мог Алексу передать дальше, другому кидале. Кидала кидале. Это мое субъективное суждение. Ну, в общем-то, все. Как он поживает, возмущается постоянно, возмущается.

Д.Ю. Они на ролик, когда у нас тут в метро произошел взрыв... Естественно, как ты понимаешь, власть взорвала. Власти больше заняться нечем.

Илиас Меркури. Я скажу сейчас по поводу власти, и что она взрывает. Я бы всех, кто так писал и высказывался публично, привлек. Потому, что когда ты обвиняешь в совершении теракта людей, которые физически занимаются предотвращением и занимаются этим круглосуточно, не в Telegram каналах, [censored], не в Twitter и в Facebook, а абсолютно реально, ежедневно и не за самые большие деньги, ты помогаешь террористам. Поэтому это [censored] интернетовское должно быть пресечено. Хватит сюсюканья, когда произошла трагедия, которая должна была объединить всех. И тут внезапно каждый вышел со своим говном. Власть всегда совершает ошибки. Всегда.

Д.Ю. И люди совершают ошибки.

Илиас Меркури. А люди еще больше.

Д.Ю. А где-то у нас есть совершенство. Это, видимо, Алекс, он действует безошибочно. Вышел без охраны, раз, зеленкой в морду. Это ошибка была?

Илиас Меркури. Нет, зеленый безупречный.

Д.Ю. Да. Так вот. Сразу задают массу вопросов. А что это, а как это? Я озвучил собственное оценочное суждение. Я, например, не считаю, что это взорвало власть. Я внутри нее работал, я не представляю, как это можно вот так вот сделать. Повесил ролик. Тут же, там это очень четко заметно, знаешь, как у Игоря Ашманова, как начинают раскручиваться всякие громкие новости. Оно на графике как у Сент-Экзюпери слон под ковром или шляпа там такая. Плавно начинается, плавно заканчивается. Тут в комменты на youtube, как обычно, четыре тысячи “дизлайков”. И четко видно, здесь вот так отвесным обрывом, тут они прибежали и начали гадить, тут они гадить закончили. Когда им сообщаешь, что ты специально зарегистрировался на youtube, чтобы мне единственную фразу написать, оскорбив максимально возможным способом, они: “Я вот такой, пятнадцать лет смотрю и только сейчас решил зарегистрироваться потому, что ты тварь и падаль такая”. Ну, видимо, тварь и падаль, это... Если ты выступаешь на стороне родной страны, то ты автоматом тварь и падаль. Потому, что этой страны быть не должно с точки зрения этих “разумных” людей. Далее они принялись сообщать, что это Камикадзе разоблачил тебя.

Илиас Меркури. Опять? А сколько раз?

Д.Ю. Да не знаю, я не смотрю, как ты понимаешь. Меня мнение идиотов не сильно волнует. Но, друзья, если оно начинается отвесно, по свистку, и заканчивается отвесно...

Илиас Меркури. Надо его перенаправить. Просто сказать: “Камикадзе, вот Алекс, твой друг, заявил, что соберет “ярд”. Волков сказал, что соберут 150 миллионов. Вот вилка у вас 850 миллионов. Ты хотя бы эту часть проверь раз ты такой зоркий. Ты отключись от Дмитрия Юрьевича Пучкова, ты там займись, посмотри. Оставь прочую коррупцию. Разберись с теми, кто собирается с ними бороться”. У меня просто есть подозрение, что с коррупцией идет бороться человек, который в этом хорошо понимает. Потому, что он в этом участвовал и не случайно получил три срока. Да. У него это количество акций, я в шоке был, я увидел декларацию 2012 года. На трех листах его акции. Оказывается, у него на счетах было пять “лямов”, кстати. Ни одного дня не работал нигде, это 2012 год. Это до ЕСПЧ. Сейчас говорят: “А, это ЕСПЧ подкинул деньжат”. Ни одного дня нигде не работал, как адвокат тем более. Вообще нигде. На счетах пять “лямов”. Колоссальная цифра этих акций. Вру, он немного поработал в аэрофлоте.

Д.Ю. А акции, что подарили? Сам купил?

Илиас Меркури. Да хер его знает. Вот есть поле, иди и работай. “Ах я бедный-несчастный, я переезжаю в съемное жилье”. Я хотел сказать: “Продай машину, доплати, купи жилье побольше”. То есть, это я к чему, Камикадзе есть чем заняться. Я бы ему подсказал заняться финансами Майкла Касьянова. Но Майкл в бездну канул, куда-то туда ушел. Поругался с любовницей, мы помним эту историю. Или Яшина, устойчивое выражение “нам подарил Яшин [censored]”. Можно заняться, очень интересное занятие, Ходора деньгами. Сейчас у них нежелательной организацией признана “Открытая Россия”, там. Та, которая здесь, она не зарегистрирована, с ней ничего не сделаешь. Это означает, что те, которые здесь работают и говорят, что оттуда получают, они уже не в правовом поле. Есть чем заняться, ты сначала займись, проанализируй, Камикадзе, что все люди честные. И скажи: “Вот, я все проанализировал, вот документы. Они честные, мы можем им верить”. И поехали дальше. Дальше борись с машинами, с виноградниками, с чем хочешь. Вот сначала надо доказать, что эти честные. Судимости на ровном месте не появляются. Новые машины из ниоткуда тоже не появляются. Пристрастие к определенной марке шмоток тоже из ниоткуда не появляется. Офисов в центре Москвы тоже вот так не появляется. Семьдесят семь хотят открыть предвыборных...

Д.Ю. Семьдесят семь офисов по стране.

Илиас Меркури. Да. Соратники твои сели за “Болотку”, а ты на свободе. Ты разберись, Камикадзе. Что с этими людьми, они сели, а он не сел. Я помню и видео и все, я был на Болотной. Я помню эту историю, потом сбежал к Минаеву на эфир. Он что, у него голубые глаза, сейчас один зеленый. Вот объясни, почему этим не занимаются. Вот 6 мая. Прекрасная дата для анализа.

Д.Ю. Работайте, камикадзе. Что у нас еще осталось? Секретные тюрьмы для геев в Чечне? Ангела Меркель обеспокоена.

Илиас Меркури. Да, она поехала к королю Саудовской Аравии: “Чего там с чеченскими геями?”

Д.Ю. А в Саудовской Аравии за это бошки не рубят?

Илиас Меркури. Не знаю. Ну, а что, все чеченские геи, они в Лондоне. Как написал один в Twitter чувак. Есть там некто Закаев. Вот на этом всю тему можно и закрыть. Кстати, я хочу сказать, в связи с тем, что сам Кадыров, это ключевой человек у границ там, где могут появиться все эти психопаты-террористы, он как раз очень твердо держит свой участок. Он включен в список для дискредитации. Кстати, по этому списку работают Навальный, Ходорковский, все мировые СМИ. Вот, есть определенный список. Начали, условно говоря, с прокурорами. Перешли к Дмитрию Анатольевичу. Кадырова время от времени бьют. Сейчас начали бить Министерство обороны через Юнармию. Заход через Сирию постоянно, но там мало фактуры. Юнармия очень уязвимый такой проект. Рейхстаг, который построили, почему купол современный? Ну, ладно, это архитектурные мои капризы.

Д.Ю. Ну, как. Многие воспримут как сигнал. Что это вы там штурмуете. Совершенно конкретно, он современный.

Илиас Меркури. Дальше там СК. СК давно бьют. По ФСБ всегда бьют, я имею в виду медийно. Вот это часть большого плана. При этом участники этой медийной борьбы не обязательно должны видеть всю картину. У них свой участок, а ты работаешь по нему. А потом мы все встретимся на “Болотке”. Это было уже. Если кто-то не понимает, ну, извините, что я могу сказать. Теперь в Москве.

Д.Ю. Что в Москве?

Илиас Меркури. У нас революция вот-вот должна случиться.

Д.Ю. В пятиэтажках?

Илиас Меркури. Рассказываю, я думаю мы затронет эту тему в следующий раз. Потому, что будет митинг 14 мая и митинг соберет много людей. После 14 мая я приеду, и мы обсудим более детально. В чем нюанс? Во-первых, мы живем уже не в СССР. То есть, мы решили, что права собственности они такие, фундаментальные. Ну, раз решили в 1991 году, давайте. Кто-то решил иначе. Провал полный у московской мэрии по медийному сопровождению. Я не говорю про сети, про интернет, где провал такой, что мало не покажется. То есть, абсолютно информация гуляет. Если спросить кого-то: “Что вы планируете снести?” Ты говоришь пятиэтажки. Что конкретно? Там общие слова. Вот конкретно, что?

Д.Ю. Будем сносить, но пока не определились.

Илиас Меркури. А потом...

Д.Ю. Извини, перебью. Для непричастных. Люди из Певека и Анадыря, им до Москвы далеко. Что там вообще делать-то хотят? Снести все пятиэтажки, а людей переселить куда-то в новые дома? А люди эти за это платить должны, нет?

Илиас Меркури. Нет, сейчас объясню. Там дело не в деньгах, деньги это номер десять в этой проблеме. Это начинал еще Лужков, причем делал он это более агрессивно, чем Собянин. Собянин хотя бы еще выходит на дискуссию. Лужков, что, лично приехал к дачникам у МКАД и сказал: “Вы очень жадные, все забираем”. Потому, что они не успели оформить свидетельства о собственности. А свидетельства о собственности не успели оформить потому, что месяца три тот, кто должен был подписать, взял себе отпуск и свалил. И они им не выдавали, физически не выдавали.

Д.Ю. Крючкотворство.

Илиас Меркури. Да. А потом в интересах государства ты можешь лишиться своей собственности, ну, разумеется, тебе компенсируют, если какая-то трасса пойдет. А теперь еще и другой пункт. Ветхое жилье и аварийное, это понятно, есть в законе все пункты. В том же районе переезжаешь. Строят, это сносят. Понятно. Что происходит на этот раз. Не понятно ничего. Они говорят: “Мы хотим все это сделать очень быстро. Куда-то мы торопимся”. Я не знаю, почему внезапно мы торопимся. Очень быстро и очень масштабно. Теперь мне объясните, что быстро и масштабно получалось в России? Только во времена Советского Союза быстро и масштабно можно было потому, что там не было никакой частной собственности, там интересы государства и народа, там принимали решения быстро и масштабно.

Д.Ю. Плюс готовились к войне. Тогда понятно зачем это надо.

Илиас Меркури. Куда мы торопимся? Какая европейская столица? Потом выходят какие-то спикеры. Какая-то общественная организация по капремонту. Какая-то Москвина. Говорит: “Народу нельзя давать слово, пусть голосуют за готовое решение”. Интересно, откуда взялась эта женщина? Это первый мой интерес. Потому, что народ может за готовое решение проголосовать. Хочу напомнить, в сентябре в Москве муниципальные выборы. И в 2018 выборы мэра Москвы. Еще хочу напомнить, что внезапно я узнал, после глобальной перестановки всего в Москве добавиться еще 500 тысяч жителей. Откуда? А как децентрализация? А как подъем регионов, села, деревень? Где это все?

Д.Ю. Ты знаешь, я, когда в первый раз отправился в Европу, для меня большим открытием было, что, например, в Париже живет чуть больше двух миллионов человек. А в Риме, чуть больше трех миллионов. А у нас в Питере живет не то пять, не то семь. Я посмотрел и задумался, почему так происходит. А происходит так по одной единственной причине, из-за денег. То есть, возьмем, не знаю, Урюпинск. Вот если в Урюпинске построить нормальные магазины из нормальных торговых сетей, где будут продаваться нормальные товары в нормальном ассортименте, по нормальным ценам, а внутри Урюпинска есть работа и зарплата, никто не поедет в Москву увеличивать ее еще на 500 тысяч человек. И сам факт того, что бегут в мегаполисы, два лучших у нас, это Мехико и Каир, где по 20 миллионов человек живет...

Илиас Меркури. По плотности Пекин еще очень жесткий.

Д.Ю. Там ладно, китайцев очень много. Там другое немножко. А тут, когда со всей страны бегут потому, что нигде больше жить нельзя. Это неправильно.

Илиас Меркури. Это преподносится как победа. Я не знаю, зачем 500 тысяч в Москве. Это что за победа?

Д.Ю. Я не знаю, зачем там 17 миллионов.

Илиас Меркури. Правильно. Второе. Условно, они сейчас очень быстро, очень масштабно перестроят всю Москву. Из пятиэтажек построят пятнадцатиэтажек. Или двадцатиэтажек. Хотя они говорят: “Архитекторы на том же уровне”. Они увидели, знаешь в чем [censored] основная? Они увидели средний уровень высотных домов и вот примерно туда подгонят. Понимаешь?

Д.Ю. То есть, если посреди пятиэтажек...

Илиас Меркури. Если они согласовали вчера пятидесятиэтажный дом, то сносят маленькие и ближе туда. То есть, мы идем вверх. Зачем? Потому, что это деньги. Но это не населению. По поводу...

Д.Ю. А населению-то полагается? Если мы с тобой живем в пятиэтажке, которую снесут, и мы заедем в двадцатиэтажку, мы платить должны?

Илиас Меркури. Нет, конечно.

Д.Ю. То есть, это освоятся казенные бабки, да? Это все на казенные деньги?

Илиас Меркури. Во-первых, население платит за капремонт, извините. Деньги идут на капремонт. Уже идут деньги туда, они где-то там копятся. Во-вторых, надо помнить, что есть земля. Ты участвуешь как жилец дома, то есть, у тебя собственность здесь и интересы здесь. И прилегающей территории, то есть, ты собственник. То есть, эти пять этажей площадью, условно, 2 тысячи квадратных метров. Я к этому подхожу как к бизнесу. Вот о бизнесе говорят: “Мы твой бизнес забираем и мы рядом его”.

Д.Ю. Построим в высоту.

Илиас Меркури. Построим пятнадцать, условно. Вопрос. Дополнительная площадь кому? Ответ. Двадцать процентов заберет город. А разницу кто? Застройщик или так кто-то? Вопрос мой. Почему не разрешают людям, вот предложение такое, собираются все люди и говорят: “Мы приглашаем инвестора, мы вместо пяти этажей здесь хотим построить пятнадцать”. Нужен проект, нет проекта. Есть генплан, этого нет.

Д.Ю. К вопросу о генплане. В каком году это разработали?

Илиас Меркури. Был один генплан, придумали другой, все согласовали. А давай еще новая мысль. А завтра они придут за девятиэтажками, то есть, за мной.

Д.Ю. Это разумно.

Илиас Меркури. Нет, нет. Если ты выступаешь и задаешь вопросы, тебе говорят: “Ты против Путина”. Вот как хитро. Теперь я говорю, что есть эти люди, которые по-хамски, высокомерно общаются с москвичами, это вот они как раз против Путина. Это уже не политика. Дело не в Путине. Он не подписал. Он не мог подписать такой идиотский, где не написано, что конкретно сносят. Как можно было так? А теперь медийный провал номер два.

Д.Ю. Вообще это круто, знаешь, что чиновники такого уровня замутили вот такое. Пойди туда, не знаю куда.

Илиас Меркури. А теперь провал номер два. Допустим, это благородный шаг со стороны местных властей, поднять благосостояние и создать благоприятную обстановку для всех москвичей. В ближайшие двадцать лет. Вот Москва превращается в современный, высокий, с инфраструктурой, с парками город. Почему-то постоянно повторяют: “С парковкой под окнами”. Дебилы что ли? С какой под окнами парковкой? Она должна под землей быть, парковка. Земля для людей. Для автомобиля дорога. Парковка под землей. Это даже на уровне депутатов городской думы. И они говорят, что Москва будет шикарным городом.

Д.Ю. Не будет.

Илиас Меркури. Будет.

Д.Ю. Но не для всех.

Илиас Меркури. Для всех москвичей. А теперь куда поедет средний россиянин из Урюпинска? Ну, не обижайтесь, любой город возьмите. Куда? Туда, где лучше. Опустошается периферия. Это второй медийный провал. Третий медийный провал, это когда тебе говорят: “Мы сносим восемь тысяч домов”. А потом говорят: “Это маленькое быдло внизу выступает, мы четыре с половиной тысяч снесем”. Что они должны были сделать? Если они планировали восемь тысяч домов к переселению, и ты уже сэкономил три с половиной тысячи, и предполагается, что на это у тебя были деньги, ты должен выступить как чиновник с федеральным мышлением и сказать: “Вы знаете, у нас в Урюпинске есть бараки. Москва разницу в три с половиной тысячи дарит россиянам”.

Д.Ю. А давайте в Крыму построим, например, или на черноморском побережье в Сочи.

Илиас Меркури. Там очередь сейчас выстроится. Бараки деревянные. Все удобства на улице.

Д.Ю. Например, комплексы для отдыха построим, дадим работу местному населению. Предоставим места для отдыхающих, заработаем денег.

Илиас Меркури. Да, этого никто не говорит. Ты сам уже сказал, что меньше будем сносить потому, не потому, что мы передумали. Почему ты должен решать, 8 тысяч, 10 тысяч, 15 тысяч, завтра 50 тысяч? Непонятно какая квадратура. Непонятно зачем 500 тысяч дополнительно. Откуда? Нарожают что ли? И самое главное что происходит, с правом собственности на жилье. Что у человека крыша над головой. Там уже не будет политики вообще. Это из серии, почему происходят революции. Вот когда придут за крышей над головой, тебе уже все равно кто. Ты пойдешь, даже если твой дом не сносят, поддерживать того. Потому, что следующий ты. Они говорят: “А ты не имеешь права обратиться в суд из-за того, что у тебя отнимают собственность. Ты имеешь право обратиться в суд только оспорить жилье”. И тут момент, не равноценное жилье, а равнозначное. В своем районе. “А что вы возмущаетесь? В границах своего района”. Это он рассказывает мне, какой-то там приехал депутат ГД РФ из какого-то города. Типа: “Я мэр, я практик”. В границах. А ты знаешь границы моего района, я в Тверском районе живу. Я хочу сказать, что у одной границы квадратный метр стоит 20 тысяч долларов, в другой 6 тысяч, где-то еще стоит 9 тысяч. Что значит равнозначное? То есть, мои 110 метров, которые они считают, что мне не комфортно, мне дадут в другом месте 110, но оно будет стоить меньше. Равноценное или никак. Напоминаю тем умникам, которые это задумали как колоссальный социальный проект в преддверии выборов, они ошиблись, это так не делается. Сначала разрабатывать детально, потом общественное мнение, медийное сопровождение. Не вот этими “ботоводами”-идиотами, которые на своих кабриолетах и ставят “лайки”, “я за снос пятиэтажки”. А сам живет в элитном доме. Это что за позор такой, мы живем в эпоху высоких технологий. Хочу напомнить, что в сентябре выборы муниципальные. А Москва, извините, что происходит в Москве, это отражается на всю страну. Плюс выборы мэра. Это, с каким настроением люди будут голосовать? Более того, они еще кто-то умудрились позвонить Лужкову.

Д.Ю. Что он об этом думает?

Илиас Меркури. Он сказал: “Вот неправильно они там все сделали. Вот у нас была такая программа переселения ветхого жилья”. Врет он, каждый второй недоволен. Они что сделали, “увеличение площади” говорили людям. Было 37, получилось 38. А еще они сносят не тип домов, а говорят: “Морально устаревшие”. Что за здание “морально устаревшее”? И тут мадам одна, сидит, бросается международным опытом. Я просто увидел практически все дискуссии на этот счет. “Ах, там, сям. Морально устаревшее, это когда у тебя кухня большая, ванна большая, а они сейчас маленькие”. Вот бред этот несет. Теперь объясните мне, пожалуйста, студии, которые по всему миру популярны, где кухня вот такая потому, что ты дома не ешь. Это вообще другое. Называть “морально устаревшим”, могут собраться эксперты вдесятером и сказать: “А вот ты морально устарел, мы тебя снесем”. И тут [censored] номер два. Они говорят: “Мы никогда не пойдем против жителей, жители сами будут решать”. Семьдесят на тридцать. Рассказываю. Сто квартир. Семьдесят квартир говорят: “Мы съезжаем”. А тридцать квартир: “Мы не хотим”. Нет, иди на [censored]. Большинство будет душить меньшинство, и участвовать в изъятии собственности по голосованию. А давай мы с тобой сейчас проголосуем и отнимем у Дементия квартиру.

Дементий. Я вас перестреляю.

Илиас Меркури. Вот, слышно это будет? Вот это ключевое.

Д.Ю. С Дементием не забалуешь.

Илиас Меркури. Это что такое, я с этим дебилизмом столкнулся у себя во дворе только в другом масштабе. Есть такое, как уборка листьев, листву убирать, не убирать. Оказывается мои товарищи, жильцы могут решать надо это убирать или не надо. Ну, как, если все уже решили, что листву не надо убирать потому, что это подушка зимой. Оказывается, через голосование, это уже, как бы, не подушка. И есть дворы в Москве, где половину убрали, а половину не убрали потому, что здесь проголосовали убрать, а здесь не убирать. Но это еще хуже, моя собственность, моя квартира. Мои соседи соберутся и решат: “А мы хотим переехать”. В этом же районе, в границах.

Д.Ю. Равноценно или равнозначно.

Илиас Меркури. Равнозначно. А ты против? И тут появляется одна мадам, Москвина: “Не надо народу много выбора давать”. Другой, который был еще мэром Мурманска что ли, да по–моему, говорит: “Вы знаете, одна квартира будет шантажировать власть”.

Д.Ю. Будет. А что делать?

Илиас Меркури. Нет. Это его квартира, у него есть свидетельство о собственности. И это не шантаж, это его право.

Д.Ю. Я тебе так скажу. Вот был Советский Союз. Советский Союз был устроен совершенно не так. Во всех отношениях абсолютно не так. Вот его сломали. И теперь, понимаешь, я вот наблюдаю деятельность, так называемых, ТСЖ, когда нам надо лестницу мыть и всем надо сдать по 200 рублей на тряпки, помывку и прочее. “А я не буду сдавать 200 рублей”, - говорит человек. Почему? “А я считаю, что это слишком много и не дам”. Хотим поставить домофон, чтобы платили снизу. “А я не буду платить за домофон, ко мне никто не ходит”. Отдельные горячие головы кричат: “А мы тебе тогда ключ не дадим”. – “А я его сломаю”. И по закону будет прав. И количество этой фигни, которая никак не устаканена вообще... А на это, я подозреваю, требуются десятилетия. Это не твое собачье дело убирать листья или нет, это вообще не ты решаешь. Никаким боком. Раз, и оно вот так. Нельзя построить дом, как у нас сейчас делают, вкрячили какую-то дуру несусветных размеров, а машины даже на улице ставить некуда. Там нет мест для стоянок. Драки, стрельба, ненависть. А кто тебе разрешил его построить без стояночных мест? А это все сеет чудовищное социальное напряжение.

Илиас Меркури. У нас, даже в моем подъезде есть несколько квартир, которые ни в чем не участвуют. Либо не могут, либо не хотят. Кто-то не может реально. Нет денег у человека, он не участвует. Это путем дискуссии. Можешь не обращаться. Если вопрос безопасности, это другое. Это вопрос собственности. Собственность. Если мы возьмем и разрушим фундамент, что твоя собственность завтра не твоя, только потому, что кто-то голосовал. Или внесли законопроект. Проект закона. Где написано, что у тебя нет квартиры. Во-первых, они вызовут не то, что панику, а разочарование. Разочарование хуже паники. То есть, вложить в жилье московское, даже в российское, а зачем? Я не говорю уже про бизнес. Хорошо устроились. Тоже депутат говорит: “Ах, никто не говорит о среднем бизнесе”. Вот есть еще бизнес. “Мы с ними будем говорить. Если ему не нравится, куда его отправят в пределах района, мы у него выкупим по кадастру”. По кадастру, кстати, сейчас приближена, иногда превышает, к рыночной стоимости. Дело-то не в этом, бизнес-то работает. То есть, ты у него забираешь бизнес, говоришь: “Ты будешь там теперь работать, а мы тебе компенсируем, на тебе”.

Д.Ю. Отлично.

Илиас Меркури. Проблема первая. Хамство чиновников, высокомерие. Разных уровней. Не хочу называть, все знают. Два. Департамент информации. Провал вообще во всем. Третье. Фикция все вот эти встречи с жителями. Это фикция, показуха. Четвертое. Дискредитация всей системы власти в преддверии выборов. Это что такое вообще? И говорят: “14 мая кто пойдет, тот враг России”. Чего больные, что ли?

Д.Ю. Извините за цинизм, обосрались, теперь выход только вот врагов искать.

Илиас Меркури. Должны отступить. Уже отступают. Но это не по своей воле. Когда ты приходишь к президенту, показываешь, понятно не подпишет. Вопрос: “Что ты конкретно сносишь?” Ради всего хорошего, против всего плохого. Понятно, тут общие фразы: “Мы с народом поговорили, с населением провели работу”. Что конкретно ты сносишь? Ответа нет. Что такое “морально устаревшее” жилье? Появляются эксперты и несут всякий бред. Ветхое жилье, да? Но в законе предусмотрено, если рушиться, спасайте людей, переселяйте.

Д.Ю. Ты знаешь, жилье, это в первую очередь деньги. Например, если ты зарабатываешь 10 тысяч рублей в месяц, то, наверное, ты себе можешь позволить жилье одного типа. А если 100 тысяч, то другого. А если 10 миллионов, то, наверное, третьего. И рассуждать в рамках этого, что оно какое-то “морально устаревшее”, если оно не разваливается, мягко говоря, странно. А что ты хотел за 10 тысяч рублей? Хоромы какие-то сказочные, с огромными кухнями, с гигантскими ванными? Советский Союз был как раз про равенство. Так вот, в условиях равенства почему-то получались “хрущобы” и “корабли”. Не исполинских размеров, но ничего, жили.

Илиас Меркури. Проблема еще заключается в следующем, ремонтирую то, что должно было быть отремонтировано и реконструировано еще лет 20 назад. При Лужкове, кстати. Это по той части, что я не обязан говорить “спасибо”, что мне переделали там Тверскую. Красиво переделали. Садовое кольцо, красиво. Но это должно было быть сделано еще лет 20 назад. Была необходимость для города. Это было позором для всей страны, что в центре такой бардак. И все вот эти здания, которые сейчас переделаны, это тоже был позор. Но это не мой позор, это позор тех, кто руководил городом, Лужков, например, и его дружбаны. Они, кстати, все при делах, кроме Лужкова. У нас как, предали первого и все, все пристроились. Ну, почти все. Поэтому, когда мне говорят: “Столько хороших дел”. Да, естественный процесс для любого человека, который возглавляет город. Он всегда планирует. Но, когда они приходят сверху и говорят: “А мы все снесем. А мы вот так, через голосование, забираем у тебя собственность”. Это что? А зачем тогда мне собственность в целом? А почему не вернуться нам туда, в 1989-й, когда этих вопросов не было. Почему не вернуться в 1989-й, когда за слова чиновники отвечали головой, буквально? Почему? А сейчас говорит и говорит. Подняли волну. Сейчас у нас майские праздники, все должны были отдыхать, гулять и так далее. Впереди лето, у населения другие заботы. И тут внезапно, под шумок, под выборы: “А мы снесем 8 тысяч домов”. Полтора миллиона человек, вы чего, больные что ли? Я не понимаю, куда мы торопимся?

Д.Ю. Не знаю.

Илиас Меркури. И посыпались сразу все эти фотографии, со всей России, этих деревянных бараков. И что ты им на это скажешь? Что москвичи должны жить в шоколаде?

Д.Ю. Должны быть приоритеты в этой жизни. Из деревянного барака переселить в хороший дом, это приоритет.

Илиас Меркури. Вся Россия будет стремиться в Москву. И тогда они придут: “Давай еще реновацию сделаем”. Какие там 500 тысяч, это на бумаге.

Д.Ю. Как в Мексике будет или как в Каире. Я, ты знаешь, наблюдаю за всем через Facebook. Я ни одного довольного и ни одного согласного с этим там не вижу. Все недовольны, все не согласны.

Илиас Меркури. Есть еще дома, штук 65 – 66 по старой программе должны быть, это еще лужковские. Это панельные. Многие подумали, что пятиэтажки панельные. Естественно, их надо сносить. Я не говорю о том, что пятиэтажки панельные, пожалуйста, езжайте в Западный Берлин и посмотрите, во что их превратили, как они выглядят. Что можно из панельной пятиэтажки сделать прямо замок. Реально, очень высокого класса жилье. Почему у немцев получилось, а здесь хотят под ноль все? Желание нужно.

Д.Ю. И деньги.

Илиас Меркури. Деньги есть у Москвы. Пожалуйста, вот немецкий опыт. Я когда приехал в Восточный Берлин, я не понял, это что? Это наши панельки. И они все разные. Они когда-то были типовые. Теперь все разные. Разные подъезды, разные окна. Цветы там. Крыши разные. И тут появляются наши красавцы: “А у нас будет по-другому, мы все снесем”. Они не подлежат. Да, есть там серия, которые не подлежат, все вот так построены. Я думал, что панельные, оказывается и кирпич тоже под снос. Оказывается не только кирпич, оказывается еще и “сталинки” под снос. Оказывается не только “сталинки”, а еще начало XX века, когда люди строили очень неплохо.

Д.Ю. Это отдельно, когда ты 14-го приедешь.

Илиас Меркури. Нет, 14-го мы посмотрим, что там происходит. Потому, что я надеюсь, что до 14-го мэр должен что-то предложить москвичам. Потому, что напоминаю, в сентябре муниципальные выборы. А в 2018, после президентских, выборы мэра. “Вам здесь не тут”, - как говорил известно кто. Надо более внимательно, и я бы избегал говорить, что мы куда-то торопимся, и мы хотим все перестроить. Потому, что это всегда вызывает одно подозрение. Кто-то хочет до пенсии разбогатеть. Первое, что приходит в голову, в мысли человека. Потому, что мы никуда не торопимся. План нужен на 20 лет, на 30 лет, на 40 лет. И нам в “предъяву” этот депутат, который, забыл его: “Это если мы не предпримем, это наши внуки увидят”. Да. Внук будет понимать, что это начали...

Д.Ю. Это как “кидалово” известное: “Давай, давай, давай. Быстрей, быстрей, быстрей. Не надо думать, давай вот быстро, быстро”. Как только такое говорить начинают, значит “кидалово” какое-то. Однозначно. В следующий раз поговорим.

Илиас Меркури. Да, Дмитрий Юрьевич.

Д.Ю. Спасибо, Илиас.

Илиас Меркури. Спасибо вам, Дмитрий Юрьевич.

Д.Ю. Переживаю я за нашу оппозицию, как у нее вообще все непросто происходит. Приезжай еще.

Илиас Меркури. Очень тяжело. Гнобят сверху, еще дома отнимают.

Д.Ю. А на сегодня все. До новых встреч.


15.03.16   286600 просмотров

09.03.16   174458 просмотров

06.11.15   105681 просмотр

В новостях

06.05.17 01:57 Под ковром 44: про текущий момент и реновацию Москвы, комментарии: 94


Комментарии
Goblin рекомендует заказывать одностраничный сайт в megagroup.ru


cтраницы: 1 всего: 1

Biruza
отправлено 08.05.17 19:35 | ответить | цитировать # 1


В обсуждении упоминается Холмс, который курил трубку и размышлял над фактами, не пользуясь сведениями от осведомителей, в противопоставлении действительности – "в жизни все не так".
Пример, иллюстрирующий мысль, яркий, но противоположный рассказам писателя.
То есть не "в жизни все не так", а именно "_даже_в_книжках_" сыщики пользуются осведомителями.

-----------------------------------

Холмс: Добрый день, джентльмены!
Беспризорники: Мы нашли его, сэр! Мы нашли его! Краснорожий в коричневом пальто. Да, он в коричневом пальто.
Холмс: Молодцы. Это тебе новые инструкции, Хиггинс.
Хиггинс: Слушаюсь, сэр.
Холмс: А теперь получите гонорар.
Беспризорники: Спасибо. Спасибо, сэр. Спасибо.
Холмс: Что-нибудь ещё, джентльмены?
Беспризорник: Одну сигару на всех, сэр.
Холмс: Курить вредно! Видите, какой я худой? Это от курения.

-----------------------------------

_Шерлок_Холмс_и_дети_

Точнее – Шерлок Холмс и беспризорники, потому что с другими детьми он в книгах Конан Дойла почти не общается.
В повестях «Знак четырех» и «Этюд в багровых тонах», а также в рассказе «Горбун» на Холмса работает компания лондонских беспризорных мальчишек, которых он называет «нерегулярные полицейские части, моя команда с Бейкер-стрит». В основном Холмс использует их для того, чтобы за кем-нибудь проследить или что-нибудь отыскать. «Эти «Аврору» из-под земли достанут, – говорит он Ватсону. – Они всюду пролезут, все увидят, все услышат».
В последнее время получила широкое распространение мысль о бесчувственности Холмса, и в качестве доказательства приводится его отношение к детям – ведь он, о ужас, эксплуатирует детский труд, заставляя уличных мальчишек работать на него. При этом забывается, что современной ювенальной юстиции в конце XIX века не существовало, а беспризорных детей или детей, чьи родители не имели времени за ними присматривать, было очень много. Ну а Холмс не было королем Англии или хотя бы миллионером, могущим облагодетельствовать всех бедняков на свете. Дети работали на него добровольно и охотно, даже гордились своей работой, а деньги, которые он за это платил, были им явно не лишние.


PS
пост не для вывешивания, а для копилки знаний, чтобы у критиков не было повода придраться в некорректности примеров.



cтраницы: 1 всего: 1

Правила | Регистрация | Поиск | Мне пишут | Поделиться ссылкой

Комментарий появится на сайте только после проверки модератором!
имя:

пароль:

забыл пароль?
я с форума!


комментарий:
Перед цитированием выделяй нужный фрагмент текста. Оверквотинг - зло.

выделение     транслит


интересное

Новости

Заметки

Картинки

Видео

Переводы

Проекты

гоблин

Гоблин в Facebook

Гоблин в Twitter

Гоблин в Instagram

Гоблин на YouTube

Видео в iTunes Store

Аудио в iTunes Store

Аудиокниги на ЛитРес

tynu40k

Группа в Контакте

Новости в RSS

Новости в Facebook

Новости в Twitter

Новости в ЖЖ

Канал в Telegram

реклама

Разработка сайтов Megagroup.ru

Реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru


Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк