Баир Иринчеев о печатной пропаганде во время ВОВ

Новые | Популярные | Goblin News | В цепких лапах | Властелин колёс | Вопросы и ответы | Гоблин и танки | Каба40к | Книги | Коротко про | Образование | Опергеймер | Под ковром | Путешествия | Разведопрос | Репортажи с мест | Семья Сопрано | Сериал Рим | Синий Фил | Смешное | Солженицынские чтения | Трейлеры | Хобот | Это ПЕАР | Персоналии - Баир Иринчеев | Разное | Каталог

18.10.18



Вконтакте
Одноклассники
Telegram


Д.Ю. Я вас категорически приветствую! Баир, добрый день.

Баир Иринчеев. Д.Ю., добрый день. Добрый день, уважаемые зрители.

Д.Ю.????

Баир Иринчеев. Да, у нас была лекция где-то год назад или уже больше, посвящённая военной пропаганде, и наверное, настало время посмотреть, что это вообще было, какие слова использовал противник и какие слова использовала наша пропаганда на противника для того, чтобы убедить его в том, что пора сдаваться. И здесь большая часть коллекции листовок, которые я собирал с 2000 года. Большая часть листовок – это именно финские листовки, адресованные бойцам и командирам Красной армии, с Финской войны, с Великой Отечественной войны, поэтому они на русском языке. Выпускалось их огромное количество, номенклатура была очень широкая, поэтому их достаточно много сохранилось, и собственно, финны сами подбирали их в качестве сувениров, и опять же, сейчас они в Финляндии продаются за какие-то там смешные деньги, по 5 евро, поэтому тут, наверное, действительно, часть – это реплики, но большинство подлинные всё-таки.

Д.Ю. Позвольте зачитаю: «Красноармейцы! Кому нужна эта война? Только коммунистической власти и вашим комиссарам. Они ограбили вашу страну, теперь решили грабануть нас, финнов. Это настоящий международный разбой. Разве вы разбойники? Вы честные солдаты. Бейте международных бандитов – ваших комиссаров. Да здравствует мир между нами!»

Баир Иринчеев. Да, это вот очень характерная листовка небольшого формата. Их было огромное количество самых разных, но вот в этих маленьких листовках, собственно, главный тезис – это что «уже наступили холода, чем замерзать в наших северных сугробах, лучше сдавайся в плен к нам, финнам. К пленным относимся хорошо, кормим хорошо, но при сдаче в плен обязательно уничтожайте ваших кровопийц-политруков».

Д.Ю. В общем, политрук – важнейшая фигура, я так понимаю?

Баир Иринчеев. Да-да. Ну и вот по поводу еды, наверное, самая лучшая листовка, просто прямо реклама финских супермаркетов, если так иронизировать: «Хлеба и ветчины достаточно в Финляндии». Да, мы сканы предоставим, но прямо вот как будто в наше время для тех, кто ездит в Лаппеенранту за сыром, за ветчиной и прочими финскими вкусными продуктами.

Д.Ю. «Хороша еда для пленных, и здесь её много! Довольны и сыты военнопленные в Финляндии». Сколько у них там – 30% в плену погибло, да?

Баир Иринчеев. Вот эта листовка, судя по всему, с Советско-финляндской войны, там смертность была очень небольшая, т.е. там просто всё очень быстро закончилось, и после Финской войны очень быстро и цивилизованно поменяли по формуле «всех на всех». Там нашлись, правда, некоторые наши пленные, которые категорически не хотели возвращаться в СССР, но в основном-то как раз были люди, которые подписывали вот такие листовки или считали, что к ним предъявят очень серьёзные претензии в СССР, и 18 финнов, которые сидели в нас в плену, тоже строчили листовки, каким-то другим образом сотрудничали с администрацией лагеря для военнопленных и резонно ожидали, что им в Финляндии впаяют 7 лет за гос. измену, поэтому, действительно... Но в основном все поменялись и все вернулись нормально туда-сюда. Смертность в 30% была на Великой Отечественной войне у наших военнопленных в Финляндии.

По поводу политрука – вот классическая листовка: «Этот боец убил батальонного комиссара».

Д.Ю. На Кротова похож из фильма «Противостояние».

Баир Иринчеев. Самое интересное, что вот... т.е. это же всё фотошоп, только фотошоп того времени, т.е. они брали фотографии, потом их печатали, потом их вырезали, и посмотрите, пожалуйста – абсолютно идентичные снимки наших военнопленных, т.е. финские пропагандисты приехали в лагерь, отфотографировали наших пленных и потом начали печатать эти фотографии счастливых курящих бойцов, в общем-то, на всех самых разных листовках.

Д.Ю. «Этот боец убил батальонного комиссара. Он оказался умным – срезал комиссарский знак отличия и с ним сдался к нам в плен» - ну хорошо хоть не голову отрезать надо. «Теперь он чувствует себя счастливым, беззаботно живя в Финляндии. Сделай и ты так же. Когда все комиссары будут перебиты, война кончится. Подумай, припомни все издевательства твоего политрука над тобой. Убивай политрука, но не забудь захватить его знаки отличия!»

Баир Иринчеев. Ну плюс вот обратите пожалуйста, внимание, что спокойно используются фотографии голода в Поволжье 1920-ых годов, именно показывая, что на самом деле это в России сейчас люди голодают, это на самом деле так всё плохо, а у нас всё хорошо, у нас есть хлеб, ветчина и т.д. Но чтобы закрыть вот эту тему комиссаров, вот ещё одна листовка разворотная: «Они так веселы, потому что...» – вот внизу здесь: «Они так веселы, потому что вырвались к счастливой жизни из когтей политруков».

Д.Ю. Ну как искусно сочетается: война – совершенно очевидно, что это плохо, её надо прекратить, и есть решение – надо убить командира и политрука, да.

Баир Иринчеев. Вот эта листовка интересна тем, что здесь, обратите, пожалуйста, внимание, тут обещают кучу денег.

Д.Ю. «Финны щедро заплатят вам за оружие, которое принесёте с собой: за револьвер – 100 руб., за винтовку – 150 руб., за скорострельный револьвер...» Что это такое?

Баир Иринчеев. Ну это, наверное, имеется в виду ППД.

Д.Ю. «...400 руб., за пулемёт – 1500 руб., за танк – 10 тыс. руб. За неповреждённый самолёт уплачивается 10 тысяч долларов и кроме того оплачивается поездка за границу, в какую угодно страну. Долой войну! Сдавайтесь и этим кончайте её. Переходите к нам. Мы дружески вас примем. Политруки и краскомы гонят вас в объятия холодной смерти. Мы даём вам совет, как спастись: уничтожайте политруков и красных командиров, сдавайтесь в плен. Этим путём уже много тысяч ваших товарищей избежало смерти». Это имело успех?

Баир Иринчеев. Нет, абсолютно не имело успеха, мы об этом поговорим чуть-чуть попозже. Сейчас буквально достану, один момент, классические листовки, чтобы закрыть тему проклятых политруков. Т.е. листовки, как вы можете видеть, были разные, т.е. они были с фотоколлажами, с предложением сдаться в плен и ещё получить за это денег и получить поездку в Америку какую-нибудь, а была целая серия листовок, где были изображения как раз политруков и были такие двустишия.

Д.Ю. «Мёрзнешь ты среди лесов по приказу подлецов» - что-то как-то он не очень на еврея похож. Хотя какой-то чёрный...

Баир Иринчеев. Еврейская тема была в листовке по поводу Штерна, к которой мы ещё вернёмся. На Финской войне она была не очень, но она присутствовала, именно там прошлись по Г.М. Штерну по поводу ..., по поводу его происхождения. Следующая.

Д.Ю. «Политрук Герой Союза, а у тебя пустое пузо». Неплохо.

Баир Иринчеев. Да. Следующая – классическая, самая, наверное, известная листовка.

Д.Ю. «Как попался политрук – так тяни его на сук».

Баир Иринчеев. Да, и последняя из этой серии, тоже очень известная фотография.

Д.Ю. «Политрук хуже врага. Он стреляет тебе в спину!» - ну прямо худ. фильм Н.С. Михалкова «Противостояние».

Баир Иринчеев. Да-да-да. На самом деле тема с политруками абсолютно не срабатывала, просто потому что на листовках политруки, во-первых, изображены – они все в чёрном, с наганами или с маузерами, как на Гражданской войне, а на Финской войне их роль была уже совсем другая. Т.е. возможно, да, там на Гражданской войне – как мы знаем, институт комиссаров был введён в Красной гвардии для того, чтобы следить за лояльностью и воодушевлять всех, т.е., действительно, там комиссар мог при бунте в части Красной гвардии или пори признаках перехода на сторону противника применить оружие. На Советско-финской войне, на Великой Отечественной войне всё уже было по-другому: они носили такую же армейскую форму, у них просто были, действительно, вот эти звёзды, которые здесь нарисованы, ни в каких чёрных кожанках они уже...

Д.Ю. На обшлагах, да?

Баир Иринчеев. Да-да, здесь вот были на обшлагах шинели или на рукавах гимнастёрок. Никаких чёрных курток они так уже особо не носили, т.е. этот шик, конечно, был, но нее то, что все комиссары носили эти куртки, и конечно, они в основном не прятались за спинами бойцов, а как раз вот комиссары батальонов, политруки рот шли в атаку точно так же, как все остальные.

Д.Ю. Задача была воодушевлять.

Баир Иринчеев. Да, по Уставу у нас же как происходило: если погибает или выходит из строя командир роты, то его заместитель, замполит роты или зам. политрука, должен дальше вести в атаку. Комиссар батальона – то же самое: комбат вышел из строя – его заменяет комиссар. Поэтому вот это всё – это полное...

Д.Ю. Т.е. это подразумевало ещё какую-то воинскую подготовку, да? Т.е. они имели специальное образование?

Баир Иринчеев. Возможно, да. Ну они в первую очередь, конечно, имели военно-политическое образование, но вот служили наравне со всеми. И вот этот вот стереотип, который мы здесь видим, вот в этих листовках – это, конечно, наши белоэмигранты русские, которые уехали за рубеж, не приняли революцию, повоевали за белых, проиграли в Гражданской войне, и соответственно...

Д.Ю. Конечно же, это друзья России, они хотели ей добра.

Баир Иринчеев. Ну, в 1939 году почему-то они работали явно на отдел пропаганды финской армии, и это, кстати, очень хорошо видно по стилю, т.е., как мы с вами знаем, в 1918 году прошла реформа русского языка у нас: ОК, пропали «яти» - это они научились делать, но вот новые правила русской орфографии они не знали, поэтому у них «безполезные», там, и т.д., т.е. вот там именно старой орфографии очень много видно. И собственно, вот здесь как раз хотел показать, что вот есть черновик листовки, и тут прямо идут исправления орфографические, т.е. это удалось, действительно, очень редкую вещь посмотреть: т.е. вот это черновик...

Д.Ю. «Красноармейцы, вождь Советского Союза Сталин не хотел завоевания Финляндии. В эту военную авантюру вас повлекли ваши политруки и военный совет...» - т.е. Сталин это святое, нельзя трогать?

Баир Иринчеев. Да-да-да, вот на этом они тоже играли очень ...

Д.Ю. «...военный совет Ленинградского военного округа, для удовлетворения своего военного честолюбия». Ничего себе! «Теперь вы, красноармейцы, совершенно зря гибнете. Многие ваши полки уже полностью уничтожены. Подвоз пищевых продуктов прерван, и поэтому перед вами голодная смерть. Добавьте к этому мороз и снежные заносы. Если вы хотите среди всего этого ужаса уцелеть – СДАВАЙТЕСЬ! Отпусти винтовку на плечевом ремне дулом вниз! Подними руки и переходи к нам! Мы тебе не сделаем ничего дурного, стрелять мы не будем. Получишь пищу и тепло. Перед сдачей не забудь ухлопать своих политруков!» - атас! Атас!

Баир Иринчеев. Да. И действительно, вот этот лозунг, что Сталин – это святое, а войну затеял Мерецков за спиной у Сталина, т.е. Сталин вообще не в курсе, что тут вообще-то началась Финская война, и поэтому это личная авантюра Мерецкова, т.е. он так тайно двинул весь Ленинградский военный округ на Финляндию, а Москва не знает.

Д.Ю. Не в курсе, да?

Баир Иринчеев. Да, вообще абсолютно не в курсе. Т.е. вот этот мотив у финнов тоже встречается очень часто: «Сталин сказал в своей речи весной 1939 года: «Чужой земли нам не надо, своей ни пяди не отдадим». Но что сделали начальники ЛВО? Распространяя лживые сведения и самым наглым образом провоцируя войну, эти подлые провокаторы добились того, что СССР напал на мирную маленькую Финляндию».

Т.е. вот это тоже очень важный момент – еврейский мотив. Самая известная листовка... единственная известная нам листовка времён Советско-финляндской войны – это, действительно, выпад в сторону нового командующего 8-ой армии в Приладожье, его назначили туда после провала наших операций в Толвоярви и других, когда 8-ая армия там явно не справлялась, Хабарова сняли, и на его место пришёл Г.М. Штерн. Ну и по нему прошлись вообще так от души.

Д.Ю. Зачитываем: «Жид, изменник, предатель, скотина – вот кто ваш новый командир Григорий Михайлович Штерн! Вся его жизнь – сплошная измена, а как солдат он ничего ещё не сделал. Даже его имя ложь – он не Михайлович, а Исаакович, скверный жид! В школе прошёл только 5 классов, дальше не мог. А политику играет, целуя задницу Ворошилова! Важнейшая его победа – гибель Тухачевского. Аль ради чего его оставили живым, когда других за их заслуги ликвидировали? Чтобы скрыть свои пакости в качестве начальника штаба Дальневосточной Красной армии, он предал своего начальника Блюхера. Спросите у чекиста Лушкова, такого же предателя, который теперь живёт в Японии...» - помню такого гада, да. «Спросите у вашего политрука, правда ли это, а если он не отвечает, спросите у вашего командира. Если они говорят вам о победах на озере Хасан, то знайте, что они и сами не верят этого».

Баир Иринчеев. Да, тут ошибки в падежах небольшие, да.

Д.Ю. С ошибками, да, как-то так. Такое чувство, что писал русский, а набирал финн – там какие-то такие хитрые вещи.

Баир Иринчеев. Вполне может быть, да. Ну это второй вариант этой листовки: «Жид, изменник, доносчик, скотина...»

Д.Ю. Да: «...это ваш командующий... вот кто ваш новый командующи1 Григорий Михайлович Штерн!»

Баир Иринчеев. Да, второй вариант той же самой листовки.

Д.Ю. Тут уже не «скверный», тут уже «поганый жид».

Баир Иринчеев. Да-да-да, вообще. Но нужно сказать, что в основном, конечно, все финские листовки сводятся к тому, что ваши политруки гады, вы сейчас все замёрзнете, поэтому убивайте политруков, переходите к нам, и всё будет хорошо.

Д.Ю. Наша любимая. Многие считают, что эту шутка.

Баир Иринчеев. Нет, это не шутка, это реальная немецкая листовка 1941 года. Вот здесь на столе вы можете видеть часть номенклатуры финских листовок, которые выходили на русском языке на нашу армию, а вот эта толстая книга – это немецкие листовки только за 1941 год, т.е. можно себе представить, что если брать полную номенклатуру немецких листовок, которые они на нас сбрасывали тоннами, то там, по-моему, 10 томов вот таких вот толстых получается.

Д.Ю. Неплохо!

Баир Иринчеев. Да, т.е. это тема неисчерпаемая. Я вот когда увидел этот первый том, я понял, что просто уже даже не буду заниматься коллекционированием немецких листовок, потому что тема необъятная абсолютно – это раз, второе – как всегда, всё, что связано с немцами, среди коллекционеров очень популярно, и это всегда приводит к тому, что есть подделки.

Д.Ю. Но какое потрясающее сходство!

Баир Иринчеев. Да-да, т.е., конечно, тут, очевидно, кто-то с явно черносотенными взглядами из наших эмигрантов уехал в Финляндию и написал такую «замечательную» листовку.

Д.Ю. А я недавно был на книжной ярмарке в Москве на ВДНХ, там издательство «Чёрная сотня» представлено.

Баир Иринчеев. Ну у нас же свобода и демократия.

Д.Ю. Да.

Баир Иринчеев. Ну, очевидно...

Д.Ю. Именно это нам и надо, да.

Баир Иринчеев. Да, очевидно, это то, что, действительно, нам нужно. На самом деле, очень интересно, что об этой листовке я в первый раз услышал от одного нашего ветерана Советско-финляндской войны, в 2000 году их было ещё достаточно много. К сожалению, сейчас времени уже прошло столько, что почти никого не осталось, там всем уже далеко за 90 или более 100 лет уже, люди, кто воевал на Финской войне, их осталось немного. И мне вот один ветеран сказал, что «я поднял...» Он сказал это так: первое – что не было запрета. На Великой Отечественной был запрет, как мы знаем, за поднятую листовку противника, в общем-то, если «особисту» нужна была галочка, что он работает, то, действительно, можно было поиметь большие неприятности, и даже могли поставить к стенке показательно, для того чтобы другие этим не занимались.

Д.Ю. Т.е. даже самокрутки нельзя было делать?

Баир Иринчеев. Да, т.е. даже самокрутки – считалось, что если боец поднял листовку и её прочитал, значит, он интересуется, значит, он потенциально уже, может быть, в голове прокручивает план Б?

Д.Ю. Ну, здраво.

Баир Иринчеев. Да, т.е. это была такая предупредительная мера. А на Финской войне этого не было, и вот этот ветеран мне сказал так: «Валяются листовки, я поднимаю эту листовку и там читаю вот эти слова: «Жид, изменник, предатель, скотина – это ваш новый командующий 8-ой армии Штерн».» И ветеран на это ответил так, что... Ну т.е. во-первых, ему очень запало в память, т.е. лозунг-то хороший вообще такой, именно врезается в память – писали маркетологи, наверное, или пропагандисты хорошие. Он сказал так: «Слушайте, я даже номера нашего корпуса не знал, я не знал, в какой я армии воюю. Где там эта 8-ая армия, кто такой Штерн, я вообще абсолютно не в курсе». Т.е. тоже получается, что эта листовка, вроде да, т.е. финская разведка узнала, что, действительно, назначен новый командующий 8-ой армии, но вот эта листовка как-то... ну кто этого Штерна знает? Т.е. простой боец на фронте, как правило, может быть, что-то слышал о Штерне...

Д.Ю. Командира полка с трудом...

Баир Иринчеев. Да, командира полка он уже не знает и комдива тоже, соответственно, уже не знает. Очень интересно: вот тоже листовка, опять же, обратите, пожалуйста, внимание, что здесь использованы в качестве фотографий для коллажа...

Д.Ю. Всё те же фотки, да.

Баир Иринчеев. Те же фотки везде используются, да, т.е. фотографии...

Д.Ю. Голод в Поволжье.

Баир Иринчеев. Голод в Поволжье, там голодающие Поволжья 1920-ых годов, особенно вот эта фотография нижняя, где гора трупов около православного креста – это Поволжье именно. Да, но тут речь именно... очень интересный текст, позвольте, я вам расскажу: т.е. здесь тот, кто писал эту листовку, он пытается подражать языку петроградских рабочих и русских рабочих, т.е. можно озвучить...

Д.Ю. «Товарищи! Большая беда стряслась над нами, и дело пахнет провокацией. Объявился какой-то Куусинен и заявил, что финский народ просит у нас помощи против своих буржуев и капиталистов. Наши кремлёвцы поверили этому прохвосту и послали Красную армию помогать финнам освободиться от их эксплуататоров. А на деле вышло всё наоборот тому, что Куусинен наврал. Наши раненые и даже комиссары рассказывают, что финны дерутся, как звери, и все против нас. Народу нашего уложили прямо страсть, одних убитых за двести тысяч перевалило, а с ранеными, говорят, доходит до четырёхсот тысяч. Да наверное, не меньше, ведь все больницы и школы у нас забили ранеными, и то местов не хватило, пришлось везти дальше. А толку от этого ровно никакого. Врут наши сволочи, что у нас победа. Какая там победа, когда пушки палят всё время под ухом у самого Ленинграда, значит, бои-то идут недалеко от границы. Значит, правду говорят, что у финнов там сильная линия, вроде как у французов, и что пробить её невозможно никак, только лоб себе расшибёшь. А для чего кровь-то лить понапрасну? Раз все финны дерутся против нас, значит, Куусинен наврал, что они просили о помощи. На какой же шут нам тогда с ним вязаться с нашей помощью? Тащи Куусинена к ответу за враньё! А войне шабаш, иначе всех наших бойцов почём зря перебьют, а мы тут с голоду сдохнем, ведь уже сейчас у нас ничего не достать – ни хлеба, ни молока, ни мяса, ни зелени. Всё на фронт тащат, да раненым, нашим бабам да ребятам ничего и не остаётся. Дуракам ясно: надо эту волынку кончать. А наши кремлёвцы да сукин сын Жданов решили, значит, помогать финнам против их воли, что ли, и гонят наших товарищей на убой, точно скот на бойню. Товарищи! Это вроде старого режима и 17-го года, когда нас тоже гнали в бой до победного конца, а в Питере не хватало хлеба. Так нам и надо действовать – так, как действовали тогда наши отцы, питерские рабочие: выйдем по их примеру на улицу с требованием прекращения никому не нужной войны. Если НКВД полезет на нас, позовём на помощь наших товарищей-красноармейцев и вместе с ними расправимся с чекистскими частями так же, как питерские рабочие при помощи старой армии расправились с полицией. Долой войну! Даёшь мир! Ленинградские рабочие, Союз освобождения».

Баир Иринчеев. Что это за «ленинградские рабочие», что это за «Союз освобождения», непонятно, но в целом, действительно, видите – попытка даже подражать стилю. Интересно, что финны понимали: факт состоит в том, что в Красной армии были не только русскоязычные. Посмотрите, пожалуйста: та же самая листовка, что вы зачитывали уже на русском – вот она, пожалуйста, на украинском, та же самая, т.е. тоже вот: «Красноармейцы, Сталин не желал войны, переходите на нашу сторону, но не забудьте разделаться с вашими комиссарами».

Д.Ю. Червоноармийцы.

Баир Иринчеев. Да, червоноармийцы.

Д.Ю. «Проводир Советского Союза Сталин не хотив завоевания Финляндии. В цю вийсковую авантюру вас затягли ваши политруки да вийсковий совет Ленинградского вийскового округа, щоб задовольнити своё вийсковое лицарство» - ну, я не умею уже, да...

Баир Иринчеев. Да, я тоже не умею, но тоже интересно, что, видите, нашли специалистов, которые это перевели на украинский язык.

Д.Ю. «Переходь до нас. Мы тоби ничього негарного не зробым, стреляти не будемо. Но поперед сдачи не забудь росчитаться з своими политруками».

Баир Иринчеев. Да, т.е. было и определённое понимание разного...

Д.Ю. В Советской армии было 3 национальности: русские, нерусские и хохлы. Украинцев у нас всегда было много.

Баир Иринчеев. Да. Дальше обратите внимание: вот призывы к свержению незаконной власти – что обманом...

Д.Ю. Да, конечно, незаконной – выборы были фальсифицированы. «Обманом большевики захватили власть в 1918 году».

Баир Иринчеев. «В 1918-ом» - по-моему, в 1917-ом, ну ладно. короче, тоже ошибка небольшая.

Д.Ю. «Обманом лишили вас земли и воли, обманом бросили на нас. Пришёл ваш час свести с ними счёты. Получил винтовку – бей по комиссарам, добывай свободу себе и своему народу! С нашей стороны тебе обеспечены помощь и мир».

Баир Иринчеев. Да, ну вот ещё интересная... тут даже... ну вот обычно листовка одна, а тут целая брошюра на 12 страниц...

Д.Ю. Ого!

Баир Иринчеев. В общем-то, такая тоже с прайс-листом, т.е. такой рекламный проспект ...

Д.Ю. «Красноармейцы! Слушайте, что я вам расскажу...»

Баир Иринчеев. Да, такая прямо книжечка.

Д.Ю. Прямо Павел Корчагин тут такой. «Сначала перевязывают... Взгляните на эти фотографии, и вы увидите, как хорошо живётся сдавшимся в плен красноармейцам здесь, в Финляндии: сначала перевязывают их раны, раненым меняют чистые бинты. Пищепродуктов в Финляндии много, провизию для завтрака несут в кухню. В кухне и вокруг неё суетятся наши повара в белых плащах. Масло на хлеб намазывается потолще. Еды много, и она вкусная...»

Баир Иринчеев. Обратите, пожалуйста, внимание: уже третий раз используется та же самая фотография с нашими ...

Д.Ю. Это этот гад в профиль был, да.

Баир Иринчеев. Нет, вот именно где они сидят и кушают, там...

Д.Ю. Да. «Когда же человек сыт, и в казарме тепло, чего же лучшего ещё надо?» - ну тут не поспоришь, да. – «Разве ещё чуть-чуть подзаправиться да закурить папиросочку. Да, конечно, жить здесь – это совсем другое дело, чем умирать и замерзать там на фронте. Вечера проходят незаметно. В тепле и пища лучше переваривается. В чтении и слушании радио проходит вечер. Беззаботная, брат, здесь жизнь! Когда война окончится, мы домой пойдём, Машеньку родную встретим, обоймём. А когда ещё и бутылочка появится на столе, то совсем благодать!»

Баир Иринчеев. Да, т.е. финны ещё и выпивку обещали.

Д.Ю. «Можно и повеселиться, и печалиться не стоит. Как Гриша звякнет на гармошке, то мы станцуем и споём. Перед сном ещё папиросочку, и заснуть спокойным сном». Спит, правда, на полу почему-то. Это этот же придурок, только...

Баир Иринчеев. Да, те же самые, только отзеркаленные.

Д.Ю. ...в другую сторону повёрнуты, да.

Баир Иринчеев. Ну и опять же прайс-лист, заходи, ещё бери ...

Д.Ю. Да: «Финны щедро заплатят вам за оружие, которое принесёте с собой» - ну всё то же самое, да: 10 тысяч за танк, самолёты – 10 тысяч долларов.

Баир Иринчеев. Ну вот в завершение темы, наверное, Советско-финляндской войны хотелось бы показать, но правда, к сожалению, в плохом состоянии: листовка-комикс о жизни советского бойца. И тут прямо вот... ну тут тоже, конечно, рифмы ужасные...

Д.Ю. «На столе-то самовар, в сердце Сони пышет жар». «В годовщину Октября накормлю же я тебя». «Хоть одеяло коротко – но от Сонечки тепло» - под портретом Сталина, да. «В клубе лихо танцевали, Соню к сердцу прижимали». «Оседлал Мишук меня, эх – счастливая семья!» «Вдруг захрюкала свинья: эй – пошли вперёд, война».

Баир Иринчеев. Теперь переворачивайте.

Д.Ю. Поэты, слушай!

Баир Иринчеев. Да, вообще там!

Д.Ю. «Комиссар нас гнал кнутом...»

Баир Иринчеев. Ну тут комиссар явно еврей.

Д.Ю. Да, «...мы отправились гуртом». «Танки к чёрту разлетелись. Вот-то страху натерпелись!» «Мы похерим комиссара – так ему гадюке надо. Ну и хватит воевать – лучше к финнам – отдыхать». «Соне весточку пишу и сюда её зову: ах ты, Соня, Соня-свет, шлю тебе я свой привет. Я в Финляндии живу, молоко, хлеб с маслом жру. Приезжай, мой свет, сюда – не прожить мне без тебя!» «Ты, товарищ, почитай и на ус себе мотай». «Журнал красноармейца». Красота! Ну тут да, тут такой жидомасон уже конкретный.

Баир Иринчеев. Да-да-да. Вот, это то, что касается Советско-финляндской войны, т.е., наверное, вот эти... ну тут их огромное количество – тоже там: «Долой империализм!»– что на самом деле вот эта война, которую вы затеяли, это война империалистическая, и вообще это никакая не освободительная война, а вообще... Сдавайтесь, потому что все помёрзнете, и т.д. Вот ещё: по поводу морозов постоянно говорили – «Белая смерть». Т.е. на самом деле, очень интересный момент, что сейчас у нас вот очень часто в интернете пишут и на финском языке, и на английском языке, и на русском языке, что наши называли Симо Хяюхя, вот этого финского снайпера «Белая смерть», но вот как-то не встречается упоминания о том, что его действительно звали «Белая смерть». Вот это единственная листовка, где, действительно, «Белой смертью» назван мороз, названа холодная финская погода.

Но давайте перейдём к следующей войне уже, которая длилась дольше, и соответственно, листовок было больше, как вы можете понять. Любимый мотив – вот, можете почитать.

Д.Ю. «Красноармеец! 24 года ты терпел гнёт большевизма, 24 года носил ты на плечах сталинскую свору, 24 года ты с отцом проливал пот и слёзы из-за большевизма. Настал момент! Освобождайся от цепей большевизма и освобождай свою семью. Переходи на сторону финнов, где будешь встречен по-братски. Особого пропуска от вас не потребуют, но можете взять с собой или эту листовку, или просто оторвать с неё одну печать и приходить с нею». Печать: «Главное командование Финской армии». На русском.

Баир Иринчеев. Да. Т.е. вот тоже главный мотив – что...

Д.Ю. Тут даже «Финской армией».

Баир Иринчеев. Да-да-да. Ну опять же, вот здесь уже, конечно, призывают... Да, это ещё Финская война, а вот это уже Великая Отечественная, собственно, вот можете посмотреть.

Д.Ю. «Политруки гонят вас на смерть, а вы отвечайте им: «Умри сам, собака!»»

Баир Иринчеев. Да, ну вот тоже листовка о плену в Финляндии.

Д.Ю. «Военнопленные в Финляндии. Военнопленные с большой охотой и старанием трудятся на полях финских крестьянских хозяйств. Они избавились от сырых окопов и фронтового террора». Ой, господи! «Группа бывших бойцов Красной армии за обедом вместе с финским солдатом» - как они общаются, интересно? «Каждый военнопленный получает горячую пищу во вполне достаточном количестве. Военнопленные смеются над глупыми большевистскими баснями о голодном вымирании русских людей в финском плену. В лагерях созданы условия для разумного и культурного отдыха».

Баир Иринчеев. Ну почему-то вот в первую зиму, действительно, смертность среди наших пленных в Финляндии приняла массовый характер, умирали именно от голода и болезней, просто от того, что их не лечили. Если посмотреть вот... Кстати, в 60-е годы на полуострове Ханко был поставлен памятник на могиле именно наших военнопленных. В то время, кстати, памятник был признан чуть ли не самым красивым советским памятником за рубежом. И там вот, если пройти среди рядов, там фамилии везде написаны и написаны даты смерти – там очень всё похоже на блокадный Ленинград по датам смерти, т.е. в декабре начинается уже голод...

Д.Ю. Хлеб и ветчина закончились.

Баир Иринчеев. Да, хлеб и ветчина уже, очевидно, всё. И декабрь-январь-февраль-март – просто массовая смертность среди наших пленных. И действительно, примерно 30% наших военнопленных из Финляндии не возвращается. На той войне было уже больше времени, чтобы что-то такое написать, поэтому с финской стороны тоже начинают появляться такие листовки, посмотрите, пожалуйста, когда письмо пишут, т.е. военнопленные из одной части собираются, пишут письмо... Можно, да. Вот тут письмо причём печатается от руки.

Д.Ю. «Узнаёте ли вы их? Здесь сняты ваши товарищи, которые подписались на обратной стороне. Следуйте их примеру – сдавайтесь!». «Красноармейцы и командиры! Сдавайтесь в плен! Финны горячо встречают нас: русских, украинцев и других. Мирные жители, дети и старики тоже приемлемо относятся к нам. Не слушайте комиссаров – кровавых террористов Романова, Журавлёва, Хламкина, Довгаленка и их холуёв-политруков Фесака, Калинина, Хонича и прочей своры дряхлых коммунистов. Оберните оружие против них и освобождайте себя! В этом единый выход для вас. С приветом ваши друзья: за всех военнопленных Сенкевич, Корякин, Фищенко, Литвин, Белой, Максимыч, Халявин, Ситько, Баяндин».

Баир Иринчеев. Ну если это не фальшивка, если это действительно наши военнопленные, кто к финнам попал в плен или сдался в плен и потом вот действительно написал такую листовку, то, как вы понимаете, вот это равносильно измене Родине...

Д.Ю. Естественно.

Баир Иринчеев. Т.е. это уже помощь противнику, и действительно, если эти бойцы существовали, и если вот эта листовка попала в особый отдел какой-нибудь, то по возвращении из плена вот это уже действительно причина для возбуждения уголовного дела по статье «Измена Родине», и это, в общем-то, да, большой срок в лагерях. И абсолютно понятно, почему это сделано – потому что, действительно, если человек согласился написать листовку из плена своим товарищам, то уже значит – он сотрудничает с противником и работает уже на противника, потому что вот эта листовка – это действительно психологическое оружие, это именно для того, чтобы поколебать веру в победу, и соответственно...

Д.Ю. Ну тут призыв: «Оберните оружие против...»

Баир Иринчеев. Да-да, «оберните оружие» - всё. Ну и собственно, вот ещё такая же листовка, причём на украинском языке: «Товарищи! Червоноармийци и командиры и политкеривники. Дозвольте вам передаты привит вит полоненых украинцив у Финляндии...» - ну я не умею на украинском говорить. Да это как раз вот с Ханко: «Украинцив на Ханко бильше ниж других...» И тоже подписываются трое военнопленных – ну тоже можно ожидать, что если они вернулись в 1944 году в СССР...

Д.Ю. С балалайкой.

Баир Иринчеев. Да, ещё с балалайкой.

Д.Ю. Украинцы.

Баир Иринчеев. Там всем весело, да.

Д.Ю. Невыносимо.

Баир Иринчеев. Но почему-то не с домброй, да.

Д.Ю. Без вышиванки.

Баир Иринчеев. Да, и без вышиванки. И необходимо сказать, что поскольку действительно наш гарнизон на острове Ханко оказался в изоляции после падения Таллинна, после падения Осмуссаара действительно наша база оказалась отрезанной, вообще окружённой противником со всех сторон. Можете посмотреть: действительно, вот листовка, где показано, что с юга немцы... кстати, это ещё когда Моонзунд держался, видите, там показано, что Моонзунд ещё у наших? С севера финны, до Ленинграда 400 км, поэтому ваше положение безнадёжно, и сдавайтесь. Т.е. Ханко засыпали листовками просто со страшной силой, причём они были адресные, что вот именно ханковцы, сдавайтесь. Тут самые разные они были.

Д.Ю. «Эстония целиком занята германскими войсками. Города Таллинн и Балтийский порт находятся в немецких руках. Финскими войсками занят весь Карельский перешеек. Города Выборг, Койвисто и Териоки перешли в руки финнов. Германско-финские войска окружили Ленинград со всех сторон. Чего же вы ждёте? Ваше положение безнадёжно, сопротивление бессмысленно. После занятия германскими войсками Эстонии ваше сообщение в СССР прервано. У вас только два пути: или вы будете продолжать безнадёжное сопротивление и погибнете под нашим огнём, или вы прекратите сопротивление и будете интернированы, а после войны возвратитесь на свою Родину. Выбирайте скорей, подумайте о своих семьях и родных, которые ждут вас. Сдавайтесь в плен! Только в этом ваше спасение». Уже не призывают политруков убивать.

Баир Иринчеев. Да, ну и то же самое вот обращение : «Красноармейцы, вы находитесь на полуострове Ханко, который ваше правительство незаконно отняло у Финляндии после заключения мира в марте 1940 года. Вас привезли на чужой полуостров, чтобы «защищать» его. Ваше антинародное правительство своей «мудрой мирной политикой» довело народы СССР до того, что война СССР с Германией уже вспыхнула» - т.е. опять же получается, что СССР виноват, что нацистская Германия напала.

Д.Ю. Конечно, да-да.

Баир Иринчеев. Ну и дальше, соответственно: «Ваше положение безнадёжно, сдавайтесь, будем к вам нормально обращаться. Ну и в ответ на все эти листовки, как вы знаете, наши бойцы 8-ой стрелковой бригады, которая была на Ханко, написали ответ Маннергейму с матом, его просто послали по-русски. И ещё когда они писали это обращение, они все расселись вокруг стола, как на картине Репина «Запорожцы, пишущие письмо турецкому султану», сфотографировались ещё, и потом вот эта листовка – она гуляет в интернете. Оригиналов я не видел. Но и необходимо сказать, что действительно кто-то на Ханко когда началась эвакуация, специально прятался, чтобы сдаться, в основном это как раз были эстонцы, которые считали, что у финнов им как-то будет лучше, но в целом эвакуация с Ханко прошла организованно и с приемлемым уровнем потерь, учитывая то, что Финский залив был заминирован вообще просто всеми, кем только можно, и действительно, уходить приходилось ночью, ноябрь-декабрь, при штормовой погоде, через сплошные минные поля, ну и ночью шли, чтобы не попасть под огонь финских береговых батарей. И потом, после того, как эвакуация с Ханко закончилась, действительно был такой разбор полётов у финнов: а почему мы их всех не утопили, почему они как-то очень хитро ушли? Потери были, потери были тяжёлые, и в кораблях, и в личном составе, который был на кораблях, но это был, конечно, не Таллинский переход, т.е. это было не избиение, не катастрофа военная, не такие тяжёлые потери. И здесь, конечно, вот мы всё время с вами говорим только о пропаганде противника на нас, т.е. мы читаем на русском языке, на украинском в меру своих возможностей. Чем наши отвечали – вот смотрите, пожалуйста: вот листовка 1941 года. Но, опять же, их, к сожалению, меньше, во-первых, а в-вторых, они все на финском или на шведском языках, поэтому нужно мне будет переводить. Вот такие листовки наши оставляли, когда уходили, ими обклеивали просто всё, ну т.е. они не разбрасывали их, а именно приклеивали, как правило, к стенам домов. Здесь написано: «Вы не сломили нашу стойкость и волю к победе. Мы ещё вернёмся». Т.е. вот такие, причём обратите внимание – здесь просматривается, что это печатали, вот здесь, видите, буквы «Красный Гангут» едва-едва видны, т.е. это краснофлотская газета, которая у нас на Ханко выходила. Т.е. это указывает на то, что листовка напечатана именно на Ханко. Ну и собственно, идём дальше.

Д.Ю. «Конец большевизму – конец войне!» - такое чувство, что слушаешь Николая Карловича Сванидзе, меня не покидает просто...

Баир Иринчеев. Ну так... Да-да-да.

Д.Ю. «Конец большевистской власти принесёт народам России мирную жизнь, рабочим – право на свободный труд, крестьянам – право на землю!» - прямо как на митинге Лёхи Навального, всё, как сегодня.

Баир Иринчеев. Ну да, всё похоже. Ну собственно, здесь уже, по большому счёту, идёт, можно сказать, повторение нацистской пропаганды, потому что необходимо сказать: во время следующей войны с 1941 по 1944 год Финляндия всё-таки шла в кильватере нацистской Германии, и если смотреть первые полосы газет, то, в общем-то... Нет, это газета для наших пленных на русском языке, мы о ней ещё поговорим отдельно. Если говорить – вот именно финские газеты на финском языке, то в них на первых полосах сначала шла сводка из ставки фюрера, т.е. сначала как бы свои победы, потом рядом победы немцев. Ну а если что-то пошло не так, то там где-нибудь только в конце всё это, собственно, печаталось.

Достаточно редко листовка на двух языках – это именно вот 1941 год, когда наши отступают: здесь призыв выходить к дорогам и, соответственно...

Д.Ю. «Красноармеец! Сдавайся немедленно в плен, если хочешь сберечь свою жизнь. В лесах скрывавшимся мы стреляем беспощадно. Приходи к главным дорогам...» - ну это тоже какой-то белогвардеец писал: «безпощадно». «Как увидишь финскаго бойца, сдавайся ему, бросай оружие и поднятыми вверх руками. Он поведёт тебя в ближайший сборный пункт, откуда тебя отправляют в лагеря военнопленных. Красноармеец, мы, финны, не мучим и не стреляем военнопленных, как политрук тебя лживо уверяет». В книжке про неизвестного солдата ряд моментов есть, как кого не стреляют.

Баир Иринчеев. Да.

Д.Ю. «Политрук заставляет тебя бороться и тогда, борьба тебе уже бесполезно и безнадёжно. Сами же они спасали во время свою проклятую шкуру. В плену мы дадим тебе хорошее житьё. По окончанию войны отправим тебя на родину к своей семье» - «к своей»? «К твоей», наверное. «Красноармеец, мы будем очистить леса нами захваченной территории. Если немедленно не сдаёшься, будешь уничтожен. Те, которые тайно стреляют наших солдат, будут беспощадно расстреляны. В нижеследующем финском печати воспрещено стрелять тех красноармейцев, которые немедленно сдаются. Командующий финскими войсками».

Баир Иринчеев. Да, ну и соответственно, вот ещё две листовки тоже 1941 года – одна точно финская, вторая, скорее... ну непонятно, финская или немецкая, тоже на украинском языке.

Д.Ю. «Братья украинцы и белорусы...» Ну тут: «...эти ребята, которые перешли на финскую сторону, они сделали очень умно – они получают хорошую пищу, поют красивые украинские песни. Они поняли, что лжи не надо верить. Братья украинцы и белорусы! Настав час визвлення с пид ярма червонного оккупанта. Отож не зевайте. Розбийте 23-литние оковы кровавого тирана. Крепить могутнего ... политрукам-брехунам...»

Баир Иринчеев. Обманывать.

Д.Ю. Да, обманывать. «Братья, золотоверхий Киев, занятый вже немецкими вийсками, скоро будет цила Украина дыхать вольною волею. Отож, братья украинцы, белорусы, в кого ... жива...»

Баир Иринчеев. Ну дальше тут целое письмо, короче, на украинском, подписано...

Д.Ю. «Вильна Батьковщина», да.

Баир Иринчеев. Да, цитата из Шевченко, и писал это Пленюк Михаил.

Д.Ю. Скотина!

Баир Иринчеев. Да, ну если он вообще существовал, потому что здесь же действительно всё-таки давайте не будем забывать, что война – это путь обмана, т.е. неважно, что вы в листовке напишете, главное, чтобы сдался. Главное, чтобы он бросил оружие, поднял руки и больше не воевал. Т.е. вполне может быть, что этого человека не существовало. Если существовал, то его на родине в 1944 году ждали очень сильно в НКВД.

Д.Ю. Ни за что фактически!

Баир Иринчеев. Ну нет, вот просто поймите, что именно вот из-за этого, вот из-за таких вот случаев было необходимо проводить фильтрацию. Нельзя же просто было: ой, вернулся из плена – замечательно, всё, давай домой. Или: вот тебе винтовка, иди дальше воевать. Т.е. надо было понять, насколько эти люди были верны присяге, которую вообще-то давали...

Д.Ю. Этот, кстати, откуда-то из восточной части Украины, потому что я всё понимаю, что написано, т.е. нету никаких этих западенских...

Баир Иринчеев. Ну вы же говорили, что сейчас у них в современном украинском очень много полонизмов, и там именно чтобы вообще было ничего не понятно.

Д.Ю. Ничего общего чтобы не было с русским, да.

Баир Иринчеев. Да-да, чтобы он был похож скорее на какой-нибудь чешский, там, или польский, или не знаю, какой. Не, ну суть в том, что вот человек давал присягу, человек попал в плен или сдался в плен в красноармейской форме, и вот такое начинает писать – это преступление, оно должно расследоваться. Интернета тогда не было, общих баз данных не было, поэтому действительно фильтрация шла долго и мучительно. Т.е. всё было на бумаге, как и эти листовки, собственно. Ну может, действительно, как вы уже говорили тут: «Они поняли, что лжи не надо верить» - мы против всего плохого и за всё хорошее. Ну это то же самое, т.е. тогда всё это было на бумаге, вся эта пропаганда, а сейчас она вся в соцсетях, т.е. в гораздо большей степени она сейчас в интернете, нежели чем в бумаге.

Ну так, это у нас, собственно, Финская война. Да, ну здесь, конечно, самое прекрасное: «У этой комиссии неограниченные полномочия, и к ней принадлежат самые лютые следователи ГПУ» - в 1939 году, когда ГПУ вообще-то уже не было, т.е. это явно тоже писал явно кто-то из, скорее всего, русских людей, которые застали ещё ГПУ и потом уже, как бы, в Финляндии уже подвизались.

Д.Ю. Ну это как про отравление Скрипаля офицерами ГРУ, которого 8 лет, как нет, но в Британии оно ещё живо и действует.

Баир Иринчеев. Да. Ну в общем-то, здесь мы можем видеть повторение всех этих тезисов, т.е. мы с вами прекрасно можем видеть эти тезисы пропаганды, что советская власть незаконная, что вы живёте плохо, что война советско-финляндская несправедливая, а если это Великая Отечественная – то ваше правительство виновато, что Германия на вас напала, это их политика привела к такой войне. Вы живёте в рабстве, Сталин – тиран, политруки – ваши враги. Ну тогда ещё вот эта еврейская карта у финнов всё-таки не была разыграна так, как у немцев, но немцы, конечно, это разыграли в полной мере.

Д.Ю. Помогли.

Баир Иринчеев. Да. Значит: мы, финны, воюем очень хорошо. Холодно, голодно – сдавайтесь, переходите к нам, убивайте политруков, избавитесь от террора НКВД. И отдельно, особенно вот, конечно, к украинцам – что сейчас Украина будет свободной (я имею в виду, конечно, 1941 год), поэтому давайте все к нам.

Д.Ю. «Нехай Украина будэ вильною!»

Баир Иринчеев. Ну да, всё похоже. Что же... Да, и вот давайте как финальный аккорд с финской пропагандой противника против нас: газета «Северное слово», выходила в Финляндии на русском языке, это эмигрантская газета. Да, ну тут, грубо говоря, есть передовица...

Д.Ю. Передовица прекрасна: «Марксизм-коммунизм как бич человечества» - прямо как сейчас телевизор смотришь.

Баир Иринчеев. Да, т.е. вот обязательно в этой газете для пленных на передовице... т.е. извините, на первой полосе была передовая, заглавная статья, которая рассказывала о том, что советская власть – это плохо, и что в Финляндии хорошо или в Великой Германии хорошо. Т.е. вот это 1942 год, и посмотрите, пожалуйста, 20 июня 1944 года, когда, на самом деле, уже как-то не очень всё идёт, но всё равно у них здесь статья, которая озаглавлена: «За Россию или за большевизм», т.е. обязательно нужно пнуть советскую власть.

Д.Ю. Чётко разделили, да.

Баир Иринчеев. Да-да-да.

Д.Ю. «Как мужик спас Сталину жизнь. Сказка-былина».

Баир Иринчеев. Вот это вообще не надо читать – это просто... я не знаю, я даже не мог поверить, когда это прочёл, потому что мало того, что написана фигня, так написана ещё ужасно бездарно, т.е. вот эти люди, которые взялись делать статьи для этой газеты, они просто не умели писать, к сожалению. Это явно не Бунин, это не Северянин, это вообще непонятно кто вообще взялся писать вот это.

Д.Ю. Ну конечно, встреча в церкви – тут всё хорошо в церкви, молиться надо сильнее.

Баир Иринчеев. Да, и ещё вот я не привёз с собой, но привезу на форум «Цифровая история» 20 октября – была специальная газета, которая так и называлась: «Газета для военнопленных». Далее вот можно посмотреть, чем пичкали наших пленных.

Д.Ю. «Адские собаки. Международное осведомительное бюро сообщает, что им получены сведения о применении новых снарядов огромной разрушительной силы против Лондона и южной Англии. В германских военных кругах высказывают большое удовлетворение результатами действия этого нового секретного оружия». А кто «адские собаки»-то?

Баир Иринчеев. Непонятно.

Д.Ю. Ну тут да, все бомбят: «Потери чунцинских войск. По заявлению спикера японской армии, потери Чунцинской армии убитыми и ранеными, пленными, больными и дезертирами составляет по осторожным подсчётам в среднем 1,8 млн. человек в год. В настоящем году потери будут, вероятно, ещё больше».

Баир Иринчеев. Причём это 1944 год, когда у Германии и её союзников всё плохо, но вот, опять же, газета «Финская», выходит в Финляндии, и вот то, о чём я вам говорил: Д.Ю., посмотрите, пожалуйста, 16 мая 1942 года выход газеты. Новости, первая статья.

Д.Ю. «Умирающий Ленинград превратился в дымящий пылающий ад».

Баир Иринчеев. «Непрерывными волнами немецкие «Штука»-отряды атаковывали Ленинград в течение последних дней, пробиваясь через противоаэропланную защиту и сбрасывая в осаждённый город громадное количество бомб. Умирающий Ленинград превратился в дымящий пылающий ад. Взрывы следуют один за другим, и город покрыт дымовой завесой от горящих зданий и взорванных фабрик. Во все части города пикирующие «Штука» («Штука» – имеется в виду Юнкерс-87, пикирующий бомбардировщик– Б.И.)... Целые кварталы сравнены с землёй, сильно повреждена гавань, а также завод Кирова, электростанция и множество других крупных заводов. Вид города ещё ужаснее теперь, когда стаял снег, и следу зимней бомбардировки проглядывают везде. В гавани видны остовы потопленных осенью кораблей. На льду лежат грудами трупы» - ну это вот к вопросу о том, что финны ничего не знали, что происходит в Ленинграде, они его не обстреливали, не бомбили, и вообще их там не стояло. Т.е. вот пожалуйста...

Д.Ю. Старую границу не переходили.

Баир Иринчеев. Ну старую границу, да, только почему-то Петрозаводск взяли, там, и т.д. Но это 1942 год, т.е. действительно эта статья, явно переведённая напрямую с немецкого языка, т.е. «немецкие «Штука»-отряды» - это, наверное, Stuka Abteilung по-немецки. «Противоаэропланная защита» - это явно кто-то...

Д.Ю. Это, видимо... «Отряды» – это, видимо, эскадрильи, да?

Баир Иринчеев. Да, «отряды» – это, наверное, эскадрильи, а «противоаэропланная защита» нам говорит о том, что человек, наверное, последний раз имел дело с ВВС...

Д.Ю. С аэропланом, да?

Баир Иринчеев. Да, он имел дело на Первой мировой войне, т.е. скорее всего, действительно тоже кто переводил – это какой-то офицер или русский человек, который только в Первую мировую войну как-то застал «аэропланы» в русском языке, а «самолёты» уже не застал, т.е. уже уехал за границу. И то, о чём они здесь рассказывают, это как раз операция «Айсштосс» (нем. «Eis Stoß») – операция «Ледяной удар», когда действительно немцы произвели серию очень мощных налётов на Ленинград с целью уничтожить корабли Балтийского флота, потому что немцы вместе с финнами готовились к новому штурму Ленинграда.

Д.Ю. Это тогда знатный пилот Рудель попал в наш крейсер, да?

Баир Иринчеев. Нет, Рудель попал в «Марат», по-моему, 24 сентября 1941 года, если я не ошибаюсь, это ещё предыдущий год. Да нет, Руделя там, по-моему, уже не было, в этих местах. Ну вот это к вопросу, опять же, о том, что финны были такие благородные и так жалели Ленинград – жалели так, что вот печатали такие статьи.

Но ещё хотел вам показать листовку – опять же, есть некоторые сомнения в её подлинности, но вроде не подделка, т.е. надо потом будет её ультрафиолетом посветить... Возможно, это реплика, но, опять же, возможно и нет. Вот, посмотрите, пожалуйста – как раз весна 1942 года.

Д.Ю. «Наступает весна и смерть».

Баир Иринчеев. Весна 1942 года.

Д.Ю. «Зима скоро кончится. Может быть, вы рассчитываете, что это принесёт вам спасение? Тогда вы жестоко ошибаетесь. Весна идёт, но она несёт вам новые страдания и опасности. С наступлением тепла на вас обрушится новый враг, ещё более страшный, чем холод: эпидемические болезни! Ленинград вместе со сваленными в нём и вокруг него горами трупов будет весной городом смерти, страшным очагом заразы, которая будет безжалостно косить человеческие жизни как в городе, так и в его окрестностях. Во избежание распространения эпидемий на финскую сторону мы принимаем добровольно сдающихся в плен красноармейцев и перебежчиков только в течение апреля месяца, после чего приём в плен будет происходить только в исключительных случаях. Вы знаете, что финны относятся к пленным согласно международных законов – гуманно и доброжелательно. Кроме того, тот, кто принесёт с собой оружие, получит вознаграждение и особые льготы. Если не можешь взять с собой пулемёта, сними с него замок и переходи с ним на сторону финнов. Армия, охраняющая границы Финляндии».

Баир Иринчеев. Ну и на этой стороне замечательная фотография.

Д.Ю. «Мухи – крылатые вестники эпидемических болезней. Многомиллионная армия, наступление которой вы бессильны отбить».

Баир Иринчеев. Ну и хорошо нарисованная гора трупов ленинградцев, погибших от голода в блокаду, и силуэт города.

Д.Ю. Наверху мёртвая мать...

Баир Иринчеев. Да, мать, ребёнок – всё вообще так по-доброму.

Д.Ю. ...на ней ребёнок, здесь мать, ребёнок, тут мать, ребёнок, да.

Баир Иринчеев. Просто так вот сверхгуманно нарисовали.

Д.Ю. Здесь мать, ребёнок – фактически одни женщины и дети.

Баир Иринчеев. Да, т.е. всё они знали, и собственно, вот видите – тут ограниченное специальное предложение: только в марте 1942 года сдавайтесь в плен, а потом в плен брать не будем. Ну вот так вот, да...

Д.Ю. Подбадривали.

Баир Иринчеев. Да. Чем отвечали наши? Наши отвечали много чем, конечно, в первую очередь упирали на то, что Маннергейм – это...

Д.Ю. Ну тут по-фински.

Баир Иринчеев. Да, тут на финском, но тут вот именно упиралось на то, что Маннергейм вообще не ваш человек: «Висельник Маннергейм». Там: «Солдаты-товарищи, знаете ли вы, кто такой, какой господин этот Маннергейм? – что сначала он служил...

Д.Ю. Царю.

Баир Иринчеев. Царю, да, т.е. целовал именно имперскую власть, потом в 1918 году он...

Д.Ю. Утопил в крови своих, да.

Баир Иринчеев. Да, утопил в крови своих. В 1939 году он просто наживается на войне, т.е. эта война идёт в его интересах, и на самом деле всё это тоже делается ради прибыли английских банкиров. То же самое и здесь...

Д.Ю. Слава богу, теперь мы знаем, как всё было на самом деле, и вот этом замечательному человеку в городе Санкт-Петербурге, Ленинграде вчерашнем, вешают памятные таблички.

Баир Иринчеев. Ну слава богу, сняли, но вопрос: не придёт ли в голову повесить её ещё где-нибудь? Ну то же самое – такая же листовка по поводу Маннергейма, соответственно, что тоже всё в крови. Потом, опять же, очень популярны были вот обращения, написанные...

Д.Ю. От руки, да?

Баир Иринчеев. ...от руки, т.е. письмо от солдата, т.е. такая большая простыня, и вообще, конечно, необходимо сказать, что советская пропаганда на Советско-финляндской войне была не такая изощрённая и многочисленная, как финская, т.е. мы видим, сколько финских листовок напечатано и сколько наших. Интересный момент – вот тоже по поводу фейкньюс: здесь написано: «Правда о жизни финских пленных в СССР», т.е. ну то же самое всё, тоже «приходите, у нас тоже балалайка, там, гитара, шахматы, бильярд – всё есть...»

Д.Ю. Шнапс!

Баир Иринчеев. Ну про шнапс, по-моему, ничего не сказано, но суть в том, что действительно обещают, что приезжайте к нам просто отдохнуть, это реклама, можно сказать, отдыха... туризма в России. И написано, что это письмо мл.сержанта Лаури Фримана своим товарищам, и подписано: «Лаури Кальве Фриман, 15-ый пехотный полк, 3-я рота». Так вот, в финском архиве я видел эту же листовку, подколотую к журналу боевых действий этого полка, и где там просто написано рукой финского штабного офицера, что у нас нет такого человека в полку, с такой фамилией. Т.е. опять же, ещё раз: война – путь обмана, неважно, что вы написали, если это сработало – хорошо.

Д.Ю. Ну как солдат может проверить, сидя в окопе? Ну как ты это проверишь?

Баир Иринчеев. Солдат не может проверить, а вот штабные могут. Т.е. явно эти листовки собирались, т.е. нет, реально вот тоже я встречал в...

Д.Ю. Ну то же самое – такого надо покарать, выловить и покарать. Это же изменник.

Баир Иринчеев. Да-да-да, изменник. Очень интересно, что если у нас листовками и всей этой пропагандой противника занимались всё-таки особые отделы, и это как-то было тоже... ну на Финской войне нельзя было их поднимать... т.е. на Финской войне, извините, можно было поднимать, на Великой Отечественной нельзя было поднимать, но все эти листовки, тоже их собирали, и явно они шли в НКВД, т.е. они были в другом ведомстве. А у финнов такого... их контрразведка этим как-то не занималась особо, судя по всему, и вот прямо когда я начал работать в финском архиве, там журнал боевых действий 7-го полка, и это такая тетрадка на 96 листов с клеёнкой на обложке, и в конце просто пришпилен к обложке конверт, и вот в этом конверте все эти листовки и лежат на финском языке – типа, вот, и на каждой листовке написано: «Вот эту листовку мы нашли в таком-то месте такого-то числа». Т.е. они их тоже собирали, подшивали к делу тоже как документ войны, т.е. было очень интересно, что оппа – подлинные листовки у них там лежат прямо в деле. Ну здорово, молодцы, т.е. явно, что офицеры были культурными.

Затем, конечно, вот советская листовка о том, что вот смотрите, во что бело-финские бандиты превратили Терийоки, что город сожжён. И конечно, здесь, если мы с вами вспомним события 18-го года в Финляндии, то, конечно, наша пропаганда советская на Советско-финляндской войне пыталась бить на противоречия внутри финского общества – т.е. что есть белые и есть правительство Финляндии, которое считалось белым и буржуазным, есть главнокомандующий Маннергейм, который вообще бывший царский генерал и архитектор победы белых на Гражданской войне и палач финского трудового народа – вот на это пытались бить. И поэтому говорили: парни, мы, как бы, не против вас, мы против вот этих белых, мы против белофиннов, а красным финнам мы готовы помогать. Т.е. это был лозунг всего нашего освободительного похода в Финляндию на это пытались бить. Конечно, потом вот первые самые ДОТы, которые были захвачены нашей Красной армией, тоже наши на них сфотографировались с гармошкой, и была выпущена специальная листовка, что укрепления линии Маннергейма – это ваша могила, что не верьте вашим офицерам. Всё то же самое примерно, т.е. тоже фотоколлажи и т.д. Сейчас, извините, попробую найти тут у нас... Ну и конечно, обращение от солдат и офицеров 1-го армейского корпуса Финской народной армии, т.е. Финская народная армия – это армия Куусинена, ну и тут тоже написано, что мы обращаемся к солдатам финской белой армии, т.е. это не законная армия Финляндии, а именно белая армия. И конечно, тут пишется о том, что пора уже избавиться от Маннергейма, пора избавиться от этих вот лохтарей, от этих мясников белых, и долой противников финского рабочего класса и долой вот это правительство, у нас, как бы, есть правительство Куусинена, которое хорошее, легитимное, и оно будет дружественно СССР. Т.е. вот такое обращение.

Но опять же, необходимо сказать теперь, если подытожить так вкратце совсем пропаганду Советско-финляндской войны, и нашу, и финскую – она не работала в обе стороны, хотя финны там всячески старались, и деньги предлагали, и ветчину, и хлеб, и всё прочее, сдавались наши мало, потому что, опять же, не из-за страха, а просто всё-таки понятие воинской чести, в русской армии и в имперские времена, и в советские времена считалось позорным – сдаваться в плен. Почему наша пропаганда вот эта не работала, которая пыталась бить на противоречия в финском обществе, т.е. что есть красные, у кого-то там расстреляли родственников на гражданской войне в 1918 году, кто-то там умер от голода – таких было много, и противоречия, действительно, были, но всё-таки переход границы Красной армии 30 ноября 1939 года всем финским обществом был воспринят как несправедливое деяние, т.е. внешняя агрессия всегда общество сплачивает, и даже 11-ый пехотный полк, который был сформирован в Хельсинки, в рабочих кварталах где там все были социалисты, и было много коммунистов, собственно, они не переходили на сторону Красной армии. У офицеров этого полка, которые были тоже из города Хельсинки, но они все были не из рабочих кварталов, они все жили в центре, т.е. они были такие приличные люди, из богатых семей, образованные и т.д., у них были серьёзные сомнения, что вот эти работяги будут лояльны, т.е. они боялись того, что сейчас этот полк...

Д.Ю. Обоснованно, да.

Баир Иринчеев. ..что этот полк взбунтуется и перейдёт на сторону Красной армии. Всего 4 человека в этом полку, коммуниста, вели какие-то разговоры о том, что что же мы против Красной армии воюем, и их моментально «слили» офицерам свои же товарищи. Т.е. тоже наша пропаганда не работала на Советско-финляндской войне фактически никак. Но точно так же и финская пропаганда тоже не работала, потому что, видите, писали какую-то чушь. Белые эмигранты писали какую-то чушь, опять же, не зная уже реалий Красной армии и не зная реалий СССР 1939 года.

Д.Ю. Я не сомневаюсь, что и тогдашние-то граждане сразу понимали, кто это писал, судя по стилю, орфографии...

Баир Иринчеев. Да, судя по стилю и по орфографии, самое важное – орфография, т.е. реформа языка уже была произведена, извините, 20 лет до того. На второй войне, на Великой Отечественной войне, конечно, наша пропаганда изо всех сил била на то, что Финляндия является холопом нацистской Германии. Вот посмотрите, пожалуйста – очень известная листовка: Гитлер, опять же...

Д.Ю. Стоит.

Баир Иринчеев. С плёткой...

Д.Ю. На флаге.

Баир Иринчеев. ...стоит на флаге Финляндии, а из сапогов у него выглядывают Маннергейм и Рюти. Маннергейм – главнокомандующий, Рюти – это президент Финляндской республики, очень прогерманский и очень антисоветский и антирусский деятель. Т.е. это было самое главное – что вы проливаете кровь не за свои интересы, вас погнали на войну из-за интересов нацистской Германии. Вот ещё замечательная листовка, собственно, можете посмотреть: Рюти чистит сапоги Гитлеру, очевидно. Это президент Рюти. Да, и вот это очень известная листовка, фотоколлаж уже советский, видите, т.е. уже качество полиграфии улучшилось очень сильно.

Д.Ю. Тащит финна на войну.

Баир Иринчеев. Да, т.е. именно что, видите, вот тут есть финский солдат, есть его жена, есть дочка, и тут написано: «Финский мужчина (или: финский солдат), ты пойдёшь на смерть ради приказов Гитлера, которые были отданы тебе, как рабу?» И соответственно, на заднем фоне здесь вот эти вот...

Д.Ю. Похоронки.

Баир Иринчеев. ...некрологи, похоронки финские. Да, и обратите, пожалуйста, внимание, что сама листовка на шведском языке, т.е. тоже понимали, что есть финскоязычные, что есть шведскоязычные. Вот ещё одна листовка, которая выходила на двух языках – на финском и на шведском, посмотрите, пожалуйста, тоже на шведском: «Солдаты и офицеры финской армии, заканчивайте проливать кровь за интересы Гитлера! Выкиньте фашистов из своей страны!»

Ну и из той же серии, конечно, вот фотоколлаж посмотрите, пожалуйста – там Маннергейм...

Д.Ю. По-шведски хоть понятно, что написано.

Баир Иринчеев. Да, по-шведски понятно, что написано. Фотоколлаж замечательный: Маннергейм наливает Гитлеру в бокал кровь финских солдат из бутылки из-под шампанского, так что... И тут стих на финском языке: «Когда в Германии не хватает пушечного мяса, выпей, мой господин, ещё крови финских солдат». Ну и дальше тут тоже текст на финском языке – что, значит, уничтожьте опьяневшего от крови Гитлера и тех, кто ему наливает, т.е. имеется в виду, конечно, Маннергейм.

Следующий момент: «Тебя ждут домой, но жертвы Маннергейма не вернутся никогда». То же самое. К сожалению, нет тут в коллекции листовки, где финский солдат одноногий возвращается домой и через окно видит, как его девушку или жену насилует немецкий офицер. Т.е. такая листовка тоже была.

Д.Ю. Образно, да.

Баир Иринчеев. Нет, он, главное, на костылях, с одной ногой, и там немецкий такой в своей фуражке, соответственно, заправляет делами в Финляндии. Т.е. вот такие вот были листовки, фотоколлажи в Великую Отечественную войну против финнов. Конечно, после того, как наши... Да, к сожалению, я ещё не выкупил – речь Сталина 7 ноября 1941 года была переведена на финский язык и сбрасывалась в финнов в качестве листовки, т.е. интересный очень момент.

Д.Ю. Она была настолько хороша?

Баир Иринчеев. Нет, я просто считаю, что это вот был такой посыл советской пропаганды, она всё-таки рассчитывала на то, что противник имеет определённый уровень интеллектуального развития, определённое образование, поэтому наши листовки, посмотрите, пожалуйста, это всегда именно такие сводки Совинформбюро на финском языке: «Наступление Красной армии на Центральном фронте. 26 марта советские части перешли в наступление в районе Великих Лук и города Ржев...», ну и дальше, соответственно, продвинулись на столько-то километров, столько-то захватили, столько-то уничтожили. Ну и в конце написано: «Ваш союз с немцами – это союз, который обречён на смерть. Спасайте жизни, пока не поздно. Оберните оружие против немцев или переходите на сторону Красной армии в плен – это ваше спасение, а иначе вас ждёт смерть». Т.е. тоже примерно то же самое.

Ну и конечно, после Сталинградской битвы целые такие вот... да, это была фронтовая газета, которая сбрасывалась финнам тоже – «Голос солдата», фронтовая газета, и тут тоже у нас, извините, какое – 1 февраля 1943 года, всё, уже наши добивают сталинградскую группировку. Ну тут, собственно, и написано, что зачистка сталинградского «котла» заканчивается. Уничтожено 40 тысяч, в плен взято 28 тысяч немецких солдат и офицеров. Трофеи: 49 тысяч машин, 45 тысяч винтовок, 3 тысячи пушек, и т.д. Т.е. видите, тут идёт именно информирование противника о том, что вообще происходит на фронтах.

Д.Ю. Да, всё стало уже наоборот.

Баир Иринчеев. Да. Это тоже, получается, наш такой пресс-релиз, который сбрасывали в финнов, тоже о наших успехах в Сталинградской битве. Если вы помните, в книге «Неизвестный солдат» тоже как раз говорится о том, что после Сталинградской битвы голос пропагандиста стал очень уверенным, а его призывы стали фактически угрозами – что, типа, сдавайтесь, а то мы вас «замочим».

И ещё очень важный момент: любая пропаганда должна подкрепляться военными успехами. Т.е. если вы пишете: «Сдавайтесь», и при этом сбрасываете это на противника, который наступает, а вы отступаете, то над вами просто посмеются. А если вы наступаете и противника ломите, и ещё сбрасываете на него листовки, и солдаты противника сами видят, что они терпят поражение, то тогда, конечно, такая пропаганда будет гораздо действеннее, и опыт Великой Отечественной войны показал, что не просто пропаганда: там, сдавайся, у нас есть водка и женщины, обещаем вам курорт и т.д., отдохнёте у нас пару лет и потом поедете домой – нет, именно что солдат противника, когда терпит поражение, он начинает задумываться, что тут на самом деле можно вообще-то и погибнуть, да, а жить хочется всем, поэтому первое – нужно сказать: у вас всё плохо, мы это знаем, но мы предлагаем выход – берите листовку, сдавайтесь в плен. Всё будет хорошо. Т.е. это путь, который работает лучше, а не просто то, что, там, приезжайте к нам побухать.

И ещё что очень важно – это то, что к пропаганде вы должны привлечь пленных, т.е. кто попал в плен или сдался в плен, сразу к нему приходит наш офицер разведки и говорит: «Ну-ка, из какого полка? А зовут как? Кого ты там знаешь? Ну-ка давай-ка напишем вместе листовочку». И как раз вот такие листовки в очень большом количестве и появились у нас, т.е. вот смотрите – тоже вот маленькая совсем листовка: «Плен в Советском Союзе. Парни с Карельского перешейка (такие-то, такие-то) в плену встретили хорошее отношение». А здесь, видите, пропуск «Переход в плен» - пожалуйста, заходите, ничего плохого мы вам не сделаем. Т.е. именно что уже, как бы, используются, скорее всего, реальные персонажи, а не просто какие-то там фейковые солдаты.

Д.Ю. «Всем, кто сдаётся Красной армии в плен, обеспечена жизнь и возвращение на родину после войны. С этим пропуском переходи через фронт». Про горячую еду, водку, балалайку, ещё что-то...

Баир Иринчеев. Ну здесь вот... да, т.е. тут уже нету каких-то избыточных обещаний, вам говорят, что вы останетесь живы...

Д.Ю. Это самое действенное, да.

Баир Иринчеев. Да. останетесь живы, водку не обещаем, но домой вернётесь. И вот посмотрите, пожалуйста: «Солдаты 28-го отдельного батальона показывают путь к спасению. Солдаты и офицеры финской армии на Карельском перешейке! 18 июня (имеется в виду 1944 год – Б.И.) в районе Валкъярви (Валкъярви – это у нас Мичуринское на Карельском перешейке) Красной армии организованно сдались 33 солдата финской армии 28-го отдельного батальона из 3-ей роты». Ну и соответственно, они написали, что... да, и когда они пришли, они сообщили: «Нас оставили прикрывать отступление наших частей, но мы больше не хотели сражаться ни одного дня за интересы нацистов из Германии и их финских подрядчиков – Рюти, Таннера и Маннергейма, не хотели воевать за проигранное дело. Мы не поверили той пропаганде, которую распространяли в нашей стране по поводу плохого отношения к пленным в СССР, и в этом мы были правы. Сдавшись русским (русским! – Б.И.) мы спасли себя от верной смерти, и это также наш вклад в дело грядущего мира и в выход нашей страны из войны, которая ведёт нашу страну к поражению нацистской Германии. Финские офицеры и солдаты! Настал момент принять решение. Задержка в рядах финской армии вас ведёт к верной гибели. Сдавайтесь организованно, взводами, и т.д.»

Д.Ю. Повзводно.

Баир Иринчеев. Да, сдавайтесь повзводно, т.е. вот это уже, понимаете, такая абсолютно конкретная пропаганда. И соответственно, вот тоже можете смотреть прямо...

Д.Ю. А сдавались, нет?

Баир Иринчеев. В 1944 году сдавались, не так уж, чтобы много, но пленные были, да. И тоже вот листовка:? «Теперь я знаю, что я здоровым вернусь после войны к вам». И тут прямо написано: «Солдат, пошли, пожалуйста, это письмо по адресу: господину Вяйно Вахалинна, Хельсинки, 5-ая линия, д.12, подъезд А, кв.24», т.е. он прямо вот отцу своему, по-моему, или кому-то пишет письмо. И вот такие листовки тоже сбрасывали.

На самом деле, необходимо признать, что не все вернулись домой после плена, и собственно, оценки смертности финнов в нашем плену очень сильно разнятся – от 15% до 40% смертность.

Д.Ю. Ого!

Баир Иринчеев. Да, т.е. смертность была высокая, но, опять же, там нужно смотреть: есть наши исследования, которые показывают смертность 15%, есть финские исследования, последние, которые утверждают, что это 40% - ну, надо, с моей точки зрения, понять, откуда такая разница появилась, почему у наших, во-первых, очень мало, т.е. меньше пленных, чем у финнов, и почему у наших меньше смертей учтено, чем в финских исследованиях – тут тоже такое расхождение... Не знаю, я этой темой не занимался. Но действительно есть листовка, где тоже финский солдат, примерно такая же листовочка, он пишет, что «папа-мама, я в плену, всё классно, передайте это моим родителям». И потом вот, если смотреть базу данных, этот солдат умер от голода или от болезни в Череповецком лагере, причём в ноябре 1944-го. Там как раз после второй войны как-то долго не отпускали их домой.

Д.Ю. Ну работать кому-то надо было.

Баир Иринчеев. Нет, по-моему, там вот эта смертность была из-за того, что их чуть ли не сняли со снабжения уже – типа, вы финны, вас сейчас домой отправят... Я не уверен точно, какая там была история, но смертность, по финским данным, была высокой. Ну и тоже вот такие же фотографии из плена абсолютно.

Д.Ю. «Sotilas» - это солдаты?

Баир Иринчеев. «Sotilas» - это солдаты, да, по-фински. Да, ну и соответственно, вот листовки 1944 года, они как раз прямо показывают то, что Финляндия проигрывает, тут, видите, «kesäkuuta» - это «июня», т.е. там начало наступления, и потом мы Выборг взяли, и то взяли, и то взяли, т.е. вы терпите поражение, и короче, сдавайтесь.

Ну и собственно, листовка, которую вы любезно публиковали у себя на сайте в 2007 году, т.е. уже 11 лет назад, листовка очень интересная: «Уроки сражения у Эйряпяя солдатам финской армии». Ну там была действительно у финнов очень тяжёлая ситуация, есть у нас этот фильм советский «Батальоны просят огня», когда там отвлекающий удар, и все погибают, здесь такая же примерно ситуация у финнов была – они оставили 3 батальона на южном берегу Вуоксы просто для того, чтобы задержать наших и подготовиться к сражению на северном берегу, т.е. у них на северном берегу ничего не было готово, артиллерия там не приехала, снаряды не подвезли, т.е. нужно было задержать продвижение.

Д.Ю. Это где ты на экскурсии показывал, где там финн с какого-то камня нырял, да?

Баир Иринчеев. Да-да-да, это вот как раз там на Вуоксе, это ныне район Барышево. И им просто сказали: «Парни, держитесь», после чего у них за спиной был демонстративно разобран понтонный мост. И действительно...

Д.Ю. Это, видимо, повышает боевой дух.

Баир Иринчеев. Да-да, особенно для тех, кто не умеет плавать, при ширине реки 400 метров и большом течении – это, наверное, там вообще помогло. И там действительно они держались долго, держались хорошо, им постоянно подбрасывали подкрепление туда на лодках, их поддерживали артиллерией с северного берега, т.е. всё это затянулось очень надолго, но вот когда уже стало понятно, что всё, что плацдарм наши зачищают, то там началась, судя по всему, массовая сдача в плен. Причём там тоже такие интересные попадаются моменты в наших журналах боевых действий дивизий наших, которые штурмовали эти высоты, что в плен взяли 200 человек, до штаба довели 85, остальные пытались бежать и при попытке к бегству были убиты. Но тем не менее, действительно, там много очень пленных взяли, т.е. вот можете видеть...

Д.Ю. Как опытному солдату, мне непонятно, зачем говорить, что вы взяли в плен 200 человек, если привели 85?

Баир Иринчеев. Ну не знаю... Чем больше пленных, тем лучше. Но это действительно, я не...

Д.Ю. Какой-то бред!

Баир Иринчеев. Ну вот я вам потом прямо покажу.

Д.Ю. Я не спорю же.

Баир Иринчеев. Я вам покажу строчку из ЖБД.

Д.Ю. Меня поведение людей удивляет.

Баир Иринчеев. Не, ну можно показать, что пленных было больше, т.е. мы взяли много пленных – это всегда хорошо, но то что, да, действительно, по пути кого-то перебили – ну тоже бывает, тоже эксцесс, в общем-то, это абсолютно, по-моему, тоже объяснимое поведение. Ну и здесь прямо написано, что вот «письмо сдавшихся рядовых и унтер-офицеров своим фронтовым товарищам: Мы, нижеподписавшиеся финские солдаты, получили очень горький опыт того, насколько цинично нас, финских солдат, убивают. Сражение у Эйряпяя – это самый свежий и самый ужасающий пример. Помешанные на войне маннергеймовские генералы и офицеры нас вообще не жалели на плацдарме Эйряпяя на берегу Вуоксы. Там полегла половина 7-го пехотного полка, 25-ый отдельный батальон полёг почти полностью, а из других частей – из 15-го и 49-го полка тоже много погибло. И нам абсолютно чётко стало понятно отношение этих офицеров-мясников по отношению к нам, простым солдатам, поэтому мы хотим вам рассказать, насколько хладнокровно они нас убивали. Во-первых, принуждением они нас загнали и под угрозой смертного наказания загнали нас туда, вот в этот котёл смерти. Уже при форсировании Вуоксы командир 3-ей роты 25-го отдельного батальона капитан Норен ногами избил солдат Саармена и Кириллова (Кириллов, очевидно, как раз потомок кого-то из русских, кто в Финляндии остался – Б.И.), когда они не хотели отправляться в этот смертельный рейс. 5 июля, когда ситуация сложилась критической, офицеры сами сбежали через Вуоксу и оставили нас на верную гибель. Такой был приказ. А лейтенант медицинской службы Луккала, когда уходил, приказал раненых, лежащих на берегу, застрелить. Уже до этого некоторые офицеры стреляли нам в спину, когда мы хотели сдаваться в плен. Таким образом, рядовой Эйно Кивеле, 6-ая рота, 7-ой пехотный полк, получил пулю в спину, и из той же роты рядовой Паве Ярвинен получил пулю в шею, которая разнесла ему всю челюсть. Рядовой Мяенпе видел, как в них стреляли офицеры». Ну и т.д., т.е. именно вот описывается, что там стреляют в спину, бьют ногами, и т.д. Ну и дальше главный вывод: «Фронтовые товарищи за Вуоксой, вас ждёт такая же участь, как те сотни товарищей, которые погибли на Карельском перешейке, на плацдарме Эйряпяя или утонули в водах Вуоксы. Вы можете спасти себя, если будете действовать вместе. Не давайте, чтобы офицеры вас били ногами и убивали, не подчиняйтесь вашим ужасным офицерам. Мы, свыше 200 рядовых спаслись, сдавшись в плен. Если вы хотите спасти себя, то дезертируйте повзводно с фронта или же сдавайтесь в плен". Да, и тут опять же большое количество подписей, но здесь вот действительно прямо по полной программе использована боевая ситуация. Да, вот подлинная...

Д.Ю. «Слева молот, справа серп – государственный наш герб. Хочешь – жни, а хочешь – куй, всё равно получишь...»

Баир Иринчеев. Это реально немецкие листовки 1941 года.

Д.Ю. Это настоящий стих украли наш. А тут тоже отлично.

Баир Иринчеев. Не, ну тут вообще!

Д.Ю. «Товарищи красноармейцы! Неправда, что немцы мучают или даже убивают пленных – это наглая ложь! Немецкие солдаты хорошо относятся к пленным. Вас нарочно обманывают, вас запугивают, чтобы вы боялись немцев. Избегайте напрасного кровопролития, спокойно переходите к немцам». Атас вообще!

Баир Иринчеев. Да, это вот 1941 год, и как можете видеть...

Д.Ю. «6 июля 1941 года на востоке от города Минска 52 тысячи красноармейцев расстреляли своих комиссаров и перешли к немцам».

Баир Иринчеев. Ну вот опять же тема комиссаров всплывает полностью. «Все они вернутся домой», и т.д. Вот тут как раз именно, конечно, антисемитская тема вообще просто по полной программе!

Д.Ю. «Бей политруков! Бей жидов! Переходи к немцам!» Блин! Ну вообще я представляю, как это на людей действовало посреди тогдашнего ужаса. Правильно, что не разрешали даже поднимать.

Баир Иринчеев. Да. Ну и конечно, полностью было задействовано пленение Якова Сталина, т.е. это вот засыпали просто...

Д.Ю. «Это сын Сталина ст. лейтенант Яков Сталин. Он жив и здоров. Когда он сдался германцам, он сказал: «Сопротивление бесполезно». Делайте так же, приходите к нам».

Баир Иринчеев. Ошибочка – «так же» должно писаться раздельно.

Д.Ю. «Вам будет хорошо у нас». Да тут кругом... А я вот, меня... Опять.

Баир Иринчеев. Да, снова сын Сталина, опять же, тоже сфотографировали его на допросе и изобразили это, как будто он хорошо так, мирно беседует с немецкими офицерами.

Д.Ю. «Следуйте примеру сына Сталина – он жив, здоров и чувствует себя прекрасно. Зачем вам приносить бесполезные жертвы и идти на смерть, когда даже сын вашего верховного заправилы уже сдался в плен?»

Баир Иринчеев. «Кремлёвский заправила», да.

Д.Ю. А каким образом... «Мне на Сталина плевать – надоело воевать! К чёрту сталинскую власть, лучше к немцам в плен попасть». Хоть сейчас в телевизор неси.

Баир Иринчеев. Ну опять же, наверное, главный посыл нашего сегодняшнего рассказа кратенького, тоже мы только-только царапнули, в общем-то, наверное, поверхность... «Сталин – наглый обманщик», «Сталин – жестокий тиран», «Сталин – жалкий трус», «Сталин – горе-администратор», «Сталин – провалившийся полководец» - т.е. просто...

Д.Ю. Полный набор.

Баир Иринчеев. Полный фейл, да.

Д.Ю. А чем это доставлялось? Я вот, в детстве у меня была такая хорошая книжка, «Артиллерия» называлась, и я там...

Баир Иринчеев. Да, там агитационные снаряды.

Д.Ю. Да, к немыслимому удивлению.

Баир Иринчеев. С самолётов это разбрасывалось, т.е. вместо бомб брали либо агитационные бомбы, либо прямо так разбрасывалось. Наверное, вы видели, здесь будет картинка: финны в 1942 году сделали гигантскую просто рогатку в стиле «Angry Birds», и там запускают такую банку консервную с листовками в нашу сторону.

Д.Ю. Чисто хохлы на майдане, да?

Баир Иринчеев. Да. Затем очень интересная фотография – тоже Ханко, мы с вами упоминали 1941 год, там же был один батальон шведских добровольцев, которые там воевали, держали фронт. Ну и тоже там фронт был достаточно долго стабилен, и они там изощрялись всячески. Так они, знаете, очень забавная фотография, когда солдат шведский в форме шведской того времени стоит и из лука запускает стрелу с приделанной к ней листовкой, т.е. выглядит очень странно. Т.е. там изощрялись все очень по-разному.

Д.Ю. «Женщины Советского юзаза...»

Баир Иринчеев. Юзаза, да.

Д.Ю. «Близок час, когда вы сможете снова открыто и без страха повесить иконы в избах и затеплить перед ними лампады. Немцы несут вам свободу религии, очищение церквей от большевистской скверны и освещение их». Ну, привет всем, да.

Баир Иринчеев. На самом деле, давайте вспомним, что главный идеологический лозунг вторжения нацистов в СССР – это: «Крестовый поход против большевизма», и конечно, антирелигиозная кампания, которая проводилась в СССР в 20-30 годы, была полностью немцами и финнами раскручена в своей пропаганде, т.е. говорилось, что это безбожная власть, это Антихрист, и поэтому мы действительно идём в крестовый поход. И у финнов была выпущена целая книга, которая называется «Крестовый поход финнов», и вот на тех территориях, которые финская армия отбила с боем, где вот были финские церкви, они всё полностью сфотографировали ... смотрите: из церквей сделали кинотеатры и клубы, ах какие плохие, там, здесь вообще сделали склад, это безбожники, поэтому мы, западные верующие, справедливые люди...

Д.Ю. Да-да. Христиане – замечу.

Баир Иринчеев. Христиане, да, вот мы идём, и их надо всех просто «замочить».

Д.Ю. Вот отличная картинка: «Спеши, казак, настало время семью и Родину спасти. Довольно тягостное бремя с позором на плечах нести» - в правой руке еврей, в левой руке большевик какой-то, да, военный.

Баир Иринчеев. В будёновке.

Д.Ю. «Казаки, этих жидов Сталин посадил на вашу шею. 5 августа 15 тысяч бессарабских жидов было отправлено вверх по Дону. Их предполагается поселить в станицах среднего Дона, выселив предварительно оттуда казаков. Стряхните с себя эту мразь, пиявкой присосавшуюся к народному телу. Неужели позволите, чтобы славную донскую землю, обильно политую кровью ваших дедов и отцов, топтал пархатый жид?» Красота! Красота вообще!

Баир Иринчеев. И вот тоже, видите, идёт адресная достаточно пропаганда – вот к рабочим Донбасса: «Не разрушайте заводы...» Т.е. тут, конечно, такое противоречие, которое даже сразу и не видно – что на самом деле сначала они говорят, что у вас, как бы, ничего нет, что сопротивление германской армии бесполезно, что вы ничего не создали, вообще там 24 года вас топтали, вы голодали и жили в каких-то норах, да, но при этом заводы ваши нам нужны, т.е. заводы не разрушайте, всё оставьте, это всё будет экономика Европы уже, т.е. объединённой Европы под руководством Германии.

Д.Ю. Жесть!

Баир Иринчеев. Да, ну это фейкньюс как раз, или как сейчас называется – операция под ложным флагом, т.е. это боевой листок, т.е. замаскировано под боевой листок, но на самом деле здесь написано о том, сколько всего уничтожено наших частей.

Д.Ю. «Священный долг перед любимой Родиной зовёт вас к свержению сталинского ига. Вперёд на врага – на жидов и НКВД!» Блин, атас! Господи! Что-то я... как-то густо, очень густо.

Баир Иринчеев. У немцев там просто... тут ещё у немцев, видите, ещё антисемитизм страшный, в отличие от финнов, тут просто...

Д.Ю. Да... Ну это к вопросу, опять-таки, что из себя представляет коммунистическая пропаганда и что из себя представляет западная – т.е. я не знаю, тут не то, чтобы в десятки, тут в тысячи раз... «Сталин не в состоянии вам помочь ничем. Ваше положение безвыходно. Требуйте прекращения преступной бойни».

Баир Иринчеев. «Советский строй разваливается».

Д.Ю. «Пусть комиссары и политруки воюют сами! Штык в землю!» «Не проливай свою кровь за Сталина». Это, кстати, помнишь, там как-то какие-то идиоты принялись развивать, что а мой дедушка воевал, и он говорил, что никогда никто не кричал: «За Родину, за Сталина!», никогда никто на танках не писал «За Сталина!». А потом вдруг в игре про танки потребовали убрать надписи, не должно быть надписей «За Сталина!», а когда стали показывать фотки, где написано – как же так, парни, как же так? «Большевизм – твоя смерть». Ой, тихий ужас, Господи!

Баир Иринчеев. Ну в общем-то, глядя вот на это всё, можно понять, почему был запрет очень жёсткий на то, чтобы это вообще даже читать, потому что это просто...

Д.Ю. Что предки пережили, это ж ужас!

Баир Иринчеев. И это только 1941 год, Д.Ю., это только вот 1941 год. Там же номенклатура была гораздо больше. Ну это тоже, видите, наверное, показывают...

Д.Ю. И 10 томов, да?

Баир Иринчеев. Да, и 10 томов – только листовки немецкие, соответственно...

Д.Ю. «Flugblatt» - это «летучий лист»?

Баир Иринчеев. «Flugblatt» - да, это «листовка». « Flugblätter aus Deutschland»...

Д.Ю. «Flug» - это «летать», «blatt» - «листовка».

Баир Иринчеев. «Flug» - «летать», «blatt» - «листовка», да, Flugblatt.

Д.Ю. Русское слово «блат» и «по блату» - оно вроде от него, да.

Баир Иринчеев. Да.

Д.Ю. Да-да...

Баир Иринчеев. Ну, уважаемые гости, уважаемые слушатели, тем не менее хотелось бы сказать, что к концу Великой Отечественной войны именно наша пропаганда, т.е. она относилась к военной разведке, накопила огромный опыт работы с войсками противника, и в конце войны действительно эти листовки начинали работать. Как правило, делали не только листовки, но была же ещё пропаганда через рупор, была пропаганда через громкоговорители, могли летать самолёты наши по два со специально установленными громкоговорителями, причём они могли, по 2 – это биплан, т.е. если он выключит двигатель, он же планирует, он не падает, и наши лётчики-пропагандисты действительно так делали, что они подлетали к немецким позициям, врубали мотор, включали динамики и вещали на немецкие войска. И вот все эти виды пропаганды самые разные вместе начинали работать, действительно, в 1945 году помогая избежать лишнего кровопролития и наших, и немцев.

Д.Ю. Ну я думаю, это уже пошло тогда, когда всем стало очевидно, чем это закончится.

Баир Иринчеев. Да, но при этом всё-таки, понимаете, там есть замечательные воспоминания участников Сталинградской битвы, что вот у немцев вот это вот механическое подчинение, т.е. вот есть немецкий гарнизон, 2 тысячи человек, он окружён, его положение безнадёжно, но там есть офицер, и они все будут его слушать до упора. Поэтому кто-то оттуда сдался, сумел убежать, что его свои не убили – сразу: «Кто офицер? Кто там, какие разговоры идут? Тебя как зовут? Какие там, кого знаешь? Давай обратимся к ним по именам в листовке и в передаче. Затем мы им расскажем или ты им прямо расскажешь, что это я, вы же меня знаете, я только что убежал, у меня всё нормально, чего вы зря...» И там обратитесь к этому офицеру – пусть он даст приказ сдаваться.

Далее, что работало ещё лучше – это когда этого пленного тут же перевербовывали, т.е. ему говорили: «Значит так, ты к нам пришёл – хорошо, замечательно. Теперь помоги спастись всем остальным своим товарищам. Мы тебя отпускаем, ты туда идёшь, к этому офицеру и говоришь, что парни, сдавайтесь...

Д.Ю. Убьют же, нет?

Баир Иринчеев. ...иначе всех перебьём». Не, не обязательно, т.е. там если особенно он сначала успевал сагитировать какую-то группу солдат, то действительно перед лицом смерти всё-таки...

Д.Ю. Задумаешься, да?

Баир Иринчеев. Выслушивали, да, они задумывались, как правило, и действительно... Так же действовали наши разведчики, т.е. там действительно бывали такие случаи, когда вот наш разведчик, переодетый в немецкую офицерскую форму, приходил к какому-то немецкому гарнизону и говорил: «Значит так, парни, я здесь старший по званию, я приказываю: все сдаёмся».

Д.Ю. Отважные!

Баир Иринчеев. И на самом деле там вот как раз, по-моему, Весник, наш любимый актёр советский, как раз описывает такой случай, что они там держат фронт, т.е. окружённая какая-то немецкая часть, это в городе где-то уже в Восточной Пруссии или где-то в Польше, или в Германии, из квартала выходят 2 тысячи немцев под руководством офицера. Там стоит наше командование, немцы подходят, этот офицер немецкий подходит к нашим, его обнимают, он говорит: «Слушайте, товарищи, я так устал, двое суток не спал». У всех падает челюсть, что это, оказывается, наш человек просто туда пришёл, внедрился, всем скомандовал, и они сдались, что спасло жизни и нашим, и немцам, особенно в 1945 году это уже никому было не нужно, т.е. там действительно уже задумывались, и тогда действительно пропаганда на фоне военных успехов и на фоне угрозы неминуемой смерти работает, т.е. человек становится вменяемым, начинает задумываться: «Так, что-то как-то не хочется здесь совсем зря погибнуть, тем более, что понятно, что мы уже явно не победим».

Д.Ю. Я с тобой не соглашусь, что он становится вменяемым – он просто боится и ... что всё уже, все плохо.

Баир Иринчеев. Да конечно, боится, но он начинает... нет, понимаете, он начинает хотя бы слушать, что ему предлагают, потому что он видит, что выходов как-то нет. И тогда, действительно, это всё работало, вот эта адресная пропаганда именно: мы знаем, что здесь стоит такая-то часть, ага, значит наш разведотдел только что прошёлся по полю боя и собрал документы со всех убитых. И мы начинаем просто брать документы убитых, пишем листовку: «Солдаты и офицеры такого-то полка! Мы знаем, что в предыдущем бою у вас погибли (список). Мы знаем, что вы потеряли пленными то-то, то-то. Они у нас, с ними всё хорошо, они нам всё рассказали, поэтому, парни, давайте сдавайтесь». И это действовало гораздо лучше, чем вот эти, там, водка, женщины, хорошая...

Д.Ю. Ветчина.

Баир Иринчеев. Ветчина, хлеб, там, да, гармошка и всё прочее. Ещё, кстати, интересно очень отметить, что... ну напоследок, чтобы закончить на такой положительной ноте, что наши уже на Великой Отечественной войне догадались, очень быстро причём, что не надо ставить громкоговоритель и спикера рядом и не надо рядом ставить фургончик, на котором они... Не надо там ставить вот эту вот полуторку с КУНГом, где они катаются, потому что сразу туда что-нибудь прилетит, т.е. противник сразу откроет огонь. Т.е. наши уже на Великой Отечественной войне поняли, что громкоговоритель ставим в 200 м где-нибудь, а спикер, т.е. пропагандист сам вещает в микрофон где-то в штабе.

Д.Ю. В блиндаже, да?

Баир Иринчеев. Где-то в блиндаже, а машина вообще в третьем месте, где генератор, там, и всякое прочее. Американцы до такого не додумались.

Д.Ю. Генерал Дудаев додумался, но это ему не помогло.

Баир Иринчеев. Не, ну сейчас, конечно, вообще всё поменялось, т.е. сейчас можно через Фейсбук что-нибудь забросить.

Д.Ю. Да, это всем, так сказать, познавательно, параллели с сегодняшним днём проводятся просто на раз: преступная власть, несчастный народ, стонущий под гнётом, обращения строго национальные – русские, украинцы, белорусы...

Баир Иринчеев. «А вы за Россию или за Путина?»

Д.Ю. Да.

Баир Иринчеев. Т.е. «мы за Россию, но мы за Россию без Путина».

Д.Ю. Сейчас нас обвинят, что мы с тобой Кремлём проплачены, и всякое такое.

Баир Иринчеев. Ну разумеется, да.

Д.Ю. Ну картина-то одинаковая, друзья: если Кремль управляет страной, крушение Кремля – это развал страны, чего бы там вам ни казалось.

Баир Иринчеев. Не, ну просто всё-таки, действительно, если мы вспомним, то Гражданская война, пропаганда: «Мы за Россию, но без большевиков», потом Великая Отечественная: «Мы за Россию, но без Сталина», ну сейчас тоже, как бы: «За Россию, но без Путина». Как бы, вы-то люди хорошие, это власть у вас плохая. А напоследок...

Д.Ю. Да. Но это первая стадия, на второй стадии окажется, что вы прирождённые коммунисты, и вообще лучше, чтобы вас не было.

Баир Иринчеев. Не, ну самое главное, чтобы все сдались, а что с вами будет потом, это уже другой вопрос. Т.е. здесь тоже, извините, немцы обещают хорошее обращение, там, рабочее место в Германии, чуть ли не квартиру в Германии – и что мы видим в результате? В результате смертность 59% среди наших военнопленных в Германии, по разным оценкам, т.е. неважно, война – это путь обмана, что вы там написали – она сработала? Ну классно, он сдался, а потом с ним можно сделать что угодно, потому что он уже в вашей власти.

Д.Ю. И никто и не узнает ...

Баир Иринчеев. И никто не узнает, что они там все умерли, что всех там замучили голодом, отсутствием медицинской помощи и абсолютно непомерным трудом. Т.е. немцы же пленных не в газовую камеру, как евреев, да, а именно что: они все умрут, но перед этим мы из них выжмем все соки – они там будут дороги строить, они там будут вкалывать на заводах, они что-то там будут делать и потом они умрут. Ну собственно, это было задекларировано, а листовки рассказывают вам совсем-совсем другое – что всё будет классно и всё будет хорошо.

Напоследок я бы всё-таки хотел сказать одну вещь, вот почему они так похожи на то, что мы слышим сегодня. Мы уже с вами упомянули, что для пропаганды на наши войска что финны, что немцы привлекли белоэмигрантов – это действительно те, кто воевал на Гражданской войне в России, потерпел поражение, не принял революцию, уехал или опасался преследования со стороны советской власти за преступления, совершенные на Гражданской войне, за белый террор, и в 1941 году радостно эти люди надели уже форму немецкую, финскую, любую и, вспомнив свой старый лозунг «Хоть с дьяволом, но против большевиков», вот они и работали на дьявола и проиграли. А в 1990 году их последователи выиграли, т.е. мы сейчас кормимся вот тем же самым, это те же самые лозунги, потомки тех же самых людей то же самое нам и рассказывают. Т.е. те тезисы, которые с 1991 года нам озвучивает т.н. «либеральная» тусовка, хотя от либерализма там, по-моему, мало что осталось, в понимании 19 века и начала 20 века, это всё те же самые лозунги о советской власти, вот вы просто прочитайте, что пишется в немецких листовках и в финских листовках времён Великой Отечественной, и что нам рассказывают о советской власти сейчас – это та же самая линия, абсолютно та же самая. Это просто нужно понимать, это действительно мы пожинаем плоды распада СССР и в этом тоже.

Д.Ю. У кого есть мозги, предлагается задуматься. Спасибо, Баир.

Баир Иринчеев. Да, но помимо всего прочего, вот часть листовок мы с вами прочли здесь, зачитали. Сканы листовок будут у нас в Разведопросе, но все эти листовки, даже те, которые мы не успели прочитать, все будут представлены на форуме «Цифровая история» в гостинице «Октябрьская» 20 октября...

Д.Ю. Точно «Октябрьская», а не «Санкт-Петербург»?

Баир Иринчеев. Ох, блин!

Д.Ю. Гостиница «Санкт-Петербург».

Баир Иринчеев. В октябре, гостиница «Санкт-Петербург», а не в Санкт-Петербурге в гостинице «Октябрьская».

Д.Ю. Приходите.

Баир Иринчеев. Да, приходите, пожалуйста, все листовки будут выставлены, я их все откомментирую, проведу небольшую экскурсию по этой коллекции, всё сможете сфотографировать, там, посмеяться, хотя, может быть, у кого-то смех будет грустный. Итак, 20 октября, гостиница «Санкт-Петербург», форум «Цифровая история», главная выставка на форуме это «Пропаганда противника». Также там будут представлены открытки и газеты для военнопленных, которые выпускали финны. Она прямо так и называется – «Газета для военнопленных», очень похожа на «Северное слово», которое мы здесь показали. Так что...

Д.Ю. Линк под роликом.

Баир Иринчеев. Да, линки под роликом, добро пожаловать, надеюсь всех там увидеть.

Д.Ю. Спасибо, Баир.

Баир Иринчеев. Спасибо большое.

Д.Ю. Очень познавательно.

Баир Иринчеев. Ну как всегда.

Д.Ю. На сегодня всё. До новых встреч.

Баир Иринчеев. Всего доброго.


В новостях

18.10.18 13:03 Баир Иринчеев о печатной пропаганде во время ВОВ, комментарии: 20


Правила | Регистрация | Поиск | Мне пишут | Поделиться ссылкой

Комментарий появится на сайте только после проверки модератором!
имя:

пароль:

забыл пароль?
я с форума!


комментарий:
Перед цитированием выделяй нужный фрагмент текста. Оверквотинг - зло.

выделение     транслит


интересное

Новости

Заметки

Картинки

Видео

Переводы

Проекты

гоблин

Гоблин в Facebook

Гоблин в Twitter

Гоблин в Instagram

Гоблин на YouTube

Видео в iTunes Store

Аудио в iTunes Store

Аудиокниги на ЛитРес

tynu40k

Группа в Контакте

Новости в RSS

Новости в Facebook

Новости в Twitter

Новости в ЖЖ

Канал в Telegram

реклама

Разработка сайтов Megagroup.ru

Реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru


Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк