Сегодня для всех нас очень радостный и очень ответственный день. Мы публикуем тизер нашего будущего фильма о великой советской лётчице Лидии Литвяк.
Чем это замечательно и почему так важно?
Во-первых, создание этого ролика потребовало очень большой и кропотливой работы, которая в сущности является частью общей подготовки картины к съёмкам. Эта работа включала в себя множество сложных и потому интересных задач, которые нам пришлось сначала себе поставить, а затем решить. Очень хочется рассказать об этом подробно. И мы обязательно это сделаем в ближайшее время. Сейчас же важно лишь то, что в нашем активе теперь впечатляющий задел и крайне важный опыт.
Во-вторых, наш тизер (во всяком случае, мы очень на это рассчитываем) в какой-то мере даёт представление о будущем фильме, о нашем подходе к делу и о нашем видении того, как нужно рассказывать такие истории. Это наш первый отчёт о работе над новым проектом.
В-третьих, выход тизера нового фильма — это уже не просто заявление о намерениях. Это полноценный анонс будущей картины, который создаёт её стоимость на рынке и потому является важным сигналом не только для зрителей, но и для всех игроков киноиндустрии. От резонанса тизера зависит будущее фильма. И это самый волнительный момент.
Прокатчики, дистрибьюторы, телеканалы и студии-конкуренты — все внимательно следят за тем, как на анонс отреагирует зрительское сообщество, насколько это поднимет узнаваемость картины и каков будет рейтинг ожиданий. Так что, несмотря на наш опыт и веру в себя, сегодня хладнокровие даётся нам нелегко.
В прошлый раз мы делали кино о панфиловцах. У нас не было ничего, кроме желания и упрямства. Тогда вы поверили в нас и пришли на помощь. Усилия тысяч людей соединились в один поток и сделали нас несокрушимыми перед всеми трудностями. В результате мы все вместе создали фильм о героях, которого нам так не хватало прежде, и который теперь всегда будет с нами. Такова была цель. Она достигнута, и все мы вправе этим гордиться.
Сегодня мы берёмся за новый проект. Скрывать не будем: волнуемся. Ведь наш статус почти не изменился: желания и упрямства у нас по-прежнему в избытке, а остальные ресурсы всё так же в будоражащем кровь дефиците. Однако на этот раз наша вера в успех изрядно укреплена. Потому что теперь мы знаем, что вы с нами. Мы помним, как в прошлый раз вы шли вместе с нами до самой победы, и теперь знаем, что если мы вместе — этот путь нам по силам.
Сегодня мы делаем только первый шаг по этому непростому и трудному пути: он снова ждёт нас, весь, с самого начала. Давайте пройдём его — вместе!
Жила-была странная девочка по имени Грета Тинтин Элеонора Эрнман Тунберг. Когда ей было 11 лет, она впала во всеобъемлющую депрессию, на какое-то время перестала ходить в школу, перестала разговаривать, перестала есть. Вскоре врачи поставили Грете и её младшей сестре Беате живописный диагноз: синдром Аспергера (аутистическая психопатия), обсессивно-компульсивное расстройство (наследственное психическое заболевание, характеризующееся навязчивыми мыслями, патологическими страхами, навязчивыми и утомительными одинаковыми действиями), СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности), селективный мутизм (постоянная неспособность разговаривать в особых социальных ситуациях).
Навязчивой идеей Греты стало изменение климата. Тут, конечно, сказалось наблюдение девочки за деятельностью родителей, занимавшихся леволиберальным активизмом в плане экологии (с фиксацией на теме климата), а также борьбы за расширение иммиграции и права психбольных. Пара слов о родителях: отец — актёр Сванте Фриц Вильгельм Эрнман Тунберг (потомок лауреата Нобелевской премии по химии-1903 Сванте Августа Аррениуса, который сыграл главную роль в отказе Шведской королевской академии наук утвердить решение Нобелевского комитета о присуждении Нобелевской премии по химии-1905 и Нобелевской премии по химии-1906 великому русскому учёному Дмитрию Менделееву), мать — оперная певица, участница "Евровидения-2009" Малена Эрнман, она же Сара Магдалена Эрнман.
В Сирии нам надо было учиться воевать по-новому. И мы этому научились. Если говорить об истребительной, армейской, штурмовой, дальней и транспортной авиации, то через боевые действия в Сирии прошло практически 90% всего летного состава. У нас есть те, кто имеет 150–200 боевых вылетов — и это помимо всех тех, кто занимался обеспечением их полетов на земле. Было время, когда темпы поставки грузов в Сирию доходили до двух тысяч тонн в сутки. А это флот, это транспортная авиация, это работа наших баз обеспечения, портов, это передислокация, прием и обслуживание техники. Это привлечение представителей нашей промышленности и науки: доходило до того, что в Сирии одновременно работали представители более чем 70 предприятий, инженеры, конструкторы, устранявшие недостатки техники на месте.
По результатам этой работы президент давал прямые поручения на доработку или усовершенствование отдельных характеристик у некоторых образцов вооружений. Так было и с нашими крылатыми ракетами «Калибр», вооружением дальней авиации и подводных лодок.
Новости
VIP
