Насколько я могу судить, вырезали на редкость мало -- особенно с учётом того, что запись заняла около трёх часов, а чистое эфирное время всего сто минут. Так что содержание дискуссии сохранено практически полностью, без попыток идеологической цензуры.
Некоторые реплики просто не слышны. Например, когда Сванидзе красиво заявил "Врать не надо!", я (если мне склероз не изменяет) спросил: "Так зачем же Вы врёте?" А когда Евгений Петрович Бажанов заявил, что никто из присутствующих не хочет возвращения в сталинизм, я ответил: "я хочу", ибо под сталинизмом мы с Бажановым несомненно подразумеваем совершенно разные процессы и концепции.
Естественно, не попали в эфир и слова, сказанные мною на ухо сидевшему рядом со мной (с другой, нежели Меньшов, стороны) Иосифу Леонидовичу Райхельгаузу. Когда он в очередной раз объявил Джугашвили убийцей миллионов, я тихо сообщил ему: на самом деле массовый всплеск террора в 1937-м учинили активисты Гражданской войны, надеявшиеся вернуться в привычное состояние, а Джугашвили только остановил террор и казнил его виновников, так что на его совести не миллионы, а всего пара десятков тысяч человек, честно добившихся для себя смертных приговоров. Не знаю, поверил ли он мне, но после этого до конца передачи не сказал о Джугашвили ни слова.
Кашин: Слушайте, ну в 1996 году — какие тогда приличия были?
Парфенов: Тут опять меня поражает неосторожность Татьяны Борисовны в высказываниях. Они полны такого простодушия, что иного слова, кроме «подставляется», не подберешь. Ну зачем она в этом году взялась рассказывать про операцию «Преемник», про «Голосуй или проиграешь»? Худшие обвинения противников Бориса Ельцина теперь подтверждены буквально из первых уст. В 90-е годы несколько раз журналистика с властью, если называть вещи своими именами, заключали союз против общества. И Татьяна Борисовна была душой этих заговоров — вспомнить хотя бы сокрытие инфаркта Ельцина между первым и вторым туром выборов 96-го.
Какая прелесть, этот ельцинский расцвет свободы слова.
— А Эйнштейна все-таки вы зачем вставили? И почему он время от времени говорит прямо на камеру, но в то же время не так часто, чтобы быть полноценной фигурой рассказчика?
— На такие вещи я не могу отвечать! Это как спросить «почему у вас си-бемоль мажор переходит в ля минор»? Ну так захотелось! Нельзя картину делать рассудочно, можно потом рассудочно объяснять... Мне просто показалось, что человек, который рассказывает всю историю, он может и в зрительный зал говорить — почему нет? Да, это необычно для детских сказок типа «Диснея». Не во всем «Дисней», чуть сложней — хотя разве кому-нибудь это мешает?
— У вас в какой-то момент там довольно необъяснимо появляются куклы-грузины — хоп-хоп-хоп, пляшут — и исчезают бесследно.
— Не ищите логики! В балете Чайковского есть танец «Казачок» — па-ра, па-ра-ра! Я просто решил на елке сделать попурри из этих танцев. «Танец снежинок» целиком, а еще ведь на елке висят разные игрушки — эльфы, шарики, вот эти вот черкесы, а не грузины, — терские казаки, в бурках, папахах, с газырями. А Король крыс танцует в какой-то момент испанский танец — известный танец в балете Чайковского, но там его не танцует Король крыс. Но это свободные вариации на тему Гофман — Чайковский, я бы сказал так.
Сергей Кургинян: Либеральная рафинированная среда – это своего рода антисоветская тоталитарная секта. Она – как кочан капусты. В кочерыжке – тысячи особо привилегированных "либероидов". В промежуточном слое – сто тысяч просто привилегированных "либероидов". На периферии – 900 тысяч "либероидов", не привилегированных, но особо фанатичных.
Чем-то это напоминает западенское меньшинство на Украине. Только там все построено на самостийности. А тут... Меньшинство говорит с большинством на языке апартеида. Вопиющим образом нарушает все мыслимые нормы западной и мировой политической культуры. Мы теряем способность удивляться. Мы уже не спрашиваем "либероида": "Мил человек, да разве может либерал называть большинство "охлосом"? Разве он может говорить, что большинство – это ходячие мертвецы? Разве он может..."
Что скажет настоящий западник, настоящий либерал про судью, который гордится своей предвзятостью, употребляет в полемике термин "наша сторона", имея в виду одну из сторон? Всем понятно, что. А что скажет "либероид"? Он скажет, что судья недостаточно прессингует, не додавливает.
Сегодня же выпьем за здравый смысл.
И за здоровье Сергея Ервандовича — пусть он будет здоров и крепок.
Мне нравилась теория "скольких-то там рукопожатий", которые соединяют меня и, к примеру, Б. Виллиса.
Эта концепция коммуникативных связей оптимистична, в ней есть позитивность, веселье, логика, открытость. Над этой концепцией гремит бетховенская радостная ода.
Но концепция эта узкоспециализировна. По рукопожатиям я дохожу очень быстро до любого уголка Земли, по рукопожатиям никто не может быть застрахован от знакомства со мной. Вроде бы есть в Океании уединённые островки, на которых могут жить люди, пугливо пьющие дождевую воду из следов какого-нибудь казуара на голубоватой глине. И которые думают, что они-то уж точно меня не знают! Что слава те, дух Тинги Амоа, не подозревают о моём существовании! А я — рраз! И нахожу добродушного морячка, здороваюсь с ним, и вот уже, высунув язык, закрашиваю архипелаг Токелау и атолл Суворова в красный цвет. Не убереглись, островитяне! Не надо вам было морячка того выпускать, отожрав у него только одну ногу!
Т.е. с рукопожатиями я огибаю земной шар в несколько витков.
А вот как быть с половыми связями? Сколько половых связей отделяет меня от Анж. Джоли, например? Почему мои сексуальные контакты заставляют меня вязнуть и буксовать под Сызранью, вместо того, чтобы направлять меня в Лос-Анджелес?!
Есть повод для грусти. Есть. Кстати, всех касается.
Инцидент произошел на новогодней вечеринке, которую в Киеве устроила Наталья Могилевская. На праздник приехали многие российские звезды: Сергей Пенкин, Сергей Зверев, Митя Фомин и многие другие.
Все шло своим веселым чередом, пока на сцену не вышла сама Могилевская вместе с Сергеем Зверевым. Дуэтом они исполнили хиты группы Мираж и Жени Белоусова «Музыка нас связала» и «Девочка моя».
Публика выступление очень понравилось. А вот Фаготу показалось, что Зверев не имел права посягать на эти песни. Музыкант ворвался в гримерку стилиста и, ничего не говоря, заехал ему в глаз.
В драку стилист лезть не стал, а сразу побежал прикладывать лед к синяку. С тусовки певец уезжал в плохом настроении. Лицо короля гламура при этом основательно распухло.
- А как же тогда Китай, Япония и другие "азиатские тигры", лидеры арабского мира и вообще Восток? Там, насколько известно, демократией и не пахнет. А они, тем не менее, "обгоняют Америку". Там что, общечеловеческие законы либерализма не работают?
- Все эти тигры и эмиры достигают (оставаясь в общем в рамках тоталитаризма) успехов только постольку, поскольку позволяют себе либерализовать экономику. И обгонять Америку они будут лишь до тех пор, пока (под давлением своих ястребов, своих партайгеноссе и своих мелких, но крутых тиранов) они эту либерализацию не прекратят (как Сталин в начале 30-х прекратил НЭП, раз и навсегда определив для России чисто тоталитарный курс на милитаризацию экономики, — что и привело, спустя полвека, к обрушению бронированного колосса, утонувшего в болоте всеобщего застоя).
Я же говорил: либеральная идея слаба. Она беззащитна перед железной рукой и костяной ногой авторитаризма, у нее нет защитников, кроме умных людей (которые и сами нуждаются в защите в нашем мире). Но если эта идея воцаряется (волею обстоятельств, а как правило, волею властителей, загнавших себя в застой и осознавших, что другого выхода у них нет), она способна творить чудеса в самых отсталых и запущенных экономиках мира…
Что лучше — невидимая рука или рука железная, размышляет известный писатель. Правая или левая, какую же отрезать? Конечно, левую, ведь правая — хорошая, ей мы пишем полезные книжки о Свободе, а левой — вытираем жопу, наводя тоталитарный, гнетущий гигиенический порядок. Когда левой руки не станет, жопу будет вытирать не надо и наступит щастье.
- Но есть же страны, живущие с двумя руками, не отрезают ведь!
- Ну, это пока! — с оптимизмом смотрит в будущее известный писатель.
"Было замечено, что в тёмный грязный подвал дома №2, кв.3 по Пушкарёву пер., занимаемой двумя китайцами, Лю Фу и Ле Жо Жа, как только начинало темнеть, осторожно крадучись, пробирались какие-то посетители. В 11 часов ночи в этот подвал нагрянули сотрудники оперативной группы при комендатуре отдела управления Моссовета. В подвале оказалась весьма пёстрая компания из 26 человек. Здесь были врачи, артисты, дочь инженера и т.д. Одни из них курили опиум, другие нюхали кокаин, кое-кто пил самогонку. Кругом на грязных нарах сидели и полулежали накурившиеся и нанюхавшиеся посетители притона. При обыске были обнаружены опиум и курительный прибор для него, кокаин, китайские игральные карты и пустые бутылки из-под самогона. китайцы арестованы, а посетители после допроса и составления протокола освобождены".
"Известия" 14 января 1923 г.
Что в этом репортаже бросается в глаза?
1. Конечно же жемчужина — "дочь инженера". Тогда так представлялись, видимо, среди грохота обысков и и визгов арестовываемых врачей и артистов. "Ты знаешь я кто?", — манерно спрашивает девушка, нюхая кокаин и разбрасывая китайские игральные карты веером,- "я — дочь инженера! Таблицу Брадиса знаешь...ну! За меня сейчас впряжётся весь проектный кабинет на Шатурской электростанции. Там знаешь какие расчетчики? какие там инженера? А?! Ебона-попона! Водки мне! Водки!"
Основное, чем я занимаюсь, — работа со звездами. Надо понимать: ты приезжаешь из одного места, стилисты-визажисты — из другого а, звезды — из третьего. Все люди очень занятые, времени мало, вопрос «снять-не снять» не стоит. Снять ты должен в любом случае. Во второй раз вы не соберетесь. Вот тут-то и начинается самое главное. Ты должен снять и красиво, и так, чтобы это было в формате. Для «Каравана историй» надо так, а для Maxim по-другому, а для Рlayboy совершенно иначе.
У меня был случай, когда в ночном клубе на утренней съемке пьяный официант упал и порвал мне все провода. Из пяти вспышек у меня осталось две, и из двух фотоаппаратов один — слабенький Canon, которым я снимал в полутьме. Это была очень сложная съемка, но я снял все, что было нужно.
Вообще работа у меня очень веселая. Это даже нельзя назвать работой — скорее веселый образ жизни. Я шучу, что у меня в прошлом году был выходной, но я его не помню — я в тот день работал. Я постоянно снимаю людей, куда-то езжу — за год был в Японии, в Нью-Йорке, в Турции, где в течение недели снимал Анну Семенович и Анфису Чехову, в Испании. Туда меня пригласили на фэшн-съемку, предложили выбрать место, и я сказал, что хочу снимать на арене, где проходит коррида. Несколько месяцев ушло на то, чтобы добиться разрешения, но, в конце концов, мы его получили. Как же я удивился, когда выяснилось, что снимать мне надо будет не взрослых моделей, а детей от трех до семи — там, где пролито столько крови!
С приходом к власти демократических сил Россия сильно преобразилась. Теперь это была не тоталитарная страна чекизма, а приличная и рукопожатная держава, которую любил и уважал весь цивилизованный мир. Если старая Россия напоминала раздувшегося клопа, то нынешняя, существенно сократившая свои размеры, приблизилась к уровню ведущих демократических стран. Москва так и осталась столицей. Россия пролегала от нее на пятьсот километров на восток, пятьсот километров на юг, триста километров на север и сто километров на запад. Достигнув оптимальных размеров, эта страна выглядела в лице мирового сообщества уже не вечным агрессором, а лучшим другом западного мира. Восточнее России располагалось около двадцати ханств, где постоянно шла борьба и междоусобицы, еще восточнее находилась Special Syberian Zone, контролируемая мировым сообществом, а дальше начиналась уже Япония.
Чекизм не сдался без боя и до сих пор совершались нападения совков-террористов на полицайские участки в различных городах и населенных пунктах. Задействовать для борьбы с ними миротворцев НАТО, гарнизоны которых были размещены во всех крупных городах, было нерационально, поскольку жизнь солдата НАТО (особенно англосакса) стоила все-таки подороже, чем россиянина. Тем более они и так принесли в эту страну свободу. Поэтому новое руководство России и решило сформировать особые охранные отряды – Легион «Содействия Свободе». Войска СС были оснащены новейшей техникой и оружием – не ржавой тоталитарной, а закупленной у демократических стран – танки М60, винтовки М16, бронетранспортеры М113. Кроме того легион обладал и своей авиацией. Причем, благодаря связям Льва Щаранского с Президентом США Джоном Маккейном, за современные истребители F-4 «Фантом» Россия заплатила всего по два миллиарда долларов за штуку – весьма удачный гешефт для российской казны. В составе самого легиона были и многочисленные штрафбаты, куда ссылали провинившихся, и заградотряды.
Естественно, были проведены и массовые люстрации. Для искоренения сталинизма нужно было построить множество демократических концлагерей, поскольку старые тюрьмы и зоны были снесены до основания, как напоминание о кровавом прошлом. Строительство новых заняло много населения и практически решило проблему безработицу, что еще наглядно доказало преимущество демократической модели. Демократические концлагеря были просторные, с красивыми пыточными отсеками, множеством бараков для люстрируемых и суперсовременными медицинскими центрами для трансплантации органов. Ведь несправедливо, когда чекист ходит со здоровыми органами, когда в более демократических странах страдают люди или геи.
Новости
VIP
