Клим Жуков о крестовых походах, часть 1: Мир крестовых походов

Новые | Популярные | Goblin News | В цепких лапах | Вопросы и ответы | Каба40к | Книги | Опергеймер | Под ковром | Путешествия | Разведопрос | Семья Сопрано | Сериал Breaking Bad | Сериал Рим | Синий Фил | Смешное | Солженицынские чтения | Трейлеры | Это ПЕАР | Персоналии - Клим Жуков | Разное | Каталог

15.07.19



Вконтакте
Одноклассники
Telegram


Д.Ю. Я вас категорически приветствую! Клим Саныч.

Клим Жуков. Добрый день. Всем привет!

Д.Ю. Что у вас на планшетике?

Клим Жуков. А у нас вот только что буквально расправились с викингами, ну по крайней мере, в общих чертах. Надеюсь, они не обиделись.

Д.Ю. Крупными мазками, да, можно сказать.

Клим Жуков. Ну так нужно же дальше двигаться хронологическим способом. Нас просто ужасно просили поговорить обо всяком, в т.ч. о Крестовых походах.

Д.Ю. О!

Клим Жуков. Не, ну если просто перечислять заявки, то можно специально передачу о заявках.

Д.Ю. По заявкам, да?

Клим Жуков. Да, т.е. что нас просили сделать. Там если хотя бы 5-6 слов сказать, почему об этом просили сделать и какие были смешные случаи, связанные с этим, то часа на полтора рассказа, я думаю, хватит. Но мы так не будем делать, это неконструктивно.

Д.Ю. Заявки, дорогие друзья, исполнять невозможно. Т.е. две предыдущих заявки: № 1 – это был наш горячо любимый «Гомотрон», 6 выпусков, т.е., считайте, 6 недель на это потрачено. Номером вторым – поднялся дикий крик: «Сделайте про «Чернобыль»!», хотя мы ненавидим сериал про Чернобыль и ничего про него делать не собирались, но пришлось макнуть перо в говно и прогнать строку, да. С заявками очень напряжённо. И под оба – и «Гомотрона», и «Чернобыль» - стоял истошный вой: «Где же «Ломай кровать»? «Ломай кровать» не успевает.

Клим Жуков. Потому что то же самое НВО, которое выпустило «Ломай плохо», выпускает такое количество дряни в последнее время…

Д.Ю. Странно, кстати.

Клим Жуков. А вы просите эту дрянь разбирать, вы представляете. А зачем?

Д.Ю. Непонятно, да. Ну часть, опять-таки, кричит: «Сколько можно? Разобрали одну серию – зачем же остальные? И так понятно, что говно». Недостаточно, нет, приходится делать про всё, потому что мы привыкли делать по-большому.

Клим Жуков. Да! Как можно разобрать одну серию и потом не разбирать – ну что же это такое?

Д.Ю. Да, надо довести до конца. Если ты ночью случайно вместо воды выпил проявитель, доведи дело до конца – выпей закрепитель!

Клим Жуков. Теперь это уже никто не понимает.

Д.Ю. Да. Таким образом, дальше мы двинемся: ролик исторического содержания, ролик киношного содержания, ну а там как получится.

Клим Жуков. Да, ну и нужно реагировать периодически на какие-то политические крупные события.

Д.Ю. И это тоже, да.

Клим Жуков. Опять же, далеко не всегда хочется, но приходится. Так-то мы хотим только про историю разговаривать, нам это интереснее всего.

В общем, Крестовые походы, они с викингами-то связаны некоторым образом: и там люди ходили в походы, и тут люди ходили в походы, но конечно, с совершенно разными в итоге стратегическими результатами. Я предлагаю – вот как мы опробовали на викингах, поговорить про это явление, как про явление, потому что описывать перипетии всех крестовых походов: кто куда пошёл, кто при этом успел на ком жениться, кто развёлся – даже если только главные перечислять Крестовые походы, мы вообще никогда не закончим, просто никогда, это можно вечно рассказывать, и я думаю, что большинству зрителей будет просто скучно через некоторое время.

Д.Ю. А сколько их всего было, таких зафиксированных, добротных?

Клим Жуков. Главных? Добротных 9 штук.

Д.Ю. Ого! А с какой частотой?

Клим Жуков. Не очень часто, но они почти 200 лет, т.е., считай, с 1096-го, ну некоторые считают – с 1095-го, до 1270-го, до Людовика Святого, до Людовика Девятого.

Д.Ю. Активно!

Клим Жуков. Вот. При этом там была масса крестовых походов до Крестовых походов, ненастоящих крестовых походов, вполне настоящих крестовых походов, но маленьких, ну и потом гигантская серия крестовых походов, которая была после Крестовых походов вплоть до 16-го века, из которых процентов 90 было просто только объявлено, но не состоялось, потому что это было страшно модно, а потому что вот там деды ходили, и мы пойдём. Тут же все такие: «Да!» Организовывается для этого обязательно турнир на месяц, люди собираются, выпивают…

Д.Ю. Разговаривают.

Клим Жуков. Разговаривают разговоры, садятся на лошадь, там раз в сутки кто-нибудь кому-нибудь копьём в голову ткнёт, в шлём, тот с грохотом свалится, ну и дальше. А потом, когда выясняется, что после турнира нужно что-то делать, тут такие все: «Ну так-то я, конечно, в принципе, не против, но если для этого нужно что-то делать, то, знаете, наверное, нет».

А были вполне состоявшиеся крестовые походы, в частности, под Никополь в конце 14 века ходило воинство, от турок огребли со страшной силой совершенно, но это вроде как было оформлено, как крестовый поход, да. Потом уж чего там далеко ходить – 1535 год, вообще 16 век, Карл Пятый ездил с большой сборной Германии, Бургундии, Италии, Испании и Португалии в Тунис Карфаген захватывать – тоже было оформлено как крестовый поход.

Д.Ю. Это давало какие-то бонусы или просто звучало красиво?

Клим Жуков. Звучало круто. Ну в 16 веке-то никаких уже бонусов вообще не давало в принципе, но оно поднимало мораль, + 80 к морали первые полчаса. Потом-то, конечно, когда жрать будет нечего и какать придётся в пустыне под бархан, а не в замке на бархатный стульчак, всё, сразу мораль падает, тут уже Крестовый поход не помогает.

Д.Ю. «Я так не играю», да?

Клим Жуков. Да. Не, ну если ты уж оказался, извините, в Тунисе, обратно тебе никуда не деться, поэтому играешь ты или не играешь – вообще вопрос не стоит, но уже скучно.

Д.Ю. «Я так и знал, что будет неинтересно».

Клим Жуков. Да-да-да. Но сначала все очень бодрились, всем нравилось очень, что мы не просто тут так, между прочим, а со святой целью.

Д.Ю. На святое дело идём.

Клим Жуков. Конечно, все за бабки, а мы вот… ну конечно, и за бабки тоже, но не будем об этом говорить. А вообще крестовый поход – это вполне конкретное мероприятие, из которого возникает эпоха Крестовых походов как целое явление, и вот об этом-то явлении в общем нужно поговорить. И я предлагаю по викингской традиции предварить разговор первой серией, которую мы назовём «Мир Крестовых походов», т.е. как дошли до жизни такой, что случилось в мире, что пришлось вообще куда-то ходить.

Д.Ю. Бьют тревожно барабаны, вылезает надпись: «Мир Крестовых походов».

Клим Жуков. Да.

Д.Ю. Дементий любит.

Клим Жуков. С букв капает кровь.

Д.Ю. Да, «Планета унитазов», да, Дементий?

Клим Жуков. Тут же нужно оговориться о терминах специально, потому что многие думают, что крестовый поход – это обязательно когда дядьки в кольчугах, в шлемах-горшках, с развевающимися знамёнами с красными крестами идут резать сарацинов. В принципе, это правда, но не совсем, потому что крестовый поход – то гораздо шире понятие, потому что крестовый поход вообще-то – это паломничество. Т.е. идея была такая, что когда-то Иисус Христос добровольно взвалил на себя крест, прошёл крестный путь, подытожив это собственной жертвой. И вот понятно, что так у тебя не получится в силу того, что просто человек, но хоть чуть-чуть так же сделать ты, как христианин, не то, чтобы обязан, но было бы неплохо, чтобы ты взвалил на себя тоже какой-то крест, дал обет и его выполнил. Поэтому паломничество – это была абсолютно нормальная практика вообще христианской жизни, и конечно, самым лучшим паломничеством, самым главным паломничеством, которое ты мог выполнить в жизни, было паломничество в Иерусалим, собственно, до тех мест, где был Христос. Понятно, это не у всех получалось, но идея была такая, что вот ты не просто до монастыря дошёл, до монастыря каждый может, потому что 50 км – чего тут не дойти? Ты, конечно, тоже молодец, но вот если ты в Иерусалим дошёл, вот это прямо вообще то, что надо. И вот когда мы говорим «крестовый поход», это тоже паломничество, когда дяденьки в кольчугах и в шлемах-горшках с копьями и знамёнами – это тоже было паломничество, но просто смысл такой, что если ты при этом ещё и захватил половину Леванта – ну что ж теперь? Два раза чтобы не ходить. Шёл – и захватил.

Движение паломников в 11 веке, уже даже, наверное, с 10 века было распространено очень.

Д.Ю. Т.е. это вот так вот… Это Средневековье у нас?

Клим Жуков. Раннее. Излёт раннего Средневековья.

Д.Ю. Т.е. это гражданин где-нибудь, я не знаю, в каком-нибудь Аахене мог собрать котомочку и топать-топать до Италии, а там тебя перевезут на тот берег, а там ты опять потопаешь…

Клим Жуков. Или до Византии.

Д.Ю. Да. Вот у меня сразу вопрос: я как турист…

Клим Жуков. Видный.

Д.Ю. …сажусь когда в самолёт, то я кошелёк с деньгами вешаю на шею под рубашку, или бывают там специальные пояса, куда там деньги упаковать.

Клим Жуков. К трусам изнутри пришить.

Д.Ю. Да. Но, во-первых, теперь как-то не очень надо деньги с собой возить по причине наличия кредитных карт, а… страшно, в общем-то. А тогда деньги-то все железные были, ну, скажем так, металлические – медь, там, серебро, золото, как они всё это тащили? Там же по пути их должны были обирать, просто вот свист стоять.

Клим Жуков. Во-первых, обирали, начнём с этого, во-вторых, их ловили и продавали в рабство.

Д.Ю. Это тоже, да, замечательно – опять деньги.

Клим Жуков. Да, т.е. если у тебя денег нет, так вот тебе снова реализовать.

Д.Ю. Налови паломников.

Клим Жуков. В-третьих, ну это же эпоха, когда монетарная масса была очень низкая, и ты мог вообще без денег пойти. Ну понятно, может быть, несколько монеток, чтобы… Маршрут-то был проложен, пока ты шёл по христианским землям, ты шёл от монастыря к монастырю или от храма к храму, т.е. в общинах тебя просто принимали. У тебя плащик, на котором нашит символ паломничества…

Д.Ю. Крест?

Клим Жуков. Ну, например, крест.

Д.Ю. А какие ещё символы были?

Клим Жуков. Ну если мы посмотрим на археологию, то… ну это уже, конечно, не 11-ый век, это уже, конечно, время развитой геральдики – это 13-14-ый век, но тоже символы-бейджи, оловянные, литые, их там миллионы видов. Нашивали на плащ на шапку, куда-нибудь, чтобы было видно, что ты в паломничество идёшь. Этих бейджей найдено, я вам доложу, ну так, если их все в одном месте собрать, то у вас в студии тут пола видно не будет от того, что накопано в виде этих бейджей.

Д.Ю. Ну т.е. явление массовое?

Клим Жуков. Конечно.

Д.Ю. Говорят, что итальянская кухня как раз практически из этого зародилась, потому что они брели огромными толпами, а там кругом кабаки, в которых жрать-пить надо, и культура приготовить много, нажористо и относительно недорого – вот, сильно способствовало.

Клим Жуков. А чтобы не обирали, так, конечно, они собирались в толпу, а когда там человек 500 паломников идёт – поди их обери.

Д.Ю. Они сами…

Клим Жуков. …оберут ещё!

Д.Ю. По-моему, любой нормальный… я помню, как-то открыл журнал «Итоги», на службе ещё, и принялся читать – там было про какой-то немецкий крестовый поход, выходя в который, его надо было начать с еврейских погромов…

Клим Жуков. Ну почти любой крестовый поход начинался с еврейских погромов.

Д.Ю. Да, ну потому что чего вы там Бога убили, распяли – с вас спросить уже пора, в общем-то, и обобрав их, уже можно куда-то идти, уже хорошо. А я так думаю, что они ещё и по дороге, как приличные люди, куда-нибудь заходили, вот эти 500 человек. Это же как саранча.

Клим Жуков. Конечно, причём 500 – это ещё мало, их там же бывали иногда толпы сильно больше, чем 500 – во-первых. Во-вторых, в паломнические походы ходили такие люди, типа Роберта Дьявола, например, с друзьями – поди его обери! Он как раз…

Д.Ю. У самих леворверты найдутся!

Клим Жуков. Он как раз сам только что сдал, можно сказать, на докторскую степень по обиранию окружающих.

Д.Ю. Чёрный пояс.

Клим Жуков. Да, у него там уже даже не чёрный пояс, там 5-ый дан фактически, и вот он поедет в паломничество, и по дороге ты поди его обери, ну тем более, что он там не один, мягко говоря. Рыцари, в т.ч. высшая аристократия, точно так же, как и все, на общих основаниях, правда, конечно, с несколько иным комфортом тоже катались в паломничество. Если уж мы вспомнили, про Роберта Дьявола, так он когда уходил в паломничество, в крестовый поход натурально, там же была тема такая, что я ухожу в паломничество за вас молиться, а вы в благодарность признаете моего бастарда Вилли законным наследником.

Д.Ю. Неплохо.

Клим Жуков. И собственно, Вильгельм Бастард, который потом Англию завоёвывал, вот он именно таким способом через папу получил законные права на наследство, потому что папа, говоря, что пойдёт за всех отдуваться в Иерусалим, заставил его признать законным наследником.

Д.Ю. Интересно.

Клим Жуков. Т.е. из этого можно было получить некие, не знаю, пиар-выгоды, прямо политические выгоды, в общем, мероприятие было серьёзное.

Д.Ю. И денежные?

Клим Жуков. Ну я говорю, опять же, когда мы говорим «денежное», нужно понимать, что «ресурсное», потому что с деньгами всё было очень плохо, и мы об этом отдельно поговорим, собственно, уже вот-вот, потому что мы уже с термином-то определились, теперь, собственно, пора к части первой переходить, потому что мир-то Крестовых походов прямо начинается, перед нами разворачивается грандиозное эпических размеров полотно европейской жизни от экономики до культуры, которые все были предельно взаимосвязаны.

Начнём мы, конечно, с самого главного, как марксисты – с базиса, т.е. с экономики, из неё всё произрастает так или иначе. И вот мы только что про деньги упомянули, с деньгами всё было очень и очень плохо.

Д.Ю. Мало печатали?

Клим Жуков. Их, конечно, умели замечательно штамповать, но для того, чтобы их штамповать, нужен был цветной металл – медь для производства мелкой монеты, но она всё-таки не главная резервная валюта, это для мелких расчётов на бытовом уровне, а лучше всего драгоценные металлы – серебро и золото. И вот с поступлением серебра-то и золота в Европу наступили известные проблемы. И вот тут, как только мы оказались в мире экономики, вот что бы мы ни делали, о чём бы мы ни говорили, мы должны опять поговорить про Римскую империю.

Д.Ю. Так?

Клим Жуков. Вот который мы даже не ролик записываем, а которую мы серию роликов записываем по самым разным вопросам, мы всегда оказываемся, чёрт возьми, в конце Римской империи, никуда от неё не деться. Просто удивительно, как эти итальянцы умудрились такую штуку придумать! Вот прямо с нашей темой связана история, когда сельджуки отжали у византийцев кусок Малой Азии, они там что основали в первую очередь – Рим, который называли «Рум», но имелся в виду именно Рим, потому что они считали, что они…

Д.Ю. Римляне.

Клим Жуков. Да, ну про крайней мере, хотелось бы, чтобы так было. Ну они просто, когда из своей этой степи-пустыни вылезли, попали в те места, где римляне строили всякое, они так охренели…

Д.Ю. Надо повторить, да.

Клим Жуков. …что решили, что и мы, в общем, как нормальные люди, хочем так же. Понятно, что так как-то мы не очень знаем, как это всё было и как надо, но вот, однако, такая вот у них была инерция у римлян, чудовищная совершенно, что даже когда мы говорим о Крестовых походах, это, чёрт возьми, это уже 11-ый век, Рима уже 600 лет как нету, однако, всё равно мы вынуждены начинать с Рима, потому что Рим – это в первую очередь было объективное явление. Это, конечно, мог бы быть… То, что именно Рим победил – это, конечно, историческая случайность, но если бы на месте Рима был Карфаген, который вместо Рима всё захватил, это всё равно была бы та же самая империя, которая является объективной необходимостью, потому что в то время на том уровне материально-технического прогресса и производства невозможно было обеспечить этого самого прогресса, не взяв под контроль всё Средиземноморье, т.е. Средиземноморье должно было быть полностью контролируемо одной, ну или по крайней мере некой слитной силой. С Римом получилось удачно потому что это была не какая-то слитная сила, а просто одна сила. Если мы посмотрим на распространение римских владений, от Республики до Принципата и собственно до Империи, то мы увидим, как они расползались, во-первых, до Испании, потому что им нужно было выход из Средиземного моря контролировать, потому что это важнейшая торговая точка, и в сторону Палестины, потому что…

Д.Ю. Гибралтар держали, да?

Клим Жуков. Да, от Гибралтара до Палестины.

Д.Ю. А вот сейчас, если отвлечься, англичанам зачем Гибралтар, зачем они там сидят?

Клим Жуков. Пролив – это денежки.

Д.Ю. А что они деньги со всех берут?

Клим Жуков. Не, ну в любом случае это стратегическое место, потому что если ты не захочешь кого-то пропустить – у них там ракеты, пушки, самолёты, они не пропустят. Он очень узкий, эти Геркулесовы столбы, перекрыть – делать нечего.

Д.Ю. А испанцы как на это реагируют?

Клим Жуков. А ужасно плохо!

Д.Ю. Им это не нравится?

Клим Жуков. Конечно, нет! У них отжали жутким способом совершенно это место, там было всё связано с казнью заложников перед глазами у гарнизона крепости испанского. Англичане вообще молодцы, не стесняются.

Д.Ю. И сколько лет они его держат?

Клим Жуков. Так они же там сколько – с 18-го века, считай, сидят.

Д.Ю. Неплохо! И мировая общественность не возмущается, что тут узурпация, аннексия, или как это у них называется?

Клим Жуков. Захват военный прямой, и ещё плюс связанный с военными преступлениями настоящими.

Д.Ю. Да-да-да. Или это раз нам надо, то так и будет?

Клим Жуков. Не ну это же хорошие люди. Испанцы тоже, конечно, хорошие, но не настолько.

Д.Ю. Да-да, с красивыми добрыми лицами, да. Итак?

Клим Жуков. Да, нужно было держать и противоположный конец, т.е. Палестину. Условно даже… я, конечно, про Палестину узко сказал – это вот от черноморской балканской Греции до Красного моря. Почему – потому что это прямая торговая, культурная, военная, транспортная, логистическая связь с Востоком, откуда ещё с бронзового века поступали всякие разные полезные металлы, типа олова, без которого не будет бронзы, в т.ч. оттуда же поступали драгоценные металлы. Я, конечно, не говорю про всякие разные полезные вещи, типа шёлка, специй – они тоже поступали, и когда мы говорим эти слова: «шёлк» и «специи» - это твёрдая валюта, потому что серебра или золота, например, может поступить слишком много, и оно будет обесцениваться, начнётся инфляция, а с шёлком такого не будет и со специями, представляете, такого тоже не будет, потому что у них есть в отличие от денег потребительная стоимость. У денег потребительная стоимость ровно одна, потому что у них абсолютная ликвидность, можно очень быстро поменять на что-нибудь, что тебе нужно. Но если какая-нибудь сволочь при этом будет в серебро подмешивать медь, а ты не заметишь, т.е. начнётся порча монеты, что регулярно происходило, конечно же, то у вас деньги будут обесцениваться, если будет слишком много серебра, опять деньги будут обесцениваться, а вот шёлковую тунику, извини, пожалуйста, ты как наденешь, так и будешь носить, она не обесценится, пока ты её не испортишь, потому что у шёлка есть потребительная стоимость, как и у специй есть потребительная стоимость, и поэтому это вот как твёрдая валюта было важнейшее поступление, но взять их можно было только с той стороны.

Я уж молчу о том, что с той стороны Индия, ну конечно, совсем далеко, но он есть – Китай, поступали ко всему прочему ещё и некие культурные влияния, не только экономические, но ещё и культурные, потому что всё-таки Рим, да, велик, Рим, как выясняется, до сих пор наше всё, хотя, опять же, повторюсь – сколько там с 5-го века, когда он пропал, веков прошло, столетий? Но это очень маленькая территория, которая, в общем, замкнута в самой себе, им нужно некое общение с кем-то, потому что без этого вообще прогресс невозможен, нужны новые идеи, новые веяния. А там, за Красным морем, там гигантский мир, просто гигантский, супернаселённый, очень разнообразный мир – нужна была эта связь, и повторюсь в третий раз: Рим – это было объективное явление. Вот когда он замкнул на себе стальным кольцом легионов всё Средиземноморье, это было не потому, что когда-то там Сципион Африканский, Гай Марий, Юлий Цезарь, Август, Траян и какой-нибудь Диоклетиан просто хотели всех позахватывать – это была не их хотелка, это было объективный, совершенно целенаправленный процесс исторический, потому что если бы, например, всё было связано с хотелками, то кто мешал: кому-нибудь моча в голову ударит – захватили Египет и пошли дальше вниз по Нилу, там, к Эфиопии захватывать негров. Ну вот хочу я негров захватывать, и пойду, и буду! Римляне могли это сделать, у них хватало сил, но, однако, почему-то они даже и в мыслях не имели идти на юг Африки. Нет! А вот пойти захватить будущую Святую Землю вполне себе хватило соображения. Сначала они подвели их под собственный… сначала как союзники, потом под протекторат, а потом их просто захватили. А после известных событий 68-69 года н.э., когда была Первая Иудейская война, они их просто упразднили совсем, превратив в провинцию Сирия. Слили с Сирией, и всё, там никаких уже ваших царей этих, первосвященников. Кстати, где у вас там первосвященники – в храме? А, так значит, нужно его сломать. Всё. Где ваши первосвященники? Нету? Всё отлично! Вот вам, значит, статуя Юпитера, вот вам 50 бюстов императора, на каждом перекрёстке, вот вам бани, вот вам цирк и SPQR везде. Это потому что им было нужно поступление товаров с Востока, связь с Востоком. Это было, с бронзового века начиная, экономическая объективная необходимость, и уже в бронзовом веке, ну уж точно, наверное, веку к 13-му до н.э. – где там Рим? Римляне ещё на пальмах сидели, а процессы происходили ровно те же самые – сложились устоявшиеся торговые связи по всему Средиземноморью, на которые были подвешены далеко не только прибрежные государства. Всё вокруг, что имело место, вообще всё, оно всё висело на торговых путях в Средиземном море, и эти связи где-то к 13 веку до н.э. уже были сложены, римляне просто их немножко замкнули только на себя, вот без всех этих общественных договоров: там какие-то финикийцы, минойцы, ахейцы – ну кому это интересно? Это просто всё будет моё. Вот так!

Ну а Римская империя, как рабовладельческая империя, она, естественно, имела вполне конкретный предел роста, т.е. пока они могли всех лупить и захватывать новых рабов, они росли. Как только они упёрлись с одной стороны в мощнейшую Персидскую державу, Парфянскую державу, они перестали расширяться на восток – всё, невозможно. С другой стороны германцы за Рейном, тоже не пройти. Самое главное, нет, там пройти-то можно, вопрос – зачем? Потому что германцев они били всегда, и дальше бы били, вопрос в том, что с них в этих лесах за Рейном взять? Янтарь? Вы серьёзно?

Д.Ю. «Давайте сражаться!» - «Покажите деньги».

Клим Жуков. Просто пропал стимул, ну а раз нет поступления рабов, всё пошло схлопываться, экономика начала постепенно коллапсировать и доколлапсировала до того момента, когда выяснилось, что крестьянин-колон, сидя на условной аренде, то что потом будет называться чиншем, в несколько другой форме, но похоже, он просто гораздо эффективнее раба. А значит, вся экономика начала падать с огромной скоростью, и вроде бы, вот людей стали освобождать, потому что раба держать невыгодно, а общая экономика стала разрушаться. А как только стала разрушаться общая экономика, вот там говорят: римляне все, извините, под хвост перебаловались, стали ленивые, геи, и пришли суровые варвары и захватили – ха, нет, конечно же! Римляне стали ленивые и геи, потому что у них перестала иметь место конкретная экономическая детерминанта, которая соединяла всю гигантскую по тем меркам территорию, просто чудовищных размеров, воедино. Как только пропало общее экономическое хозяйство, вместе жить стало невыгодно, т.е. совсем. Римская империя держалась на том, что нужно было в одно место сгонять тысячи рабов, заставлять их делать одно какое-то полезное дело, ну а если они там умирают – новых, умирают – новых, это всё бесплатно более-менее, их нужно было контролировать и направлять, обеспечивать транспортные потоки, эти знаменитые римские дороги, по которым, во-первых, переправлялась некая сумма насилия с легионами и когортами ауксилий и товары, в т.ч. и живой товар, т.е. рабы. Вот как только это стало делать невыгодно – всё, стало просто не нужно жить вместе, а раз так, то тут же выясняется, что у вас некоторые римляне уже давным-давно родились и выросли в Египте, они Италии просто не видели никогда, другие римляне вообще какие-то греки, а у греков, между прочим, о-го-го какая своя культура, они говорят: слушайте, да вы у нас всё спёрли, вообще всё, на что ни посмотри: статуи все наши, вообще все, ну или вы там их потом обезьяничали, боги – так посмотрите в профиль: ваш Юпитер – наш Зевс, между прочим…

Д.Ю. Никто не скрывает, да.

Клим Жуков. Да, тем более: ах вы ещё и не скрываете?! Ну тут же моментально национализм начинается, ровно отсюда – как только кончается общее экономическое пространство, начинается мелкий локальный национализм, который обусловлен тем, что у вас своё хозяйство, а вас из какого-то Рима кто-то там пытается строить. Хватит кормить Рим! Вот, у нас своя эллинская культура замечательная, у нас своя египетская культура замечательная, а мы, прошу прощения, потомки самого Селевка, который, между прочим, с самим Александром ходил, не то что вы! Александр до Индии дошёл, а вы дошли до Индии, нет? А вот Селевк… а вот Александр дошёл, и это его Диадох, мы будем вот за него топить, ну по крайней мере за его память. И всё рассыпалось. Да, конечно, варвары-то помогли – а как же? Когда всё посыпалось, варвары ломанулись в Римскую империю не для того, чтобы её уничтожить, а для того, чтобы стать римлянами…

Д.Ю. Принять участие, да?

Клим Жуков. …потому что всем было абсолютно понятно на границах, что где деньги, где возможности, где настоящая хорошая жизнь? Вот там! Они же туда все варвары поголвно, у них была одна мотивация: стать римлянами, они хотели этого больше всего, им хотелось прорваться в Империю, чтобы там зажить, как уже вот нормальные люди. Ну понятно, тут некоторые прядки свои с собой приносили, не вполне римские, но что делать – это такой исторический процесс. А Империя развалилась. Что интересно: она развалилась по-настоящему, плотно, с катастрофическими последствиями, что прошло абсолютно незаметно для всех окружающих, потому что то, что Римская империя развалилась, об этом узнали в 18 веке, по большому счёту.

Д.Ю. Охренеть!

Клим Жуков. Ну когда стали изучать это всё, читать тексты, сопоставлять некие экономические, политические и культурные явления, ну там уже стало совершенно понятно в эпоху Просвещения, что Римской империи нет, а до этого все были уверены, что она, конечно, есть – а куда она денется? Вы, собственно, почему считаете, что её нет? Она, конечно, есть, ну просто тут сложности. Но вы знаете, а между прочим вот были гражданские войны сколько там у них, ну вы же читали, наверное, да, я уверен. Так и у нас сейчас, в общем, то же самое. А по большому счёту, что изменилось? Ничего: вот вам колонна Траяна, вот вам римская дорога, вот вам баня, правда, не работает уже лет 200, а может даже 300, но баня-то есть.

Д.Ю. Но было круто, да.

Клим Жуков. Но было круто, вот. И поэтому все были уверены, что Римская империя никуда не пропала, более того, в Константинополе сидел римский император, т.е. всё в порядке, но почему-то жить плохо стало, очень плохо, и денег нет. Почему денег нет – да потому что все торговые связи, которые с 13 века до н.э. были налажены, развалились, и всё, вся Ойкумена, которая висела на торговых связях, экономических и культурных связях Средиземноморья, Черноморья и Красного моря, она вся рухнула тут же, перестали поступать элементарно деньги, скукоживается сама монетарная масса, она делается просто не нужна, и тут же выплывает вот этот фактор раннего феодализма, потому что это мы только что выяснили, что крестьянин-колон, который лично свободный, возможно, он частично зависимый от земли, потому что земля-то не его, он эффективнее раба. Т.е. вот раб один, а вот колон один. Колон выдаёт больше продукции, более того, он заинтересован в том, чтобы выдавать больше продукции, потому что ему лично больше останется после уплаты всех необходимых повинностей. Поэтому, естественно, ему можно доверить лучшую агрокультурную технику, более того, он сам её будет пытаться изобрести, достать где-то – эти вот хомуты для волов и лошадей плечевые, а не шейные, там плуги с отвалом, ну короче говоря, этот вот прогресс обеспечивался именно этими колонами. Но если один колон эффективнее одного раба, но эти колоны свободные, их невозможно палками согнать в одно место, т.е. 10 тысяч колонов отправить на рудники какие-нибудь мраморные – ха, ищи дурака! А кто их заставит? Т.е. один колон вырабатывает больше продукции, но на круг, естественно, рабы выдавали продукции неимоверно больше.

Д.Ю. Несравнимо, да.

Клим Жуков. Просто несопоставимо! Но, повторюсь, это стало невыгодно в силу того, что рабов брать неоткуда, там 90% бывших рабов – это уже просто свободные люди, всё. И тут же мы возвращаемся на десять минут назад, когда мы выяснили, что экономически стало невыгодно жить вместе, а значит, самостоятельное колоннадное хозяйство стало обеспечивать просто едой себя и какую-нибудь свою округу – всё, они все замкнулись в натуральном хозяйстве. Римская культура и Римская империя рухнула, и конечно, образовался вакуум, причём вакуум не тот, о котором мы можем сказать, что варвары пришли, какие-то там готы, там, Теодорих Великий, Одоакр, которые все немедленно записали себя в римские сенаторы, тут же, кстати – нет-нет-нет, настоящий вакуум мощи образовался, потому что не было политической мощи, которая могла бы воткнуть сюда какой-то там свой карандаш и сказать: «Это будет наше всё!» Там, конечно, гранитным бастионом высилась Византийская империя, но Византийская империя, мы же сейчас специально её называем не Римской, а Византийской, потому что она была уже не Римской фактически, хотя, опять же, византийцы бы сильно удивились и обиделись, возможно.

Д.Ю. Ну потому что даже у нас там греков ромеями же звали, да?

Клим Жуков. Да. Да и мы-то, между прочим, Третий Рим, а не Вторая Византия, так-то.

Д.Ю. Да! А Четвёртому не бывать.

Клим Жуков. И потом-то Священная Римская империя – Римская империя! Она именно Римская, она не немецкая империя, она Римская, потому что всем нужно было не восстановить- не нужно ничего восстанавливать – забрать себе, это другое дело совершенно. Вот себе забрать – это да! Но по факту Византия – это была не Римская империя, они не могли серьёзно претендовать на ту территорию, на которую претендовал собственно, сам Рим в своё время, поэтому, конечно, при Юстиниане Великом были огромные успехи – захватили почти всю Италию обратно, включая Рим. Кстати, Римские Папы, целая серия Римских Пап, утверждались из Константинополя, причём не напрямую – там в Равенне сидел экзарх, который сносился с Константинополем, и когда представляли на выборы Римского Папу, ну да, там эта курия выбирала, а потом на утверждение шли в Равенну. Они говорили: «Нет, этот человек нам не подходит. Что вы там навыбирали? Давайте заново, да кого-нибудь почище».

Д.Ю. «Вот этого, например».

Клим Жуков. «Ну вот кстати, да, вот хороший парень. Рекомендовали, между прочим, патриарх рекомендовал – пожалуйста». Ну и конечно, т.к. образовалась именно вот эта дыра просто в силе элементарно, и в экономической, и тупо в военной силе, конечно, туда ломанулись все подряд – сначала варвары-германцы, а потом в 7 веке в Аравии вдруг появился некий пророк Мухаммед, которого выперли из Мекки за его проповеди дурацкие.

Д.Ю. А он?

Клим Жуков. Он страшно обиделся, сбежав в Медину, объяснил всем там, как жить, женился на очень-очень такой девушке с хорошим приданым, с серьёзными связями у родственников – Аиша

Д.Ю. Из хорошей семьи.

Клим Жуков. Да, из хорошей семьи, что-то ей было 12, что ли, лет, не помню точно, этой Аише, и пошёл разбираться с этими паразитами в Мекке. И разобрался. А потом, как только выяснилось, что всех этих арабов, которые никогда вообще в истории вместе не жили, потому что они ненавидели друг друга страшнее всех, но при этом в силу того, что они, опять же, ещё со времён царя Соломона резали друг друга, резать-то они умели хорошо и имели гигантскую практику. Вот они вдруг все вместе собрались и пошли резать окружающих, и так-то всего к 638 году они захватили уже Иерусалим.

Д.Ю. Неплохо!

Клим Жуков. Вот, причём как они его захватили: когда я говорю «захватили», это, конечно враньё, потому что они его не захватывали, они просто пришли, и их туда запустили, почему – потому что на этой территории насмерть сцепились Византия и Персия, просто насмерть, уже не первый век они там такое устраивали – ой-ой-ой! Приходят персы – всех, кто там византийские коллаборационисты, всех под нож, в рабство, продавать, тут же всем объяснять, что правильная – это зороастрийская религия. Тут же, конечно, образуются некие зороастрийские еретики, всякие манихеи, которые просто чтобы обозначить, что мы против этих паразитов персидских, начинают им гадить всячески, обосновывая это некоторыми отличиями в религии. И вот византийцы вышибут персов – ну что, значит, персидских коллаборационистов под нож, всем христианство, всем обязательно строго православие, самодержавие и какая-то народность, и естественно, немедленно образуется то понимание, что, во-первых, что такое христианство? Вот тут у меня сосед, он монофизит, он вообще считает, что Иисус Христос вообще никогда не был человеком, это просто Бог, у него не было человеческой природы. Вот докажи мне, что это не так. Говорит: «А вот Вселенский Собор». Говорит: «Пошёл ты в жопу со своим Вселенским Собором! Кто это? Это вот собрались какие-то мужики, которых я вообще не видел никогда и что-то порешали? А мы с соседом вот так порешали – чем мы хуже?» Тут же несториане, которые были уверены, что в Иисусе Христе Бог был, но отдельно, он там сидел, как надстройка некая, и поэтому когда Иисуса-человека распинали на кресте, Бог тут просто присутствовал, такой: «О! Что вы делаете? Это очень нехорошо». Ариане, и т.д.

И когда пришли арабы-мусульмане, они же вообще ничем не отличались от христианской одной из сотен сект, их просто приняли за своих: «Так вы точно такие же. Ну да, другие немножко, так этих «других немножко» тут в каждом квартале». А в отличие от персов и византийцев мусульмане-то предложили очень хорошую вещь – что если ты не хочешь молиться по-нашему, так и не молись, плати джизью, т.е. налог на неверных, и военный налог на джихад. Неплохо.

И всё, просто вообще базара ноль. И самое главное, что эта джизья и военный налог – оба оказались меньше, чем то, чем их облагали византийцы и персы.

Д.Ю. Отлично.

Клим Жуков. Причём настолько серьёзно меньше, что им просто с арабами жить вместе выгодно.

Д.Ю. Народ вздохнул полной грудью, да?

Клим Жуков. Да, они вроде как нормальные, у них там высшее руководство, оказывается, вообще не бухает, что удивительно, т.к. их поить не нужно будет постоянно, порядок кругом вроде бы. Они где-то воюют, конечно – тебя-то это как касается? Поэтому вот Мухаммед помер, избрали первого праведного халифа Абу Бакра, его дядю, и собственно, этот халифат за какие-то неимоверно короткие сроки – вот он от Амударьи до Испании.

Д.Ю. От души.

Клим Жуков. От души! И как только там образовался халифат, т.е. мы это называем «халифат», это, конечно, неправильно, потому что мы это называем по-европейски, по имени их главного правителя – халифа, он же был дар ал-ислам, т.е. «мир ислама». Всё остальное был мир войны, т.е. то, что нужно завоевать, понятно, а тут должен быть порядок.

Д.Ю. Ну они ловко воевали.

Клим Жуков. Весьма! Самое лавное, что с ними было невозможно справиться, пока они были в своей среде – в пустыне. Они, как викинги в море, были, потому что вот дали по шапке викингам, они в свои кораблики попрыгали и исчезли, всё. Где они появятся в следующий раз, вообще никто не знает. Эти то же самое – на верблюдов поскакали на своих, и всё, и пропали. Гнаться за ними в пустыню – ну давай, попробуй. Они там живут.

Д.Ю. Да, и как только вы растянетесь…

Клим Жуков. Да, вас просто даже убивать н надо будет – вы не знаете, где там колодцы, вообще ничего не знаете, вы просто будете дохнуть, а потом те, кто всё-таки не сдох, вот тут можно – ха, по-нашему заняться! Кто не читал книжку Фрэнка Герберта «Дюна», вот почитайте, он именно этим вдохновлялся – там такие у них были фримэны, которые жили в пустыне, и кроме них там никто не мог выжить, ну и соответственно, за ними невозможно было в пустыне угнаться, потому что а ты там не живёшь, ты просто не выживешь в пустыне, а они там нормально, на общих основаниях существуют не одно столетие – вот, собственно, оно и есть. Да, так вот как только…

Д.Ю. Я как раз вчера в ночи слушал, я для усыпления слушаю сейчас книжку «Дюна» - ну и ахинея! Тихий ужас.

Клим Жуков. Там очень хороший чтец – Пётр Маркин читает, таким голосом…

Д.Ю. Я по-английски слушаю, там кто-то другой, да. Ну есть смешные моменты. Я как-то читал какого-то т.н. «переводчика», у которого по-русски там какой-то Пауль.

Клим Жуков. Пауль!

Д.Ю. Пауль – это пять! Вообще это пять! Хоть бы послушал, как…

Клим Жуков. Он у вас немец что ли?

Д.Ю. Наверное, да. Холодно звучит. Холодно звучать должен. Пипец!

Клим Жуков. Пауль – он Пол! Какой он Пауль?

Д.Ю. Да. И они же там Атридесы, как греки, да?

Клим Жуков. Атридесы, да.

Д.Ю. Ну там по-английски он и Атрейдос – ну, видимо, так и надо. Рыл на полный штык гражданин Герберт. Так, извините.

Клим Жуков. Ну ничего. Как только этот дар ал-ислам образовался вот со стороны Красного моря и Египта, вот в этот момент говорить про какие-то торговые связи сразу забудьте. Если раньше там через десятые руки оно как-то поступало, уже, конечно, не так, как при Риме – хуже, меньше, с проблемами в силу того, что политическая стабильность исчезла. Тут появилась другая политическая стабильность: если вы хотите торговать, вы, конечно, будете торговать, арабы это отлично умеют делать, просто одни из лучших! Но будете торговать именно с ними, у них монополия.

Д.Ю. Толково.

Клим Жуков. А в 714 году они захватили почти всю Испанию, т.е. они ещё и Гибралтар перекрыли заодно. Вся Северная Африка, Гибралтар, а потом ещё Сицилия и Южная Италия. Т.е. мало того, что они закрыли выход из Средиземного моря с одной стороны и выход на красноморские торговые пути, и также черноморские торговые пути они закрыли, так они ещё и перестали давать нормально функционировать собственно внутри средиземноморской торговли из-за того, что Сицилия, юг Италии, Северная Африка – они там пиратствовали со страшной силой. Т.е. всё накрылось вообще, и в этот момент Западная Европа погружается, конечно, в по-настоящему тёмные века, потому что если мы говорим про какой-нибудь 6-ой век, там всё-таки века не очень тёмные, потому что, повторюсь, была Византия вполне на пике своего могущества, ну локально, по крайней мере, а вот тут Европа погружается именно в тёмные века, потому что это вот натуральное хозяйство, которое родилось в Риме, оно просто выходит на самый первый план – всё, нет денег никаких, ты не можешь ничего купить, ты можешь только натурально обменять: корову на двух ишаков. Зачем тебе два ишака? Загадка.

Вот. А с другой стороны, а вот как что-то купить? Никак. Ты будешь жить вот на своей земельке и кушать то, что вырастил – всё, прекрасно. Европа превращается в задворки, это только что мир, по крайней мере, вот этот западный мир, был европоцентрчен, потому что Европа – это Рим. Рим – это была империя, которая была сопоставима по населению с Китаем, и по культурному вкладу, уж наверное, точно не меньше. Вот с двух сторон Евразии таких два мощных центра притяжения было, и теперь его нет, всё, Европа превращается в задворки. Вот этот Рим и всё его наследие натурально превращается в склад кирпичей, потому что нужно что-то построить – так нужно пойти на Авентин…

Д.Ю. И Колизей немножко …

Клим Жуков. или там куда-нибудь, не знаю, на Капитолийский холм – там дофига мрамора. Сынок, сходи, набери две телеги.

Д.Ю. Наколоти.

Клим Жуков. Вот, всё, будем строить. И так же буквально по всей Европе. Конечно, тут кое-что спасало – начинался средневековый климатический оптимум, начинало теплеть. Ну, когда это говорим, сразу говорят: «Вот я знаю, там было и холодно тоже». Да, было холодно, но в среднем начинало теплеть, т.е. этим натуральным хозяйством можно было прожить. И из натурального хозяйства образуется, собственно, конкретно феномен феодализма, когда есть групп соседей, опять же, это ещё в позднем Риме было отработано, как некие мгновения будущего, т.е. не родимые пятна прошлого, а мгновения будущего, это было отработано уже тогда: когда есть групп соседей, они выбирают самого агрессивного, покупают ему доспехи, и он их защищает. Таких вот соседей образуется 5, 10, 15, 100 человек, их все кормят, а они за них всех воюют. Ну понятно, что если вдруг уж вторглись конкретно к тебе, то тут нужно какое-то совсем ополчение созывать, да, но по факту вот есть человек в броне на коне, который за всех отдувается, если что. Когда не нужно отдуваться, его все кормят. И это был огромный плюс для человека в броне, просто потому что он лучше питался – этого хватало.

Д.Ю. За еду фактически.

Клим Жуков. Да, воевал за еду. Но это, конечно, не могло продолжаться долго, т.е. конечно, этот феодализм замечательно работал, в этом отношении, вот когда говорят: «нормальный, эволюционный путь развития, без революций» – вот посмотрите, пожалуйста, к чему это приводит, потому что они не могли планово реагировать на ситуацию, потому что они её просто не осознавали, повторюсь в 180-ый раз: они не знали, что Рима больше нет. Поэтому они пытались что-нибудь сделать, эти люди, у них не получалось, после чего все, кто пытался, умирали от голода. Окружающие смотрели и говорили: «Хм, с пацанами какая-то ерунда получилась. Так, как они, делать не надо» - и делали какую-то ещё ерунду другую, таким образом, чисто как амёбы, нащупывали правильный путь, который ведёт к чему – к тому, что они выживут, всё.

Д.Ю. Тыкали палкой в темноте.

Клим Жуков. Это вот нормальный эволюционный путь. Хотя, конечно, феодальная революция-то произошла, она просто была растянута во времени очень сильно, и поэтому в этом отношении можно сказать, что она эволюционна. Так вот, это самый природосообразный строй, который вообще может быть. Хотите повторить – давайте, пробуйте! Это как раз вот там, где без революций, оно вот так, это дикость, варварство и темнота, причём эти дикость, варварство и темнота, повторюсь, ненадолго, потому что, естественно, люди в броне по объективным совершенно показателям рано или поздно всё, что лишнее у вас есть, будут у вас просто отнимать, и таким образом, у них накопится небольшое, но богатство, которое можно будет трансформировать во что-то полезное для них, т.е. в некое государство, которое будет заниматься насилием прямым над вами. В основном феодальное государство – это именно оно. Т.е. это у нас, конечно, государство – инструмент насилия, но в феодальную эпоху это инструмент неприкрытого, открытого, прямого насилия. И начинают образовываться государства, которые естественным образом в конце концов сливаются, как только появилась некая конъюнктура, они сливаются в империю Карла Великого, т.е. это 8-ой век.

В это время, кстати говоря – от экономики, с которой, в общем, более-менее разобрались, перескакиваем уже собственно в политические моменты: империя Карла – это была Римская империя. С ней связана масса интереснейших моментов, потому что это было не только экономическое образование, естественно, это было и культурное образование, и политическое образование. И культура, и политика требуют идеологии, без этого государство построить невозможно, потому что вполне естественно, что мы всегда в первую очередь про деньги, но нужно понять, чьи это деньги. Как было сказано в замечательной книге «Поколение П» Виктора Пелевина, там, где пришёл бандит, «крыша», который попросил изложить русскую идею, потому что иначе непонятно, какие бабки на рынке наши, потому что все они доллары.

Д.Ю. Загадка.

Клим Жуков. Вот тут нужна была некая идея. Нужна была римская идея, а куда идти за римской идеей, давайте подумаем? Да в Рим же! Вот он. Ну тут, правда, для этого нужно раздать лангобардам, потому что они мешают. Раздали, неоднократно причём, их пришлось быть довольно плотно. И папа Карла Великого Пипин Короткий становится королём франков, не мажордомом – мы вспомним, что это была династия мажордомов, т.е. просто управляющих делами президента при королях Меровингах, и вот этот вот тамошний Песков поехал в Рим и договорился с Папой о том, что его помажут в Риме на королевство, т.е. там происходит легитимация его правления, таким образом основывается династия – будущая династия Каролингов, которую правильнее бы, конечно, назвать династией Пипинидов, потому что Пипин был первым. Ну правда, я могу сказать, что Карл Мартелл, папа Пипина, тоже был молодец, и он именно Карл поэтому Каролинги, но всё-таки он был мажордом, он не был королём. Да, так вот он договаривается с Папой, а Папа, естественно, просит кое-что взамен, потому что Папа – это один из членов пентархии, т.е. пяти главных кафедр христианских: это Константинополь, в то время самый главный, ну просто в силу того, что он находится внутри Византийской империи, а там пойдите с ней как-то посоревнуйтесь. Константинополь, Рим, Александрия, Антиохия, Иерусалим – вот это пять патриархов, условно говоря, пять наибольших епископов среди всех. Но вопрос-то в том, кто ими всеми будет командовать, ну серьёзнейший, потому что это гигантская власть, это гигантская идеологическая власть и огромные деньги, просто невероятно большие деньги! Естественно… повторюсь, «деньги» когда мы говорим, сейчас это мы на современный язык специально перетащим, чтобы было понятнее – мы, конечно, про ресурсы в первую очередь говорим, денег там было очень мало, ну просто физически их было мало.

Так вот, Пипин договаривается с Папой, Папа просит его, естественно, о военной и политической поддержке, потому что у Папы-то у самого дивизий нету, а у Пипина есть. И в этот момент вдруг откуда ни возьмись появляется грамота – «Constitutum Constantini», «Константинов Дар» т.н., ну конституция, уложение Константина, где оказывается, что император Константин ещё когда – в 4 веке всю власть над христианским миром, и более того – над всей Европой передал римскому понтифику.

Д.Ю. Неплохо.

Клим Жуков. Вот документ. Причём он написан таким безумным языком, что вот мы уже после 2 курсов изучения латыни, если бы мы это прочитали, на таком уровне знания латыни, мы бы поняли, что это вообще… Кто это написал?! Покажите этого дурака. Анахронизмы, ошибки – это же понятно, что это было состряпано при Пипине, во Франции причём это конкретно было состряпано и передано в Рим. Но то, что это подделка, причём очень грубо сляпанная, сообразили только в 16 веке.

Д.Ю. Однако! Ну, видимо, рады были заблуждаться., я так думаю.

Клим Жуков. Да, так самое главное, что византийцы-то не прочухали!

Д.Ю. Оно что-то им давало?

Клим Жуков. Византийцам оно ничего не давало, это была просто прямая угроза. Но византийцы тоже настолько плотно забыли латынь настоящую, что они не смогли сообразить, что в 4-ом веке этого написать никто не мог, тем более в таких условиях – с какой бы радости Константин какому-то там римскому – кому? епископу? – передал бы власть над всей Европой? Нет! Вот, чудовищное падение образования после Рима, конечно, произошло, просто колоссальный упадок.

И вот Папа становится, между прочим, первым в пентархии, и с этим согласились все, потому что посмотрите, какая важная бумажка – броня, а не бумажка, как говорил профессор Преображенский! Римский Папа позвонил Пипину и говорит: «Это должна быть окончательная бумажка, фактическая бумажка, броня!»

Д.Ю. И такая получилась.

Клим Жуков. Вот, пожалуйста, вам такую отличную бумажку. Да, так это же, когда я говорю – в 16 веке-то европейские гуманисты догадались, что это подделка, а у нас наша РПЦ ещё при Петре Первом была уверена, что это подлинный документ.

Д.Ю. Ну, это не мешает, да.

Клим Жуков. Так вот, Римский Папа становится уже не просто первым среди равных, а главным фактически, и начинает навязывать свою волю, и что самое главное – вся Европа же под ним оказывается сразу! Т.е. вся эта империя, соединённая штыками, оказывается соединена ещё и сетью агитационных пунктов, т.е. церквей, монастырей и т.д.

Д.Ю. Вера вообще годится на роль идеологии или нет?

Клим Жуков. В то время ничего, кроме веры, не годилось на роль идеологии.

Д.Ю. А сейчас?

Клим Жуков. Сейчас, конечно, нет, просто потому что у нас уровень образования немножко другой. Т.е. в 8 веке, а мы сейчас говорим именно о нём, о 8 веке, вариантов никаких не было, потому что отрефлексировать реальность по-другому крестьянин вообще не мог – он верил в то, что если посмотреть через левое плечо на уходящий месяц, ты умрёшь. И что бы вы думали? Звонарь посмотрел… (с)

Д.Ю. Не прошло и семи лет, да?

Клим Жуков. …и он упал с колокольни и как-то умер. Не знал, дурак, что так делать нельзя. (с) Или он не верит, т.е. всё – верит или не верит, потому что он вообще не образован, и он не умеет ни читать, ни писать, кругозор его ограничен 50 километрами, куда он может дойти, потому что во все остальные места он мог бы дойти, да ему не надо, поэтому отрефлексировать реальность можно только таким способом.

В Риме уже начиналась светская культура, настоящая светская культура. Уже в Греции появились первые атеисты, которые говорили, что никаких богов нету. Анаксимандр говорил, что всё состоит из атомов, и из их движения и столкновения возникает видимый мир, боги для этого не нужны. В Риме киники, пожалуйста, при этом стоики – да, они были весьма религиозны, но, опять же, это уже светская культура. Как только это всё рухнуло вместе с экономикой, рухнула и идеология, которая была основана не на религиозной, и могла бы быть основана не на религиозной почве. Тут всё, пожалуйста. Единственное приличное место, куда пускают крестьянина, это церковь. Это просто единственное приличное место, потому что серва впускать – куда? в замок? к барону?! Ну да, он сейчас тебе яичек, молочка принесёт, там, хлебушка – вон на проходной оставь и пошёл отсюда, чтобы ты своим помойным рылом не смущал бы господина.

Д.Ю. Ароматами.

Клим Жуков. Ароматами своими... Господин тоже пах нормально, но не так!

Д.Ю. Богато.

Клим Жуков. Богато пах, да. И вали-вали-вали-вали! А тут ты оказываешься, представляешь, в каменном здании, которое построено из обломков какой-нибудь римской базилики или просто в римской базилике, на которую крест нафигачили, там росписи, золотишко, поют красиво.

Д.Ю. Музон, да, поют!

Клим Жуков. Музон, да.

Д.Ю. Пахнет вкусно.

Клим Жуков. Да, кадят, свечи горят.

Д.Ю. Все каналы восприятия загружены.

Клим Жуков. Из настоящего воска, между прочим. Вы где такую видели-то – воск в Европе? Откуда – там пчёл нету фактически?

Д.Ю. Съели, блин.

Клим Жуков. Так нет же, они воск везли с Руси вообще. Ну конечно, тут тоже делали, да, но это импортные материалы. Ты вот крестьянин, со своим скотским рылом видишь импортные свечи, которые горят, вкусно пахнут, тебе кадят, музыку играют, соседи вокруг – можно пообщаться, новостями обменяться, и умный человек, который умеет читать, во-первых, тебе книжку читает интересную: как там в Библии кто за кем гонялся, как Христа распинали – это же всё интересно очень, сказки же! И потом с тобой разговаривают, как с человеком, ты понимаешь, можно после литургии подойти, во-первых, на литургии можно исповедаться, про какие-то там свои беды рассказать, тебе посоветуют, потому что, опять же, учёный человек, он же книжки читает и даже писать умеет, говорят. После литургии подойти пообщаться, на литургии он тебе проповедь прочитает, где объяснит: помимо того, что нужно так, так, так себя вести, кстати говоря, разобрать поведение пьяницы, негодяя Пьера какого-нибудь Фуке, садиста и алкоголика, объявить ему товарищеский выговор от лица общины, что тоже, опять же, добавляет, а тебе попутно ещё и объяснят, что вот теперь у нас, между прочим, король вот этот вот – его нужно слушаться. Почему – а потому что Бог так сказал! Ну и все, конечно: «О, ну знаете, если учёный человек говорит, что Бог так сказал, ну всё, придётся слушаться». Это было железное обоснование для того, чтобы что-то стало так, как надо власть предержащим. Ну и конечно, выясняется, что церковь, вот та самая, которая родилась из иудейской предельно антиримской террористической общины, которая потом в рассеянии этот Рим приняла, вдруг оказалось, что они настолько толерантны властям, что только с ними вообще можно какие-то дела вести. Та церковь, которая не толерантна властям – вот посмотрите на катаров, например, на альбигойцев, мы про них тоже поговорим, так их просто перерезали, и ещё кое-кого, кто вообще не был катаром – ну так, под горячую руку. Поэтому вот эта коллаборация светской власти и духовной власти дала невероятный эффект, просто хотя бы потому, что они как минимум идеологически связали всю Европу. Понятно, что с политикой это далеко не всегда сочеталось, но был некий центр в Риме, где дяденька мог послать гонца, и у тебя проповеди будут через месяц одинаковые от Рима до Англии, т.е. во всех церквях и монастырях будут говорить ровно то, что сказал тот дяденька.

Д.Ю. Ну, газет не было, а народные массы окучивали уже.

Клим Жуков. Политинформация вот проводилась таким образом, причём разработанная в едином центре. Это был колоссальный шаг вперёд. Тут, конечно, наступают, вот ровно в это время наступает… мы опять всё-таки должны коснуться экономики: Европа начинает нащупывать вот то, что в своё время объективно нащупал Рим – точку культурного обмена и точку получения товаров, которые не производят или производят мало, или добывают мало собственно в Европе. Европа начала искать обходные пути, и на острие этих поисков, конечно, были викинги. Мы об этом говорили подробнейшим образом, я считаю, я просто напомню, что Северная Европа не была политически Европой. Да, она была фактической Европой географически, но она не была политически Европой, это было единственное место, которое вообще не получило римской культуры, находясь в соприкосновении, но не будучи ей поглощённой.

Д.Ю. … да-да.

Клим Жуков. Поэтому они находят, т.к. они самые дикие, самые бескультурные и самые по факту пострадавшие от этих Тёмных веков, как это происходило, мы, опять же, описывали, они с целью выживания, может, даже не себя – своих общин начинают нащупывать, просто точно так же тыкаясь палкой в темноте: приезжают на рыночек куда-то, там продаётся серебро, там продаётся пушнина. «А где вы это всё взяли?» Они говорят: «А там». Они вот за этим товаром шли столетиями, и они нашли обходной путь на Каспий, в Чёрное море через сушу, с одной стороны, а с другой стороны, насилием прямым, уже не покупая, а просто отнимая всё, что есть, у церковников, в мирных городах, они обходят Европу с другой стороны и силой врываются в Средиземное море, где они сначала просто грабят, ну а потом уже сильно позже, в 11 веке (как раз мы подбираемся уже к 11 веку) захватывают там территории. Вот мало кто… все знают нормандскую Сицилию, нормандскую Италию, а кто помнит, как в 1077 году в Малой Азии норманны основали собственное княжество? А они просто в 1071 году Роман IV Диоген получил от сельджуков чудовищное поражение в битве при Манцикерте, просто эпичное поражение! Одним из главных виновников этого самого поражения был Руссель де Байоль – франк, его звали «сын франка» буквально дословно по-гречески, Phrangopoulos. Скорее всего… не скорее всего, а точно он был… он, может быть, сам не был норманном, но однозначно был в дружине нормандской, и был её предводителем, и они просто не стали воевать с сельджуками. Они просто сказали: «А мы не пойдём, и всё», а это была мощнейшая ударная бронированная кавалерийская часть. И во многом из-за этого битва была проиграна, сам Роман попал в плен и лишился престола в итоге, ну а сельджуки просто отжали почти всю Малую Азию у Византии. Так он прямо там, в этой Малой Азии взял и основал княжество, сбежав со службы.

Д.Ю. Ловко!

Клим Жуков. Это человек был просто ураганный, потому что в итоге византийцы договорились с сельджуками, чтобы его прибить. Так он мало того, что навалял сельджукам несколько раз, потом, правда, конечно, в силу того, что мощь несопоставимая, вынужден был отступить, основал княжество на новом месте, в конце концов его заманили в Константинополь, взяли в плен и, взяв в плен, взяли на службу обратно, после всех его выступлений.

Д.Ю. Ценный кадр, да.

Клим Жуков. Да, отправили его давить, собственно, греческих повстанцев, он их сдавил, да, военный был очень толковый, и там опять что-то себе попытался основать, ну это, конечно, уже не выдержали и его уже казнили после этого. Но очень долго куролесил!

Д.Ю. Зарезали, повесили?

Клим Жуков. Отрубили голову, с уважением. Привезли в Константинополь и ему там – чик. Но это не повесили, это со всем уважением, несмотря на то, что скотина была та ещё!

Да, так вот, 11 век, в это время что происходит… точнее, не в это время, а сильно раньше, что происходит с халифатом? Происходит ересь настоящая, потому что Магомет сказал, что дар ал-ислам может быть один не может быть по-другому как, у нас есть мир ислама и мир войны – всё, значит, должен быть халифат и всё остальное. Ну чем они занялись сразу после смерти Магомета – они поделились на суннитов и шиитов, соответственно, на сторонников зятя пророка Али: «Нет героя, кроме Али, нет меча, кроме Зульфикара!» - вот это про него как раз, и на противников, которые как раз… т.е. на шиитов и суннитов, которые были сторонниками Сунны, т.е. толкования Священного Писания, Корана, и стали воевать, тут же буквально. А потом у нас что – ну да, сначала был Праведный халифат до 60-ых годов 7-го века, после этого у нас был Халифат Омейядов, но потом-то он начал разваливаться буквально на части, потому что вот у нас захватили в 714 году почти всю Испанию, ну и там образовался раз – Кордовский эмир, а потом он раз – и стал Кордовским халифом. Это как это – два халифа? Так их образуется потом три – это что три эмира ислама, что ли? Там тут же, конечно, образуется масса сект, потому что в исламе нету верховного авторитета, как есть в христианстве – там Патриарх, Вселенский собор, Папа Римский с другой стороны, тут такого нет, поэтому каждый что хотел, то и воротил – там, исмаилиты, хариджиты, в общем, ужас. И конечно, всё стало разваливаться огромной скоростью. Конечно, тут же на пустующее место ворвались сельджуки – эти вот тюрки, огузы, которых выдворили из Персии, там, по легенде, они на границе вдруг, когда тут была массовая депортация, он вдруг обнаружили, что их очень много, они же никогда не думали, что их так много, и тут же передумали куда-нибудь уходить. От ста знатнейших семей наиболее доблестных взяли по стреле в здоровенный пук, накрыли их кошмой, и невинный ребёнок, младенец наугад вытянул одну стрелу, от одной семьи. Потом со всей этой семьи собрали, опять же, с каждого багатура по стреле, повторили операцию, и когда ребёнок снова, ведомый, конечно же, лично Аллахом, достал стрелу, его избрали начальником. Это был некто Сельджук, поэтому это стали тюрки-сельджуки.

Д.Ю. А они кто по национальности?

Клим Жуков. Огузы, тюрки. Т.е. они не турки, они тюрки.

Д.Ю. А где жили?

Клим Жуков. Они в Персии – Амударья, Сырдарья, вот это вот всё.

Д.Ю. Таджики, что ли?

Клим Жуков. Нет, тюрки они. Таджики же не тюрки, таджики – персы. И вот они, короче говоря, вторглись и сначала раздали, собственно, персам со страшной силой, а потом вторглись на территорию уже Багдадского халифата, Аббасидского халифата, Багдад захватили. Багдад же – это вообще было уникальнейшее место, уникальнейшее, потому что это была столица, которую никто не захватывал, её построили на новом месте специально как столицу, которая была научно разработана, как столица, её же лучшие умы буквально расчерчивали…

Д.Ю. Гусейн Гуслия.

Клим Жуков. Да, все там улочки, торговые площади, дворец будет. Это в силу того, что халифат, это нужно подчеркнуть, что это 7-8 век, ну особенно, конечно, конец 7-го – 8-ой век, вот по Гаруна-ар-Рашида по самого, халифат – это культурнейшее место во всей Европе. Возможно, Византия, конечно, могла бы с ним как-то посоревноваться, но основная часть античного наследия, которая у нас есть, она нам досталась именно благодаря арабам, которые просто сохранили, перевели. Настоящий расцвет этой культуры, да, цивилизации настоящей – это, да, был Арабский халифат.

Так вот, сельджуки захватили эту самую часть. Ну конечно, сразу назвались римлянами, кое-кто, в Руме, и немедленно вступили в соприкосновение с византийцами. Византийцы, конечно, терпели с 7-го века страшный ущерб от всех этих кочевников, которые там скочут туда-сюда и что-то там пытаются себе нацивилизовать. Ну и конечно, вся Европа в очередной раз, только что с арабами более-менее в какое-то равновесие встали, да, им там в 732 году, опыт Пуатье – Карл Мартелл настучал по рогам, разбил их вдребезги и выгнал обратно в Испанию. В Испании Астурийское королевство вестготское стало постепенно с 718 года проводить Реконкисту, которая продолжалась всего лишь до 1492 года.

Д.Ю. Неплохо.

Клим Жуков. И сельджуки снова всё разрушили. Только что Карл Великий переписывался с Гаруном-ар-Рашидом, слали друг другу подарки, Гарун ему аж слона прислал, вызвав ажитацию просто неимоверную в Аахене, потому что такого никогда никто представить себе не мог даже!

Д.Ю. Подарочный слон, да?

Клим Жуков. И сельджуки всё сломали. Опять торговые связи все разрушены, и что делать? Тут, конечно, вступила в дело именно идеологическая составляющая сильнейшим образом, почему – потому что арабы никогда не препятствовали паломникам, вообще, потому что Иерусалим – это святой город, для арабов это тоже святой город. Мусульмане на заре своей истории – это была одна из самых толерантных религий вообще, которая только могла быть, в вероисповедном смысле, потому что были люди Писания – это иудеи, которые… все отлично понимали, что из иудеев-то вырос ислам. Были христиане, которые тоже выросли из иудеев, у них общие пророки, общее Писание, одна книжка в основе лежит. Это люди Писания, они свои, по большому счёту. Да, и зороастрийцы, кстати говоря, не очень понятно, как, но тоже сказали, что это тоже люди Писания, потому что у них тоже есть книжка. У них там что-то, не очень понятно они как-то Бога трактуют, неправильно.

Д.Ю. Но книжка есть?

Клим Жуков. Но книжка, и в целом приличные люди, поэтому зороастрийцев тоже не считали неверными – это те, с которыми можно иметь дело. И поэтому в собственный святой город всех людей Писания пускали спокойно: «Да иди ты. Тебе же помолиться? Так, господи, мы заняты тем же самым, пожалуйста, вперёд, иди молись». И понятно, у них было три священных места: Мекка, Медина и Иерусалим. Ну понятно, что в Мекку вам не очень надо – ну и пожалуйста, не ходите, мы будем ходить в Мекку сами в хадж. А вы в Иерусалим, в свой хадж – пожалуйста!

С сельджуками там получилось немножко неудобно: во-первых, это же была война настоящая, в ходе войны, как вы понимаете, там не очень-то до паломничества, потому что может ты паломник, а может ты шпион.

Д.Ю. Засланный.

Клим Жуков. А может, вообще диверсант, сейчас кого-нибудь убьёшь важного, и что теперь делать?

Д.Ю. Собака переодетая! Колодец отравишь.

Клим Жуков. Да, настучишь потом, нашпионишь и настучишь, что тут как.

Д.Ю. Да на уважаемых людей.

Клим Жуков. Да, расположение войска вскроешь, и вообще – нет, это терпеть нельзя. А потом же, естественно, всё очень сильно зависит от личности правителя, потому что сельджуки же были диковатые относительно цивилизованных арабов, и в начале 11 века, например, они раз – и перестали вообще пускать кого-нибудь в Иерусалим: «Чего это вы тут лезете?» Потом, конечно, исправились.

Д.Ю. Сколько можно, блин?

Клим Жуков. Исправились, снова стали пускать, стали брать какой-то налог с этих паломников. Ну он там, конечно, ерунда, но тем не менее неприятно, т.е. получается, что ты к Гробу Господню попасть раз – и не можешь. А да, конечно – сломали Церковь Гроба Господня. Её потом, правда, отстроили.

Д.Ю. Она сейчас новая, да?

Клим Жуков. Ну как её сломали – ну там купол уронили, я не знаю, стенку одну проломили так, чисто от нервов. Ну естественно, это всё было описано хронистами, как натурально сошествие ада на землю.

Д.Ю. Пипец!

Клим Жуков. Т.е. если почитать, европейские хроники что по этому поводу пишут – ну это вот натурально, как доктор Геббельс, т.е. убили одного паломника – «минимум тысячу каждый день, самыми зверскими способами, кстати, мы сейчас придумаем». Читать жутко, прямо скажем, потому что вижу – прямо у наших монахов фантазия нормально работала, в самую нехорошую область: святыни поруганы, в общем, ужас, что творится!

Д.Ю. Бусурмане лютуют.

Клим Жуков. Бусурмане лютуют. Вот мы сейчас на этом поставим некую запятую и перейдём в культурное пространство мира, который уже почти готов к настоящим крестовым походам, потому что культурное пространство нужно обозначить, наверное, с самого главного, вот как это сделала школа «Анналов», Жан Гурвич, наш, кстати говоря, эмигрант российский, вслед за ним Марк Блок и Фернан Бродель – они подразделяют время, особенно средневековое, конечно, время, очень важно на три категории, на три типа. Это есть «длинное время», или «время большой протяжённости», которое включает в себя самое главное – оно включает в себя массивные процессы, которые стоят за конкретной эпохой. Что такое «длинное время Средних веков»? Это феодализм, это христианство и это вот натуральное хозяйство. Это феодализм, счастье, зае…сь! (с) Мы обычно говорим короче: «Феодализм, уау!»

Д.Ю. Да!

Клим Жуков. Это время длинной протяжённости, время цикла целого. Есть время среднее, средней протяжённости – это «время конъюнктуры», это не просто христианство, а конкретно, например, православие или католицизм, или, например, готическая архитектура, т.е. это конъюнктурный момент, он огромный, но он от цикла составляет часть всегда. И может быть, это время тысячу лет может продолжаться, к примеру, тоже хорошая средняя протяжённость, но тем не менее оно стоит на гораздо низшей ступени.

И есть «время события» - это конкретно даты, случаи, войны, походы, рождения, браки, и т.д., это конкретно то, чем обычно, люди думают, чем занимаются историки, т.е. вскрытием этих событий – нет, история занимается всеми тремя категориями времени, в любом случае.

И вот это большое время европейское, именно большой протяжённости – очень важно понять, что оно было не только циклично, а оно было конечно циклично, оно было неотделимо от пространства, потому что для примитивного человека время и пространство – это просто одно и то же. Мы-то понимаем, что время – это один из способов измерения пространства. Ну какое там измерение, это просто не разделяют, это одно и то же – об этом ещё Люсьен Леви-Брюль писал в «Первобытном менталитете», что для примитивного человека, а люди Средних веков, а особенно какие-нибудь крестьяне, это были люди именно примитивные, религиозно-магического сознания, и для них пространство и время – это одно и то же, а раз это одно и то же, оно имеет не только количественное, но и качественное выражение. Кстати, как и для представителей школы «Анналов» - мы только что три типа перечислили. Вот так вот, а у них тоже было качественное. Мы начисто, как люди научного мышления, начисто лишены понимания качественного наполнения пространства и времени, потому что для человека Средних веков и вообще примитивной культуры место может быть священным, место может быть никаким, место может быть проклятым, нехорошим, плохим. Т.е., например, монастырь серьёзной святыни, там, намоленный веками – это однозначно хорошее место, и естественно, самое хорошее место – это самая главная церковь, которая есть вообще на планете, это в Иерусалиме, а т.к. мы от неё дальше, все дальше, дальше и дальше, где-нибудь в Скандинавии так вообще ужас, как далеко, то святости до нас доходит гораздо меньше, потому что мы дальше находимся.

Но мы только что сказали, что не только пространство, но и время, как абсолютно взаимосвязанные… даже не взаимосвязанные, неправильно, как одно и то же, оно тоже имеет качественное наполнение, и главным качественным событием этого циклического времени в христианском понимании – это было пришествие Иисуса Христа и его жертва.

Д.Ю. Которое ну уже вот-вот.

Клим Жуков. А т.к. мы находимся очень далеко от Иисуса Христа, точно так же, как мы находимся далеко от Иерусалима, святость-то кончается, а т.к. время циклично, что сейчас будет? Правильно, он сейчас снова придёт, потому что всё должно повторяться. И в этом отношении, вот немножко отскакивая в сторону, это замечание всё равно по делу, оно напрямую касается нашей истории: христианство – это не новая религия, христианство – это старое язычество, но это супер-язычество, универсальное вселенское, которое дало ответы на всё, что язычники искали тысячелетиями. А теперь у всех всё сошлось – и у какого-нибудь скандинава, у викинга, он только что сообразил, что Один и Христос – это одно и то же вообще-то. О! И он сообразил, что Рагнарёк-то вот прямо, мы только что говорили, что для викингов Рагнарёк начался – так да, начался, так христиане нам то же самое говорят, если так вдуматься, потому что Христос умер настолько давно, что…

Д.Ю. Что уже пора …

Клим Жуков. …что уже пора, потому что вокруг трындец, это почему – потому что от святости далеко, а она просто кончилась, мана кончается. Т.к. человек примитивной культуры понимает, что всё повторяется, как сельхозцикл повторяется, то ну давайте подумаем, что сейчас повторится – это вот сейчас будет конец света. И это было понятно, я говорю, викингу, испанцу, сирийцу, итальянцу, это их просто идеологически соединило, это, собственно, была главная задача религии – ответить на все вопросы, и у всех язычников сошлось наконец, и поэтому все вполне искренне, конечно, продолжая исповедовать по факту настоящие многобожие, потому что все эти ангелы, святые – это же, ну если не кривляться, по-язычески это будут просто младшие боги, ну а есть самый главный Бог. Это вот то, что было в голове у обычного человека, простого, но самое главное, что всё сошлось – вот будет конец света. Да, в 1000 году его ждали, конец света, в последний год 10 века.

Д.Ю. Умели считать, да?

Клим Жуков. Но почему-то что-то как-то вот не сложилось.

Д.Ю. Не задалось, да.

Клим Жуков. Но это же ничего не значит.

Д.Ю. Конечно.

Клим Жуков. Вот 100 лет пройдёт, и…

Д.Ю. На всё воля Божья.

Клим Жуков. Конечно, ну просто нас пока пожалели, вроде бы. В 1000-ом году… ну да, где-то там конец 10-го – в начале 11-го века начинается экономический подъём, потому что счастье и феодализм наконец получили окончательное выражение, начинается шествие крепостного права по Европе, кстати, в Нормандии с ним было очень плохо, с крепостным правом в то время, оно только-только начинало проникать, там всё было мансовое крестьянское землевладение, с которых просто арендную плату брали. Потом, конечно, оно и Нормандию захватило, но по факту начался экономический подъём, локальный экономический подъём. Об этом, конечно, никто не знал, опять же, это мы сейчас можем посчитать, сколько поступает куда коров, какие урожаи, какие конкретно новшества. Ну возможно, знали какие-то купцы об этом, но для всех остальных… крестьянину ты бы сказал по поводу экономического подъёма, он бы тебе столько вопросов задал!

Д.Ю. Где?!

Клим Жуков. Где этот экономический подъём? Я не вижу.

Д.Ю. Ну, крестьянин с тех пор не сильно поменялся. Так?

Клим Жуков. Да. Ну там-то вообще же жуть была какая-то, мы сейчас об этом тоже скажем, говоря именно о культурных моментах мира Крестовых походов. Да, экономический подъём не был заметен, а что было заметно – на местах были заметны страшные проблемы. Конкретно, самая примитивная проблема – это в конце 11 века начинается серьёзное локальное похолодание, и вот с 1089-го примерно по 1096-ой год 7 подряд неурожаев по всей Европе.

Д.Ю. Охренеть!

Клим Жуков. А особенно Западная и Южная Франция и Германия, север Италии, т.е. там натурально, если почитать, доходило до массовых случаев каннибализма, это описано в очень большом количестве хроник, чтобы это списать на фантазии. Это опустошение городов, когда они вымирали просто наполовину, т.е. там в каком-нибудь Регенсбурге 7,5 тысяч человек умерло от голода.

Д.Ю. С голоду?

Клим Жуков. Да, ну а их там жило 10, т.е., считай, был город – и нету города.

Д.Ю. Это же голодомор!

Клим Жуков. Фактически да. А объяснение-то ровно одно может быть – ну ладно один неурожай, ну это… А когда их семь лет подряд – что это такое? Это значит, что мы очень сильно нагрешили.

Д.Ю. Да, Божья кара.

Клим Жуков. Это вариантов-то никаких нету. Крестьяне, конечно, начинают устраивать погромы своим господам, потому что у них хлеб есть в запасе – значит, нужно господина убить, хлеб забрать. Ну он господина убил, хлеб забрал, а у тебя на следующий год опять неурожай – и всё, а всё съели, а господа кончились. Что делать?

Д.Ю. И даже семян взять не у кого.

Клим Жуков. Всё! Рыцари-то вообще не отставали в это время, потому что 11 век – это время, когда уже давным-давно кончилась империя Карла Великого, уже каролингский Ренессанс прошёл, рыцари превращаются просто в проблему для окружающего мира, просто в проблему, потому что, во-первых, с конца 10-го – начала 11-го века право майората, т.е. наследует всё старший сын, все остальные крутись, как знаешь.

Д.Ю. Бери пистолет…

Клим Жуков. Вот тебе шашку, коня, ну или в монастырь можешь пойти, тоже вариант – за семью молиться надо же? Надо, ну вот ты можешь пойти в монастырь, если, конечно, хочешь. А тебе вот, значит, коня, саблю взаправдашнюю, барабан и щенка бульдога – иди занимайся, чем хочешь. Соответственно, начинается массовое явление рыцарей-министериалов, т.е. рыцарей-милостников, которые живут, как русские дружинники, при дворе князя, герцога, графа, короля – неважно, кормятся просто от его стола и тоже воюют за еду. Кстати, потом они начинают делать в силу того, что они к господину, к главному сеньору очень близко находятся, они начинают делать грандиозные карьеры просто! Вроде у него статус самый низкий, который может быть, потому что рядом рыцарь, который пришёл, чтобы его кормили, продавая свой меч за еду, а рядом с ним живёт пленный рыцарь, которого взяли в плен и предоставили ему некую свободу в обмен на службу, т.е. это днище вообще, но они начинали делать блестящие карьеры просто потому, что находятся при сеньоре, а не где-то там. А тут же у тебя все деньги, возможности, можно там бизнесок поделать – в общем, удобно.

Д.Ю. Некоторый гешефт.

Клим Жуков. Некоторый гешефт поиметь, да, опять же, сеньор тебя вооружает лучше всех – короче говоря, удобно. Рыцари-милостники с одной стороны, а с другой стороны то, что по-немецки называется раубриттеры, рыцари-разбойники, и это была проблема, потому что когда человек… вот к 11-му веку он не то что сам ничем не занимался, кроме войны, у него вся семья не занималась ничем, кроме войны, уже поколений десять, а т.к. это Средние века, вузов нет, ПТУ нет, техникумов нет, перепрофилироваться в профессии ты не сможешь, у тебя всё, что ты знаешь, ты получил от папы, от деда, от дяди, короче, по семейной линии, а получил ты ровно одно знание – как скакать на лошади, тыкать копьём и рубать окружающих от плеча до жопы.

Д.Ю. Дело нужное, да.

Клим Жуков. А всё, ты больше ничего не знаешь, и у тебя нет больше поместья, тебе не с чего жить.

Д.Ю. Где себя реализовать?

Клим Жуков. Где взять денег? Денег-то нет ни у кого, не потому что конкретно тебе кто-то жлобится их дать – их просто неоткуда взять, а значит, ты купить ничего не сможешь, потому что купить можно только в натуральном обмене, потому что у тебя нет этого кошелька, потому что его почти ни у кого нет, а жить можно, именно просто физически жить, с земли, а земли у тебя нет и не будет. Поэтому что нужно сделать – так нужно собраться с такими же товарищами, кстати ты их всех знаешь, вот они – такие же младшие сыновья, и вот там где-нибудь на перекрёстке людей убивать. А это люди, это не какие-то бандиты, разбойники, это профессиональные военные, потомственные, в доспехах и с профессиональным оружием, на конях, им сопротивляться… кто им сможет сопротивляться?

Д.Ю. Никто.

Клим Жуков. Караван купцов? Ну у них есть какая-то охрана, но это же элита воинская, кто им сможет… - никто им не сможет сопротивляться! Кстати, традиция в купированном виде прекрасно дожила до позднего Средневековья, вплоть до 15 века, когда рыцари становились напротив моста и всех проезжающих, ну тоже, конечно, рыцарей, немедленно вызывали на турнир повеселиться. Это вот отголосок того самого, а традиция именно в страшном, кровавом виде этих раубриттеров дожила до 16 века, т.е. началось всё тогда, в 11-ом, а дожило до 16 века. Т.е. такие люди рано или поздно в этой экономической модели начинали появляться, тогда это явление было массовое, и оно было реально страшное, потому что был король, был герцог, который вроде всё контролирует, а есть вот группа товарищей, которые захватили замок и в этом замке сидят, и убивают всех, кого хотят убить – и что ты им сделаешь?

С этим нужно было бороться, потому что вся эта братия просто… уже даже не политическую схему она перегружала, а экономическую модель перегружала, потому что что такое начало 11 века, или там первая половина 11 века – это почти полное исчерпание в Европе сельскохозяйственных угодий, т.е. крестьяне внутри Европы колонизировали почти всё, что можно, т.е. рады бы предоставить новых поместий, да их нету, этих новых поместий, всё. Конечно, именно в это время в Европе начинается то, что у нас началось во второй половине 13-го, по факту растянулось до 15-го века – «взлёт на холмы», т.е. переселение с речных террас на водоразделы, где новая земля, не ухоженная, но она там есть её можно расчистить от леса, от болот, положить новые пашни и по-другому зажить некоторым образом. И крестьяне, да, начинают просто бежать от своих сеньоров, куда-нибудь, вот на эти водоразделы, потому что они привыкли жить на реках, они там с римского времени живут – удобно, это торговый путь, это просто транспортная артерия, это вода и, естественно, удобрение в виде ила, но там нет земли, всё, и там тебя постоянно грабят, причём грабят в самом грубом смысле слова, не налоги берут – с этим можно было мириться, а тупо грабят. Они начинают разбегаться. Да, это был новый виток внутренней колонизации Европы, это был гигантский плюс, но в этот момент времени это был страшный ущерб – у тебя просто падает налоговая база, у тебя государству уже не на чем жить. Пускай какому-нибудь там графству, герцогству, маленькое, раздробленное, но хоть какую-то видимость порядка оно создаёт. А его всё, нету.

Во Франции, например, появляются… Кстати очень важный момент: во Франции появляется такое выражение очень говорящее, которое называется «испанский замок».

Д.Ю. Что это?

Клим Жуков. Это, как бы мы сказали, «замок на песке» - прямой перевод, «хрустальный замок», т.е. замок, которого нет и не будет. В Испании, как мы знаем, вот только что началась Реконкиста – арабов лупят, и из Франции, особенно из Южной Франции рыцари массово едут в Испанию помогать испанцам лупить арабов с целью получить в Испании замок – испанский, но испанские-то рыцари там свои есть, и когда они отвоёвывают землю у арабов, они говорят: «Спасибо, дорогие французы, валите нахер! И никаких вам замков, замки – нам. Нет, ну вы, конечно, помогли спасибо, но вас же никто не звал», поэтому вот это выражение…

Д.Ю. Как-то неэтично.

Клим Жуков. …«испанский замок». Так я же говорю: в Испании было то же самое, что и везде – они отвоёвывают землю у арабов для того, чтобы себе получить замок, а не каким-то французам давать. «Мы тут живём, между прочим, а вы тут в гости приехали. Ну спасибо, до свидания».

И Церковь вдруг понимает, что отличный же момент, надо же помочь парням, направить их. Вот, кстати, вот Испания – хорошее место. И начинается постепенно тот процесс, который мы потом назовём Крестовыми походами, вот этими самыми Crusade, когда людей в Испанию благословляют церковники: прямо иди, воюй. Его там убьют, скорее всего, конечно, или арабы, или испанцы, которые, кстати говоря, для этих целей прекрасно договаривались с арабами, чтобы француза убить лишнего. Так это же и хорошо: человек с благословением, сразу в рай, на тот свет, и больше не отсвечивает в тварном мире. Прекрасно! Ну или в конце концов, вдруг в самом деле он там себе земельку отвоюет – так ещё лучше. Всё очень хорошо складывается, замечательно складывается!

Так начинается знаменитая Клюнийская реформа, потому что вот только что мы отметили, что, начиная с Пипина, или уж тем более после коронации Карла Великого императором Церковь получает серьёзнейшую власть над Европой, а получив власть, нужно её как-то реализовать. Естественно, Клюнийская реформа – вроде как внутрицерковная реформа, потому что она направлена была на то, чтобы все жили, монастыри, жили по правильному уставу Бенедикта Святого, который все, вроде, знали, но никто не исполнял, даже не думал. Поэтому прекратить продажу церковных должностей, т.е. симонию, это недопустимо, церковная должность может быть только выслужена. Но, опять же, все всё равно этим занимались, в любом случае, но это уже был нехорошо, занимались так, знаешь, чувствуя свою вину при этом, стыдно было. Раньше не было, а тут стало.

Д.Ю. Речь про что?

Клим Жуков. Про продажу церковных должностей, про симонию.

Д.Ю. Молодцы, молодцы.

Клим Жуков. Ну как, вот у вас есть младший сын барона, и его нужно определить в монастырь – он что послушником пойдёт? «Не, ну конечно, для порядка недельку походить послушником – ничего, чтобы в ум пришёл, а потом, знаете, давайте-ка его сделаем каким-нибудь… давайте сразу аббатом его сделаем, а я вам денег дам». И всё, и вот у вас мальчик 17-18 лет, он уже аббат, настоятель монастыря, и естественно, он занимается ровно тем, чем занимался у папы в замке – трахает служанок, когда надоедают служанки, едет трахать крестьянок вокруг, если сопротивляются - убивает.

Д.Ю. А если есть монахи симпатичные, то и монахов ещё.

Клим Жуков. А вот это третий момент – это прекратить содомию, это очень плохо, нельзя так делать.

Д.Ю. Тут важное мероприятие.

Клим Жуков. Да-да-да, это тоже был момент Клюнийской реформы. Но это всё, вы знаете, внутренние дела церковные, они вообще никого не касаются, если бы они вдруг поменяли все монастырские уставы, ну это была бы другая Клюнийская реформа. Самое главное во всём этом было право на собственную церковную инвеституру, т.е. церковь рукополагает епископов, аббатов, кого угодно, короче, любая церковная должность рукополагается только самой церковью и в итоге замыкается на Папу Римского, т.е. на центр, потому что раньше этим занимались, естественно, местные власти всегда, потому что это же, как мы только что поняли, агитпункт, в агитпункте должен сидеть лицензированный властями специалист, а не какая-то фигня ваша эта. А Папа Римский был категорически с этим не согласен, потому что, да, там должен сидеть лицензированный специалист, но наш.

Д.Ю. Ну это же такая потеря бабла. И влияния.

Клим Жуков. Это и влияния, и бабла, да, и это было самое главное, вот с этого начинается Клюнийская реформа, которая естественным образом включает в себя и влияние на самую буйную и опасную, при этом потенциально общественно-полезную часть общества, как воинов, профессиональных рыцарей. И их начинают рукополагать в церкви, освящать оружие.

Д.Ю. Так?

Клим Жуков. Благословлять на справедливую войну, потому что до этого не было такого понятия вообще: война связана с убийством, убийство – это смертный грех, который вообще отмолить невозможно, и каждый профессиональный воин был немножко уверен в том, что ему после смерти ничего хорошего не светит, ему там же в церкви по случаю рассказывали, как вас черти в аду жарить будут по-всякому, по-интересному, с выдумкой. Они же в это свято верили, и он такой думает: «Блин, вот меня угораздило-то у папаши в семье родиться! Ну ладно, я ем получше некоторых, у меня там, конь, сабля и вообще, я могу себе некоторые излишества позволить, в отличие от этого вот быдла крестьянского. Но они-то все в рай попадут, а я…»

Д.Ю. А вы просто сдохнете. (с)

Клим Жуков. «А вы просто сдохнете. Мы будем великомученики, а вы просто сдохнете», - сообщали все рыцарям, они очень расстраивались, из-за этого делались ещё более буйные. А тут вытаскивают цитату из Блаженного Августина, уважаемого человека, где описано, что во имя справедливости, во имя Бога в итоге, потому что Бог – это высшая справедливость, если человек пожертвует не телом, а душой, то нет выше жертвы. И тут же в доказательство цитата из Евангелие, где прямо Иисус Христос прямым текстом говорит, что «нету жертвы больше, аще положити душу свою за други своя». Душу – это важно, т.е. убить за справедливость, сознательно совершить смертный грех, чтобы защитить веру Христову. Это жертва не телом, это жертва душой – это высшее достижение, которое вообще может быть у человека. И рыцарь понимает, что всё же заиграло совсем другими красками!

Д.Ю. Все воспряли.

Клим Жуков. Да, теперь же я же, оказывается, смогу и на общих основаниях в рай попасть, между прочим. Появляется понятие Божьего мира и Божьей войны, справедливой войны, т.е. когда Церковь объявляет Божий мир, воевать нельзя, или вообще, или конкретно на территории, и если ты этим займёшься, ну извини, пожалуйста, в общем, ты знаешь, что будет. А если это справедливая война, то пожалуйста, воюй. Рыцарство вовлекается в специально для рыцарства же разработанные культы, например, для того, чтобы как-то их цивилизовать начинают подсовывать им покровителей, т.е., во-первых, это разрабатывается пантеон святых воинов: вот Георгий Победоносец, например, это же римский воин – так это же из ваших, он же тоже рыцарь был. Такие все: «А, ну конечно, а кто же ещё!»

Д.Ю. Другое дело.

Клим Жуков. «Вон смотрите, вот тут фотография – он на коне с копьём, так и я на коне с копьём. Все свои! Вот, пожалуйста, это наш небесный вождь Георгий Победоносец». А т.к. все рыцари, как нормальные мужчины, любили женщин очень, то у вас есть дева Мария, между прочим, это тоже дама, прекрасная дама, если вы будете ей усердно молиться… вот как вы какую-нибудь… «Я тебя вот знаю, ты вот за той баронессой бегал полгода, прежде чем она тебе дала, ну это же низко, мерзко. Не, всем понятно, что это приятно и нужно, но тебе же в конце концов нужно в рай попасть, а у тебя, между прочим, вот дама-заступница есть, помолись-ка ей серьёзно, займись эти вообще на досуге». И отсюда появляется, собственно, культ Прекрасной Дамы в итоге, это напрямую связано с культом Девы Марии. Это, опять же, результат планомерной Клюнийской работы.

Ну и конечно, Клюнийская реформа не подминает под себя всю Европу сразу, нет, потому что есть места, где самое главное не соблюдается – инвеститура, и одним из таких мест, конечно же, была Англия, мы об этом говорили, рассуждая о битве при Гастингсе и завоевании Англии нормандцами. Ну так Англия и не приняла Клюнийскую реформу, потому что это остров, до них плохо дотянуться можно, и поэтому главой Церкви там был король. Ну такого короля убрать надо, к чёртовой матери. И тут же вспоминают вот эту всю историю с «испанскими замками», когда рыцарей благословляли на справедливую войну, и Вильгельму Бастарду предоставляется полная церковная помощь, объявляется справедливая война с английскими еретиками, когда ты сможешь, во-первых, самое главное, для души многое сделать, ну и несколько поправить своё благосостояние. Объявляется фактически церковная мобилизация, и уже в нормальном виде рыцари отправляются на войну, от Сицилии до Нормандии собирается подписка, ну по родственным связям, конечно, никто посторонних туда не приглашал, только свои, но с очень большой территории, и, самое главное, по единому мобилизационному плану с единой идеологией, собирается очень большой поход, там до 6 тысяч человек, которые захватывают Англию и приводят Англию под клюнийские знамёна. И таким образом вот уже основная часть Европы оказалась по крайней мере идеологически соединена, и всё было готово идеологически к тому, чтобы люди отправились куда-то. А куда бы они отправились? А извините, пожалуйста, в Святую Землю, потому что когда мы говорили в самом начале о паломничестве, все маршруты в т.ч. и профессиональными военными были истоптаны, они просто знали, куда идти, знали все колодцы, ну потому что, опять же, профессиональный военный же не просто так едет, он же подмечает, что «о, если бы это было у нас во Франции, тут бы я неплохо бы мог зажечь, если что. Ха! Вот колодец, вот постоялый двор, тут можно коней разместить, там можно отфуражироваться». Дорожка-то известна.

И тут возникает момент того, что вот мы сейчас завершили круг и опять воткнулись в экономику: Европа объективно идёт туда, где есть это серебро, монетарная масса, которая нужна для новых образующихся на подъёме… на подъёме нового экономического витка государству нужна монетарная масса, нужны драгоценные металлы, нужны, наконец, культурные связи. Европа соединяется, образуются первые нормальные феодальные государства. И да, все эти товары, все эти культурные связи идут через Русь, но это очень медленно, далеко, делиться с кем-то приходится. Опять же, там, через север, через Скандинавию – ну это просто неэффективно. И объективно они идут ровно туда, куда пошли римляне, вот ровно туда же, сначала как паломники, а потом, когда выясняется, что никак по-другому, кроме как военной силой, с ними не справиться, Европа выплёскивается всем гигантским зарядом экономических проблем, необходимости их решать и людьми, которые физически могут эти проблемы решить. Европа готова выплеснуться, нужно просто указать дорогу.

И тогда в Клермоне в 1095 году Папа Урбан Второй произносит знаменитую речь, никто не знает её содержания.

Д.Ю. Не дошла до нас?

Клим Жуков. Три очевидца, ну или более-менее очевидца, по крайней мере, современники, как минимум, подробный текст этой речи до нас донесли – они все разные.

Д.Ю. Круто!

Клим Жуков. Они все разные, а потом ещё сколько, я уж не помню, по-моему, 7 или 8 её трансляций от более поздних источников – так они тоже все разные, т.е. что он там говорил непонятно. И это не могло быть понятно, просто потому что за ним никто не стенографировал, а он что-то рассказывал, т.е. его просто слышали. Он опирался в своей речи на очень важный документ – на письмо Алексея Первого Комнина, императора Византии, который как раз страшно претерпевал от сельджуков просто в военных столкновениях. С письмом этим не всё понятно, потому что письмо это конкретно, вроде как, было адресовано Роберу Фландрийскому, т.е. графу Фландрии, где Алексей Комнин, якобы, описывал жуткие зверства, которые творят сельджуки собственно с христианами, как они христиан угнетают, как они блокируют пути к святым местам, как они топчут своим этим кожаным сапожищем Святую Землю, где апостолы ходили, где мученики ходили, где святые ходили, где соборы Вселенские собирались – там теперь какие-то мусульмане.

Д.Ю. Для чего в цирк всякую сволочь пускают?

Клим Жуков. Да-да-да, причём как – мусульмане? Их называли… вообще, офигеть просто, это мы сейчас говорим: огузы какие-то, турки-сельджуки – их звали персидские турки! Вот так: персидский турок, собака бешеная.

Д.Ю. Хорошо звучит, да.

Клим Жуков. Не, ну а это же люди-то были незамутнённые, эти сельджуки – они же из Персии? Из Персии. Турки? Турки. Ну и чего вы придумываете? Персидские турки, всё понятно.

Скорее всего это письмо, конечно, поддельное, которое специально состряпали. Нет, конечно, посольство Алексея Первого Комнина было в Рим, где он в самом деле просил военной помощи, но вот конкретный документ этот – ну извините, пожалуйста: кто такой Алексей Комнин и кто такой граф Фландрии?

Д.Ю. Чтобы он к нему обращался?

Клим Жуков. Да. Во-первых, что этот граф Фландрии лично может ему предоставить? 50 рыцарей? Хорошо, 100 – и? Да я и вообще не уверен. что Алексей Комнин знал, что есть такая Фландрия, у меня есть сильные сомнения – собственно, где это? Это как страна Джорджия для американца.

Д.Ю. Немедленно напомнило малолетнюю мормонтиху: «Даю вам шесть человек!»

Клим Жуков. Да, вот.

Д.Ю. «Все шесть».

Клим Жуков. «Все шесть», и вот тут: «Все сорок человек я вам даю, из них трое рыцарей – отлично же!» Поэтому, конечно, очень большие сомнения в подлинности этого письма. Но документы, как мы знаем, в Европе, если надо, стряпали только так.

Д.Ю. Умело.

Клим Жуков. Умело. Поэтому подлинное оно, поддельное оно, но Папа Урбан конкретно обращался к этому документу как к свидетельскому показанию, и он заканчивал, как Сципион Африканский, каждую часть своей речи… «Карфаген должен быть разрушен» - он говорил, что «Святая Земля должна быть возвращена в лоно Церкви – так хочет Бог!» И тут с толпой произошло в этом Клермоне что-то абсолютно невероятное. Надо представить себе эту средневековую площадь: акустика там, конечно, какая-то наверняка была, но это далеко не Большой Театр – ни тебе громкоговорителя элементарного, ни киловаттных колонок…

Д.Ю. Ну тогда орать-то умели.

Клим Жуков. Ну орать-то умели, но, однако, я что-то сильно сомневаюсь, что все его слушали в полной тишине. Ну там собралось, скажем, 5-6 тысяч человек, они же просто там каждый почешется, пукнет – это уже некий гул, который там 50% того, что ты говоришь, перекроет, т.е. задние точно Папу не слышали, но он прыгал и орал, жестикулировал так, что это считается самая успешная агитационная речь в истории. Т.е. один раз произнёс речь, опять же, никто не знает, что он там конкретно говорил, и всё – 200 лет этих арабов и турков били, только свист стоял, после этого.

Д.Ю. «Дуче, брось нас в огонь!»

Клим Жуков. Да. И на рефрен: «Так хочет Бог» толпа стала орать: «Deus vult!», т.е. «Так хочет Бог!» Конечно, это на латыни, Папа очень вряд ли читал речь на латыни, потому что, опять же, кому бы он на латыни стал читать речь в Клермоне? Там его почти никто не знал, поэтому, скорее всего, конечно «Dieu le veut!» все кричали на старофранцузском, т.е. «Так хочет Бог». Прямо там же стали нашивать на себя кресты на одежды, и вот из этого Клермона – ну сколько, вот натурально, ну пять, ну шесть тысяч человек, это уж край, там, семь его слышали – по всей Европе понеслось, просто по всей Европе! А в церквях-то вспомнили, что в 1066 году так прекрасно с Англией получилось, замечательно просто, стали тут же разрабатывать стратегию – как кто куда пойдёт, именно по церковной линии соединялись, списывались все властители Европы, которые могли бы быть вовлечены в данное мероприятие. Церковь объявила по всей Европе Божий мир – воевать внутри Европы было запрещено, всем участникам паломничества объявлялась от грехов полная амнистия, т.е. всё, что вы раньше натворили, обнуляется, и всё, что вы натворите по дороге, не считается, потому что на святое дело идут. Ну тут, конечно, все вообще воспряли духом: «О-го-го!»

Д.Ю. Ну, ситуация, стало быть, созрела, т.е. все уже были готовы?

Клим Жуков. Да, повторюсь: это объективно, им нужно было попасть туда, где поступают вот те самые товары, которые нужны для нормальной жизни целого региона гигантского, точно так же, как там оказались в своё время финикийцы, точно так же, как там в своё время оказались римляне, точно так же, как викинги заползли туда аж через Волгу и Днепр, вот теперь уже вся Европа в едином порыве готова была прыгнуть. И скоро она прыгнет.

Д.Ю. Забористо, блин! Как обычно, как всегда: из чего всё происходит, даже местами интереснее, чем то, что происходит. На полный штык копаешь, Клим Саныч!

Клим Жуков. Стараемся!

Д.Ю. В следующий раз про Первый крестовый поход?

Клим Жуков. Первый крестовый поход, да, немножко про историю изучения Крестовых походов, потому что там минут на 15-20 есть о чём поговорить, ну опять же, про историографию Крестовых походов – это я минимум, вот без особой подготовки минимум могу говорить часа три о том, кто что писал.

Д.Ю. Ты страшно силён, Клим Саныч.

Клим Жуков. Ну просто по этому поводу написано столько начиная с 18 века! Ну, с Вольтера начиная, собственно.

Д.Ю. Я был в городе Амьене, и там стоит статуй Петру Пустыннику, или какой-то другой сволочи, не помню…

Клим Жуков. Пётр Пустынник.

Д.Ю. …которая во время осады сказала: «Жрите басурман, они на вкус, как фазаны». Я проникся интересом к Крестовым походам – такие христианские задвиги, блин, моё почтение! Да. Ну и наши друзья – все эти Гвискары, Танкреды и прочие – будут фигурировать?

Клим Жуков. Будут, конечно.

Д.Ю. Красота! Дементий, ты не спал?

Дементий. Нет.

Д.Ю. Я вижу, ты стоишь там.

Клим Жуков. Прежде чем мы закончим, хотелось бы маленькое объявление сделать. У нас вот вроде как приглашение маленькое отдельно я уже выпускал, записывал и у тебя на канале, и у себя на канале, но тем не менее, если уж мы всё равно собрались лекцию читать, так хотелось бы объявление про лекцию сделать.

Д.Ю. Да, чтобы два раза не вставать.

Клим Жуков. Да, правильно. Я начал серию лекций публичных, одну уже прочитал, называлась «Победный княжеский союз» - это о системе русских княжеских союзов, как военно-политической организации, начиная от Ивана Калиты, заканчивая Дмитрием Ивановичем Донским, как они осуществляли, говоря старо-русским языком, «докончания» - как кого бить, как кого не бить, как куда ходить. Очень интересно получилось! И вот у нас следующая лекция в той же самой серии, которая посвящена военному делу средневековой Руси – это будет «Начало Русской столетней войны».

Д.Ю. Что это за война такая?

Клим Жуков. Это, во-первых, где это будет, про войну это отдельно, важнее сейчас в данном случае где – это будет 18 июля сего года в 19:00 по адресу: конференц-зал «Санкт-Петербург», метро Новочеркасская, Заневский проспект, дом 37. Ссылку, надеюсь, мы прикрутим. С 19:00 18 июля. Что такое эта Русская столетняя война? Это война с Литвой, естественно. Конечно, у нас с Литвой были и до того не самые простые отношения – мы то вместе били немцев, то вместе с немцами били литовцев, то они все вместе били нас, в общем, там всё было сложно. Потом пришли татары, побили вообще всех, ну а литовцы под шумок у нас половину страны того…

Д.Ю. Не растерялись, да?

Клим Жуков. Не растерялись, от Полоцка до Киева вообще…

Д.Ю. Молодцы!

Клим Жуков. …всё себе подмяли. Да, ну и как только у нас Москва, ну точнее сказать – Великое княжество Владимирское и Москва стали по объективным причинам подниматься, как центр объединения земель, так в это же самое время такой же центр стал подниматься в другом месте – в Вильно, т.е. они и так владели половиной земель Рюриковичей, называя себя Великим княжеством Литовским и Русским, так они претендовали на все остальные земли, потому что а чего, у нас земли Рюриковичей половина есть, так и вторая половина чего зря валяться-то будет? Давайте каким-то образом себе заберём постепенно. В это время в Москве думали совершенно противоположные мысли, потому что как раз было бы приятно всё, что было Рюриковичей, отдать обратно Рюриковичам. И был такой князь, мы о нём неоднократно здесь говорили – Ольгерд, который решительно дело повёл к военному столкновению, и он его реализовал, т.е. вот эти походы Ольгерда на Москву числом три – это было очень опасно, это было настолько опасно, что в общем можно сравнить только с татарской угрозой по большому счёту.

Д.Ю. Серьёзный парень!

Клим Жуков. Да. Он единственное, что не угадал со временем, потому что вот так вот прийти на конях с оружием в руках на территорию Великого княжества Владимирского в 60-70-е годы 14 века уже просто так было нельзя, потому что там уже их встречал княжеский союз, и у Ольгерда не всё гладко вышло, прямо скажем.

Д.Ю. Ну ты всё-то не рассказывай.

Клим Жуков. Вот поэтому именно в этом месте начинается столетняя русско-литовская война, которая будет с перерывами длиться так или иначе аж до 17 века. Когда мы говорим «столетняя», это не значит, что сто лет, это значит, что столетия, как и, собственно, французско-английская Столетняя война тоже же не сто лет длилась. Я всё не могу рассказать, я просто обозначаю проблематику, потому что там внутри, как обычно, столько подводных камней, политических течений, трений, союзов, договоров, предательств, интриг, отравлений, что там часа на полтора веселья нам точно хватит, поэтому всех приглашаю 18 июля на Заневский 37, конференц-зал «Санкт-Петербург», в 19:00.

Д.Ю. Ссылка под роликом.

Клим Жуков. Так точно.

Д.Ю. Все бежим туда. Спасибо, Клим Саныч.

Клим Жуков. Старались.

Д.Ю. Ждём с нетерпением. А на сегодня всё.


В новостях

15.07.19 13:08 Клим Жуков о крестовых походах, часть 1: Мир крестовых походов, комментарии: 47


Правила | Регистрация | Поиск | Мне пишут | Поделиться ссылкой

Комментарий появится на сайте только после проверки модератором!
имя:

пароль:

забыл пароль?
я с форума!


комментарий:
Перед цитированием выделяй нужный фрагмент текста. Оверквотинг - зло.

выделение     транслит


интересное

Новости

Заметки

Картинки

Видео

Переводы

Проекты

гоблин

Гоблин в Facebook

Гоблин в Twitter

Гоблин в Instagram

Гоблин на YouTube

Видео в iTunes Store

Аудио в iTunes Store

Аудио в Spotify

tynu40k

Группа в Контакте

Новости в RSS

Новости в Facebook

Новости в Twitter

Новости в ЖЖ

Канал в Telegram

Аудиокниги на ЛитРес

реклама

Разработка сайтов Megagroup.ru

Реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru


Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк