- За последние годы заметно увеличилось число антикатолических и в целом антихристианских фильмов. Достаточно упомянуть "Код да Винчи", "Золотой век", Золотой компас"... С чем это, по-Вашему, связано? Как могут христиане защищаться от таких атак?
- С одной стороны, там это всегда было. Начиная с английских переселенцев, религиозные разногласия присутствовали постоянно. В первую очередь, смеются над католичеством, потому что католицизм чужд и неинтересен американцам, и они издеваются именно над ним. Авторы таких творений [как Код да Винчи] рассчитывают на скандал, а скандал — это увеличение сборов. Что касается того, как поступать верующим, то здесь, как и с фильмом "Рэмбо", путь один: надо снимать свое собственное кино, которое качеством будет выше и привлечет не меньше зрителей. Только так можно дать достойный отпор. Все попытки запретить, как это было в Советском Союзе, безуспешны.
- А делать смешные переводы?
- Ну, если говорить о "Коде да Винчи", то это же занудное кино, в нем ничего не происходит. Если Вы спрашиваете применительно ко мне, не сделать ли такой перевод, то лично я вижу это только так: издеваясь над содержанием картины, с неизбежностью будешь издеваться над ценностями, которые затрагиваются в нем. Это, на мой взгляд, недопустимо, такого делать нельзя. Если говорить в целом, одно дело, когда ты начинаешь серьезно что-то говорить, объяснять, это никогда не привлечет столько внимания, сколько веселое, так сказать, пинание сапогами и катание по полу с хохотом. Высмеивание — лучший способ идеологического воздействия. Это сразу снижает пафос до уровня примитивного понимания. Все смеются и понимают, что то, что высмеивается, — глупость. Такое доходит до народа гораздо быстрее.
- Какова сейчас, по Вашему мнению, роль компьютерных игр во влиянии на молодежь? Способны ли они нести высокие ценности, идеалы, или их удел — сугубое развлечение?
- Естественно, могут, как и любое произведение искусства, — книга,...
Цивилизованная Европа давно помогает недоразвитым странам встать на путь демократических реформ:
Ослаблением "разлагающейся полуцивилизации древнейшего в мире государства" (Ф.Энгельс) не могли не воспользоваться другие страны. В авангарде европейской колониальной экспансии стояла Англия. Однако даже она не имела сил для оккупации огромного Китая — и предпочла экономические методы эксплуатации ее населения. Был изобретен остроумный механизм. С середины XVIII века британская Ост-Индская компания контролировала опиумные плантации в Бенгалии. Их площади были резко увеличены. Устройство механизма совершенно ясно из схемы.
"Торговля рабами была просто милосердной по сравнению с торговлей опиумом, — признавал английский экономист Р.Монтгомери Мартин в 1847 г. — Мы не разрушали организм африканских негров, ибо наш интерес требовал сохранения их жизни... А продавец опиума убивает тело после того, как развратил, унизил и опустошил нравственное существо".
С 1830 по 1837 г. английский экспорт опиума в Китай возрос с 2000 ящиков (весом около 60 кг каждый) до 39 000. Подобные масштабы не снились ни одному из современных наркокартелей. Наркоторговля вытесняла торговлю другими товарами, утечка серебра дезорганизовала финансы Цинской империи, миллионы китайцев, от простых кули до принцев всех 12 рангов, стали жертвами пагубного пристрастия. Сановники Цзян Сянань и Хуан Цзюэцзы с ужасом обнаружили, что среди служащих уголовной и налоговой палат больше половины наркоманов. Государственные институты, от системы искусственного орошения до привилегированных "восьмизнаменных" войск, разрушались и выходили из-под контроля. Это побуждало императорский двор время от времени запрещать торговлю опиумом и его курение. Однако единственный эффект суровых указов (точь-в-точь как в современной России) заключался в том, что росла плата за право их нарушать.
И кто же заборол гуманитарную помощь демократических держав?
Сегодня залез в метро, на предмет доехать от Восстания до Садовой.
Прибыл на станцию Маньяковская, начал заходить в вагон.
Чувствую — сзади не очень аккуратно приподнимают резинку курточки и лезут в задний карман.
В кармане у меня деньги лежат, и потому я за обстановкой вокруг своей задницы слежу внимательно.
Ну и, в общем, кто-то лезет в карман.
Быстро сунул правую руку за спину, отбил шаловливую ручонку, схватил за глотку, стукнул башкой об стенку слева, глядя на сообщника справа.
Который лез в карман — килограмм на 70, второй — поздоровее меня.
И вор и подельник, как и следовало ожидать, гости с Кавказа.
А ведь я эта — пострижен вокруг плеши налысо, короткая чёрная куртка, джинсы и башмаки.
Такой страх внушаю, что руки сами в мои карманы лезут.
Деньги ворюга вынуть не успел, и будучи ушибленный башкой об стену возмутился:
- Эээ, ти чо, праходыщь — прахады, да?!
Я спиной отошёл внутрь вагона.
Оба красавца остались на платформе, и поезд ушёл без них.
Стоявшая за мной девочка шёпотом сказала подруге:
- Видала, как скинхед на чёрных набросился?!
Сегодня исполняется 85 лет со дня рождения знаменитого и всенародно любимого режиссёра Леонида Гайдая.
Говорят, совокупная аудитория фильмов Гайдая составила более 600 миллионов человек.
Цитата:
В 1942 году Леонида Гайдая призвали в армию, сначала его отправили в мирную Монголию, из которой он всеми силами пытался вырваться в действующую армию. Когда военком приехал в их полк за пополнением для фронта, позднее вспоминал режиссер, то на каждый вопрос офицера Гайдай отвечал: "Я".
"Кто в артиллерию?" — "Я", "В кавалерию?" — "Я", "Во флот?" — "Я". "Да подождите вы, Гайдай, — сказал военком, — Дайте огласить весь список". Из этого случая, по словам самого Гайдая, через много лет родился эпизод фильма "Операция "Ы".
К.ЛАРИНА – Тут как что-то нарушена, какая-то связь с публикой. Кто кого воспитывает, кто кого формирует – мне кажется, здесь какой-то перевертыш произошел. Когда только он случился, я не знаю.
Л.АХЕДЖАКОВА – Я думаю, что перевертыш называется – вот извините за грубое слово – «развлекуха». Люди хотят развлекаться. Люди смотрят… Хотя остались вот эти тонкие, замечательные театральные ценители, зрители вот этого эксклюзива, вот этого штучного товара, они остались! Вот я в интернете иногда читаю ну такие есть светлые, умные, тонкие ценители вот этого штучного товара… Вот можно «товаром» назвать, не знаю, но все продается, поэтому чтобы продать, оно должно быть коммерческим.
К.ЛАРИНА – А где выход? Т.е. получается, что мы живем в то самое рыночное время…
Л.АХЕДЖАКОВА – Да.
К.ЛАРИНА – Которое так к себе приближали…
Л.АХЕДЖАКОВА – Да, да, да.
К.ЛАРИНА – И в итоге те, которые стояли больше всего на баррикадах и желали прихода этой невероятной свободной жизни…
Л.АХЕДЖАКОВА – Да.
К.ЛАРИНА – Свободной, прежде всего, в мыслях, в своих каких-то внутренних убеждениях – получается, что сами оказались заложниками этого.
Л.АХЕДЖАКОВА – Заложниками, да. И мне кажется – я, ну, могу ошибаться и не имею права обвинять – я часто смотрю телевизор, и мне кажется, телевидение, которое ну самый такой… щупальца этой – извините за слово – метастазы, они так далеко и во все органы проникли, что они формируют. Они формируют. У нас даже есть замечательные развлекательные программы, другое дело, я их не смотрю. Но там есть, вот, просто прекрасные… можно что-то привести даже в пример. Но вот эта тенденция развлекать, тенденция коммерческая, тенденция к продаваемому – ну, вплоть до того, что впаривать, впаривать. И может б...
Когда в новогоднюю ночь я не обнаружил ребенка во дворе — пошел по тем местам, где он обычно гуляет. До Таврического потихоньку дошел. Его обычно отпускали гулять одного, и он со своими друзьями играл недалеко от дома. Поэтому я сначала не особо волновался, тем более, народу было, как днем. Решил, что он уже домой вернулся. Захожу в подъезд, а в метре от двери лежит шарфик его «зенитовский» с шапочкой. Потом в сумерках разглядел, что штаны его лежат, плавки... Я просто оцепенел. Шарфик подобрал машинально и бегом на второй этаж. Поднимаюсь, смотрю — сын голый лежит, а это животное со спущенными штанами на нем. И оба не двигаются. У сына губы разбиты, посиневший весь, глаза закрыты. Подумал: мертв. Тот почему не двигался, я теперь не знаю. Может он пьяный был, может притворился, не знаю. В шоке стал набирать 911. Я не пьяный был. Ведь тренируюсь и спиртным вообще не балуюсь. Я начал громко орать, набирать милицию, скорую. Потом заметил, что у ребенка пальцы зашевелились. Я обомлел. Когда он глаза открыл и разбитыми губами прошептал «Саша..»... У меня руки опустились. С одной стороны, радость почувствовал, а с другой — ярость.
Потом помню только урывками. Сын говорит, что я его вытащил из-под этого подонка и в квартиру запихнул. Потом я увидел, как эта мразота начала подавать признаки жизни — стала приподниматься. И я стал наносить удары.
Знаете, чтобы стать мастером спорта, семь лет по городам проездил по соревнованиям. Ненависть, бешенство, все свои чувства на ринге надо держать. Если ты кидаешься — ты проиграл. Даже если ты пропускаешь удары, все равно надо держать себя в руках и все контролировать. Кто говорит, что боксеры с головой не дружат, они глубоко ошибаются. Это те люди, которые, наоборот, умеют свои чувства держать под контролем. На улице среди людей для меня мало соперников, стараешься конфликты обойти. А если даже доходит до драки, то свою силу ударов я рассчитываю. Среди моих знакомых боксеров доста...
Вчера был забабахан очередной Робоцып, про Звёздные войны.
Местами ржал в голос, добротно.
Народ регулярно задаёт вопрос: а про что Поллитровая мышь?
Узнать можно здесь:
Мэтт Майелларо:
— Он — Мышь и он живет в своем мире. Ничего больше. Я не планировал из чего будет состоять каждая следующая серия — мы просто брали и делали ее. Вот и все. ОК, есть Мышь, но есть и остальные действующие лица — так давайте сделаем их уникальными и интересными, совсем не похожими на Мышь. Вместо того, чтобы в очередной раз ломать голову над осточертевшими шутками, как все остальные, мы работали абсолютно спонтанно, постепенно строя из отдельных диалогов и действий собственную вселенную. Что-то грандиозное. То, что зарождается внутри тебя, но при этом абсолютно реальное. Совершенно невозможные персонажи тем не менее смотрятся вполне натуралистично. Почему? — Да потому , что мы дали им полную свободу, позволили сказать то, что они хотели сказать. Несуществующий город из картона? — Да. Но живость характеров объясняется тем, что они рядом снами, они окружают нас каждый день. Мышь — как символ этого мира. Куда он идет? Мы тоже хотим следовать за ним. Через темноту и мрачные тайны в неизвестность. Для зрителя мир Мыши становится еще одной гранью реальности, он как бы непосредственно участвует во всех хитросплетениях и превращениях. Невозможные персонажи вместе составляют полную картину нашей жизни.
Новости
VIP
