Разведопрос: Баир Иринчеев о боевых действиях в Северном Приладожье

Новые | Популярные | Goblin News | В цепких лапах | Властелин колёс | Вопросы и ответы | Гоблин и танки | Каба40к | Книги | Мутный взгляд | Образование | Опергеймер | Под ковром | Путешествия | Разведопрос | Репортажи с мест | Семья Сопрано | Сериал Рим | Синий Фил | Смешное | Солженицынские чтения | Трейлеры | Хобот | Это ПЕАР | Персоналии - Баир Иринчеев | Разное | Каталог

15.07.17




Поддержать исторические ролики Баира Иринчеева!
Купить книгу "Гибель дивизии"



Д.Ю. Я вас категорически приветствую! Баир, добрый день.

Баир Иринчеев. Здравствуйте, Дмитрий Юрьевич. Добрый день, уважаемые зрители.

Д.Ю. Обо что сегодня?

Баир Иринчеев. Как и обещали в прошлый раз, сегодня мы поговорим о боевых действиях в Северном Приладожье, которые, к сожалению, с моей точки зрения стали самой трагической страницей Советско-финляндской войны, несмотря на то, что вроде бы самое известное сражение, с окружением наших частей, с тем, что их разрезали на котлы, и потом постепенно уничтожили, всё это было гораздо севернее, в районе Суомуссалми и Раата, о чём мы уже вкратце поговорили. Но, с моей точки зрения, действительно самая тяжёлая ситуация получилась именно в районе Северного Приладожья, т.е. это республика Карелия нынешняя, это район Питкяранты, уже ныне не существующей деревни Леметти, и, соответственно, нынешней деревни Лоймола.

Что там происходило: ну, если вообще вернуться к финским довоенным планам, то финны считали, что серьёзные боевые действия, где нужно что-то планировать, где будет большое сосредоточение сил, это будет как раз Карельский перешеек, о котором мы уже достаточно много поговорили, и также Северное Приладожье, как раз вот этот вот район. И, значит, картинка 1, планы сторон на кампанию в Северном Приладожье. Значит, наш план был такой, что в районе Питкяранты сходятся 3 дороги – одна дорога идёт от Лодейного поля вдоль берега Ладоги к Питкяранте, вторая, соответственно, идёт от Петрозаводска через Леметти, и как раз вот чуть севернее Питкяранты соединяется с вот этой основной дорого приладожской. И третья дорога, соответственно, идёт вдоль железной дороги на Лоймолу, и через Лоймолу тоже соединяется здесь.

Т.е. здесь сходятся 3 дороги, ну и, опять же, поскольку местность у нас крайне тяжёлая для наступления обычной европейской армии, то, собственно, наши вот и наступали по этим 3 дорогам, 8 армия. Значит, на Лоймолу наступала 56 стрелковая дивизия, по дороге из Петрозаводска шла 18 стрелковая дивизия, и поддерживающая её 34 легкотанковая бригада, а с юга вот к Пяткиранте подошла 168 стрелковая дивизия Бондарева. Нужно сразу сказать, что 56 так и не дошла. Т.е., опять же, повторилась такая ситуация, что у нас была уже в районе Суомоссалми, что финны просто не дали нашим силам соединится. Куда должны были двигаться наши войска в случае, если бы действительно всё получилось: значит, наши войска должны были двигаться, собственно, в обход Ладожского озера, т.е., соединившись, двигаться на Сортавалу, дальше на Лахденпохью, и фактически выйти в тыл финской обороне на Карельском перешейке, т.е. выйти в тыл линии Маннергейма.

Но, собственно, всё и остановилось, к сожалению, именно здесь, потому что, в общем-то, у финнов, можно сказать, здесь была расставлена ловушка, которая была давным-давно отработана на штабных играх в 20-е - 30-е годы, т.е. действительно они планировали где-то в районе Питкяранты наших остановить, и начать наносить удары с севера, перерезая коммуникации, соответственно, дивизии, которая подошла из Петрозаводска, по дороге через Леметти. И вообще точно так же вот с севера перерезали сначала одну дорогу, а потом вообще окружить вообще всю группировку как раз в районе Питкяранты. И, к сожалению, точно так же, как и в районе Суомуссалми, здесь повторилась ситуация, что войска были расставлены на дороге не совсем правильно, да, ещё в конце декабря, в общем-то, вели здесь наступление, но 168 дивизия была уже финнами остановлена здесь. 18 стрелковая дивизия 2 полками пыталась пробиваться на север навстречу 56 стрелковой дивизии, но, в общем-то, уже как бы ничего особо не получалось, это у нас картинка 2, ситуация на начало финского контрнаступления.

Уже в конце декабря финские лыжные отряды начали выходить на дорогу из Петрозаводска, и начали действовать по коммуникациям, собственно, 18 стрелковой дивизии, которая точно так же была растянута на многие километры, и, соответственно, была расставлена непонятно как. Т.е. да, 2 полка впереди, 1 полк в тылу, который пытается охранять наши коммуникации. И, собственно, 6 января финны собирают большую ударную группировку, и начинают активно бить по, собственно, нашему правому флангу. А в это время в нашем стане происходят перемены, опять же, из-за неудачных событий в районе Толваярви, из-за того, что 56 дивизия встряла, собственно, перед финской обороной в районе реки Колла, и не может сюда подойти. И, собственно, идти-то где-то 50 км. У нас меняется командующий, Хабарова снимают в том числе из-за поражения наших при Толваярви, и командующим 8 армией становится Г.М. Штерн, что, кстати, сразу заметили финны, и выпустили специальную листовку, посвящённую именно Г.М. Штерну, в которой они абсолютно безапелляционно намекнули на его национальность – он был еврей.

Ещё в конце 90-х – начале 2000-х мне выпала честь встречаться с нашими ветеранами Финской войны, и вот один из ветеранов говорит – я подобрал листовку, а там написано «жид, изменник, предатель, скотина – вот кто ваш новый командующий Штерн». Картина 04 – финская листовка про Штерна. Но наш ветеран сказал – вы знаете, я воевал на Карельском перешейке, а это всё происходит на восточном берегу Ладоги, поэтому я вообще не знал, кто такой Штерн, вообще не знал, где он вообще воюет, что происходит, но запомнилось, очень сильно запомнилось, вот такие резкие очень, не политкорректные слова о Штерне.

Д.Ю. Нацисты всё-таки, чего от них хотеть.

Баир Иринчеев. Тогда ещё не совсем нацисты, но, тем не менее, действительно там слова такие, ого-го. И когда Григорий Михайлович прибыл на фронт, он, собственно, сразу начал очень круто брать наши войска в оборот, т.е. грозил расстрелами и т.д и т.д, но, в общем-то, это не помогало ситуации. 139 дивизии это никак не помогло, хотя там Штерн предлагал чуть ли не децимацию провести, т.е. расстрелять каждого десятого. Ну и, собственно, постепенно, опять же, используя то, что основные силы 168 дивизии были западнее, т.е. они уже нацелились на Сортавалу, финны, в общем-то, перерезали к 10 января (картинка 05) окружение 168 стрелковой дивизии, т.е. отрезали 168 стрелковую дивизию от Питкяранты. Т.е. всё, 168 сидит в котле, но, опять же, есть возможность снабжать 168 по льду Питкярантского залива, но 15 и 19 января финны занимают острова, которые контролируют архипелаг, в общем-то. Поэтому получается, что даже вот этот вот путь снабжения по льду из Питкяранты, в общем-то, он оказывается под огнём финских пулемётов и миномётов. Расстояния здесь, на самом деле, не очень-то и большие.

Ну, конечно, может сразу возникнуть вопрос, а почему сразу не была предпринята попытка деблокады и т.д., связано это с тем, что, в общем-то, как и при Суомуссалми как-то нечем было деблокировать, потому что, собственно, все подкрепления шли, опять же, от Лодейного поля в Питкяранту пешком.

Д.Ю. Неплохо.

Баир Иринчеев. Т.е. там шла единственная дорога вдоль Ладоги, это, извините, порядка 150-200 км, единственная дорога, которая заметается снегом, дорога плохая. Поэтому подвоз подкреплений был крайне и крайне вообще затруднён. И, соответственно, после окружения 168 стрелковой дивизии та же ситуация повторилась и на дороге, которая шла на Петрозаводск. Т.е. финны окружили 18 стрелковую дивизию, и 34 легкотанковую бригаду, в результате чего у нас появилось несколько котлов, т.е. на дороге из Леметти в Петрозаводск образовалось 4 котла, у которых сложилась очень… Извините, даже 6 котлов правильно сказать, если брать Леметти ещё. У которых сложилась очень разная судьба. Т.е. вот так, собственно, классическая финская тактика, колонна рассекается ударами из тайги на несколько частей, и, соответственно, после этого уже по частям разбивается. Опять же, создавая локальное численное превосходство, финны один за другим эти котлы давят.

Ну вот самый восточный котёл в районе деревни Уомаа продержался до конца войны, и, в общем-то, в большой степени он продержался благодаря тому, что там находилась 1 рота 4 погранполка НКВД. Т.е. это были пограничники местные, которые были очень хорошо знакомы с местными условиями, хорошо экипированы, и высокомотивированы. И, собственно, за вот эти события 6 наших пограничников получили звания Героев Советского Союза. Хотел бы, в общем-то, рассказать про одного. Красноармеец Самсонов Владимир Андреевич 17 г.р., т.е. ему 22 года, кандидат в члены ВКП (б), стрелок 3 роты 4 полка войск НКВД. Имеется в виду 4 погранполк, т.е. пограничники. Но, опять же, к сожалению, в современной России там кто-то увидит 4 полк войск НКВД, он там, наверное, типа финских крестьян там расстреливал, которых там уже не было. Ну и вот как раз вот представление на звание Героя звучит достаточно, звучит вообще как сага про викингов.

«В одном из боев 17 января 1940 г., отражая атаку белофиннов, тов. Самсонов был ранен в руку пулей и осколком мины и эвакуирован на медпункт. Однако оставаться в землянке он отказался и, добровольно вернувшись в окопы, продолжал героически драться с врагом. Ввиду плохого лечения вся левая рука перестала действовать и начала гноиться. Ощупав ее и убедившись, что рука держится слабо, тов. Самсонов сам переломил ее в месте ранения и, бросив из окопа, в присутствии всех бойцов заявил: «Вот теперь она мне не мешает, теперь мне будет легче бить белофиннов». И во всех последующих боях, вплоть до освобождения гарнизона после заключения мира, тов. Самсонов героически отражал натиск белофинских банд, забрасывая их гранатами одной правой рукой. Это исключительно героическое поведение кандидата в члены партии красноармейца тов. Самсонова сыграло колоссальную роль в деле воодушевления всех остальных бойцов, в сплочении их в крепкий большевистский неприступный для противника гарнизон».

Вот человек получил «Героя», и, собственно, все, кто получили «Героев» за это всё, за бои в окружениях этих маленьких, это именно пограничники, потому что действительно, судя по всему, они были самыми высокомотивированными, самыми крепкими. Потому что действительно гигантской проблемой этих маленьких котлов было то, что там было очень много снабженцев, там были тылы, вот, на самом деле, вот следующий гарнизон в районе развилки дорог, там было 1200 человек, из них 500 раненых. И вот их финны окружили, и там были люди из разных полков, из разных частей, там начались, как вы понимаете, ссоры какие-то, что типа «ты не из нашей части, что ты сюда идёшь?» Потом, как вы понимаете, люди начали голодать, у людей начались галлюцинации. Там случайно, у кого-то были галлюцинации, застрелил своего же. Т.е. люди уже начали видеть какие-то иллюзии, какие-то приведения, и думали, что это уже вокруг одни финны. Но, несмотря на это, командиры сумели всех построить, и вот этот маленький гарнизон, извините, 1200 человек, из них 500 раненых, он продержался до конца войны, и, соответственно, в результате те, кто там держались, они вышли из окружения.

Д.Ю. А сколько по времени-то надо было продержаться?

Баир Иринчеев. Ну вот они держались, извините, с примерно 20 чисел января по 13 марта. В этом, кстати, и была трагедия окружения, что если на Раатской дороге, там всё закончилось за неделю, то здесь люди, извините, просидели весь февраль, и ещё 2 недели в марте, причём тоже это были морозы минус 30, еды нет. Т.е. можно себе представить, что там вообще делалось в этой тайге, посреди леса, когда есть нечего. И, конечно, командование-то понимало, что если не помочь, то люди там все просто погибнут от голода. Поэтому вся наша авиация, просто вся, какая только была в этом районе, от Лодейного поля, от Бесовца в Петрозаводске, они все были брошены на снабжение наших частей, т.е. на сброс продовольствия.

Но проблема этих маленьких котлов и была в том, что зона сброса-то была очень маленькая, и поэтому очень часто вообще эти пакеты, мешки с едой падали либо на нейтралку, либо вообще падали к финнам. Есть такие слухи, что когда очередной пакет с продовольствием падал к финнам, что там оттуда раздавались крики на русском языке «спасибо товарищу Сталину за гречневую кашу!» Но, опять же, не понятно – слухи, не слухи. Но, опять же, интересный момент, то, что действительно в журнале боевых действий вот этого нашего гарнизона, как он назывался, в районе развилки дорог, там прямо написано, что когда шёл сброс продовольствия, очень часто действительно бывало так, что мешок или контейнер, падая на землю, разбивался, и там галеты, печенья и всё прочее разлеталось, там прямо написано, что как только падал какой-то пакет с продовольствием на лес, то тогда просто прекращалась стрельба, наши и финны бегали по лесу, собирая эти галеты, друг в друга не стреляя. Только когда всё было собрано, только после этого снова возвращались на позиции, брали винтовки, и друг в друга начинали стрелять.

Д.Ю. Т.е. тем тоже жрать было нечего? Иначе такое миролюбие ничем не объяснишь.

Баир Иринчеев. На самом деле, там тоже, у финнов-то тоже всё было нельзя сказать, что всё было очень просто. Если, извините, вот такие гарнизоны держались, опять же, это 2 гарнизон, который сумел держаться. 3 в районе как раз озера Суоярви был совсем маленький, там была пара-тройка сотен человек, и, собственно, финны их задавили в конце февраля, т.е. просто из соседнего как раз гарнизона, из развилки дорог просто сказали, что радиосвязь пропала, и мы слышим, что звуки боя затихают. И после окончания боевых действий там было найдено около 200 убитых человек. Следующий гарнизон, на западе, в районе деревни Ловаярви, он там сидел-сидел, и, собственно, к счастью, 14 февраля уже получил разрешение на прорыв, и, в общем-то, по большому счёту, сумел оттуда выйти.

Т.е. вот, на самом деле, когда обобщают всё, и говорят, что финны все котлы уничтожили, это не совсем так. Т.е. там действительно 2 котла удержались, 1 погиб маленький, 4 вырвался. Но вот здесь вот, ближе к Питкяранте, ситуация сложилась очень-очень тяжёлая, потому что, к сожалению, если мы посмотрим на картинку 6, окружение 18 дивизии 34 легкотанковой бригады, там, опять же, получилось очень и очень неудачно. Т.е. финны отсекли 68 дивизию Бондарева от 18 стрелковой дивизии, и, опять же, те части 18 стрелковой дивизии, которые попали в окружение, были расставлены не так. И, конечно, самое плохое это то, что сдали нервы у командира 18 стрелковой дивизии комбрига Кондрашова. У него был нервный срыв, он самоустранился от командования, т.е. просто перестал что-либо делать, не организовал оборону, т.е. как они встали на дороге, как, соответственно, всё стояло, и когда, собственно, финны окружили – ну так же вырыли какие-то окопчики около дороги, даже не заняли господствующие высоты, которые были буквально в 500 метрах от дороги, ну и, разумеется, их заняли финны, и начали просто простреливать весь район окружения.

Ну и самое главное было то, что, действительно, очевидно из-за того, что Кондрашов сплоховал, из-за того, что было вообще непонятно, что делать, т.е. если в декабре было понятно, что да, мы наступаем, мы сейчас объединились с 168 дивизией, 2 полка идут на Лоймолу, пытаясь пробиться навстречу 56, а 168 сейчас пойдёт на Сортавалу, т.е. идёт какое-то наступление. Но тут начинается финское контрнаступление, и, очевидно, наше командование просто не знало, что с этим делать. В результате, мне выпала честь общаться с 1 ветераном как раз из 34 легкотанковой бригады, с москвичом, он сказал, что мы просто сидели и не знали, что вообще делать, т.е. не было понятно, зачем мы здесь, что мы здесь, что сейчас будет. Т.е. вот эта вот апатия, и действительно в армии, когда непонятно, что делать, это не очень хорошо сказывается на боевом духе войск, в первую очередь. Да, почему этот тов. Тверской, Аркадий Тверской, царство ему небесное, он умер недавно, почему он москвич: потому что 34 легкотанковая бригада вообще-то была из Наро-Фоминска, она была элитной частью Красной армии, и вот 1 мая 39 года именно их танки БТ прошли парадом по Красной площади, т.е. часть была такая…

Д.Ю. Элитная.

Баир Иринчеев. Часть элитная, и, собственно, в ней 105 танков БТ, и они туда приехали для того, чтобы войти в прорыв после того, как будет прорвана финская линия обороны, но, опять же, конечно, это абсолютно неправильное было решение, потому что всё-таки там лес. И 105 танков БТ, они просто запрудили обочины дороги, и когда наши части попали в окружение, собственно, наши танкисты просто их вкопали в землю, и использовали как неподвижные огневые точки.

Вот, ну и, собственно, ситуация такая, что действительно наши части рассечены на отдельные котлы, ну и, финны, собственно, начинают постепенно всё это резать на куски. Это у них получается с 18 стрелковой дивизией, опять же, потому что Кондрашов откровенно сплоховал, и не получается с соседней 168 стрелковой дивизией, потому что Бондарев, командир этой дивизии, был гораздо более энергичный командир. Т.е. он сразу сказал – хорошо, мы попали в окружение, значит, сужаем периметр обороны, т.е. отходим на более выгодные позиции, значит, всем полкам встать вместе, значит, везде расставил танки. Да, у них были танкетки Т-37, Т-38, слабенькие совсем, но как бы закопанные в землю, с пулемётом, неплохо себя показали даже при отражении финских атак. И вот Бондарев сказал, что… т.е. он сделал так, что финны не смогли их даже, т.е. они попробовали пару раз их атаковать, но после этого поняли, что командир энергичный, он понял, что надо построить оборонительный периметр, и не дать свою дивизию рассечь на куски.

Т.е. 168 дивизия спокойно продержалась до конца войны, а у них район окружения был настолько большой, что они там, собственно, на льду залива Питкяранта, они там сделали вообще взлётно-посадочную полосу, и к ним садились самолёты в окружение. Т.е. не сбрасывали мешки с едой, а прямо садились, причём тяжёлые бомбардировщики ТБ, тоже их использовали для того, чтобы их снабжать. Т.е. у них было всё более-менее нормально, что, к сожалению, нельзя сказать о 2 полках 18 стрелковой дивизии, потому что, очевидно, они уже лишились, собственно, руководства со стороны Кондрашова, который сидел, соответственно, в Леметти в окружении. (давайте лучше переложим сюда)

Д.Ю. Не забывай про номера картинок.

Баир Иринчеев. И, соответственно, финны и начали сначала давить на наши части, окружённые в районе развилки дорог, т.е. вот здесь вот. Соответственно, район развилки дорог – картинка 07, гибель котла. И посмотрите, пожалуйста, картинка 08, это финны сфотографировали район гибели котла, там просто, к сожалению, всё поле боя завалено телами наших погибших. И именно в этом месте, в районе гибели котла «развилка дорог» и стоит Крест скорби, картинка 09, это совместный памятник, который поставили Россия и Финляндия в начале 2000-х годов. Именно в этих местах в феврале 1940 года погиб танкист В.А. Терешков, отец В.В.Терешковой, первой в мире женщины-космонавта. Т.е. она туда приезжала для того, чтобы возложить цветы на могилу отца. Т.е. он был из Ярославской области, если я правильно помню, началась финская война, его призвали как механика-водителя, и, соответственно, там он в этом месте и погиб.

Ну и следующее, как раз вот гибель так называемого полкового котла. Такой, к сожалению, классический пример того, когда не было общего руководства, было непонятно, что делать, и в результате, собственно, финны сумели такой огромный котёл, где, в общем-то, было 2 стрелковых полка, гаубичный полк, артиллерийский полк, ещё отдельный танковый батальон, сумели его уничтожить фактически полностью. Почему это случилось – потому что Кондрашов из Леметти по радио с ними связался, говорит – пробивайтесь к нам. Они говорят – нет, давайте мы пробьёмся на юг, в район окружения 168 стрелковой дивизии. 168 пыталась им пробиться навстречу, пыталась их вывести оттуда. К сожалению, не получилось. Но, собственно, к 18 февраля котёл был уничтожен полностью, финны заявили о трофеях в 22 танка и 36 пушек.

Д.Ю. Ого.

Баир Иринчеев. Опять же, танков было много у наших в тех местах, потому что там были и 2 отдельных танковых батальона. Т.е. 1 из 18 стрелковой дивизии, плюс как раз была, соответственно, 34 легкотанковая бригада, в которой было 105 танков БТ разных типов. Ну и разобравшись с этим большим котлом, финны начинают разбираться, соответственно, с котлами в районе Леметти, там он разбит на западный и восточный Леметти. Значит, в западном Леметти оказывается один наш танковый батальон из 34 легкотанковой бригады, хлебопекарня 18 стрелковой дивизии, и ещё кто-то.

Т.е. тоже получается, что как-то всё, т.е. не боевые части собраны вместе, и именно в западном Леметти случилась эта трагическая ситуация, которая хорошо описывается, что, в общем-то, командир батальона капитан Рязанов начал готовить батальон к прорыву, потому что, возможно, все забыли, но у танков есть боезапас, и самое главное, есть горючее. Если у танка нет горючего, он никуда не поедет. Когда в батальоне ещё было достаточный запас горючего, чтобы танки можно было вывести, чтобы был боекомплект, что, соответственно, можно было как-то вести бой, капитан Рязанов сказал – всё, собираемся, сейчас будем прорываться к своим, соответственно, вот сюда. Буквально между ними было… около 1 км всего лишь нужно было пробиться, чтобы соединиться с районом окружения, где сидел штаб бригады, и, кстати, где сидел Кондрашов в палатке, уже самоустранившись фактически от командования.

Но, опять же, приказа не было, сидите и ждите. Но когда вот Рязанов начал делать распоряжения по поводу того, что собираемся и уходим, то начальник особого отдела батальона сказал, что у нас нет приказа, поэтому извините, мы никуда не пойдём. Рязанов сказал, что командир здесь я, приказы отдаю я, между ними вспыхнула ссора, и начальник особого отдела Рязанова застрелил на месте. Да, и вот как раз в полковом котле, там тоже командиры все перессорились, потому что одни говорят идти туда, другие говорят идти туда, т.е. отсутствие руководства единого, это привело к хаосу и к массовой гибели наших военнослужащих. Ну и в результате из западного котла, в общем-то, наших вышло буквально 200 человек, все танки были брошены, всё осталось финнам.

Д.Ю. Толковый особист.

Баир Иринчеев. Да, и, соответственно, финские трофеи составили 32 танка. Но время идёт, вообще-то, есть откровенно нечего, т.е. действительно район окружения небольшой, сбрасывать туда тяжело, падает туда очень мало продовольствия, и, соответственно, начальник особого отдела 34 легкотанковой бригады Доронкин говорит, что слушайте, уже всё, край настал, потому что уже, извините, едим кору с деревьев, уже всех лошадей съели, всё уже, люди доведены до истощения физического. Потому что, опять же, в котёл они попали, извините, в середине января, во 2 половине января, на дворе уже 20-е числа февраля. Т.е. люди на морозе -30, с недостаточным питанием находятся уже больше месяца, причём на очень скученной, маленькой территории. И всё это происходит в каких-то, извините, 5 км от Питкяранты, где сидят наши, и где потихонечку уже начинают прибывать новые войска. И действительно вот эти все радиограммы из котла, которые шли, т.е. радиосвязь поддерживалась, они действительно показывают, что, наверное, те, кто был в котле, заняли слишком пассивную позицию, потому что им говорили – пожалуйста, придите, спасите нас, мы не можем поверить, что враг здесь так силён. Тут же недалеко совсем, тут 5 км по прямой через тайгу до Питкяранты, где сидит Штерн, где все сидят наши начальники.

Ну и, соответственно, штаб 8 армии и 15 армии, которая начала здесь сосредотачиваться, новая уже, причём 15 армия – это была фактически группировка, приехавшая полностью из Белорусского военного округа, т.е. первый командир 15 армии был Ковалёв, командующий Белорусским особым военным округом. Но, опять же, из-за того, что всего лишь одна дорога, сосредоточение частей шло очень и очень медленно. И Штерн всё тянул-тянул, и говорил, что ждите, помощь идёт, но к 27 и 28 февраля наши в котле сказали, что всё, сил нет, мы идём на прорыв. Ну и, соответственно, действительно, посмотрите, пожалуйста, картинка 12, прорыв из восточного Леметти, поделились на 2 колонны, соответственно, и, в общем-то, одна колонна фактически полностью погибла, это колонна, если я правильно помню, Смирнова, причём туда как раз отправили большинство больных.

Вот одна колонна полностью погибла, вторая сумела выйти каким-то образом в район Питкяранты, и, соответственно, колонну, которая вышла, вёл не Кондрашов, а начальник штабы 18 стрелковой дивизии полковник Алексеев, потому что Кондрашов, по непроверенным данным, снял с себя командирскую форму, надел обычную красноармейскую форму, и вышел, в общем-то, в конце колонны. Был, судя по всему, легко ранен во время выхода, но остался жив, опять же, был фактически сразу задержан и помещён под следствие.

Д.Ю. Чем закончилось следствие?

Баир Иринчеев. Опять же, здесь, первое – командир 18 стрелковой дивизии Кондрашов, а командир 34 легкотанковой бригады Кондратьев, их путали постоянно, причём и наша, и финская радиоразведка просто постоянно путала. Так вот, значит, командир 34 легкотанковой бригады, комиссар бригады, начальник особого отдела, все при выходе из окружения застрелились, когда поняли, что попали в финскую засаду, соответственно. Т.е. всё командование 34 бригады погибло, а вот командование 18 стрелковой дивизии сумело выйти. При прорыве из окружения погиб начальник политотдела, и, собственно, не очень понятно, куда делось знамя, потому что знамя дивизии было как раз у него обёрнуто вокруг тела, и есть такая версия, что боевое знамя дивизии, оно где-то есть у финнов, но это не то знамя, которое они экспонируют. Если вы зайдёте сейчас в центральный музей оборонительных сил Финляндии, то там на почётном месте висит красивое, вышитое серебром, алое знамя 18 стрелковой дивизии, на котором написано «18 Ярославская стрелковая дивизия». Но исследователи из Петрозаводска утверждают, что это просто юбилейное знамя дивизии, которое всем дивизиям выдавалось на 20-летие Красной армии, т.е. в 38 году, а боевое знамя куда-то пропало. И якобы вот оно было на теле начальника политотдела, и якобы вроде бы кто-то даже видел фотографию тела начальника политотдела, сделанную финнами, но знамя куда-то пропало.

Д.Ю. Может, боец, офицер какой с собой?

Баир Иринчеев. Ничего не ясно вообще, абсолютно ничего не ясно, но суть в том, что действительно, как вы можете понять, ситуация, помимо потери знамени, тут ситуация и так была крайне тяжёлая, потому что, извините, 18 стрелковая дивизия из-за этого сидения в окружении, из-за неэффективного руководства, из-за всего прочего понесла самые высокие потери, в общем-то, среди наших дивизий на Финской войне. Т.е. на начало сражения, когда они только попали в окружение, в дивизии было порядка 10 000 человек. А вот после всего этого, когда Кондрашова уже поместили под следствие, и временно исполняющим обязанности командира дивизии был назначен полковник Алексеев, который всех вывел из окружения, вот он подсчитал, что общие потери дивизии составили 8754 человека. Это из 10 000 человек, т.е. фактически их осталось меньше чем пятая часть.

Т.е. потери тяжелейшие, знамя потеряно, финнам достались в качестве трофеев фактически вся техника, плюс танки БТ, поэтому посмотрите, пожалуйста, картинки 13, 14, 15 – трофеи.

Д.Ю. Жестоко.

Баир Иринчеев. Да. Ну и понятно, что всё это происходит в конце февраля 1940 года, и, опять же, снова это раструбила, конечно, финская пропаганда, действительно, это победа, нельзя это отрицать. Действительно, разгром одной дивизии и легкотанковой бригады, причём, опять же, точно то же самое, по частям, но, опять же, к великому сожалению, если вот в районе Суомуссалми и Раата всё было быстро, то здесь ещё наши очень долго сидели в котлах. Конечно, люди прошли через страшные испытания, и просто физические мучения – и голод, и холод, и куриная слепота, и болезни, всё что угодно. Понятно, что Кондрашова поместили под следствие. Есть версия, которую после войны озвучили ветераны, которые вышли из окружения. Кто-то из них сказал, что я видел, что Кондрашова прямо… пришли нквдшники прямо в госпиталь, в госпитале его арестовали, вывели его во двор, и тут же расстреляли.

Но документы говорят о другом, т.е. это, скорее всего, именно легенда, потому что документы говорят о следующем, что его действительно арестовали, поместили под следствие, увезли в Москву, следствие шло долго, его заставили написать долгую объяснительную, почему его дивизия таким образом была разбита. Ему огласили приговор – расстрел, он подал апелляцию, и в ней написал, что я не считаю, что я конченый человек, я считаю, что я ещё могу послужить родине. Но следствие посчитало иначе, он был расстрелян только в августе 1940 года, т.е. с марта по август находился под следствием, было действительно судопроизводство, и у него была возможность даже подать прошение о помиловании, которое не помогло. Но вот в этом случае, наверное, оно и понятно, что такой разгром, опять же, кто-то должен был понести наказание, и было ясно, что здесь большая вина, что он не смог почему-то, как Бондарев, нормально организовать оборону, почему они не заняли высоты сразу около дороги, где они могли спокойно сидеть, отбивая финские атаки, тем самым сделав достаточно большой район, чтобы им было легче сбрасывать продовольствие и т.д.

Т.е. действительно это большой провал со стороны наших, большие трофеи, много погибших, раненых бросили опять. И все раненые, судя по всему, были добиты финнами в землянках. Опять же, это то, о чём, в общем-то, как-то финны не очень любят вспоминать, но, действительно, есть много источников, которые указывают на то, что раненые были брошены в землянках, и потом, соответственно, землянки просто были либо взорваны накладными зарядами, либо были сожжены вместе с ранеными, либо раненые были добиты, соответственно, ударами прикладов и штыков. Т.е. тоже очень некрасивая история, собственно. Здесь как раз, как вы понимаете, всё это место окружения после войны осталось на нашей территории, поэтому… Вот есть акт совершенно секретно 17 марта, т.е. 4 дня после окончания войны, этот акт составила комиссия, председатель комиссии военком 56 стрелкового корпуса бригадный комиссар Серяков, и.о. командира 18 дивизии полковник Соколов, и.о. военкома 18 дивизии зам. Начальника особого отдела НКВД, и начальник 2 отдела 56 стрелкового корпуса.

Д.Ю. Что пишут?

Баир Иринчеев. Значит… Он достаточно длинный, но я зачитаю следующее. Леметти южная. Наши называли Леметти южная, финны называли Леметти восточная.

«Леметти южное носит следы ожесточённых и упорных боёв, представляя из себя сплошное кладбище трупов, разбитых боевых и транспортных машин. Вся площадь обороны КП 18 СД изрыта воронками от снарядов, деревья на 90% в районе обороны скошены арт. снарядами. Обнаружено 10 землянок, разрушенных арт. снарядами 152 м/м артиллерии, с находившимися там людьми. Оставшиеся землянки в большинстве своем взорваны финнами по занятии ими Леметти. Найдены 18 трупов красноармейцев, сожженных финнами в землянках, один труп найден в землянке, привязанный проводами к нарам и расстрелянный, и один труп с затянутой веревкой на шее. Машины, деревья, железные трубы печей землянок и все местные предметы изрешечены пулями и осколками снарядов. Все военно-хозяйственное имущество и личное снесено и сложено финнами кучами вдоль дороги».

Ну и, соответственно, по поводу вот как раз судьбы колонн:

«В районе прорыва обороны противника колонной нач-ка штаба 18 СД полковника Алексеева обнаружен 201 труп, в основном в районе обороны противника и у проволочных заграждений. В районе прорыва обороны противника колонной нач-ка штаба 34 ЛТБР полковника Смирнова обна­ружено 150 трупов, в госпитальных землянках обнаружено 120 трупов ос­тавшихся тяжелораненых. Финских трупов не обнаружено, т.к. таковые финнами были убраны в период с 29.2.40 по 17.3.40 г.»

Да, собственно колонна, которая погибла:

«Около 400 убитых найдено в районе финского лагеря, что 2,5 км восточнее Леметти, в числе которых опознаны: Начальник Политотдела 18 СД—баталь­онный комиссар тов. Разумов, Нач. Артиллерии 56 СК — полковник Болотов, военком 97 ОБС — старший политрук Тюрин, Военком 56 ОРБ — ст. политрук Суворов, пом. нач-ка политотдела по комсомолу—политрук Самознаев, инст­руктор политотдела 18 СД — политрук Смирнов с женой, представитель ВВС 8 Армии—лейтенант Пермяков, Начальник Автопарка дивизии и многие другие. В районе гибели Северной колонны установлено следующее: деревья в большинстве своем носят следы двухсторонней перестрелки, что свидетельст­вует о вооруженном сопротивлении Северной группы. При осмотре установле­но, что, несмотря на наличие смертельных ранений, значительная часть по­гибших носит следы пристреливания в голову и добивания прикладами. Один из погибших, обутый в финские сапоги пьексы, приставлен к дереву вверх ногами. Жена инструктора политотдела 18 СД Смирнова (работавшая по партучету в политотделе) была обнажена и между ног вставлена наша ручная грана­та. С большинства командного состава сорваны петлицы и нарукавные знаки. Ордена, имевшиеся у командного состава, финнами вырывались с материей».

Вот такой вот документ по поводу того, что происходило при выходе из окружения. Опять же, понятно, что нужно было это делать значительно раньше, но всё-таки приказ есть приказ, поэтому действительно долго ждали, очень. И тоже есть воспоминания, здесь написано, что большинство погибших в районе проволоки, там многие люди уже не могли даже идти от того, что изголодались, и просто уже выползали из окружения.

Т.е. вот такая трагическая судьба постигла 18 стрелковую дивизию и 34 легкотанковую бригаду на Советско-финляндской войне. Понятно, что, ещё раз скажу, что финская пропаганда это всё очень, конечно, раструбила. Огромное количество фотографий было сделано, и ликующие финны, и трофеи, и, опять же, замёрзшие трупы наших у дороги, и прочее, и прочее. Но, при этом, нужно действительно сказать – с моей точки зрения, это сыграло с финнами злую шутку, потому что это всё происходит 27-28 февраля, когда на Карельском перешейке, если мы вспомним предыдущий рассказ, уже прорвана промежуточная линия обороны финнов, и наши уже, в общем-то, движутся к Выборгу, и нацеливаются на окружение Выборга. Т.е. если здесь у нас наши части терпят поражение, то на ключевом театре военных действий, т.е. это хельсинкское направление, финская армия терпит поражение. И, конечно, финские СМИ и финская пропаганда, она не говорила о том, что происходит под Выборгом, она, наоборот, рассказывала, что происходит здесь. И поэтому, когда через 2 недели был заключён мир на условиях, не выгодных для Финляндии, это сейчас говорят, что Финляндия победила, потому что сохранила независимость и т.д., оценки всегда меняются. Но тогда, извините, все газеты вышли в траурной рамке, все флаги были приспущены…

Д.Ю. В знак победы, да?

Баир Иринчеев. И, собственно, все иностранные журналисты тоже, они расценили это как победу России. И, собственно, для финнов это был огромный шок, что как так, так классно мы воюем, и вроде бы тут ещё 1 дивизию разбили, и танковую бригаду разбили, и знамя захватили, и вообще всё здорово, а тут через 2 недели оказывается, что мы в результате проиграли. Т.е. пропаганда это хорошо, но она может, таким образом, действительно, общественное мнение заманить в определённую ловушку, это может просто аукнуться огромным потрясением для людей.

Но это вот то, что происходит в районе Леметти, а дальше на север, за Питкярантой 168 стрелковая дивизия по-прежнему держится, и, соответственно, потихонечку сосредотачивается новая 15 армия, которая прибывает из Белорусского военного округа с целью прорвать кольцо блокады 168 стрелковой дивизии. Но, опять же, пожалуйста, посмотрите, картинка 17, коммуникация 8 и 15 армии, это единственная дорога, которая идёт вдоль Ладоги. Но самое интересное, что гораздо южнее, в районе Салми, т.е. это километров 50 на юг, около Ладоги находятся острова Лункулунсаари и Мантсисаари, где стоят 2 финские пушки калибра 152 мм, и там сидит отдельный финский батальон. И своим огнём они периодически простреливают эту дорогу. Тов. Штерн не догадался взять эти острова штурмом, и тем самым, собственно, убрать эту помеху своей единственной коммуникации. В апреле 40 года, когда главнокомандующий тов. Сталин собрал всех командиров Красной армии на совещание в Кремле для того, чтобы они рассказали, как они повоевали на Советско-финляндской войне, Штерн начал говорить, что у финнов был гигантский форт, неприступный абсолютно, на этом острове, и поэтому туда не полезли. Сталин его перебил и сказал, что вы знаете, там было 2 пушки и 1 батальон, не надо мне заливать. Т.е. Сталин был осведомлён о том, что у финнов там было не густо. Но, опять же, просто их там оставили в покое, спокойно досидели до перемирия, и до перемирия они, соответственно, обстреливали эту единственную дорогу.

И, кстати, нужно, конечно, подчеркнуть, что после войны на этой конференции, о которой мы поговорим отдельно, наши командиры очень сильно преувеличивали силу финских укреплений. Конечно, нужно было как-то оправдать свои не очень эффективные действия. Так вот, по этой дороге, собственно, идут наши подкрепления, в том числе пешком в середине февраля прибывает 204 воздушно-десантная бригада из Борисполя, с Украины. И, действительно, они приезжают на поездах, на эшелонах в Лодейное поле, из Лодейного поля идут пешком 200 км, после чего их сразу бросают в бой для взятия островов в Питкярантском заливе. И первый бой закончился для наших полным фиаско, потому что никакой разведки не было, и всё это привело только к очень высоким потерям среди наших десантников. Нужно сказать, что тоже есть такой стереотип, что финны, они прослышали, что там были какие-то десантники, и они прямо думали, что десантники на эти острова прыгали на парашютах ночью, но это абсолютно не подтверждается нашими документами. Нашими документами подтверждается то, что бригада пошла побатальонно в атаку в середине февраля, и, в общем-то, сразу там потеряла больше половины личного состава на льду перед островами.

Д.Ю. Отличные командиры были. Я удивлён, что там всех не перестреляли особые отделы, таких красавцев.

Баир Иринчеев. Как бы там снимали, т.е. вот когда командование 15 армии, как-то у них первая атака середины февраля на острова провалилась, вторая атака провалилась на 23 февраля, то Ковалёва сняли. Командующим 15 армии назначили Курдюмова после этого. И вот посмотрите, пожалуйста, картинка 18, прорыв блокады 168 стрелковой дивизии и битва за острова. Там ситуация была мрачная, в общем-то, для обеих сторон, и для наших, и для финнов, потому что, значит, финны эти острова заняли, сначала вроде у них там всё было хорошо, они обстреливали наши обозы, которые ночью пытались прорваться по льду Питкярантского залива в 168 дивизию, расстреливали их из пулемётов и миномётов. Но когда начали на острова наши давить, то, соответственно, конечно, им там не поздоровилось, это раз. А второе – это, в общем-то, когда стало понятно, что сейчас будет очень плохо, было видно, что наши раз атаковали, два атаковали, два раза атака неудачная, но вот второй раз уже с танками пошли как-то. Ясно, что в третий раз будет ещё больше и ещё сильнее. В общем-то, те финны, которые были на островах, их просто там, в общем-то, офицеры их бросили, ушли артиллерийские разведчики, и, собственно, книга, которая описывает бои за эти 2 острова - Лункулунсаари и Мантсисаари – по-фински так и называется «Фронт забытых», «Фронт брошенных». Их там, можно сказать, тоже оставили…

Д.Ю. Командиры?

Баир Иринчеев. Да, типа держитесь сколько можете. Но держаться им было только до 6 марта, потому что 6 марта в бою оба гарнизона были фактически полностью уничтожены нашими. И вот в предыдущих атаках как было – налетает наша авиация, начинает бомбить острова, и одновременно по островам наносится артиллерийский налёт, причём что острова, они полностью скалистые, и понятно, что там…

Д.Ю. Не зароешься.

Баир Иринчеев. Там не зароешься, и скалы являются поражающим фактором – когда в них попадает снаряд, там осколки, пыль гранитная и всё-всё-всё летит. Ну, что делали финны – они просто убегали с острова и залегали на льду. Они в белых маскхалатах, их не видно, потом, когда начинается атака, финны возвращаются на остров, и открывают с острова уже огонь. Наши в 3 атаке это, собственно, поняли, что, в общем-то, финны так делают, и уже при 3 штурме, собственно, было условлено так, что вокруг острова постоянно барражируют наши истребители, и когда они увидят, что там кто-то бегает в белых маскхалатах, по ним просто открывают огонь. Т.е. и на острове не спрячешься, и, соответственно, на льду тоже не спрячешься. Ну вот, есть воспоминания как раз одного из наших десантников, который в первой атаке был, во второй, в третьей, т.е. он всё это видел, вот. И, собственно, есть очень интересные воспоминания об этой третьей атаке.

«К 12 часам подразделения батальона освободили треть острова, но были остановлены сильным огнем финнов. Командир батальона Солоп доложил обстановку по телефону командиру бригады И. И. Губаревичу и попросил перенести артналет по северной части острова на 12 часов 50 минут и в 13 атаковать финнов. Такой 10-минутный артналет был выполнен, и бойцы с криком «Ура!» атаковали противника и пошли вперед при поддержке танков. Но здесь появилась наша авиация и стала своими действиями препятствовать продвижению батальона, ведя огонь по своим».

Т.е. ну да, у авиации есть приказ, если там какие-то люди в белом бегают, значит, их нужно стрелять.

«...Капитан Солоп пытался по рации связаться с авиацией, но бесполезно, он на чем свет стоит ругался в их адрес. В это время к нам подошла в маскхалатах какая-то группа, человек 10. Солоп продолжал по рации вызывать авиацию.
Один из группы спросил: «Кто здесь командир?»
«Ну, я, а что вы от меня хотите?» - со злобой сказал Солоп.
«Я, товарищ командир, замнаркома - Кулик. Что вас сейчас сдерживает?» - спросил он.
Вижу мой комбат из розового стал бледным, он не мог сразу доложить обстановку.
«Вы успокойтесь, - сказал Г. И. Кулик, - вам что, мешает авиация?»
«Да, товарищ замнаркома, авиация ведет огонь по своим и мешает двигаться вперед».
«Сейчас, т. Солоп, я по своей рации дам указание авиации вести огонь по северной части острова».
Его радист сумел быстро связаться с авиацией, и она перенесла удар на северную часть острова Максиман-Сари. После чего батальон пошел вперед...»

Т.е. тоже видите, что не было ещё авианаводчика какого-нибудь в боевых порядках не земле.

Д.Ю. И требуется личное присутствие маршала для того, чтобы переориентировать это всё.

Баир Иринчеев. Да, замнаркома обороны, т.е. 2 человек в наркомате. Но, значит, когда острова были взяты, то в наших официальных архивных документах записано, что командиры потеряли контроль над бойцами, и, собственно, бойцы были настолько озлоблены предыдущими неудачными штурмами этих островов, что пленных просто всех, т.е. тех даже, кто пытался сдаться в плен, финнов просто всех на месте убили. Плюс, опять же, по островам был проведён настолько мощный артналёт, что когда наши зашли на остров, увидели, что многие финские солдаты просто разорваны на куски попаданиями снарядов. У финнов за одной скалой там было что-то вроде перевязочного пункта, так вот, бомба попала в скалу, и просто скала обрушилась, там всех похоронила заживо. И, в общем-то, вот с этих островов из финнов не спасся фактически никто. Спаслось буквально несколько раненых, которые сообразили, что, наверное, сдаваться не надо, они просто уже в сумерках, во второй половине дня уползли, опять же, в своих маскхалатах на лёд, и потом долго ползли к своим, соответственно, на север.

Ну и точно так же, как и в других местах, у финнов в этих частях был территориальный принцип формирования полков, там были как раз из 2 соседних деревень, из Рантасалми… нет, извините, не из соседних, там из района как раз Саволакса, из Рантасалми и из Нильсе, из 2 деревень, там почти все и полегли. Поэтому в 2000-е годы они съездили на эти острова, от 2 своих деревень там поставили памятники. (картинка 19, памятник на островах). Т.е. вот таким образом, в общем-то, и завершилась Советско-финская война в Приладожье. Начальный успех, затем финны наших останавливают, наносят задолго до этого запланированный контрудар, перерезают коммуникации, один наш командир получает нервный срыв и самоустраняется от командования.

Д.Ю. Никогда такого не слышал.

Баир Иринчеев. Второй командир, наоборот, свою дивизию собирает в очень такой плотный оборонительный периметр, налаживает снабжение, строит там ВПП на льду, и держится на конца войны. 18 стрелковая дивизия гибнет фактически полностью, 34 легкотанковая бригада теряет половину своего личного состава и все танки. Ну и всё завершается сосредоточением новой нашей армии, и с третьей попытки взятием островов Питкярантского залива, тяжёлыми потерями для финнов, тяжёлыми потерями для наших, но 168 дивизия деблокирована. И, конечно, может сразу возникнуть вопрос, а что же, красноармейцы вроде бы гуманная армия, все люди братья…

Д.Ю. Комсомольцы.

Баир Иринчеев. Комсомольцы, да. Мы не воюем против финского народа, мы воюем против белофинских банд, мы вообще хотели Финляндию освободить. Почему такая жестокость, почему пленных, т.е. тех, кто пытался сдаться в плен, почему их добили? Почему добили раненых?

Д.Ю. С детства помню, что их всегда называли лахтарями, т.е. мясниками, этих самых финнов.

Баир Иринчеев. Знаете, там, кстати, в этом документе, где вот прописано, что добивали, там прямо прописано, что они, когда бежали на лыжах к острову в атаку, они бежали на лыжах по телам своих товарищей, которые погибли в предыдущих атаках, и можете себе представить, что они ощущали, когда в середине февраля не взяли, положили какое-то количество своих же – молодых, 20-летних, таких же комсомольцев, десантников, элиту. 23 февраля то же самое. И только 6 марта, с третьей попытки на эти острова вышли, и там действительно уже всё, пощады не давали. И это действительно отражено в наших официальных документах архивных, прямо так и записано. Вот такие места печальные, т.е. никакого успеха. Да, вроде бы планировалось наступать, т.е. когда 168 будет деблокирована, наступать на Сортавалу и т.д. Но, опять же, окончание боевых действий на всех этих планах поставило крест. Хотя у финнов тоже там есть легенда о том, что в Сортавале, там сидят финские резервисты, и слышат, что, соответственно, там у русских, извините, целая армия, там много свежих войск подошло в Питкяранту, и сейчас они по льду рванут в Сортавалу, и якобы там все просто устроили гигантскую попойку в Сортавале, что не удержать город будет. Т.е. уже полное превосходство противника. Но это тоже такие легенды и байки, которых много с обеих сторон.

Но на этом не хотелось бы заканчивать, потому что у нас рядом, буквально в 50 км находится 56 стрелковая дивизия, которая со стороны Лоймалы, со стороны Солваярви пытается пробиться вообще в эти же самые места. И это ещё 1 театр боевых действий на р. Колла так называемой. Картинка 20, сражение на реке Колла, в декабре, собственно, там всё происходит следующим образом. 56 стрелковая дивизия наступает, один финский полк обороняется, и вот как раз на реке Колла, опираясь на господствующие высоты, финны наших останавливают. Т.е., опять же, никаких окружение там не получилось просто потому, что ни у наших, ни у финнов не было на это сил. Т.е. обе стороны попробовали сделать обходы, друг друга отбили, после чего фронт встал. И встал он, собственно, до марта 1940 года. Почему мы об этом вообще рассказываем – просто потому, что именно там воевал финский снайпер Симо Хяухя (картинка 22).

Симо Хяухя это один из символов Советско-финской войны, и, соответственно, он более, наверное, известен в Финляндии, чем Василий Зайцев и другие советские снайперы. И как я говорил в прошлой передаче, собственно, из него была сделана легенда уже во время Финской войны, и только увеличена уже после войны (картинка 21, снайпер Симо Хяухя в середине февраля 1940 года). Идёт уже позиционная война, вроде ничего не происходит, приезжает шведская делегация, дарит Хяухя шведскую винтовку, ему вручает грамоту полковник Свенссон, т.е. там такая вот красивая церемония, которую все фотографируют, и, соответственно, вот как раз он стоит, улыбаясь, на картинке 21 с подаренной ему шведской винтовкой, если я не ошибаюсь. И действительно с середины декабря до марта там особо ничего не происходит. В разных источниках указывается абсолютно разное количество его побед, скажем так. До 700 человек ему приписывают, но позвольте немного усомниться в этом числе, что приводят некоторые источники, в особенности интернетовские источники. Дело в том, что, опять же, фронт встал где-то в 20-х числах декабря, а Симо Хяухя был тяжело ранен попаданием то ли разрывной пули, то ли осколка, в челюсть 5 марта 1940 года. Т.е. у него, получается, январь, февраль, ещё 2 недели, т.е. получается где-то 70 дней…

Д.Ю. В день по 10.

Баир Иринчеев. Да, в день по 10 человек получается.

Д.Ю. Без выходных.

Баир Иринчеев. Да, без выходных. Интересно, что он же первый, он показал свою позицию, он вернулся в эти места в 41 году, и известно место, где он был. Действительно, позиция выбрана замечательная, картинка 22, Симо Хяухя показывает свою огневую позицию, это скала, причём скала такая, что справа и слева он прикрыт скалами, и слева спереди он тоже прикрыт скалой. Симо Хяухя был очень небольшого роста, он был сам из крестьян, очевидно, не из очень богатой семьи, т.е. недоедал, поэтому он был ростом 1,55. Он был очень невысокий, его униформу вы можете увидеть в центральном музее оборонительных сил Финляндии, видно, что он был маленький. Далее, он стрелял из винтовки без снайперского прицела, т.е. у него максимум радиус действия был 400-450 метров.

И сейчас есть оценки, что он, может быть, достиг 200 побед как снайпер, но вы знаете, если мы знаем, где была его огневая позиция, он выползал на нейтралку, т.е. он сидел не в финских окопах. Он выползал на нейтралку, даже выходил за финские надолбы. Вот на этой позиции. Если мы знаем радиус поражения его винтовки примерно, и мы знаем номер полка, который там стоял, то если попробовать оценить его победы, его реальный снайперский счёт, нужно просто взять потери этого полка, и посмотреть, сколько там было убитых за это время.

Д.Ю. Весь полк, по всей видимости, да?

Баир Иринчеев. Если честно, у меня вот…

Д.Ю. Или ещё должны были подогнать, чтобы удовлетворить кровожадного.

Баир Иринчеев. Вы знаете, на самом деле, говорят, что у нас тут всякие легенды и всё такое, но там же…

Д.Ю. Недопустимо. Только правда.

Баир Иринчеев. Нет-нет, послушайте. Финские туристы, вот они, для них это реально национальный герой, т.е. как для нас Василий Зайцев, или кто ещё там, Кожедуб, один из величайших военных героев. И, соответственно, финны мне сказали, что вы знаете, его прозвали «белая смерть»…

Д.Ю. Русские?

Баир Иринчеев. Да, наши его прозвали «белая смерть». Нигде вообще не встречал. Белой смертью скорее называли мороз. Т.е. это у меня, как у исследователя, вызывает большие сомнения. Второе, что прислали, чуть ли не лично Сталин пригнал целую армию снайперов, чтобы за ним охотиться. Самое главное, он сказал, финны сказали так, что прислали 5 женщин-снайперов.

Д.Ю. Белые колготки.

Баир Иринчеев. Да, белые колготки. Что они были очень крутые, но всё равно Хяухя их всех убил, потому что типа у них оптика блестела, а у меня не блестела.

Д.Ю. А у него не было оптики. Финская хитрость.

Баир Иринчеев. Финская хитрость, но он причём сказал, что он объяснил после войны, т.е. он умер-то в 2002 году, извините, он прожил очень долгую жизнь, и к нему было целое паломничество и финнов, и американцев, и всех кого угодно. К нему ездили, записывали с ним интервью, и спрашивали – а почему вот так вот, почему без снайперского прицела и т.д. Он сказал, первое – зимой оптика может запотеть, это раз. Второе – с его точки зрения, через снайперский прицел, через оптический прицел нужно дольше прицеливаться. Ну а третье – всё-таки, если снайперский прицел есть, он бликует, это раз, а номер 2 это то, что всё-таки нужно голову поднять буквально на 2-3 см повыше, потому что снайперский прицел расположен выше, чем обычный прицел на стволе винтовки. Т.е. вот это его объяснение.

Д.Ю. Извини, перебью, очень сильно сомневаюсь, что без прицела на 400 метров можно влупить куда-то.

Баир Иринчеев. Ну, якобы он финский охотник и т.д.

Д.Ю. С прицелом далеко не каждый на 400 метров попадает. Не верю, как говорил Станиславский.

Баир Иринчеев. Опять же, если кто-то хотел бы действительно сделать нормальное, спокойное, нейтральное исследование, именно сколько, т.е. попробовать оценить потери, которые в наших частях…

Д.Ю. А это можно как-то данные надыбать?

Баир Иринчеев. Так вот, я и говорю, что нужно просто взять данные потерь полка, который стоял против Хяухя, и вообще посмотреть, какие у них были суммарные потери за декабрь, январь, февраль. Что там вообще происходило? Может, там вообще выяснится, что там убито 40 человек и 100 ранены.

Д.Ю. Как они это оценивали-то вообще?

Баир Иринчеев. Ну, Хяухя вечером приходил, и говорил, сколько он там убил якобы. Но, тем не менее, сколько бы он ни убил, для финнов это один из символов Советско-финляндской войны. Понятно, что сейчас говорят, что 700 это наверняка преувеличение, потому что уже как вот на фотографии 17 февраля он стоит как герой, ему вручают винтовку, грамоту, и прочая, и прочая. Скорее всего, 200…

Д.Ю. Всё равно много.

Баир Иринчеев. Много, всё равно выдающийся, один из величайших снайперов. Но самое-то главное, что интересно – то, что обычный финский житель, простой финский обыватель, он не будет даже запариваться, и ставить под сомнение это количество. Легенда и легенда, сейчас финны начинают, по-моему, съёмки фильма о Симо Хяухя, о белой смерти, и там никто не будет считать, как вот с 28 панфиловцами, сколько их было, сколько они подбили танков, всё так или не так, не важно – национальный герой, легенда, снимаем, и что-то никаких протестов среди…

Д.Ю. Давай поищем документы, снимем ролик про Симо Хяухя. Интересно.

Баир Иринчеев. Но, собственно, чем всё закончилось на реке Колла. Спокойствие закончилось в начале марта, потому что на начало Финской войны там одна наша дивизия, то к марту наши пригнали ещё 4. Т.е. там уже стояло 2 наших корпуса, подавляющее превосходство в пехоте, во всём. И, соответственно, как раз 4-5 марта наши начинают просто на финнов давить со всех сторон, т.е. атакуют не только по фронту как раз на реке Колла, но они начинают делать обходы, теперь-то сил больше, сил гораздо больше. И как раз вот 5-6 марта, 5 марта Симо Хяухя получает тяжёлое ранение. По официальной версии это была как раз дуэль с нашим снайпером, которые ему попал в нижнюю челюсть, и из-за этого у него, собственно, вся нижняя челюсть была раздроблена, поэтому у него лицо было очень сильно деформировано, т.е. ему челюсть собирали по кускам в больнице. Это одна версия. Другая версия – попадание осколка снаряда, потому что боевые действия стали очень и очень интенсивными снова, но несмотря на подавляющее превосходство, всё равно до 13 марта финны там сумели продержаться. Хотя, действительно, положение у них снова становилось тяжёлое, т.е. оба фланга уже охвачены, резервов как-то уже и нет, т.е. непонятно, чем бы это всё закончилось.

Но, тем не менее, картинка 23, положение на реке Колла к концу войны, которая завершает наш сегодняшний разведопрос. Всё равно река Колла и Симо Хяухя для финнов стали символом стойкости финской армии на Советско-финляндской войне, что вот в Сумме прорвали линию Маннергейма, а Колла устояла. У них, собственно, вышла как раз сразу после войны книга одного как раз военнослужащего финской армии, который там воевал. Он так и назвал книгу, что «Колла устояла», фронт устоял. Поэтому для них это тоже символ определённый их мужества и стойкости, действительно которая на Советско-финляндской войне была высокой, это нельзя отрицать. Ну и, соответственно, если кто-нибудь там будет путешествовать, к сожалению, дорога от Питкяранты на Лоймалу и на Суоярви в ужаснейшем состоянии находится. Т.е. если её отремонтировать, то вообще это дало бы толчок туризму в этих местах, но сейчас просто трясёшься 40 км на ПАЗике каком-нибудь со скоростью 40 км/час. Если кто-нибудь там будет, там финны привезли памятник, у него отломана верхушка, пожалуйста, не думайте на местных вандалов, это финны сами его везли и сами его сломали при транспортировке.

Поэтому там должен был быть высокий обелиск, а он, получается, разломанный пополам. Но сейчас все думают, что так всё специально, что скульптор так специально задумал. Но там вот, собственно, этот обелиск финский стоит на финских позициях, а на другом берегу реки большая очень братская могила наших бойцов и командиров, погибших там. И, кстати, с одной стороны дороги могила наших бойцов и командиров, а с другой стороны дороги, в 100 м, позиция Хяухя. Т.е. он действительно выползал вперёд, на нейтралку, и действительно, наверное, то, что он был очень небольшого роста, было в этом плане большим плюсом. Плюс действительно с одного, с левой стороны он был полностью закрыт скалой.

Д.Ю. Странно вообще. Т.е. это нарушение всех вообще правил – сидеть на одном месте. Неужели ты думаешь, что тебя никто не заметит? Заметят, и рано или поздно прилетит.

Баир Иринчеев. Ну вот, грубо говоря, финская версия это то, что он был настолько круче всех наших снайперов, что да, он там их чуть ли не одного за другим укладывал. И так 2 месяца. Но, опять же, это к вопросу о том, что любая война, если это война отечественная, а для финнов Советско-финляндская рассматривается именно как отечественная война, именно такой её провозгласил Маннергейм в первый же день войны, что мы сражаемся за веру, дом, и отечество. Т.е. не за веру, царя, и отечество, а за веру, дом, и отечество. Это фактически объявление отечественной войны, т.е. будем биться до конца. На любой такой войне, в общем-то, всегда появляются свои легенды, и, конечно, Хяухя это одна из них, и, в общем-то, известен по всему миру. Почему к нему, собственно, и было такое паломничество после войны, уже в 90-е, 2000-е годы приезжали, с ним встречались. Похоронен он, собственно, в родных местах, на кладбище посёлка Руоколахти. Будете там проезжать, можно заехать, очень маленькая, скромная могила. Но там на ней как раз силуэт финского солдата в белом маскхалате, и там фактически всегда есть цветы. Т.е. для их он герой. Да, сейчас можно спорить, изучать и т.д., но всё равно они снимут фильм, где он там, наверное, как 300 спартанцев, только он там будет один. И, действительно, да если не 700…

Д.Ю. 800.

Баир Иринчеев. 800 хотя бы он там наверняка положит наших красноармейцев.

Д.Ю. Очередями.

Баир Иринчеев. Да. Там явно наши будут как орки лезть, но никакой дискуссии по этому поводу, что «а может, он не столько убил?», «может, всё было не так?» в финском обществе абсолютно нет. И если кто-то начнёт поднимать голос, то ему, наверное, начнут сразу поступать угрозы зарубить топором на улице, или зарезать финским ножом, потому что там они… вот в этом плане они гораздо более обидчивы, чем наши, с моей точки зрения.

Д.Ю. Проиграли, чё. Конечно, обидно.

Баир Иринчеев. Хороший пример этого это как раз когда 2 молодых магистра истории 30-летних решили немного покопаться в биографии Лаури Тёрни, который ещё один финский герой, о нём нужно говорить отдельно уже в рассказах о второй войне 41-44 года. Вот они, в общем-то, нашли документы, и в книге написали, что он считается самым великим финским воином, а на самом деле он был нацист, потому что он, да, он как раз в 40 году воевал в районе Леметти в 4 егерском, потом в 41 году поехал повоевал в СС на Донбассе и в Чечне, потому что именно там находилась 5 дивизия СС «Викинг», в тех краях. Потом, в 43 году, вернулся в Финляндию, стал финским диверсантом, в 44 году уехал после заключения перемирия с Советским Союзом, из Финляндии уехал в Швецию, из Швеции в США, поступил в армию США, и только во Вьетнаме его утихомирили. Только в 65 году его вертолёт сбили, он рухнул куда-то в джунгли, его нашли только в начале 2000-х. Ну и тоже в центральном музее оборонительных сил Финляндии вы увидите «Солдат 3 армий» - в финской форме, в эсэсовской форме, в американской форме.

Д.Ю. Есть чем гордиться.

Баир Иринчеев. Есть чем гордиться. Кстати, родился в городе Выборге, выборжец, правда, финский. Так вот, эти двое молодых людей сказали – а вы в курсе, что он вообще был нацист, вы в курсе, что он был категорически против перемирия между Финляндией и Советским Союзом, он вообще чуть ли не планировал военный переворот в Финляндии, чтобы только не замирились с СССР, и продолжили воевать за немцев. Так вот, эти 2 молодых человека начали получать угрозы жизни и здоровья, и были вынуждены нанять себе вообще-то охранников.

Д.Ю. Неплохо. Демократия, да.

Баир Иринчеев. 2 года назад, и книжка вышла на книжной ярмарке в г. Хельсинки, это премьера, когда выходят все новые, самые важные книги в Финляндии, это, конечно, стало большим скандалом, что мы думали, он хороший, а он…

Д.Ю. Он, оказывается, вон какой!

Баир Иринчеев. Да. Но это, опять же, абсолютно отдельная история. Есть такое ощущение, что в Финляндии тоже начинается определённый пересмотр.

Д.Ю. Я вообще смотрю – только пока был жив Советский Союз, всю эту мразь хоть как-то удавалось держать в узде, что все были вынуждены соглашаться, что нацизм это плохо, что служить в СС нельзя, что вот это вот подонки, что сотрудничество с нацистским режим это не хорошо. А теперь, оказывается, всё нормально было. Т.е. мордой об стол стукнуть некому, а наши красавцы всё это поддерживают изо всех сил, ну а что стесняться-то теперь.

Баир Иринчеев. В советское время была огромная самоцензура в Финляндии, т.е. да, были книги, да, были исследования, но это было скорее для как бы очень правых и для ветеранов. А сейчас это стало мейнстримом, я бы сказал.

Д.Ю. До добра не доведёт.

Баир Иринчеев. Ну, увы, опасаюсь, что не доведёт. Да, надо бы про Симо Хяухя написать исследование когда-нибудь, потому что легендарная личность, и интересная тема для исследования. Чтобы подытожить наш сегодняшний разговор, хотелось бы сказать, что как это ни странно, именно о трагических событиях в районе Леметти написана одна из, собственно, немногих художественных книг о Советско-финляндской войне. Называется она «Гибель дивизии», написал её петрозаводский исследователь, писатель, журналист А.А.Гордиенко, который, к сожалению, скончался в 2010 году. Это уже новое посмертное издание. 18 стрелковая дивизия перед войной базировалась в Петрозаводске, собственно, оттуда он и пошла к своей, к сожалению, гибели в районе Леметти. Но те, кто вернулся, все вернулись в Петрозаводск, и все родственники остались в Петрозаводске, поэтому эта книга написана как будто дневник одного из сотрудников политотдела 18 стрелковой дивизии, т.е. такая повесть в форме дневника, основанная на документах, на интервью. Да, может, она с какими-то перегибами, но лучше ничего о финской войне у нас из художественных произведений не написано вообще.

Д.Ю. Личный состав может где-то закупить?

Баир Иринчеев. Да, собственно, под роликом ссылка на opershop, так что эту книгу можно приобрести в опершопе…

Д.Ю. Это вот этот крест?

Баир Иринчеев. Да, это как раз и есть крест скорби, очень нейтральный, т.е. там такой крест и его с двух сторон обнимают 2 матери. Т.е. одна мать это Россия, вторая это Финляндия. Т.е. памятник 2000 года поставленный, и на данный момент это самый крупный памятник Советско-финляндской войне, который у нас есть. Находится он как раз в тех самых местах, где как раз был уничтожен наш котёл на развилке дорог Леметти, так что если как-нибудь будете в тех краях путешествовать, заезжайте, посмотрите. К сожалению, там нет большого количества информационных табличек, но там об этом сражении 40 года напоминает огромнейшее количество братских могил и памятников, т.е. они буквально через каждые 500 метров идут вдоль дороги, что показывает о том, что бывает, когда командир даёт слабину. Несмотря ни на что всё-таки командир это капитан корабля, должен даже в безнадёжной ситуации что-то пытаться делать, потому что ситуация, скорее всего, была небезнадёжная, что показывает ситуация в соседней дивизии Бондарева.

Д.Ю. Жутко.

Баир Иринчеев. Да. Но ещё, конечно, нужно сказать, что для поднятия боевого духа в Финляндии, для поддержания общего нормального общественного мнения в Финляндии, конечно, это сыграло свою роль. И для финнов, наверное, это такая важная и славная страница военной истории. Для нас это очень печальная и трагическая страница нашей военной истории, которая была очень на долгое время забыта просто, что вообще такое было. Но, к счастью, хотя бы эта книга вышла в начале 2000-х, в Карелии она стала бестселлером, т.е. это уже 3 издание. Давно она не выходила в бумаге, так что, пожалуйста, можете её приобрести в магазинчике opershop.

Но ещё раз подчеркну, что в целом в эти же самые дни, когда, в общем-то, при выходе из окружения застрелилось всё командование 34 легкотанковой бригады, в эти же самые дни, когда наши бойцы в окружении по ночам просто ничего не видели, потому что у них началась куриная слепота из-за недоедания, и финны просто подходили и их забрасывали гранатами, в это же самое время промежуточная линия финской обороны прорвана под Выборгом, и ситуация на Карельском перешейке к западу от Ладожского озера для финнов складывается уже близкой к критической. С каждым днём положение финской армии только ухудшается. Поэтому следующий наш рассказ это окончание боевых действий на Советско-финляндской войне. Уже была просьба рассказать про шлюзы Сайменского канала, что с ними случилось – их реально взорвали или не взорвали, и что там вообще было под Выборгом. Как закончились боевые действия, где стояли наши части на 12 часов дня 13 марта, когда официально вступило в силу перемирие, и какие уроки извлекла из этого Красная армия, армия Финляндии, и все наши западные партнёры.

Д.Ю. Спасибо. С нетерпением ждём следующего.

Баир Иринчеев. Спасибо.

Д.Ю. А на сегодня всё. До новых встреч.

Вконтакте
Одноклассники
Google+


В новостях

15.07.17 13:05 Баир Иринчеев о боевых действиях в Северном Приладожье, комментарии: 15


Комментарии
Goblin рекомендует заказывать одностраничный сайт в megagroup.ru


cтраницы: 1 всего: 1

Kasan
отправлено 17.07.17 03:11 | ответить | цитировать # 1


Есть в этом и грусть и какая та тоска, но это боевая слава, такая у нее цена.

Обязательно буду пересматривать все лекций по финской войне. Впереди ждет разбор полетов и подведение итогов - самое интересное.



cтраницы: 1 всего: 1

Правила | Регистрация | Поиск | Мне пишут | Поделиться ссылкой

Комментарий появится на сайте только после проверки модератором!
имя:

пароль:

забыл пароль?
я с форума!


комментарий:
Перед цитированием выделяй нужный фрагмент текста. Оверквотинг - зло.

выделение     транслит

CTRL+ENTER

интересное

Новости

Заметки

Картинки

Видео

Переводы

Проекты

гоблин

Гоблин в Facebook

Гоблин в Twitter

Гоблин в Instagram

Гоблин на YouTube

Видео в iTunes Store

Аудио в iTunes Store

tynu40k

Группа в Контакте

Новости в RSS

Новости в Facebook

Новости в Twitter

Новости в Google+

Новости в ЖЖ

реклама

Разработка сайтов Megagroup.ru

Реклама на сайте

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru


Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк