Григорий Прядко - Крёстный отец: дон Корлеоне против Солоццо

Новые | Популярные | Goblin News | В цепких лапах | Вечерний Излучатель | Вопросы и ответы | Каба40к | Книги | Новости науки | Опергеймер | Путешествия | Разведопрос - Культура | Синий Фил | Смешное | Трейлеры | Это ПЕАР | Персоналии | Разное

02.10.22


01:40:48 | 218111 просмотров | текст | аудиоверсия | вконтакте | rutube | дзен



Д.Ю. Я вас категорически приветствую. Григорий.

Григорий Прядко. Дмитрий Юрьевич.

Д.Ю. Давно не виделись.

Григорий Прядко. Давно.

Д.Ю. Накопилось?

Григорий Прядко. Не то слово.

Д.Ю. Про что сегодня?

Григорий Прядко. Сегодня мы будем говорить про эпизод из фильма “Крестный отец“, который мы условно назовем “Турок Солоццо и наркотики“. Мы уже рассмотрели два эпизода. Первый, это была свадьба. Это эпизод, где нас знакомили с действующими лицами. Показывали кто есть кто из положительных, условно, героев этого фильма. Условно. Все там плохие на самом деле. Второй эпизод. Это Хейген в Голливуде, где нам проиллюстрировали возможности семьи Корлеоне. По большому счету этот эпизод, кроме этой иллюстрации, роли другой не играет. Он на сюжет фильма не влияет вообще. Фильм... В книге это как-то обыгрывается, а для фильма... А сейчас мы обсудим наверное, на мой субъективный взгляд, для завязки сюжета... Для развития сюжета самого фильма. Самый важный эпизод. Потому, что если бы этого эпизода не было... Если бы там... Опять мое личное мнение. Не было бы всего одной фразы, которую произнесет всего один человек, то, наверное, судьбы героев, они бы могли развернуться совершенно по-другому. Там, я не знаю, как это правильно назвать... Когда все повернулось иначе. Итак. Мы вначале пройдемся по этим сценам как они были выстроены в фильме. Все, что связано с Турком Солоццо и со встречей с этой судьбоносной между Солоццо и Корлеоне. Параллельно посмотрим как это отражено в романе. Затем мы обсудим как вообще обстояло дело с наркоторговлей в те времена. Сразу, да, скажем, что наркотики - это плохо. Чтобы никто не подумал ничего. Да. Мы тут ничего не пропагандируем. Мы исключительно с целью обличения этого зла будем давать какую-то информацию. Больше того, вся информация, которая будет касаться названий и каких-то нюансов, связанных с переработкой одного вещества в другое, она есть в открытых источниках. Мы ничего там секретного не поясняем. И затем в конце мы даже попробуем... Не знаю как это правильно сказать. Поспекулируем в хорошем смысле слова. Попробуем все-таки выяснить кто такой был этот Солоццо. Потому, что это очень интересный персонаж. И у Пьюзо намеренно, не намеренно, раскиданы такие намеки на то, кто он мог быть. Во всяком случае откуда он взялся. Да. И как-то попробуем сложить... Посмотрим, что получится. Итак. У нас начинается обсуждаемый эпизод со сцены встречи между доном Корлеоне, Томом Хейгеном и Сонни Корлеоне. Когда они начинают говорить об этом Турке. Виргилио или Вирджиле Солоццо.

Д.Ю. По-русски Виргилий. Да.

Григорий Прядко. Ну, Виргилио... В переводах пишут Виргилио. Дон Корлеоне спрашивает Тома Хейгена не устал ли он. Том Хейген говорит: “Я вот приехал, уже успел поспать“. То есть, получается по фильму, что встреча происходит на следующий день после... На следующее утро после возвращения Тома Хейгена от Вольца. Выходит так. И сразу затем начинают все эти трое обсуждать кто такой Турок Солоццо. Хейген достает папку и говорит, что: “Солоццо по кличке “Турок“ ловко умеет обращаться с ножом, если это необходимо для бизнеса. Он в Турции имеет свои маковые поля. У него на Сицилии этот мак перерабатывают в героин. И ему очень нужны наличные, очень нужна защита от полиции. И он готов за это отдать часть своего бизнеса. И за ним стоит в Нью-Йорке семья Татталья. Параллельно нам показывают приезд Солоццо в офис дона Корелоне. То есть, события, которые происходят буквально на следующий день. Затем мы обратно возвращаемся в сцену этого предварительного обсуждения. Дон Вито Корлеоне спрашивает: ”Какие были у Солоццо отсидки?” И Хейген ему отвечает, что: ”Солоццо успел отсидеть дважды. Один раз в Италии. Другой раз здесь в США”. И подчеркивает... Такая фраза. Она немножко выбивается из контекста. Во всяком случае в фильме. ”Считается крупнейшим наркоторговцем”. Как будто на совещании докладывает какой-то...

Д.Ю. И про него никто не знает.

Григорий Прядко. Считается крупнейшим... Дон Вито спрашивает совета сына. Сонни Корлеоне жует орешки, говорит: ”Ну, как... Ну, можно заняться. Порошок приносит деньги. Почему бы не заняться?” И Том Хейген тоже говорит: ”Если мы сейчас этого не сделаем, то наше место займут конкуренты. Переманят наших полицейских, наших судей и так далее. У нас сейчас есть профсоюзы и азартные игры, но наркотики, это будущее. Без этого никуда. От этого не уйти.

Д.Ю. Как в воду глядел.

Григорий Прядко. Да. Ну, тут дон Вито проявляет какую-то странную нерешительность. Он делает вот так вот. И на этом сцена заканчивается. В романе ситуация, как это обычно и происходит в данном фильме, выглядит немножко по-другому. И она более развернута, и логически в ней более понятно что к чему и почему. Сразу скажу, что в комментариях к одному из предыдущих выпусков у нас было там упомянуто кем-то из зрителей, что есть вырезанные сцены из фильма. Естественно. Да. Там есть вырезанные сцены. Действительно. Мы обсуждаем сейчас тот вариант, который видели зрители в кино. То есть, сцены, которые дошли до широкого зрителя. Итак. Что в романе происходит. Я сейчас буду, в том числе, цитировать сам текст. Текст цитирую по переводу Марии Иосифовны Кан. Это наш классик перевода. Недавно скончалась. Она прожила весь XX век и умерла лет шесть или восемь назад. Переводила все, что только можно. Хороший переводчик. Итак. Доклад, который делает Хейген дону Вито Корлеоне, происходит не на следующий день после возвращения Тома Хейгена из Голливуда. А происходит... То есть, Хейген вернулся из Голливуда во вторник. А доклад происходит вечером в четверг. То есть, 30 августа 1945 года. В тот самый день, когда по книге обнаруживает голову коня у себя в кровати Вольц. Это мы узнаем из начала второй главы. Там это четко прослеживается. От Хейгена мы узнаем следующую информацию. По книге... Она звучит так. Что нужны Турку Солоццо деньги, хотя бы миллион долларов, и хоть какая-то защита от закона. Тут тоже Том Хейген говорит, что: “Солоццо занимается наркотиками. За ним стоит семья Татталья“. И как описывает Пьюзо бизнес Солоццо: “У Солоццо есть связи в Турции. Там выращивают мак. Оттуда Солоццо переправляет его на Сицилию. Это несложно. На Сицилии мак перерабатывают в героин. Для страховки можно изготовлять морфий. Похоже, что производить героин на Сицилии совершенно безопасно. Единственная сложность - ввозить наркотики сюда и распространять их. А также начальные издержки. Миллион долларов наличными под ногами не валяется“. Сразу есть несколько нюансов по поводу перевода. Героин не из морфия делают. Героин делают из морфина. Морфий, это...

Д.Ю. Я тактично промолчал.

Григорий Прядко. Это открытый источник. В “Википедии“ можно все это увидеть.

Д.Ю. Это у Булгакова морфий. А на ампулах написано “Морфин“. Соответствующей процентности.

Григорий Прядко. Да. Поэтому... Там процентность... Тоже сейчас дойдем до этого. Сразу скажу. Один к десяти примерно. То есть... Ну, по-разному. Я средний называю. И что говорит про личность Солоццо Хейген. Опять буду цитировать. “Солоццо прозвали “Турком“ по двум причинам. Первая. Он долгое время жил в Турции. По слухам у него там жена и дети. Вторая. Говорят чуть что хватается за нож. Во всяком случае хватался когда был молод. Но только в интересах дела. Он человек с прошлым. Дважды сидел в тюрьме. В Италии и в Штатах. Всем известен как торговец наркотиками. Поскольку его считают главарем. При таком прошлом. Ему никогда не выступать свидетелем на суде. Кто обеспечит ему неприкосновенность. Кроме того у него здесь в Америке есть жена и трое детей. Он хороший семьянин“. Что странно. У него там в Турции жена и дети.

Д.Ю. Действительно хороший семьянин.

Григорий Прядко. Все нормально у него. Да. И здесь Сонни тоже высказывает свое согласие с тем, что надо заниматься наркотиками. В книге. Но, опять-таки, в книге он немножко иначе, чем в фильме... И Сонни что говорит по книге? “Белый порошок, это большие деньги. Но и опасность большая. Можно загреметь в тюрьму лет на 20. Я бы сказал, если держаться в стороне от самих операций...“ Он, кстати, здраво рассуждает. “...Взять на себя только защиту и финансирование“. То есть, уйти от всей этой розницы. От соприкосновения с героином напрямую. “...То, пожалуй, неплохая идея“. И нам Пьюзо через мысли Хейгена, он это нам подает. Подчеркивает, что сами по себе эти мысли... В логике, опять-таки, семьи Корлеоне и того времени. Они здравые. Хейген тоже с этим соглашается и в принципе так и хотел бы поступить будь он на месте дона Вито Корлеоне. И под занавес этой сцены в романе происходит вот что. Дон Корлеоне уже собирается уходить и вдруг... “У тебя в записях значится каким образом Турок кормился до войны? От проституции кормился. Как ныне семья Татталья. Ты это себе пометь, а то забудешь“. И получается, если мы следуем книге, что по большому счету дон Вито Корлеоне все знает и так. Для него получение информации от Хейгена... Мое мнение. Это не столько что-то новое он хочет узнать. Он проверяет как Хейген с информацией работает. Ведь Хейген будущий консильери. Человек, который должен ему что-то выдавать. И это больше даже экзамен для Хейгена нежели попытка услышать для себя что-то новое. А Хейген, он эту информацию знает, но просто поскольку все знали как чопорен дон Корлеоне в вопросах, связанных с сексом... В бизнесе с проститутками... То Хейген эту информацию умолчал. Чтобы не портить впечатления о Турке Солоццо перед этой самой встречей.

Д.Ю. Да. Уже однозначно испортишь.

Григорий Прядко. Да. Но прокололся. Потому, что не учел, что его шеф-то имеет разные источники информации. Это о чем говорит? У тебя есть официальный докладчик, но ты его перепроверяешь по своим каналам. Чтобы не быть зависимым от одного только канала.

Д.Ю. Я бы даже больше сказал. Это абсолютно здраво. Этот может физически что-то не знать. А вот эти наоборот. Знать про другое. Да.

Григорий Прядко. Умолчать. Как в данном случае Хейген поступил. Чтобы... Свою продавить линию. Точки соприкосновения. Чтобы их было больше. Он информацию просто до шефа не донес. Вот и все. А информация нужна была.

Д.Ю. Это ровно то же самое, как, например, если мы тут делаем деньги, а партнер по намечающемуся бизнесу, например, гомосексуалист. Каковых гражданин не выносит на дух. И никакого бизнеса не будет просто потому, что ему вожжа под хвост попала. Не потому, что деньги плохие или еще что-то не так. У меня... И не только у меня. Если к тебе человек испытывает положительные симпатии, будете работать. Не испытывает... Никакие деньги никого не заинтересуют. Потому, что у него в башке на первом месте его эмоциональное отношение. “Ты вот тут что-то не так сказал, здесь ты не так посмотрел. У тебя нос, лысина... Еще чего-то там. Я с тобой работать не буду“. Все призывы обратить взор на евреев... Давайте размышлять про гешефт. Нет? Не нужны деньги? Ну, живите как хотите. Вот из этого все и проистекает. А потом будут говорить о загадочной русской душе. Это не загадочная душа. Это глупость. И там то же самое.

Григорий Прядко. Естественно. И даже, как говорится, если какая-то работа пойдет, потом всплывет. На каком-то этапе это все равно выйдет боком. Всем причем. Теперь перейдем к самой сцене встречи. Да. То, что мы видим в фильме. Солоццо заходит в офис, со всеми здоровается. Они какую-то наливку... И Солоццо говорит дону Корлеоне, что он ищет человека со связями, с влиянием, ему нужен миллион наличными. Ему нужны политики, которых дон Корлеоне держит у себя в кармане. Он обещает дону Корлеоне 30 процентов от бизнеса. Это 3-4 миллиона долларов в год на начальном этапе. На вопрос про семью Татталья, который возникает, Солоццо успокаивает дона Вито Корлеоне: “Они будут получать с моей доли. Вы за это даже не переживайте“. И дон Вито Корлеоне подытоживает, он говорит: “30 процентов за финансирование, политприкрытие и юридическую защиту“. Солоццо ему кивает. Дон Вито Корлеоне ему наливает эту наливочку и говорит: “Я встретился с вами потому, что слушал к вам нужно относиться с уважением“. И потом садится с ним рядом и говорит... Опять вопрос про уважение. Да. Момент, он очень интересный. В книге он обрисован иначе совершенно. И мягко ему... Дон Вито Корлеоне отказывает. Говорит: “Политики не будут вмешиваться в грязный бизнес“. И вот тогда Солоццо говорит: “Не волнуйтесь за эти деньги. Семья Татталья“. И здесь происходит то самое, что меняет судьбы всех действующих лиц. Как всегда, это делает дурак Сонни, который лезет поперек батьки... Из-за его плеча. Как же он... “То есть, за наши вложения поручится семья Татталья?“ И показывает обзорный кадр всех персонажей. Все такие... “Кто тебя за язык тянул?“ Вот. Если так говорить серьезно, там видно, что в этот момент Турок Солоццо, он понял, что нужно делать. То есть, вероятно замысел происходящего... То, во что все выльется дальше. Он родился именно в эту минуту у него. Мы сейчас когда подойдем к описанию сцены в книге, это будет вообще очень хорошо понятно. После этого в спешном порядке, пока Сонни что-нибудь еще... Дон Корлеоне спроваживает...

Д.Ю. Извинялся за сына. “Извините. Плохо воспитал я своего сына“.

Григорий Прядко. Да. Что как-то тут не учел. И вот он ему выговаривает, когда остаются наедине. Дон Вито и Сонни Корлеоне. Уже после ухода Турка Солоццо. Дон Вито ему говорит: “Ты никогда никому не говори, что ты думаешь. Зачем? Куда ты несешь вот это все? Мало того, что ты там спутался с какими-то там...“ Свадьбу имеет в виду эту недавнюю. “Мало того, что ты там пьешь...“ Ну, и так далее. Показывает, что ничего больше делать не надо. Затем в офис вносят цветы от Джонни Фонтейна. А дон Вито Корлеоне просит, чтобы к нему вызвали Луку Брази. И когда к нему приходит Лука Брази, он ему говорит: “Лука, я тебя прошу внедриться в семью Татталья. Скажи, что ты обижен“. Ну, и так далее. Короче он странный. Потому, что все знают... Ну, это же все знают. Что Лука Брази, это человек-револьвер. Который беззаветно предан дону Корлеоне. У которого не то, что мыслей быть чем-то недовольным нет... У него вообще мыслей нет как таковых. И делать засланца из Луки Брази, это... Я не знаю.

Д.Ю. Ну, как атомную бомбу бросить на деревню.

Григорий Прядко. Да. И зачем это все? Клеменца послал бы.

Д.Ю. Клеменца... Организовать в первую очередь.

Григорий Прядко. Да. То есть, это все конечно смешно. Когда дальше обсуждать фильм... Что Луку Брази “вскрыли“ мгновенно. Получил он удавку на шею. Тут же. Теперь вернемся...

Д.Ю. Я считаю, что его даже и не вскрыли. Просто на всякий случай сразу задушили. Зачем... Как в художественном фильме “Казино“. “Сдаст, не сдаст?“ - “Он служил в морской пехоте. Отец у него серьезный человек“. Зачем все это? Вот. Не надо ничего проверять.

Григорий Прядко. Конечно. Тут... Блин. Это мощнейший прокол. Колоссальный. У дона Вито Корлеоне. Как ситуация выглядит в романе? Встреча Солоццо происходит на следующий день после совещания с Хейгеном и Сонни. То есть, в пятницу 31 августа 1945 года в 10 часов утра. Нам описывают Солоццо, что это, по восприятию окружающих, исключительно опасный человек. Только Лука Брази пожалуй казался опасней, чем Солоццо. Даже подчеркивает этот момент Пьюзо. Даже дон Корлеоне не казался таким серьезным и опасным человеком, как этот Турок. То есть, тут прямо жестко рисуют... Что говорит Солоццо? Опять цитирую. “Владельцы маковых полей в Турции берутся поставлять ежегодно твердое количество сырья. Во Франции под надежным прикрытием налажено производство морфия. На Сицилии абсолютно надежное производство героина. Ввозить сырье во Францию и на Сицилию вполне безопасно в мыслимых для подобных случаев пределах. Ввозить готовый товар в Соединенные штаты...“ Я не понимаю. Некоторые вообще не понял. “Ввозить готовый товар в Соединенные штаты значит терять 5 процентов“. Что терять? Почему 5 процентов?

Д.Ю. В следующий раз посмотрим в оригинале.

Григорий Прядко. Да. Там от третьего лица передаются слова... “ФБР ты не подкупишь. И все же доходы предвидятся огромные. Опасности практически никакой“. Итак. По роману Солоццо просит тоже деньги. Но просит два миллиона долларов. Да. И тоже он надеется на связи дона Корлеоне в судах, в правительстве. И так далее. Долю обещает Солоццо уже 50 процентов. От своего дохода. То есть, по большому счету за вот эти два миллиона, которые... Тоже вопрос зачем они ему нужны. Вообще вся эта сцена... Начинаешь разбирать, она просто не логична. Ну, сейчас мы к этому подойдем. Обещает ему уже 50 процентов. То есть, 3-4 миллиона долларов якобы будет получать на первоначальном этапе дон Корлеоне. Ну, то есть, какой объем бизнеса у Солоццо планируется в ценах 1945 года. Это 6-8... Может быть 10 миллионов долларов. Умножаем это все на 20, опять-таки, примерно, и мы понимаем, что там просто какое-то... Да. И дон Вито Корлеоне, опять же, здесь отказывает Турку Солоццо. Но эпизод с уважением опять всплывает в этой сцене. Он, повторюсь, выглядит совершенно иначе, чем в фильме. Вот, что говорит дословно... Я процитирую по книжке “Крестный отец“. Дон Вито Корлеоне. Как он обращается к Солоццо: “Я дал согласие встретиться с вами из уважения к семейству Татталья. Потому, что слышал, что вы серьезный человек, так же достойный уважения“. И здесь на самом деле в словах дона Вито Корлеоне есть ирония. Потому, что Татталья, как и Солоццо в прошлом, завязаны на проституцию. На сутенерскую деятельность. Что для мафии в США конечно было допустимо, но все равно считалось бизнесом таким... На грани. А для дона Корлеоне... Он же такой патриарх сицилийский. И мы уже знаем какое его отношение к этим вещам. Это было, мягко говоря, неприемлемо. Поэтому когда про уважение говорит, упоминая семью Татталья, дон Вито Корлеоне, это он говорит: “Я вас так же уважаю, как семью Татталья“. Мягко говоря. И он это усугубляет. Он обращается к Турку “сеньор Солоццо“. А на языке мафии, когда ты кого-то называешь “сеньор“, особенно если это человек чести, это унижение. “Сеньором“ называть, особенно если действующий мафист, нельзя. Это все равно, что ты, не знаю, к вору в законе обратился “товарищ“.

Д.Ю. Или даже “гражданин“.

Григорий Прядко. И вот в этом контексте получается, что, в отличие от фильма, не уважительно попрощался с Турком Солоццо дон Вито Корлеоне, а попрощался он с ним так, что очень интеллигентно, понятно только для своих, он его послал. Да. И Турок Солоццо на первоначальном этапе проглотил конечно. Но потом-то... И в книге иначе звучит фраза Сонни Корлеоне. Он говорит: “То есть, Татталья обеспечит нам сохранность капитала и не потребует за это процентов?“ Да? Ну, и опять подведем итог всего этого. Мы уже знаем характер Сонни. Он там бегал, гонял репортеров, гонял агентов ФБР. Он волочится за кем ни попадя. Причем делает это не скрываясь. Он потом еще дров наломает. И Солоццо это понимает. Как пишет Пьюзо: “Глаза Солоццо вновь сверкнули. На этот раз удовлетворенно. Он нашел брешь в крепости Корлеоне. Солоццо понял, что этот парень умом не блещет. Но при этом он стремится покомандовать. Он хочет показать, что он не лаптем щи хлебает. У этого человека нереализованные амбиции. И в романе это тоже подчеркивается. Прямым текстом. “Сонни наскучило смотреть на мир из отцовских рук. Ему хотелось самостоятельно вести крупное дело. Вроде того, какое собирается предложить Солоццо“. Турок Солоццо просчитывает это все мгновенно и делает в этот момент ставку на силовое решение конфликта. “Папу уберем. Поскольку папа категорически против. С сынком как-нибудь постараемся договориться. Неважно как. Потом будем решать. Спишем на семью Татталья эту ликвидацию. Еще что-нибудь“. Но это человек, для которого деньги стоят на первом месте. И значит надо решить вопрос сначала с папой.

Д.Ю. С твоего позволения. Сначала морфий... А тут: “Круговая мышца“. Кольцевая. Повнимательнее присмотрюсь. Так. Да.

Григорий Прядко. Но в целом понятно, что при всех нюансах сам перевод...

Д.Ю. Хороший.

Григорий Прядко. Да. Конечно. И что интересно... Как нам в фильме показан этот эпизод. Там Аль Леттьери. Он играет Турка. И видно, у него так... ”Сейчас будем решать”. Великолепно актер сыграл. Теперь поговорим о том, как все обстояло с наркобизнесом на самом деле. Мы с Климом Александровичем делали в свое время ролики про мафию и наркобизнес. Их, по-моему, два вышло. Но мы сейчас сделаем с прицелом на момент, когда происходит действие фильма и действие книги. Забегая вперед, скажу так... То, что я цитировал, описывает Марио Пьюзо. При всем уважении к нему, как к автору, это на 90 процентов ерунда. Ситуация обстояла, мягко говоря, иначе. Тогда. В середине 1940-х. Ну, и на 1950-е годы. Начнем с чего? В 1874 году Чарльз Ромни Элдер Райт научился случайным образом производит диацетилморфин. Он о нем скоро позабыл. И в 1897 году Феликс Хофман, который, кстати, изобрел до этого аспирин... По-моему, до этого. Он снова сумел синтезировать диацетилморфин, который он назвал, вероятно он назвал, “героин“. Почему? Хофман обнаружил, что диацетилморфин по действующему своему эффекту в 10 раз сильнее морфина. Морфин примерно в тех же пропорциях сильнее по своему действию опиума. На тот момент у врачей была странная логика. Они опиумную зависимость пытались вылечить переходом человека на более сильнодействующее вещество.

Д.Ю. Надо было попробовать.

Григорий Прядко. А как иначе понять? Вдруг работает? А от морфиновой зависимости путем перевода человека на героиновую зависимость. Замечательная тема. И почему-то... Кроме всего прочего... Ну, героин, его же использовали активно в ходе Первой мировой войны. Когда пытались кучу раненых, это безумное количество, избавить от мучений. Но в том числе почему-то считалось, что героин очень хорошо помогает при кашле.

Д.Ю. Это правда. Ну, не героин. Для кашля потом выделили кодеин. И продававшийся в советской торговле... Например, кодеин на сахаре. Так и назывался. Десять копеек упаковка. Кодеин и кто-то еще был. Не помню. Жрать надо было упаковками. Берешь упаковку кодеина. Сожрал 10 таблеток. И таблетку наксерона. То есть, эти... Которые следом... 25 рублей стоил набор. Когда по 10 копеек уже продавать перестали. Вон у нас этот... Некрасовский рынок. Какой он там? Мальцевский когда-то был. Лиговский проспект... И улица Некрасова. Вот там грузины продавали все время. У них, видимо, изготавливали. 25 рублей набор стоил.

Григорий Прядко. Сразу кашель вылечить можно.

Д.Ю. Да. Ничто с кашлем так не борется, как кодеин. Он именно на какие-то центры действует... Но не героин. А героин, видимо, в составе которого был кодеин, он... И кашля не стало.

Григорий Прядко. Другие проблемы появились. Но не кашель. Не до кашля становится. На такие мелочи уже не обращаешь внимания. Так или иначе очень скоро начали выпускать героин, как раньше морфин. Они тоже, по-моему... Его в пузырьках стали делать и продавали в аптеках. Но потом внезапно вдруг выяснилось, что героин вреден. И с начала XX века начали потихоньку пытаться избавляться от этого вещества. Вводить его в какой-то более строгий оборот. В 1912 году подписали, так называемую, Международную опиумную конвенцию в Гааге. Которая пыталась все, что связано с опиатами ввести в управляемое русло. Потом, по-моему, в 1914 или 1915 году в США запретили свободный оборот героина. В России, по-моему, его запретили в 1925 году. В 1925 году дополнили гаагскую конвенцию введением квот на выращивание опийного мака.

Д.Ю. Ну, тут, извини, перебью. По всей видимости происходили... Все это как обычно ускользает. То есть, из-за чего принимались такие решения? По всей видимости размах употребления уже был такой, что надо было что-то решать. Срочно запрещать, изымать из продажи.

Григорий Прядко. Тем более США - лидер свободного мира. Естественно там этого всего уже столько появилось, что... Они же не зря в 1930, по-моему, году создадут бюро по борьбе с наркотиками. То есть, они поняли, что с этим надо бороться. Как производят, опять-таки, героин? То есть, главное вещество, это опиум. Опиум получают каким образом? Есть опийный, он же снотворный, он же сонный, мак.

Д.Ю. Могу прочитать короткую лекцию. Берется деревянная палочка. Из нее делается такая маленькая... То есть, длинная палочка и поперечина. Потом берется бритва “Нева“. И много-много этих кусочков... Стебель. Из него торчит... Это речь про опиумный мак. Который растет на территории Российской Федерации, он не годится. Не та консистенция. А то, что в Азии растет и южнее... Ну, вот. Из него... После этого его в воду. И оставалось такое... Это как раз опий. При советской власти поллитровая банка стоила 15 тысяч рублей. Я обращаю ваше пристальное внимание, что... Будьте уверены. Не могу сказать, что это нынешний размах имело. Но все, кто хотел, все это... 15 тысяч рублей поллитровая банка. Использовался местными жителями... Я в Узбекистане жил. Местными жителями использовался. Мололи через мясорубку. После этого заваривали напиток. Трухи насыпал, налил, стакан засадил. Крепчайший сон гарантирован. То есть, там на старости лет...

Григорий Прядко. Успокоительное средство.

Д.Ю. Да. Попутно все опиаты... Все опиаты, они вызывают жесточайшие запоры. То есть, там не просраться потом очень долго. Можно жрать катаные... Ну, и тебя нахлобучивает... Эффекты описывать не будем. Оно тебя нахлобучивает и ты типа... В какие-нибудь часы часами можно смотреть. Это называется приколоться. Ну, как... И вот ты на это смотришь. Оно порождает глубочайшую задумчивость. Тебе кажется, что гениальные мысли... Сожрал. Можно еще... Ну, а потом это... Как обычно со словами бывает. А теперь “прикол“, это совершенно другое. Но термин строго наркоманский. Вот. Можно крикливым детям. Когда ребенок орет беспокойно себя ведет. Ну, вот в Молдавии, например, тряпочку макали в вино и младенцу... Младенцу. Можно представить кто там вырастает в итоге. Они не наркоманы, но серьезно контуженные граждане, если вот такое...

Григорий Прядко. Еще не сформировавшиеся. Там же еще...

Д.Ю. Пользы ничего... Из веществ, которые вызывают приятные ощущения. Ничего из этих веществ никакой пользы не несет. Ну, и плюс еще дедушки, именно дедушки, дедушки опий курили. Вот там шарик, уголек... Как это... “Однажды в Америке“. Где там... Помнишь? Опиумная курильня. Там с одного... Там так... Мама не горюй. Даже если запор внезапно пройдет, ты не заметишь. Очень серьезная вещь. Но молодежь там таким не занималась. Почему-то было... Это для старых... Им жить уже осталось... А эти вот нет. Это, повторюсь, даже в Советском Союзе было. Блин. Не считая конопли. Так сказать. Да. Ну, оно же это... Оно же из глубины веков. То есть, это не то, что кто-то придумал, еще чего-то. Химического производства не видел никогда. Вообще не слышал, чтобы у нас героин был. Героин нет. Вообще не слышал. Это потом уже... Это все дела прихода свободы и демократии. И построения светлого демократического будущего. Вместе с этим все... Ну, а у них, соответственно... Вот они... Извини, перебил. То есть, собрав вот это, так сказать, сырье для изготовления, дальше нужны лаборатории. Лаборатории... Многие, наверное, смотрели сериал “Во все тяжкие“. И, возможно, сделали вывод, что специалист нужен. Там, кстати, очень хороший момент был. Когда Густаво Фринг искал другого химика. А как? Он говорит: “Ты-то как?“ Он говорит: “93 процента чистоты“. Говорит: “А этот 97“. - “Там же всего 3 процента. Это же разница никакая“. На что тот: “Да? Да это пропасть“. Да. Вот про пропасть очень хорошо. То есть, нужны лаборатории. При разумном подходе все это должно быть разнесено. Ты там сей, урожай собирай... Точно так же, как в Южной Америке. Вот склоны Кордильер под правильным углом. Утренний туман. Вот здесь выросло. Размололи. А потом повезли... Там уже будем перерабатывать.

Григорий Прядко. Кстати, сейчас про Турцию будем говорить. Вот схема один в один такая. Сейчас подробно тоже поясню. А с чего все начиналось? Начало XX века. Были следующие главные центры, где культивировался мак. Ну, первый, это Индокитай. То есть, там французы когда превратили всю эту территорию в свою колонию, они там все засеяли опиумным маком.

Д.Ю. Первые были англичане, которые...

Григорий Прядко. Первые были англичане.

Д.Ю. Да. Которые покупали чай у китайцев. Платили за него серебром. А потом эти деньги из китайцев было не вынуть. Для этого они в Индии... Я не помню. В Бенгалии или где-то там. Они принялись сеять мак, из него делать опий, и насильно погружать китайцев в наркоманию. Очень активно.

Григорий Прядко. Ну, я просто... Про опиумные войны Клим Александрович нам рассказывал много всего. Добавить-то нечего. А в 1916 году французы запретили выращивание сонного мака опийного. Но на колонии этот запрет не распространялся.

Д.Ю. Денежки-то неплохие. Французы это поняли. При этом когда говорим какой мерзавец Солоццо, чего-то никто не говорит какие мерзавцы в Британской империи жили. Гораздо большие мерзавцы. Если померить количество, сколько они опия китайцам спихнули, так это и сейчас еще никто не победил такие объемы.

Григорий Прядко. Так они не просто спихнули. К 1930 году китайский опиум вообще доминировал. Который стали выращивать в Китае. Там же вообще была патовая ситуация. Дело в том, что и с китайским опиумом ничего не могли вообще сделать. Не могли почему сделать? Главный поставщик опиума... Был такой Ду Юэшэн. Это зеленая банда, так называемая. Зеленая банда находилась под Чан Кайши. Гоминьдан.

Д.Ю. Это замечательные люди, которые сейчас сидят на острове Тайвань.

Григорий Прядко. Да. И кричат о свободе. Ду Юэшэн возглавлял в движении Гоминьдан силовое крыло. Они в 1927 году устроили в Шанхае такую дикую резню коммунистов, по сравнению с которой бледнее вообще все. Можно почитать. Куча есть на эту тему информации. Это были очень свободолюбивые и демократические люди.

Д.Ю. По-настоящему свободные.

Григорий Прядко. Конечно. Естественно. Больше того, Чан Кайши сделал Ду Юэшэна главой бюро по борьбе с опиумом. Да. Они так с этим боролись, что пока не удалось выпереть Гоминьдан из материкового Китая, с китайским опиумом было сделать ничего не возможно. А ужасные коммунисты начали бороться с этой дрянью. Но они это делали не демократично. Это другое.

Д.Ю. Это преступление было. Да.

Григорий Прядко. Они преступным путем боролись с честным, демократическим опиумом. И так далее. Другим центром потребления был Иран. Производства и потребления. Реза шах такой...

Д.Ю. Пехлеви.

Григорий Прядко. Да. Они тоже конечно пытались на своем уровне в Иране как-то взять это все под контроль. Производство мака и так далее. Но у них 10 процентов населения наркоманило на тот момент. И лишь к 1955 году удалось хоть как-то в Иране ввести в разумные рамки потребление и производство этого самого мака. Ну, и потребление опиатов. То есть, там тоже ситуация была страшная. Правда, это отразилось на том, что в Афганистане сразу же стали...

Д.Ю. Да. Там... Могу ошибаться. На границе с Афганистаном там жили белуджи. Где этот... Белуджистан. Так вот. На границе с Афганистаном они устроили 200-километровую безлюдную зону. Там нельзя было жить никому. Чтобы нельзя было ничего перетащить. Караваны там отслеживали, бомбили. Помню рассказы, как через советскую границу ишаки, накормленные опиумом... Вот я этих рассказчиков про наркотики очень люблю слушать. ”Ишака надо накормить опиумом и он как побежит...” Спать хочется. Куда ишак побежит? Идиоты. Блин.

Григорий Прядко. Он просто встанет и будет срать. Или не будет. И наконец третьим главным центром производства опиума была Турция. Та самая. Там в начале 1920 года... В начале XX века производилось от 200 до 480 тонн опиума в год. Да. Ситуация была какая? Турки очень долго не присоединялись к гаагской конвенции. Они не хотели ничего там регулировать. И так далее. Объяснялось это двумя причинами. Понятно, что с этого хорошо получали. Во-вторых, там... Кто правил тогда? Мустафа Кемаль. Во-вторых, правительство Кемаля рассчитывало на то, что рано или поздно придется конвенцию подписывать, но: “Пока мы упрямимся, мы выбьем себе побольше квот под официальное выращивание“. То есть, пытались войти в рынок легального производства опиатов. В США в конце концов их додавили. Турков. И в 1932 году турки объявили о том, что они подписывают конвенцию. Разделили производство опиума... Выращивания мака. Прошу прощения. Ну, и производства веществ всех этих. На легальные и нелегальные. И в результате произошла очень интересная ситуация. Никуда естественно нелегальный рынок не делся. Торговля опиумом, морфином и некоторым количеством героина, она была... Как вы говорите. Разделена не несколько точек. То есть, был центр производства. Это, как правило, Анатолия. Районы восточной Турции. Как раз в тех местах, где курдское население... Сбыт происходил главным образом через территорию Ливана. Сейчас тоже объясним почему. А сделки, во всяком случае самые крупные, они заключались в основном в Стамбуле. И на момент до Первой мировой войны главными игроками с турецкой стороны, главными оптовиками, были не мусульмане, а еще остававшаяся христианская часть турецкого населения. То есть, там был такой грек Элиопулос, это был ростовщик и посредник очень крупный. Там был Василь Аркан. Или Артин. Тоже турецкий грек. То есть, эти все люди это были самые крупные игроки на рынке. В 1930 году объем их работы был какой... Пытались сбыть 40 килограммов героина. То есть, мы понимаем, что у людей уже тогда было с размахом все хорошо. Как опиум, морфин, ну, и в том числе героин от них шел на рынки сбыта. На основные. То есть, главным пунктом переработки опиатов с начала XX века стала Франция. Это тоже произошло не случайно. Во-первых, Франция была очень высокоразвитая в промышленном отношении страна. В том числе там была сильнейшая в Европе химическая промышленность. Университеты, огромное количество людей, которые выпускались из этих университетов в качестве профессиональных химиков. Которым надо было где-то, в том числе, зарабатывать. Кроме всего... Да. И в этой части Франция будет доминировать. В плане своего химического производства. До 1970-х годов. Это очень долго продлится. Кроме того у Франции были великолепные порты. Один Марсель чего стоит. Кроме того Франция была колониальной державой очень долго. Там до Второй мировой войны было снисходительное отношение к наказаниям за сбыт наркотиков. До 1935 года скорее всего одним из крупнейших, если не крупнейшим, игроком на французском наркорынке был некий Луи Леон. Официально он был модным парижским ресторатором. Но в реальности этот из Парижа рулил именно поставками наркотиков за пределы Европы. Работал он с Арнольдом Ротштейном. Такой был гангстер еврейского происхождения. Который... Видимо он наркорынок для США и открыл. Да. И благодаря Леону очень долго именно Париж был центром, где заключались основные наркосделки. С кем работал Леон? Он работал с указанными турками. А сырье заходило через Марсель. В Марселе, как в главном южном порту Франции... Был такой Поль Карбон. Итальянский француз. Француз итальянского происхождения. И тогда же стали появляться фабрики по переработке опиума уже... Морфина в героин.

Д.Ю. Он, наверное, был Карбоне. Это с английского перевели. Точно.

Григорий Прядко. Ну, тут ведь нужно понимать... То есть, они... Тем более понятно, что Бонапарт – Бонапарте. Да. То есть, даем фамилии, понятно, с поправкой. В 1935 году Леона наконец-таки поймали, и в конечном итоге он вылетел с рынка. Подробностей не помню. Ну, лавочку прикрыли. И уже после этого окончательно Марсель стал таким европейским хабом в плане наркотиков. То есть, туда сырье поставлялось. В окрестностях оно перерабатывалось. И там же заключались все крупнейшие сделки...

Д.Ю. Трансатлантические.

Григорий Прядко. Да. Главную роль в Марселе играли кто? Это, так называемые, условные, корсиканцы. Которые недалеко базируются от Марселя. И юг Франции территория... Которые смешались, в том числе, с мигрантами итальянцами, которых тоже было очень много на юге Франции. Ницца. Банально говоря, только в 1860 году стала Францией. До этого она была территорией королевства... Сардинского королевства. Он же Пьемонт. Что происходило в этот момент в США. В 1929 году...

Д.Ю. С твоего позволения замечу. Когда у нас многие страдают от засилья граждан из известных южных республик. Ну, вот. Посмотрите на Францию. Это вам кажется... Сицилия великолепная. Корсика волшебная. А как только они куда-то переселяются, там почему-то сразу возникает, так называемая, диаспора, в недрах которой разрастается местное ОПГ. Которое занимается известными делами. Наркотики, проституция и всякое такое. Никто их не любит. Да.

Григорий Прядко. Так они никуда не делись все.

Д.Ю. Ну, а мы все это переживаем. Поскольку кровавые совки все перемешали, смели все границы. И всех людей объявили людьми. Это было неправильно. Сейчас вернемся обратно. Не все люди.

Григорий Прядко. Не все люди люди.

Д.Ю. Да. Только те, кто может зубами, когтями, клыками выгрызть себе место под солнцем. Вот это люди.

Григорий Прядко. Итак. Убивают Ротштейна в 1929 году. Разворачивается потом Кастелламмарская война. Мы знаем. Мы про эти события говорили. В ходе которой а арену итальянской преступности выходит Лаки Лучано. Лучано же становится активнейшим наркоторговцем. Этот человек вообще был всеяден. Занимался и крышеванием проституток. За что, кстати, его в свое время поймали.

Д.Ю. Я так подозреваю, что он чисто... Поскольку вырос в Америке. То он, проникшись духом предпринимательства... Да. Здесь деньги, тут деньги. Почему от них надо отказываться?

Григорий Прядко. Я тут тоже Лучано немножко интересуюсь. Есть... Как всегда возникают разные мнения. Есть мнение такое, что Лучано конечно очень много приписывают того, что он не делал. В связи... Прежде всего... Как раз в 1930-е годы господа вроде Дьюи пытались сделать такого... И на него сваливали... Ну, понятно, что если ему чего-то и приписывают, то парень этот был, мягко говоря, не безгрешный. И наворотил столько, что... Все у него было хорошо с этим делом. Лучано начал первым толкать наркотики в Голливуд. Мы об этом в прошлой передаче говорили. Там ему конкуренцию стали составлять чикагцы в лице Фрэнка Нитти. Почему появилось Чикаго? Потому, что было два главных источника... Двое ворот для поступления героина в Америку. Это был Нью-Йорк. И это был канадский Монреаль. А Марсель город французский. Монреаль город канадский, где сильна франкоговорящая община. Поскольку, тоже об этом говорили, Канада двуязычная страна. Англо-французская. Она даже делится географически... Два таких региона. Наркотик заходил в США через эти северные ворота, через Монреаль, с контрафактным алкоголем. То есть, эти братья, которые контролировали половину производства виски в мировом масштабе. Они завозили виски. Вместе с ним шли партии героина. Все было в США поставлено очень хорошо. В 1939 году, как мы знаем, началась Вторая мировая война. И для США ведь это была очень долгое время просто война морская. Да. Что-то, что там далеко происходит. Флоты бьются. И так далее. Но, в соответствии с законами диалектики, в отрицательном и в плохом надо находить хорошее. Война началась, снизилось количество наркоманов в США. Очень сильно. Просто потому, что рухнуло судоходство и контрабанда стала невозможна. Параллельно с этим происходит что? В 1940 году в Индокитай, на фоне того, что капитулировала Франция, заходят японские войска. То есть, отмирает источник, где производится этот самый мак. Остается для США какой источник поступления опиума, морфина, героина? Это Мексика. Там некоторое количество, пускай не очень хорошего качества, мака выращивалось. Работали с мексиканскими поставщиками. Ну, это был такой запасной канал. Он проблему не решил. Посмотрим в динамике. В 1938 году было изъято из оборота на территории США 602 килограмма опиума. В 1938 году. В 1939 году 116. В 1941 всего лишь 29. А в 1945 уже 101. В 1946 уже 127. То есть, мы видим эту кривую. Кстати говоря, 1945 год. 101 килограмм опиума изъяли. Понятно, что если изъяли 101, то ввезли 1001. Даже если посмотреть, чего Солоццо собрался ввозить? Что там вообще у него должно было твориться?

Д.Ю. Ну, то есть, либо всех склонить к употреблению. Непонятно как. Интернета же не было.

Григорий Прядко. Да. Как вообще задумывал? Война закончилась, и рынок опять наркотический очень сильно изменился. Французы вроде бы как стали наконец свободными. Но в 1946 году у них разворачивается Индокитайская война. То есть, этот источник опиатов, он так для них и остался закрытым. Реза шах наконец в Иране тоже стал обрезать поставки и производство опиатов. В 1955 году они полностью наложили запрет в Иране на производство у себя опиума. На выращивание мака и производство опиума. В 1967 году они, правда, заново начнут это делать. Ну, остается какой главный источник? Остается Турция. В Турции тоже были изменения. Заключались они в чем? Как только Турция утратила статус султаната... Вот эта империя рухнула. Все больше и больше экономика стала делаться именно национальной. Мусульманской. То есть, больше всего пострадали кто от этих изменений? Естественно люди, которые исповедовали другое вероисповедание. Опять же, со всем уважением к любой вере. Это только мы описываем процессы, которые происходили, в частности, в Турции. И после Второй мировой войны уже эти описанные игроки рынка, о которых я говорил... Это греки и армяне. Они отходят на второй план. И появляются уже новые деятели. Это именно турки. Это Ахмед Сейсал, Али Осман Тютер. Был такой Назим Калкаван, который был владельцем громаднейшей компании, которая была одним из крупнейших турецких транспортных холдингов. Кораблей у них было очень много. В которых, в частности, перевозили наркотики. В том числе. А Назим Калкаван был, кстати, другом Яна Флеминга.

Д.Ю. Это который “Джеймса Бонда“ написал? Какие друзья.

Григорий Прядко. Да. А кто такой Ян Флеминг, можно почитать по его биографии. Тоже... Как все завязано. Так вот. По-прежнему большинство сделок заключалось в Стамбуле. По-прежнему товар производился в районе Анатолии. Это восточная и юго-восточная Турция. А сделки по-прежнему... Товар по заключенным сделкам по-прежнему уходил через Сирию и Ливан. Откуда уже следовал из Бейрута во Францию. Что здесь тоже происходило. То есть, все плантации у турок делились на разрешенные и запрещенные. Крестьяне, которые по лицензии выращивали мак, они должны были сообщать планируемое количество будущего урожая. Естественно, что проконтролировать кто там чего выращивает в этих горах, где тем более курды, было практически невозможно. На 1945 год примерный показатель засеянных маком полей по площадям составлял около 17 тысяч гектаров. И минимум 15 процентов легально произведенного мака уходило... Только легально произведенного. Уходило в незаконный оборот. То есть, там объемы были чудовищные. И ситуация была какая? Люди жили очень бедно. Государство покупало у крестьян опиум по цене 50 лир за килограмм. Несколько долларов. Немного. Лира тогда была не то, что сейчас, но... А вот допустим контрабандисты и оптовики могли предлагать по 200-300 лир уже за килограмм. Да. И даже штраф 30 лир за незаконный оборот опиума, который тогда был административным, или что-то вроде этого, наказанием в Турции... Извините меня. Лучше эти 30 лир переплатить, когда тебя накажут. Такая маржа чудовищная происходит. Соответственно уже оптовики продавали опиум примерно по 50-70 долларов за килограмм. 10 килограммов опиума давало около килограмма морфина. Морфин обходился уже примерно в 700-1000 долларов. Ну, и какие цены были дальше. Дальше начинается запределье. То есть, на старте 200-300 лир. То есть, несколько долларов за килограмм опиума. Я цифры приведу на 1970-е годы. Но с поправкой на инфляцию. Плюс некоторые данные... Можно понять, что они не очень сильно изменились. Я цифры брал из данных одной итальянской парламентской комиссии. Надеюсь ничего не перепутал. Итак. Героин. После того, как его покупал, условно, какой-нибудь сицилийский делец. Он ему вставал в Марселе в 3-4 тысячи долларов. Ну, не важно как этот героин уходит в США. Через сицилийца, через того же там корсиканца. Вопрос отдельный. В США героин стоил уже 18-22 тысячи долларов. Крупный оптовик в Америке его продает уже среднему оптовику. Это 32-36 тысяч долларов. Тот умножает каждый килограмм на 4 поскольку он его смешивает. И здесь продает уже розничному по 17 тысяч за килограмм. Что если...

Д.Ю. По 17?

Григорий Прядко. Объясню. Что уже 68 тысяч долларов за чистый килограмм. Дальше. Розничный делец тоже это смешивает все в пропорции один к четырем. Килограмм героина превращается в 60 килограммов смешанного героина. А это 45 тысяч разовых доз по пять долларов за штучку. И вот мы понимаем какие суммы выходят на другом конце всего этого рынка. Так у вас один килограмм из десяти этого героина пройдет, а девять у вас перехватят, допустим, бдительные таможенники. Вы с одного килограмма заработаете столько, что вам хватит просто на все. Это прибыльность этого рынка. Понятно почему разговор в книге и в фильме идет, что за этим рынком будущее. Прибыльность была чудовищная. Она была просто нереальная. И как поставлялся опиум и морфин в Европу непосредственно по самой схеме. Итак. Был перевалочный пункт на южной границе. Это город Килис. Разные варианты произношения. Это город на турецко-сирийской границе. Всего 10 километров до границы с Сирией. И оттуда... Килис представлял из себя такой уже хаб контрабанды. Там все было. Там прямо под открытым небом в 1940-е годы начиная от героина... Все лежало, никто за этим не смотрел. Все, что можно продать, обходя госпошлину или продать незаконное... Там просто... Понятно, что за всем этим смотрели, кто надо. Получали свою долю. Но это был просто такой чудовищный центр контрабанды всего. Ну, и надо же сказать о приграничье. Ведь когда делили Турцию демократические английские и французские силы, они же очень все сделали грамотно. То есть, разделили единый регион... То есть, Газиантеп оставили за Турцией. Алеппо, которое входило в Османскую империю, уже отдали Сирии.

Д.Ю. Это что получается? Французы заложили атомную бомбу под Сирию?

Григорий Прядко. Вы все врете. Больше того. Они ее под Ирак заложили.

Д.Ю. Что же они границы по линейке чертили? Ох.

Григорий Прядко. И эти люди учат нас жизни. То есть, допустим, турецкий... Он же составлял единое экономическое пространство в рамках Османской империи. Ну, где у нас Ван? Ван это Турция. Мосул, это у нас...

Д.Ю. Ирак.

Григорий Прядко. То есть, искусственно был возведен барьер, который до сих пор служит... Мы все понимаем источником каких проблем. Но на тот момент времени особенно... Люди на границы не смотрели. Одна семья живет в Алеппо. Ее родственники живут в том же самом Килисе. “Чего нам ваши границы? Мы тут веками работали вместе. Нам на вас наплевать“. В самом Ливане и в Сирии выращивали опиумный мак. Проблема была в чем? Во-первых, Сирия же очень своеобразная страна. Пустыня, пустыня, пустыня, оазис. Или прибрежные зоны. Мак рос так от Алеппо или от Бейрута далеко, что из Турции было ближе его доставлять и удобнее. Плюс мак, который рос в Сирии и в Ливане, он был очень плохого качества. То есть, там нельзя было, так, как с анатолийского, получать такого хорошего качества сырье.

Д.Ю. Сирийские мичуринцы были не того уровня.

Григорий Прядко. Да. Они не совсем были правильные. Ну, и что? Поступал этот опиум, условный, в Бейрут. В Бейруте работал такой Аль Хури, который контролировал главную часть контрабандистов местных. Вот они-то назывались левантинцами или турками. То есть, это были команды несунов. Жизнь у них был короткая и сложная. Естественно. Поскольку была конкуренция. Поставив они в Бейрут товар... Дальше он уже отправлялся во Францию. Почему в Бейрут? Почему Франция? Опять же, возвращаемся к колониальным временам. Бейрут связан с Францией... Ливан связан с Францией колониальными связями. Просто потому, что с 1920 по 1943 годы Ливан находился под французским управлением. Как раз после окончания Первой мировой войны. В Бейруте крутились громадные французские деньги. В Бейрут же бежали после событий 1915 года в огромном количестве... В Турции... Бежали армяне. Огромное количество этих армян из Бейрута... В силу того, что Бейрут связан с Францией. Затем переехало во Францию. В тот самый Марсель. И чем естественно эти люди там... Уже сказали. Чем они там занимались. Известно чем. Одна часть условных армян находится в Бейруте, а половина их родни осела в Марселе. Так вам... Со всем уважением.

Д.Ю. Без разницы кто это. Да. Национальность роли не играет.

Григорий Прядко. Мы здесь только говорим о природе возникновения контактов. Ну, естественно там были армяне. Турки. Там же были эти самые корсиканцы. Там же были итальянцы. Сицилийцы. И откуда тут появилась Сицилия? Почему Сицилия в какой-то момент времени стала центром... Ну, это уже в 1970-е годы. А началось это все с чего? Сицилия, это идеальный перевалочный пункт. Там узенький пролив до Африки. Узенький пролив до Европы. Туда удобно выгружать контрабандным путем партии товаров. Их переправлять в Палермо. От Палермо уже можно до Неаполя. И оттуда уже, чтобы это все уходило в Марсель. Плюс уже у сицилийской мафии вместе с корсиканцами были налажены все эти пути работы. Поскольку они табаком занимались очень активно. То есть, по большому счету надо было просто переквалифицироваться. С поставок табака на поставки сырья для производства героина. Все предпосылки у людей сложились. Тут единственное, что нужно понимать. До 1970-х годов Сицилия была очень таким игроком второго плана на наркорынке. И когда мы читаем и слышим то, что говорит Турок Солоццо, что там есть героиновые фабрики на Сицилии... Друзья, на Сицилии в тот момент времени, в 1945 году, мафия занималась тем, что она забивала скот и отправляла его на мясные рынки. Кошмарила коммунистов, поскольку охраняла интересы крупнейших землевладельцев. Там был в 1940-е, в 1950-е годы отстрел всего, что связано с коммунистическим движением. Сумасшедший совершенно. Корлеонцы этим занимались с большой любовью и уважением. Никаких технических возможностей... А именно наличия лабораторий с хорошими агрегатами для химических реакций. Ни, тем более, каких-то профессиональных химиков на Сицилии на момент, когда нам показывают действие фильма “Крестный отец“ не было физически. До 1970-х... Хорошо. Может быть что-то кто-то и пытался. Но в масштабе таком, чтобы там делали высококачественный героин... Такого не было совершенно точно. Затем уже, после того, как будет разгромлена вот вся эта марсельская братва, стараниями, в том числе, администрации президента Никсона, огромное количество привыкших хорошо жить французских химиков переместится на Сицилию. И они там будут открывать в промышленных масштабах эти самые героиновые лаборатории. Но это будет много позднее. Четверть века. Не меньше. Поэтому то, что тут нам рассказывает Солоццо, это все... Это все шляпа. Пример приведу. Занимались конечно сицилийцы наркобизнесом. Ну, вот под Лаки Лучано ходил некий Розарио Манчино. Он в 1950-е годы благодаря Лучано организовал свой флот. У него кораблики курсировали от Бейрута до Марселя. То есть, он там что-то пытался делать. И вот к вопросу о том, как пытались заниматься производством героина. Вот Манчино открыл под Бейрутом консервный завод, на базе которого синтезировали морфин. Он там же попытался производить героин. Там вот если для марсельского героина стандартом было 90 процентов очистки, то в Бейруте, не говоря уже о Сицилии, Манчино выше 70 процентов выработать не мог. А кому нужен твой 70-процентный, когда тут вот красота происходит. Так что конкурировать с французами ни у кого не получалось. Поэтому во Франции только и могли делать то, что нам рассказывает Турок Солоццо. В Италии... В Италии самой тоже были лаборатории по переработке опиума. Но эти лаборатории были сосредоточены даже в 1940-е, в начале 1950-х годов на севере Италии. Это были лаборатории в Милане. Допустим там была компания “Чапарелли“. Фармацевтическая фирма, которая гнала под контролем корсиканцев на французский же рынок героин. То есть, это были запасные лаборатории для именно корсиканской... Корсиканских группировок. Ну, и что происходило в самой Франции после Второй мировой войны. То есть, там рынок занимали Антуан де Гостино, там был Франсуа Спирито. Эти все люди... Это все корсиканцы коренные, которые жили в Марселе. Почему с ними было очень сложно бороться. Потому, что многие из них были героями Сопротивления. Как ни странно.

Д.Ю. Героями-антифашистами.

Григорий Прядко. Антикоммунистами. Прежде всего. Или допустим они были сослуживцами Гастона Лефере, который был мэром Марселя. То есть...

Д.Ю. Братья по оружию. Закончилась война, а навыки куда-то надо применить.

Григорий Прядко. И жить всем хочется хорошо. То есть, все это было очень плотно завязано. О том, как сотрудничали сицилийцы с корсиканцами. Они же... У них же схожий менталитет. То есть, это люди, которые буквально... Ну, островитяне, южане, преступная составляющая... Они друг друга называли “кузенами“. То есть, у них... У них были совместные свои...

Д.Ю. Темы.

Григорий Прядко. Да. Темы. Ну, а что касается США, куда поступал этот наркотик, то там... Я уже упомянул. С 1930 года начало работать Федеральное бюро по борьбе с наркотиками. Которое, в отличие от ФБР, очень быстро выяснило, что мафия существует. И Гарри Анслингер, первый глава этого бюро, он как раз и стал говорить, что: “У нас не все хорошо с преступностью. У нас работают какие-то странные люди“. Но Гарри Анслингер, он же вообще выдвинул такую концепцию героинового заговора. Что существует некий международный концерн, который поставляет централизованно героин в США для того, чтобы подорвать США как государство. И, скажем так, в силу этого... Это же тоже делалось с прицелом на коммунистов. То есть, на почве этого у мафии был хороши плацдарм для разгона. А потом, когда поняли, что коммунисты не при делах, поняли, что при делах марсельцы...

Д.Ю. Я бы сказал очень хотелось обвинить коммунистов. Что им Фидель Кастро предоставлял аэродромы подскока, чтобы везти наркотики в Соединенные штаты. Не Багамские острова. Нет, это коммунисты.

Григорий Прядко. Пока был Батиста у власти, все было хорошо.

Д.Ю. Прекрасно было. Батиста был несправедливо... Государственный переворот.

Григорий Прядко. Конечно. Но чем считался героиновый бизнес, наркобизнес, для мафии в США? Вот эти опасения дона Корлеоне: “Грязный бизнес“. Кем были гангстеры, бандиты для Америки? Это были практически легальные люди. То есть, быть гангстером, это была работа. Быть бандитом, это была работа. Это, значит, у тебя, если тебе провезло и остался жив, может быть ночной клуб. Ты можешь выступать, в том числе...

Д.Ю. Общество спектакля. Никто не прячется.

Григорий Прядко. Конечно.

Д.Ю. Когда какой-нибудь Диллинджер радостно читал в газетах, что про него написали... Натурально дар речи теряю. Ты идиот? У них, кстати, вот точно так же, как и у нас. То есть, наше слово “вор“... Ну, и политический негодяй, и тот, кто крадет. И преступник в целом. Вот он всеохватный... А то, что ты какой-то там гангстер... Разновидность.

Григорий Прядко. На Руси для обозначения вора, как тайного похитителя чужого имущества, было наименование “тать“.

Д.Ю. “Ловко пользуется тать, что умеет он летать“. Так и сейчас так же. “Вор“, это высокое звание. А так “крадун“.

Григорий Прядко. Он только для дилетантов... Для правильных людей, это другое. И конечно если вдруг человек начинал заниматься наркотиками, то сразу же он, как бы, выпадал из этого легального поля. Потому, что, ну, одно дело ты бутлегер. Ты же людям помогаешь. Расслабиться хотят.

Д.Ю. Или банки грабишь.

Григорий Прядко. Да и чего ты там награбишь? Или ты азартными играми занимаешься. Ну, так ты людям помогаешь тоже расслабляться. Но когда ты занимаешься наркотиками, ты все-таки со здоровьем людям делаешь большие проблемы. И с тобой кто будет общаться? С тобой полицейский за одним столом не посидит. Сенатор к тебе на свадьбу не приедет. Будут проблемы. И вот именно эти опасения утраты легального статуса или около легального, они и двигали боссами американской мафии, когда встал вопрос о возможности заработать. В 1946 году произошла Гаванская конференция. На которую съехались все вот эти вот...

Д.Ю. Упыри.

Григорий Прядко. Да. Приехал туда Лаки Лучано. Был там Фрэнк Синатра, который пел. Мы это обсуждали. И одним из решений было что? Лаки Лучано, он же... Его уже турнули из США. Он с конца 1930-х жил... С конца 1930-х? Он уже жил в Неаполе. То есть, он налаживал связи между сицилийцами, он связывал воедино весь этот узел с Марселем. И когда он появился в Гаване, он предложил готовый продукт. “Ребята, я вам сейчас устрою поток. Нам надо решить как мы с вами будем работать“. И было решено как? Что официально семьи и их боссы, они дистанцируются от этой торговли. Но будут закрывать глаза, если кто-то будет этим заниматься в частном порядке. То есть, вот именно то, что дон Корлеоне и говорит. “Мы не будем касаться этого. Мы будем чего-то финансировать“.

Д.Ю. Сбоку постоим.

Григорий Прядко. Сбоку постоим. Но денежку... Не все конечно главы сицилийских... Американских семей. С этим согласились. То есть, допустим, Тони Акардо приплачивал своим бойцам за то, чтобы они не занимались героиновым бизнесом 200 долларов в неделю. Кстати, этот момент Пьюзо очень хорошо он его отметит. Когда будет в будущем сцена совещания глав пяти семей. Там прямо открытым текстом это будет оговорено. В самом фильме. Но как этим бизнесом занимались. Да. То есть, Джо Волаччи, он участвовал в схеме поставок героина. Он сбывал напрямую героин оптовикам в Гарлем. А кому сбывали? Разумеется любили сбывать черным. Нельзя говорить это слово ужасное “неграм“.

Д.Ю. Нам-то чего?

Григорий Прядко. Нам-то вообще по барабану.

Д.Ю. Выдумывайте что хотите. “Негр“, это по-русски “черный“. Многие не вы курсе.

Григорий Прядко. Как там? Какой-то есть... Что... “У нас на Руси негров называют неграми, женщин женщинами, а идиотов идиотами. И так будет всегда“. Поэтому... Это нормально. То есть, мафия, она концентрировалась через своих главных, скажем так, действующих лиц, которые занимались наркотиками на опте. В розницу “Коза ностра“ наркотик не сбывала. Занимались, в том числе... Гордон, такой был делец. Кто там еще был? Барнс, Бампи Джонсон. И так далее.

Д.Ю. Бампи Джонсон известный. Художественный фильм “Гангстер“. То есть, “Американский бандит“. Он вначале как раз на подхвате. Он сидел в Алькатрасе. Бампи он был потому, что у него была какая-то шишка. Шишка на башке была.

Григорий Прядко. Это понятно. Это не имя. Насколько были завязаны некоторые семьи на героиновый сбыт. Допустим, Бонана, там вообще каждый третий боец был завязан на героин. Допустим, Галанте. Он был консильери у Джо Бонано. Он как раз курировал направления поставок героина через канадские ворота. То есть, это все были поставки в основном... Шли от Франции. И во что это все выльется. Да. В 1957 году 12 октября Джо Бонано со свитой прибывает в Палермо. Его там встречают не только боссы сицилийской мафии, но и всякие разные местные чиновники. Выстраиваются перед ним почетным караулом. Все они едут по разным версиям... Бушетто говорит ресторан. Основная версия, что это был отель “Palme“, который вы знаете.

Д.Ю. Я там побегал.

Григорий Прядко. До сих пор стоит прекрасное здание. И там происходит саммит. На котором среди прочих вопросов обсуждается, в том числе, и упорядочивание именно сицилийского канала поставок героина в США. Как альтернативы, дублирующего канала для поставок... Альтернативы Марселю. Это все в конечном итоге приведет к возникновению первой палермитанской комиссии “Коза ностра“. И нескольких региональных комиссий. То есть, во что это дальше все выльется... Ну, теперь вернемся к фильму. Попытаемся реконструировать биографию Турка Солоццо. Итак. Его в романе даже дон Корлеоне называет неверным. В какой-то момент... Но это не означает тем самым национальную либо религиозную принадлежность Солоццо. Он просто скорее так его называет потому, что Солоццо жил в Турции. Такая это у него будет ирония. У нас говорится что про Солоццо? Что он только смахивал на турка. Он, судя по всему, из южной части Италии. Подчеркивается его южность: “Недобрые черные глаза, жесткие волосы, выпуклые глаза, кривой тонкий нос“. Такие черты лица. Вот эта южно-итальянская горячность. Хватается за нож. Плюс это факт. У него там жен везде. Да. То есть, он из южной Италии. Но при этом он, скорее всего, не сицилиец. Момент какой? Дон Корлеоне спрашивает у Тома Хейгена что он думает о Солоццо. Он его спрашивает: “Как по-твоему этот человек?“ И Хейген ему отвечает: “Он сицилиец“. Но до этого спрашивает дон Корлеоне мнение Хейгена про Вольца. И когда этот разговор, то под словом “сицилиец“ подразумевается синоним слову “мужчина“. Если в человеке крепость характера, крепость духа. То есть, для дона Корлеоне “сицилиец“, это скорее обозначение моральных, интеллектуальных и волевых качеств.

Д.Ю. Человек со стержнем.

Григорий Прядко. Но не принадлежность к какой-то национальной... Либо принадлежности... Да. Скорее всего... Скорее всего Солоццо и не человек чести. Почему? Потому, что когда речь идет о том, кто он, про него говорится, что за ним стоят Татталья. То есть, он не из семьи Татталья. Он из какой-то другой семьи. А про свою не вспоминает. То есть, это человек, который аффилирован, работает с какой-то семьей. В данном случае Татталья. Но... Про него даже не сказано, как сказали бы про человека чести. “Он то же самое, что и мы“. Та же самая вещь. Про него не сказали, что “он наш друг“ или “друг наших друзей“. Про него даже такой речи не идет. Тут еще нужно понимать почему он, скорее всего, не сицилиец и никак не завязан на сицилийскую мафию. Он себя запятнал сутенерством. Если, допустим, это для Америки хоть как-то... Но если ты занимался... Пытался заниматься сутенерством, будучи сицилийцем... Неважно где. В Америке до войны. Возможно. Или ты пытался это сделать в Палермо. Что было крайне маловероятно. Особенно при Муссолини. То ты уже ни под каким разрядом... Ты уже... Кто тебе руку будет пожимать? И, кстати, дон Корлеоне как обозначает? “Вы достойны уважения так же, как семья Татталья“. То есть, никак. “Сеньор Солоццо“. Вот оно все и вылезает.

Д.Ю. Он поэтому его сеньором-то и зовет.

Григорий Прядко. И уважение-то к тебе... Поэтому-то... Господин Вирджил Солоццо, это человек, скорее всего, откуда-то из Неаполя. У него налажены контакты с Францией. У него налажены контакты с Турцией. У него не может быть никаких героиновых... А Неаполь... Они считались очень хорошими контрабандистами. Поэтому наиболее вероятно... В Италии, не на Сицилии, а просто в Италии... Где-то в Италии Солоццо был судим первый раз. То есть, видимо, этот человек откуда-то из тех же самых краев. Скорее всего он принадлежал к какой-то банде. Возможно. Как-то так. Вот, что можно сказать об этом. Что можно сказать о мотивации Турка Солоццо. О том, как он... Что он пытался сделать. Для чего ему нужна семья Корлеоне непонятно абсолютно. Но говорит: “Дайте мне миллион“. Мы уже об этом говорили. Что ты будешь делать с этими деньгами? Ты и так крупнейший наркоторговец. Значит, у тебя должно быть все хорошо. Ты эти деньги куда пустишь? Для чего? В таком объеме. Если тебе нужна защита от возможных юридических проблем, то тебе нужна защита на уровне сенаторов. Основная масса контрабанды шла либо через курьеров, которых использовали вслепую, либо через тех курьеров, которых можно было контролировать. То есть, если, допустим, сицилиец или корсиканец поехал сопровождать груз, то у него же на родине есть семья, какие-то близкие люди. Он ничего не будет знать. Он может быть просто... Он будет знать... Ему скажут...

Д.Ю. “Здесь взял. Там отдал“.

Григорий Прядко. Да. Кроме того, основной-то ведь объем шел не с несунами. А он шел с партиями различных товаров. В апельсины закладывали героин. Ящик, в который вмещалось определенное количество апельсинов. И там их на пятьдесят штук один с закладкой. Или с кораблями, которые отправляли... Оливковое масло и прочие товары. То есть, проблема с контрабандистами не стояла. И уж тем более не стояла в глобальном масштабе угроза подрыва бизнеса из-за того, что кого-то из них схватят. Или что-то... Ну, и... Это допустимый ущерб в рамках бизнеса Турка Солоццо. Так что Корлеоне для Турка Солоццо вообще никак... И обещать ему 50 процентов бизнеса... За что? Да. За красоту?

Д.Ю. Ну, то есть, это... 50 когда... 50 процентов, это уже ход отчаяния. А чего они тебе такого сделали? Ради того, что они тебе дадут денег? Я не знаю. Эта самая семья, в которой... Сколько там у вас? Я конечно... С нынешними могу, так сказать, сравнивать. Ну, вот 500 штыков. Они все... Это члены организации. Они все миллионеры. Начнем отсюда. И чего ты там не можешь наскрести миллион? Ну, не смешно. Татталья с этим справился бы совершенно спокойно. Какие сенаторы? Сенаторы тебя в околотке прикрывать будут? Я бы понял, если ты в Сенате собираешься героин продавать. Там сенаторская крыша безусловно нужна. А на уровне полицейского околотка... Это вообще какое-то... Тут гражданин Пьюзо не додумал. Не додумал.

Григорий Прядко. А ведь еще какой момент. Если мы говорим о Нью-Йорке. Вопрос захода кораблей. Союз докеров целиком итальянский был. Его контролировали. У вас и здесь все хорошо. Возможность того, что попадется груз, она вот такая. Один из десяти.

Д.Ю. И вопрос типа... Например, они про коммунистов. А я всю жизнь вижу с другой стороны. Что, например, это их ЦРУ вместе с ФБР... Это они целенаправленно внедряют наркотики в социально опасные группы. Какие социально опасные? В первую очередь чернокожие, которые чем-то там недовольны. Соответственно наркотики, вы будете продавать в условном гетто. Так сказать. Среди черных. Да. Их травить будете. Если вы хотите сказать, что американским конгрессменам в те времена так близки были чаяния и переживания чернокожих граждан, ну, тут даже не смешно как-то.

Григорий Прядко. Если им нельзя было заходить в одни туалеты с белыми. По одной стороне улицы ходить.

Д.Ю. Сидеть на скамейке с надписью “Для белых“. Мое любимое. Что когда пленных немцев отвезли и гнали там колоннами... А по дороге немцев кормить надо. Немцев заводят в столовые, а конвой из негров на улице подождет. Нельзя туда заходить. Это страна, победившая нацистов. Блевотина. Блин.

Григорий Прядко. Град, на холме сияющий. Как они там... Ну, и подытоживая сегодняшнюю историю. Мы из этих трех сцен видим как складывается для массового зрителя... Из этих трех, которые мы... Это свадьба, это Голливуд и Турок Солоццо. Из них мы видим то основное, из чего сложился благоприятный образ, скажем так, бандита для массового зрителя.

Д.Ю. Я благородный, у меня есть принципы.

Григорий Прядко. Почему он так всем... Ну, вот давайте задумаемся. Есть семья Корлеоне. Они, вроде как, с одной стороны парни плохие. Но с другой стороны они плохие, но хорошие парни. Чем они зарабатывают? Они зарабатывают на бутлегерстве, на профсоюзах, азартных играх. Мы уже обсудили. Бутлегерство и азартные игры вообще помощь людям на самом деле. Профсоюзы, это помощь работягам, как это ни удивительно. Так себе, но тем не менее. То есть, нам ни слова не говорят как дон Корлеоне конкретно на тех же самых профсоюзах зарабатывает. И нам в фильме, обратим внимание, нам ни разу не показали как семья Корлеоне совершает преступления с целью наживы. Она ведь что делает, семья Корлеоне? Она отбивается от плохих семей. Помогает несчастному Фонтейну. А как они эти миллионы, которые потом у них пытаются забрать... Мы же этого не знаем. Этот негативный момент криминальной жизни, связанный с наживой, абсолютно игнорируется. И кому помогает дон Корлеоне. Не помогает кому-то, кто к нему приходит и говорит: “У меня есть партнер по бизнесу...“ Он помогает кому? Пекарю, у которого проблемы с женой. Защищает от несправедливого суда. Он кому еще помогает? Вот Джонни Фонтейн. Ведь когда... Джонни Фонтейн обратился с такой очень интересной просьбой: “Я хочу играть в этом кино. Это меня спасем“. Дон Корлеоне ему начинает помогать только тогда, когда убеждается, что для Джонни Фонтейна это вопрос жизни и смерти. А для Вольца это всего лишь эпизод производственной деятельности. Который на самом деле, если бы Вольц умел договариваться, никак бы на бизнесе...

Д.Ю. Наоборот. Вольцу бы за это дали денег, чтобы он пустил этого Фонтейна. А потом фильм бы...

Григорий Прядко. И в итоге Вольц в плюсе оказался. Ну, он потерял своего коня. По своей же вине. Сам дурак. А сколько ему этот фильм принес денег? Там же написано в романе, что фильм собрал... Как “Титаник“ был своего времени. И Вольц выиграл. Вдруг получается, когда мы анализируем сцены, что семья Корлеоне, это прекрасные люди. Со своими недостатками. Но они не такая мафия, которая ставит людей к стенке, грабит банки. И так далее. Это хорошие люди, которые претворяются плохими. Не более чем. И поэтому когда на таких людей смотришь, понимаешь: “Хочу быть как дон Корлеоне“.

Д.Ю. Конечно. Ну, тут как всегда в художественных произведениях. Хочет показать некие аспекты. Так сказать. Как какой-нибудь гражданин Звягинцев снимает художественный фильм “Левиафан“. И кроме говна там ничего не будет. Одни мрази, подонки, негодяи. Так получилось, что у него даже положительный герой мразь конченная. Все мрази.

Григорий Прядко. А вам еще не стыдно, что вы русские?

Д.Ю. Посмотрим. Тут у нас мрак, уныние. Там тихий ужас. Мы с Дементием поехали в эту Териберку. Приехали в солнечный день. Красота нечеловеческая. Отлично поели. Прекрасный город. Нормальные люди. Пообщались с удовольствием. Чего-то там... Но он берет некое явление. Из него то, что он хочет подчеркнуть, он вот это вот выпячивает. “А про это я вообще говорить не буду“. И в результате получается вот такой благородный бандит. Он благородный. Вот благородный. Он плохого не делает. Он вот такой хороший. И все естественно... Ну, “Крестный отец“. Да. Бывает и наоборот. Если мы возьмем большевиков, то говорить мы будем только про репрессии. Ничего другого в истории коммунизма не было. Только репрессии. Всех убили ни за что. При этом когда пытаешься: “Давайте в том же аспекте поговорим, например, про христианство“. Инквизиция и костры, на которых жгли живых людей. И что? Так нельзя? Нельзя? Как-то странно. При этом Пьюзо мы отдаем должное. Задачу выполнял отлично.

Григорий Прядко. И что даже вещи, которые начинаешь раскладывать на составляющие... В этот момент они обнаруживают... Он преподносит так, что ты их просто глотаешь на уровне не рассудка и разума, а на уровне восприятия. Ты этому веришь. И потом ты просто понимаешь, это ведь талант настоящий. Написать и показать так, чтобы даже вещь неправдоподобная казалась просто...

Д.Ю. А это и есть сила искусства. Когда человек владеет ремеслом и мастерски тебе изображает... Так, что у тебя эти “так не бывает“, “все было не так“, “полицейские говорят не так“, “бандиты себя ведут не так“... Нет. Это все отметается. И с удовольствием смотрим, читаем. Отличная книжка. Вот она. Да. Рекомендуем. Спасибо, Григорий.

Григорий Прядко. Спасибо вам.

Д.Ю. Приходи еще.

Григорий Прядко. Обязательно.

Д.Ю. С нетерпением. Фильм еще длинный. Впереди много...

Григорий Прядко. Успеем еще разобрать всякого.

Д.Ю. Да. На сегодня все.

Григорий Прядко. До свидания.


В новостях

02.10.22 12:55 Крёстный отец: дон Корлеоне против Солоццо, комментарии: 12


Комментарии
Goblin рекомендует заказать лендинг в megagroup.ru


cтраницы: 1 всего: 2

Босяш
отправлено 03.10.22 01:21 | ответить | цитировать # 1


Уважаемый рассказчик вызывает уважение.( извините за тавтологию).
Манера повествования (лично у меня) изначально вызывала раздражение, но потом зашла на все 100.
Отлично!!!!


Shoogo
отправлено 03.10.22 20:13 | ответить | цитировать # 2


Говоря о сне под апиоидами и алкоголем, как нас учит нейрофизиолог Мэттью Уолкер, на самом деле мозг впадает в состояние полного отключения и процесса восстановления организма, которым и является сон, не происходит.
А за видео благодарим, как всегда интересно.



cтраницы: 1 всего: 2

Правила | Регистрация | Поиск | Мне пишут | Поделиться ссылкой

Комментарий появится на сайте только после проверки модератором!
имя:

пароль:

забыл пароль?
я с форума!


комментарий:
Перед цитированием выделяй нужный фрагмент текста. Оверквотинг - зло.

выделение     транслит



Goblin EnterTorMent © | заслать письмо | цурюк