Тема ноябрьского конкурса:
"Про сельскую жизнь". Обязательное условие на этот раз всего одно: снимок должен быть сделан в сельской местности. Будет ли это среднерусский пейзаж, сценка из жизни зажиточной башкирской деревни, репортаж из бедной сакли высокогорного непальского аула или портрет дородной канадской доярки — вы уж сами решайте. Здорово будет снабдить свой снимок небольшим текстовым пояснением, информирующим уважаемого зрителя что именно и где точно снято.
По датам:
приём работ на конкурс начинается немедленно и будет продолжен до 5 декабря сего года. 5 декабря работы финалистов будут представлены на суд общественности.
В «Фотоцентре» Союза журналистов России открылась итоговая выставка первого в истории конкурса «Пресс-Фото Беларуси 2010», недавно завершившегося в Минске.
Своевременно окончили голосование по двум фотоконкурсам сразу. Один был, как сейчас помню — «Про хороших людей», а второй — «Про осень». В суперфинал вышли следующие работы:
Успех фотографа складывается из разных составляющих, я бы даже сказал — каждый раз разных. Можно их в равных пропорциях замешивать, заменять одни другими, что-то совсем исключать, взбалтывать, накладывать слоями или строго придерживаться «старинных рецептов». Но есть один элемент, без которого, считаю, ничего не получится совсем. Назовём его мотивацией. Именно он определяет сколько и каких усилий затратит фотограф на свою работу.
А если к мотивации прибавить ещё и опыт, умение и качественную фототехнику — скорее всего результат будет могуч. Или так и останется никому неинтересным без главной составляющей. Вот, например, красноармеец Некрасов из художественного фильма «Служили два товарища».
На закате советской власти вьетнамцев массово завозили для работы на предприятиях советской лёгкой промышленности. Многие не в курсе, но дорогие россияне уже тогда не хотели размножаться и работать на заводах, на фабриках, служить в милиции и в армии. Уже тогда, в конце восьмидесятых, везли людей из-за кордона. Ясен пень, россиянам это не сильно нравилось. Вьетнамцы у нас, что характерно, не прижились, и теперь их место заняли таджики и узбеки. Надо думать, дорогие россияне наконец-то счастливы.
Ну а когда вьетнамцев у нас было много, жили они в общежитиях. Где, как нетрудно догадаться, готовили любимую национальную еду. Например, жарили селёдку. Считалось, что именно жареная селёдка издавала адскую вонь. Но на самом деле вонял соус ныок мам.
Шёл четвёртый час ночи на 22 июня 1943 года. Война длилась ровно два года. Под Тулой было тепло и довольно-таки светло — ночь стояла лунная. К трём бойцам, пасущим лошадей на поляне, подошёл подтянутый гвардии капитан РККА и попросил отвести его к командиру. Полусонный комроты проводил гвардии капитана к начштаба одного из полков 323-й с.д. майору Иванову.
— Я из разведотдела штаба фронта, гвардии капитан Раевский,— представился офицер и протянул «фирменное» удостоверение, отпечатанное на шёлковой тряпице и подписанное, как положено, командующим фронтом, членом военного совета и начальником штаба. Оно произвело должное впечатление.
Капитан потребовал немедленной встречи с представителем штаба фронта — а когда тот прибыл, сделал неожиданное заявление:
— Я с той стороны. Мне нужен представитель «Смерш».
Вопрос. Для какой цели и в качестве кого вы были спущены на парашюте?
Ответ. Я являюсь немецким разведчиком, посланным в тыл Красной Армии для выполнения специального задания.
В. Назовите ваше настоящее имя?
О. Козлов Александр Иванович — моё настоящее имя.
Гоняя из угла в угол на острове Фукуок заметил, что вьетнамцы норовят хоронить своих мёртвых в самых неожиданных местах. Например, стоит на берегу моря рыбацкая времянка, а рядом – могила. Или здоровенное рисовое поле, а посередине поля – могила. С одной стороны – может, до кладбища далеко, не донесли, с другой – надгробья всегда основательные, видно, что именно здесь похоронили с умыслом.
Позже выяснил, что духи мёртвых вьетнамцев решительно поддерживают вьетнамцев живых. Поэтому чем больше родственников в одном месте захоронено, тем это место лучше для живущих. Ну и для зелёных насаждений, понятно, хорошо – урожайность повышается.
Поинтересовался у Тома – есть ли у них на острове кладбища. Том сказал что есть, и как раз нам по дороге одно попалось. Осмотр кладбищ – непременный элемент посещения заморских стран и народов. Само собой, в принципе все кладбища – всё те же воробьи: видел одно – считай, видел все. Однако есть различные национальные атрибуты, разглядывать которые всегда интересно.
В один прекрасный день закинули меня дела фирмы в западное полушарие – в Силиконовую долину. В общем-то, место само по себе не скучное, но перед самой поездкой случилось мне прочитать книжку «Америка с Михаилом Таратутой». Была такая телепередача в начале 90-х, а тут книжка подвернулась. Михаил Таратута провел ни много ни мало — десять лет в городе Сан-Франциско, штат Калифорния, и всячески наивыгодно его нахваливает. Признаться, желание посетить Сан-Франциско у меня возникло. А тут – Силиконовая долина. От города Сан-Франциско – 70 миль. Имея колеса, около часа езды.
В первый же свободный день я прыгнул в свою машину и рванул по сто первому шоссе строго на север.
Про любовь с первого взгляда врать не буду, первый блин, как и положено, вышел комом. Виноват я сам, плохо подготовился к посещению города Сан-Франциско (хоть и книжку прочел). А вся беда была в том, что в день заезда в Силиконовой долине было градусов 25 тепла, и я поехал во Фриско (так его тут некоторые называют) в одной футболочке. А в Сан-Франциско практически круглый год +17 градусов Цельсия. Плюс ветер с океана. Говорят, что в Сан-Франциско самый холодный день зимы мало отличается от самого теплого дня лета.
Новости
VIP
