Всем, кто не застал перестройку и не дышал замечательным воздухом свободы:
В 1991-м, после того как развалился Советский Союз, 15-ю бригаду ГРУ, где я тогда служил, «подарили» Узбекистану. Звание майора я получал приказом министра обороны Узбекистана. Летом 1992 года вспыхнула гражданская война в соседнем Таджикистане. Министр обороны Узбекистана Рустам Ахмедов приказал нам участвовать в «восстановлении конституционного строя республики Таджикистан». Был сформирован разведотряд специального назначения. Я был начальником штаба этого отряда. Состав отряда — около ста человек. Большинство — офицеры с афганским опытом. Кстати, нашим командиром был Владимир Квачков, тот самый, которого судили за покушение на Чубайса.
В Таджикистане два воюющих лагеря условно поделили на «юрчиков» и «вовчиков». «Юрчиками» считались те, кто был за светскую власть или еще за что-то такое, а «вовчиками» — те, кто оказался вроде бы в исламской оппозиции, ваххабиты то есть.
Впрочем, в оба лагеря записывались не столько по убеждениям, сколько по месту жительства и родству, и республика оказалась разделена по родоплеменному принципу. Памирцы, кулябцы, каратегинцы, гиссарцы…
Что там творилось!.. На перевале Шар-Шар мы насчитали тридцать жертв бандитов Мулло Аджика. В одном доме я видел труп двенадцатилетней изнасилованной девочки. На ее щеках и шее были следы от укусов, живот распорот... Рядом с ней в углу лежал еще один мертвый комочек — ее шестилетний брат. В овраге валялся труп их матери со спущенными шароварами... Не забуду гравийный карьер в нескольких километрах южнее Курган-Тюбе, заполненный телами расстрелянных кулябцев, частично обглоданных собаками. Всего там насчитали более трехсот пятидесяти трупов. Вырезали всех подряд, не глядя на пол и возраст, целыми семьями и кишлаками.
Всего гражданская война в Таджикистане, длившаяся с 1992 по 1997 год, унесла 85 000 жизней. Но полковник уверен: не будь там русского спецназа, счет мог пойти на сотни тысяч и не исключено, что Таджикистан как государство прекратил бы свое существование.
Заметка старая, но для любителей революций полезная.
Никто ведь уже не помнит — что это такое.
- Ряды тоже не удалось почистить? Переаттестация не сработала или вообще задачу неверно поставили?
- Задача абсолютно правильная, поскольку МВД как никакое другое ведомство нуждалось в обновлении и в «очищении». Но то, как проходила переаттестация — это просто бред. Она оказалась бессмысленной. Изначально этот процесс задумывался как фильтр, который должен был помочь отсеять недобросовестных сотрудников. В частности тех, в отношение кого были компрометирующие материалы, тех, кто плохо работал, на кого были жалобы, нарекания и так далее. Но в итоге за полтора месяца было переаттестовано 875 300 человек, а к дальнейшему прохождению службы не получили рекомендации всего около 7 тысяч сотрудников. Это около 0,6%, остальные 99,4% этот фильтр миновали благополучно. Но даже из отсеянных 0,6% каждый шестой (около 1300 человек) в итоге был переаттестован и назначен на должность.
Войны нет, погода нормальная, народ не восстал — что мешает делать нормально?
Реформаторы, my ass.
«Все годы, проведенные за рубежом, — признается певица, — я до боли тосковала лишь об одном — хмуром питерском небе. Как же я люблю эти серые, низкие облака, нависшие над городом. И как же мне их не хватало за границей! На кого-то они, возможно, действуют угнетающе, навевают грусть и печаль. Но только не на меня. Неудивительно, что свое первое жилье на Западе мы приобрели в Париже, небо над которым очень похоже на питерское. Как впрочем и сам город — серый камень и черные решетки, точно как в Питере. Как это у Максимилиана Волошина: «В дождь Париж расцветает, словно серая роза»… Мне очень не хватало Питера. Исключительно по этой причине в 1984 году мы со Славой купили дом и в Финляндии, в городе Лаппеенранта. Дело было зимой. Мы находились там на гастролях. В один прекрасный день решили прогуляться по улицам незнакомого города, и я просто ахнула. Абсолютно все: дома, улицы, воздух, небо, наконец, — словом, вся атмосфера была похожа на Петербург. Я сказала мужу: «Боже мой, мы будто в Ленинграде!» И Слава тут же предложил купить здесь дом. Ведь в то время о нашем приезде на родину и речи быть не могло. А так, став обладателями недвижимости в Лаппеенранте, всего лишь в 25 километрах от России, мы стали чуть ближе и к моему любимому Питеру. И хотя в том финском доме я бывала не так часто, но всякий раз приезжала туда с особым чувством радости и удовольствия».
«АиФ»: - Однако народ назвал те годы «лихие 90-е»…
О.Б.: — Какие «лихие 90-е»?! О чём вы говорите? Это выражение подонков, которые пытаются замазать всё то прекрасное, чего достигли реформаторы. Это были самые святые годы нашей жизни — время, когда российский народ наконец почувствовал свободу и смог свободно работать. Не как раб, а как хозяин своей судьбы… Вспомните, ведь полки магазинов опустели ещё при Горбачёве. Ничего не осталось — только одни бандиты перестреливались на улицах. Но Гайдар и Ельцин волевым усилием провели реформы и наполнили магазины. А сколько было открыто частных предприятий и кооперативов?.. Гайдар был у власти 6 месяцев. Шесть! А вот потом началось воровство. Реформаторов уничтожили те самые «жирные коты», которые сейчас живут в своих столичных небоскрёбах, только затем, чтобы перелопатить всё в свои карманы, а нас снова сделать рабами.
Мой отец дошёл до Будапешта, брат погиб на Курской дуге. Для меня война — это близко. Но, если вдуматься, что имел мой отец после Победы? Он пришёл с фронта в чине майора — начальник полевой почты. С собой у него не оказалось даже зажигалки — вместо неё были кремень, кресало и ветошь, протянутая сквозь гильзу. Он чиркал кресалом, ветошь тлела, он от неё прикуривал... Зажигалок в стране не было! На знаменитой фотографии, где водружают Знамя Победы над Рейхстагом, у одного из наших бойцов на правой руке было четверо (!) часов. Заретушировали! А наши солдаты запасались трофейными часами, потому что в СССР они были редкостью… В такой нищете мы жили! И вот нашлись люди, которые попытались свой народ вытащить из рабства. Так нет же, влёт зарубили реформаторов. И народ сам это поддержал.
Полёт либеральной мысли — любо-дорого глядеть.
Танкист Латынина.
- Танк КВ мог уничтожить любой германский танк и любую германскую гаубицу на любом расстоянии!
А в свободную минуту прямой наводкой лупили из Сибири по Берлину.
Ну и голосующая аудитория, конечно, не разочаровала.
- Сделать это очень сложно. Конечно, мозгу можно сулить какие-то отсроченные результаты, но биологические организмы требуют только немедленных результатов: до завтра ведь можно и не дожить. Так что этот способ подходит единицам. А вот обмануть мозг можно. Для этого существует два приема. Первый — с помощью обманных обещаний, второй — с помощью так называемой смещенной активности. Приведу пример. Собака сидит около стола, вы — за столом, на столе — бутерброд. Собака хочет стащить бутерброд и понимает, что ее накажут. И вот она сидит-сидит между двух огней и вдруг начинает остервенело чесать за ухом. Она не может ни остаться безучастной, ни среагировать — и выбирает третий путь. Это и есть смещенная активность — занятие делом, напрямую не относящимся к тому, что вам действительно нужно. Это то, что загнано в щель между биологической («хочу») и социальной («надо») мотивацией. Писатели, скажем, начинают писать совсем не то, что должны, фотографы — снимать что-то не относящееся к заказу — и результаты часто бывают гениальными. Кто-то называет это озарением, кто-то вдохновением. Достичь этого состояния очень сложно.
Новый министр Дмитрий Викторович Ливанов успел отметить первый же день на новом посту обширным интервью, где также хватает спорных заявлений. Так, слова «троечнику нечего делать в техническом ВУЗе» скорее всего продиктованы классической формулой «талантливый — во всём талантлив», хотя на практике талант чаще всего сосредоточивается на одной тематике, почти не интересуясь прочими сферами деятельности. Весьма спорно и намерение развивать Единый государственный экзамен как основное средство отбора в ВУЗы, пренебрегая и аттестатом как средством текущей оценки знаний и работоспособности, и олимпиадами как средством выявления ориентированности на конкретный род занятий. Правда, на мой взгляд многие недостатки ЕГЭ можно устранить, поручив составление заданий мастерам по сочинению вопросов для интеллектуальных игр: там давно отработаны и методы проверки понимания (а не знания), и многие средства выявления неправомерного доступа к вопросам (ЕГЭ стал мощнейшим инструментом коррупции прежде всего вследствие возможности заполнения бланков не самим экзаменуемым). Но даже при всех этих доработках ЕГЭ может быть лишь одним из множества инструментов решения столь сложной задачи, как оценка пригодности молодых людей, находящихся лишь в начале многосложного пути развития, к продвижению по этому пути, да ещё на конкретном направлении.
Новости
VIP
