500 с лишним женщин и девушек изнасиловал дворянин Виктор Страшинский из Киевской губернии. Причем многие из его жертв были не его собственными крепостными, утехи с которыми до освобождения крестьян считались едва ли не естественным правом владельца крепостных душ. Против Страшинского возбуждали четыре судебных дела, однако расследование тянулось беспрецедентно долго даже для крайне неспешного российского правосудия. От первых обвинений до приговора прошло без малого 25 лет. А мера наказания, избранная императором Александром II Освободителем, привела в изумление значительную часть русского общества.
В 1845 году настоятель храма в селе Мшанце Киевской губернии Ящинский рассказал руководителю местной полиции, земскому исправнику, что его паства недовольна и ропщет. Причем имеет для этого все основания, поскольку отец владелицы имения Михалины Страшинской — Виктор — постоянно требует присылать в свою усадьбу, село Тхоровку, крестьянских девок и жен для плотских утех, а если присылка почему-либо задерживается, то приезжает в Мшанц сам и насилует баб, девок, даже малолеток.
Россия, которую мы потеряли.
Система умела прощать.
Россия, в которую мы возвращаемся.
Цапок нам в помощь.
На репетиции виолончелистов 25 июня во время выступления Нарека Ахназаряна народный артист России, художественный руководитель Государственного академического симфонического оркестра России Марк Горенштейн сказал, обращаясь к оркестру: «Пусть вас совершенно не заботит, что играет этот талант, преподнесенный нам, этот аул, вы должны играть со мной». Эта фраза покоробила присутствующих на репетиции журналистов, благодаря которым история получила общественный резонанс. Кроме того, с репетиции велась веб- трансляция на весь мир.
В оргкомитете конкурса Чайковского сочли «оскорбительным» высказывание Марка Горенштейна в адрес участника конкурса Нарека Ахназаряна. «Мы считаем, что слова, унижающие человеческое достоинство, разрушают творческую атмосферу, к созданию которой мы прилагаем много сил, — заметили в оргкомитете. — Конкурс Чайковского призван поддерживать молодых музыкантов, и это обязывает каждого из организаторов и участников конкурса демонстрировать искреннее уважение и внимание к талантливой молодежи».
... Кражи и грабежи домов ферм [местных жителей] начались 6 июня и не прекращались все лето. Дэвид Уэбстер (David Webster), приземлившийся в Нормандии в День Вторжения в составе 110-й авиадесантной дивизии армии США, вспоминал, что украл начатую бутылку коньяка уже через несколько часов после высадки. В городке Colombières, расположенном всего в нескольких милях от побережья и освобожденном в первый же день, по воспоминаниям одной из местных жительниц, канадцы основательно разграбили ее дом. «Грабеж шел по всей деревне, — вспоминала она. – Солдаты грабили все подряд и грузили награбленное в тачки и грузовики. Шли споры о том, кому что достанется. Они отбирали одежду, обувь, продукты, забрали даже деньги из домашнего сейфа. Мой отец не смог их остановить. Изсчезла мебель, они утащили даже мою швейную машинку...» Грабеж продолжался изо дня в день и имел вполне предсказуемый эффект: «Энтузиазм по отношению к освободителям угасает, солдаты грабят, крушат и вламываются в дома под предлогом поиска немцев. После того как солдат вошел в наш дом, когда мы сидели за столом, исчезли мои золотые часы... Замки на шкафах взламывались, двери вышибались, ящики опустошались, из них исчезало белье, вещи вышвыривались на пол, полотенца исчезали. И все время они пили наши кальвадос и шампанское...
В последнее время вокруг нас расплодились округлые энергичные типы, бойко задающие чеховский вопрос:
– Чем мы хуже чехов? Зачем все эти дебиловатые концепции по улучшению мира и всеобщей справедливости? Вот посмотрите на чехов. Прагматики, обыватели чистой воды. Амбиций на сверхдержаву и мировую справедливость --никаких. Космических кораблей нет, почти все поголовно атеисты. Зато, пока вы тут фигнёй маетесь, они клепают шкоды и пьют Пиво.
Этой антипроповедью округлые типы крайне успешно троллят сторонников смутной державности, трудноформулируемой духовности и Исторической Миссии. Смутные державники, стукнутые кружкой тёмного и придавленные печеным вепревым коленом, – теряют равновесие. Они не пытаются даже возразить. Вместо этого они принимаются беспомощно ябедничать, что их оппоненты продали Мечту за Жратву и вообще хотят жить как свиньи, а не как Че Гевара. Как будто оппонентам от этого обидно.
Как сообщалось ранее, от имения Аракчеева в Грузино не осталось ничего. Однако совсем неподалёку остались следы бурной деятельности работящего графа. Невзирая на проливной дождь, с утреца совершил заезд.
Совсем недалеко от Грузина, выше по течению реки Волхов, вбок от населённого пункта Спасская Полисть (рядом геройски билась 2-ая ударная армия, под командованием генерала Власова) расположен населённый пункт Селищи (ударение вроде как сЕлищи). Именно здесь Аракчеев рулил военными поселениями, расположив на берегах Волхова шесть полков. В Селищах дислоцировался Первый округ графа Аракчеева полка со штабом, от комплекса зданий которого на сегодняшний день остались только стены.
Посещение садов Ватикана – единственный законный способ, что я знаю, проникнуть внутрь сей обители добра. Теоретически можно еще попытаться построить карьеру по католической линии, но я выяснял – это сложнее чем в КПСС вступить. Нужно документально подтвердить, что тебя правильно в младенчестве крестили, что первое причастие было, что школу посещал церковно-приходскую, исповедовался минимум раз в неделю. Потом семинария духовная, целибат опять же. К тому же, чтобы выйти из КПСС требовалось всего две рекомендации от беспартийных, а выход из церкви сопряжен с перспективой адского пламени, вечных мук и скрежета зубовного. Нет уж. Мы по-простому за деньги. Есть конечно еще и просто посещение музеев, но там кроме площади Шишки между зданиями и смотровой площадки никуда больше не выйти. А чтобы походить по тропинкам, по которым гуляли Папы, посидеть на тех же лавочках, где сидели разные Борджиа да Медичи – это только в сад.
В рамках подготовки путешествия из Петербурга в Москву наехал в бывшее имение Аракчеева, в село Грузино, что сбоку от Чудова. Изначально оно было имением подручного Петра Первого — Александра Даниловича Меншикова, и царь Пётр самолично там бывал. А потом царь Павел I подарил имение Аракчееву. Граф Аракчеев был человеком весьма состоятельным, жил богато. Усадьбу проектировали и строили тогдашние авторитеты архитектурного дела: Демерцов и Стасов. В гости к Аракчееву десять раз приезжал царь Александр I.
От былой роскоши не осталось и следа: во время войны усадьбу заняли немцы, а наши долбили по ней так, что не осталось вообще ничего. На месте былых архитектурных изысков построили обычный советский дом культуры.
Новости
VIP
